Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке
Цель статьи: рассмотреть и детализировать суть обстоятельственных наречий. В отличие от качественных наречий, обозначающих внутренние признаки действия, его качество, обстоятельственные наречия указывают на различные внешние (временные, причинные, целевые, пространственные) свойства не зависящие...
Saved in:
| Published in: | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Date: | 2010 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2010
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/113102 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке / Г.Ш. Аджимамбетова // Культура народов Причерноморья. — 2010. — № 182. — С. 13-16. — Бібліогр.: 13 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| id |
nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-113102 |
|---|---|
| record_format |
dspace |
| spelling |
Аджимамбетова, Г.Ш. 2017-02-02T16:13:08Z 2017-02-02T16:13:08Z 2010 Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке / Г.Ш. Аджимамбетова // Культура народов Причерноморья. — 2010. — № 182. — С. 13-16. — Бібліогр.: 13 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/113102 81 1. 512. 145 Цель статьи: рассмотреть и детализировать суть обстоятельственных наречий. В отличие от качественных наречий, обозначающих внутренние признаки действия, его качество, обстоятельственные наречия указывают на различные внешние (временные, причинные, целевые, пространственные) свойства не зависящие от самого действия. Обстоятельственные наречия в крымскотатарском языке можно разделить на несколько групп: наречия места, наречия времени, наречия причины, наречия цели. ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Крымскотатарское языкознание Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке Семантичні розряди обставинних прислівників в кримськотатарській мові Semantical digits of adverbial adverbs in the crimeantatar language Article published earlier |
| institution |
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| collection |
DSpace DC |
| title |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке |
| spellingShingle |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке Аджимамбетова, Г.Ш. Крымскотатарское языкознание |
| title_short |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке |
| title_full |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке |
| title_fullStr |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке |
| title_full_unstemmed |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке |
| title_sort |
семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке |
| author |
Аджимамбетова, Г.Ш. |
| author_facet |
Аджимамбетова, Г.Ш. |
| topic |
Крымскотатарское языкознание |
| topic_facet |
Крымскотатарское языкознание |
| publishDate |
2010 |
| language |
Russian |
| container_title |
Культура народов Причерноморья |
| publisher |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| format |
Article |
| title_alt |
Семантичні розряди обставинних прислівників в кримськотатарській мові Semantical digits of adverbial adverbs in the crimeantatar language |
| description |
Цель статьи: рассмотреть и детализировать суть обстоятельственных наречий.
В отличие от качественных наречий, обозначающих внутренние признаки действия, его качество,
обстоятельственные наречия указывают на различные внешние (временные, причинные, целевые,
пространственные) свойства не зависящие от самого действия. Обстоятельственные наречия в
крымскотатарском языке можно разделить на несколько групп: наречия места, наречия времени, наречия
причины, наречия цели.
|
| issn |
1562-0808 |
| url |
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/113102 |
| citation_txt |
Семантические разряды обстоятельственных наречий в крымскотатарском языке / Г.Ш. Аджимамбетова // Культура народов Причерноморья. — 2010. — № 182. — С. 13-16. — Бібліогр.: 13 назв. — рос. |
| work_keys_str_mv |
AT adžimambetovagš semantičeskierazrâdyobstoâtelʹstvennyhnarečiivkrymskotatarskomâzyke AT adžimambetovagš semantičnírozrâdiobstavinnihprislívnikívvkrimsʹkotatarsʹkíimoví AT adžimambetovagš semanticaldigitsofadverbialadverbsinthecrimeantatarlanguage |
| first_indexed |
2025-11-25T21:02:29Z |
| last_indexed |
2025-11-25T21:02:29Z |
| _version_ |
1850545449443786752 |
| fulltext |
КРЫМСКОТАТАРСКОЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ
13
бойле моллалар даа чыкъа къоймасын, ишинъиз дюдюк олур (13, 56 с.); Инатлыкъ, къардашым, тек эшекке
ярашыр. Къана, давран, бир аягъынъ анда, экинджиси мында олсун! (14, 25 с.)
Къырымтатар халкъы диндар халкъ олгъаны себебинден эсерлерде диний фразеологизмлер де
къулланылгъандыр: Алмазлар, олар омюр билля джеэннем къазанында янаджакълар, АЛЛАнынъ
хышымыны чекеджеклер (13, 87 с.). Юректе къозгъалгъан азап къайгъысы, ахрет гунасы бир якъта
турсун, я губернатор не айтыр? (13, 112 с.) Теразедеки къабаат чекисине бу бир юк даа олмазмы? (13, 126
с.) Алла бойнунъызны урсун, агъызымыздаки отьмекни тутып алмакъ истейсинъиз... (13, 139 с.)
Нетидже. Бойлеликнен, лакъырды фразеологизмлер языджы тилининъ фразеологик васталар
системасында услюпяратыджы темели оларакъ чыкъалар. Ифаделик ве къабул этильмесининъ
къолайлыгъы, кучьлю тесир этильмесининъ, шу фразеологизмлернинъ эмоциональ ренклери о заманнынъ
муитини такъдим этмеге ве образларынынъ ачылмасында муэллифке ярдым этелер.
Къулланылгъан эдебият:
1. Ахатов Г.Х. «Современный татарский литературный язык» (монография). – К., 1982. – 234 с.
2. Ахунзянов Г.Х. Татар теленен идиомалары Казан: Татарстан китап нəшрияты, 1972. –118 с.
3. Виноградов В.В. Избранные труды. Лексикология и лексикография. – М., 1977. – С. 140–161,
4. Ефимов А.И. Стилистика художественной речи. – МГУ М, 1961. – 519 с.
5. Кожина М.Н. Стилистика русского языка. – М.; Просвещение, 1983. – 223с.
6. Курбатов Х.Р., Махмутова Л.Т. и др. Современный татарский литературный язык. Синтаксис. – М.:
Наука, 1971. – 310 с.
7. Ларин Б.А. История русского языка и общее языкознание. – М., 1977. – С. 149–162.
8. Рамазанов Ш.А. Татар теле буенча очерклар. – Казан: Татарстан китап нəшрияты, 1954. –200 с.
9. Солодуб Ю.П. Сопоставительный анализ структуры лексического и фразеологического значений //
Филологические науки. НДВШ. – 1997. – №5. – С.43-54.
10. Ураксин З.Г. Фразеология башкирского языка. – М., 1985. – 122 с.
11. Шайхулов А.Г. Структура и идеографические парадигматика односложных корневых основ в
кыпчакских языках Урало-Поволжья (синопсис и таксономия когнитивной сферы «Природа (неживая
и живая)» в континууме обще-, и межтюркской лексики). – Уфа, 2000.
12. Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка. – М.: Высшая школа, 1985. – 160 с.
Бедий эдебият:
13. Болат Ю Алим (роман). – Ташкент, Гъафур Гъулам адына эдебият ве саньат нешрияты, 1982. – 421 с.
14. Болат Ю Анифе (роман). – Ташкент, Гъафур Гъулам адына эдебият ве саньат нешрияты, 1969 – 320 с.
Аджимамбетова Г.Ш. УДК: 81 1. 512. 145
СЕМАНТИЧЕСКИЕ РАЗРЯДЫ ОБСТОЯТЕЛЬСТВЕННЫХ НАРЕЧИЙ
В КРЫМСКОТАТАРСКОМ ЯЗЫКЕ
Семантика, согласно словарю лингвистических терминов В.Н. Ярцевой, есть «всё содержание,
передаваемое словом, грамматической формой слова» [2, с. 438]. Семантический разряд наречий – это
группа слов, объединяемых общим семантическим признаком, влияющим на их способность выражать те
или иные морфологические значения как вступать в противопоставления в пределах морфологических
категорий.
Цель статьи: рассмотреть и детализировать суть обстоятельственных наречий.
В отличие от качественных наречий, обозначающих внутренние признаки действия, его качество,
обстоятельственные наречия указывают на различные внешние (временные, причинные, целевые,
пространственные) свойства не зависящие от самого действия. Обстоятельственные наречия в
крымскотатарском языке можно разделить на несколько групп: наречия места, наречия времени, наречия
причины, наречия цели.
Одну из самых многочисленных и разнообразных групп обстоятельственных наречий составляют
наречия места. Многочисленность их, на наш взгляд, объясняется тем, что расположение в пространстве –
воспринимается зрением. Поэтому человек в первую очередь вербализует подобные явления. Наречия
места выражают различные пространственные отношения, указывают на место совершения действия,
которое передаётся глаголом, или направление действия. Большинство наречий этой группы могут
употребляться и в том, и в другом значении в зависимости от конспекта.
В крымскотатарском языке пространственные наречия многообразны по своим оттенкам. Прежде
всего, они связаны с представлениями о статичности / динамичности. По принадлежности к одному из
членов этой оппозиции можно выделить группы наречий места и направления. В значение большинства из
них входит компонент постороннего наблюдателя, относительно которого производится или происходит
действие. Так, например, вторичный признак в семантике единиц артында ‘сзади‘, тёпеде ‘вверху‘, сол
тарафында ‘слева‘, этраф ‘вокруг‘ проявляется по отношению к какому-либо объекту; в семантической
структуре наречий ашагъа ‘вниз‘, огге ‘вперёд‘, арткъа ‘назад‘, тёпеге ‘вверх‘ реализуется сема
‘движение от чего-то‘.
К некоторым из этих наречий приведём примеры из художественной литературы:
Алчакъта ятма – сель алыр, юксекте ятма – ель алыр [8, 37]. Не ложись внизу – унесёт бурный
паводок, не ложись высоко – унесёт ветер. О де огге чапа, де артына чекиле, эпкинликнен бельгисизнинъ
Аджимамбетова Г.Ш.
СЕМАНТИЧЕСКИЕ РАЗРЯДЫ ОБСТОЯТЕЛЬСТВЕННЫХ НАРЕЧИЙ В КРЫМСКОТАТАРСКОМ ЯЗЫКЕ
14
устюне атылып, иддетнен авулдай эди [10, 11]. ‘Он то бежит вперёд, то отходит назад, с порывом бросаясь
на незнакомца, гневно лает‘.
Отношения статистичности / динамичности затрагивают наречия, характеризующие нахождение
объекта на горизонтальной и вертикальной плоскости. Слова, в значение которых входит компонент
динамичности, обозначают признак действия по обеим осям. Они отвечают на вопросы не ерге? ‘куда?‘, не
ерден? ‘откуда?‘, не ергедже? ‘докуда?‘ тёпеден ‘сверху‘, тёпеге ‘вверх‘, огге ‘вперёд‘ и др.
Наречия статистичные, отвечающие на вопрос къайда?, не ерде? ‘где?‘ в отличие от предыдущих,
обозначают признак качества объекта, постоянно находящегося на горизонтальной или вертикальной оси:
огде кетмек ‘идти впереди‘, тёпеде учмакъ ‘летать наверху‘, ашада ятмакъ ‘лежать внизу‘, янында олмакъ
‘находиться сбоку‘, сагъ тарафында отура ‘сидит справа‘и др.
Мында язда биле, баарь къокъусы келип тура [9, 9]. ‘Даже летом здесь чувствуется запах весны.
Особый интерес вызывают сложные наречия типа тёпеден ашагъадже боялангъан ‘окрашено сверху-
донизу‘, огге-арткъа чапкъаламакъ ‘бегать взад-вперёд‘, анда-мында юрмек ‘ходить туда-сюда‘, сагъгъа
ве солгъа бакъмакъ ‘смотреть направо и налево‘, ашадан тёпеге котерильмек ‘подыматься снизу-вверх‘. С
одной стороны, они обозначают признак места, пространства, ограниченного определёнными рамками
(верх, низ, налево, направо). С другой стороны, мы наблюдаем явную направленность, динамичность, что
свойственно наречиям движения.
Значению признака действия, распространённого на большом промежутке пространства, в
крымскотатарском языке близко наречие эр ерде ‘повсюду‘. Эр ерден силинген татарнынъ ады [12].
‘Повсюду стёрты татарские имена‘.
Наречия направления могут быть предельными и непредельными. Предельные наречия
характеризуются наличием границы, точки, до или после которой действие не существует, с которой оно
начинается или на которой заканчивается. По отношению к этой статичной точке можно выделить два
свойства предельных наречий направления: достигательность (наличие точки завершения действия,
финиша; отвечают на вопрос не ергедже? ‘докуда?‘) и недостягательность (наличие старта действия;
вопрос не ерден? ‘откуда?‘) Например, наречия узакътан ‘издали‘, тёпеден ‘сверху‘ предполагают
начальный момент действия, до которого оно не существовало, а наречия тёпегедже ‘доверху‘, тюбгедже
‘донизу‘ и подобные содержат в семантике финишный компонент, указывающий, что после определённой
границы нет смысла говорить о совершающемся действии.
Значительный интерес представляет группа слов, которые мы назовём наречиями круговой
локализации: ичтен, ичинден, ичериден ‘изнутри‘, тышкъа, тышарыгъа ‘наружу‘, ичери, ичине, ичке
‘внутрь‘, этрафында, чевресинде, чевре-четте, орталыкъта ‘вокруг, кругом‘. Их объединяет сема
кругового пространства, охватываемого взглядом наблюдателя. Первые два слова обозначают признак
действия, направленного на преодоление границы, исходящего из центральной точки (т.е. это признак
направленного, предельного, недосягательного действия, имеющего стартовый отсчёт). Наречие ичери,
ичине, ичке ‘внутрь‘ обозначают признак действия в ограниченном пространстве, направленного к центру.
Не къадар зорласам да, ичери кирсеталмадым [5, 238]. ‘Сколько бы я не принуждал, не смог завести
внутрь‘. Ичериден Хасап Йыбрамнынъ гъырылдавукъ сеси эшитильди [7, 143] ‘Изнутри послышался
хриплый голос Хасап Йыбрама‘.
Среди подобных наречий надо отметить антонимичную пару ичериде, ичинде, ичте, ичерисинде
‘внутри‘ / тышарыда, тышта, ‘снаружи‘. Первая группа слов (внутри) называет признак действия в
пределах ограниченного пространства, последние – за его границей.
Значение некоторых наречий включает наличие двух объектов. Это антонимы узакъ ‘далеко‘ / якъын
‘близко‘ (и производные от них), а также слова янында, ян-янаша ‘рядом‘.В наречиях места
предполагается наличие двух границ, замыкающих пространство. В наречиях направления есть только одна
точка, от которой действие стремится к подразумеваемому пределу, не достигая его. О уянды ве огге догъру
бакъты. [11, 155]. ‘Он проснулся и посмотрел прямо вперёд‘. Озь джуртымдан айырылып узакъларгъа
кетем [6, 22].
В этих примерах присутствует лишь начальная точка, от которой отдаляется движущийся к пределу
субъект действия.
В сознании человека тесно связаны категории пространства и времени. Этим объясняется и
совмещение в одном слове а) признаков времени и места: якъында ‘недавно‘, якъында ‘близко, рядом‘.
Догъмушларым якъында келип кетти. ‘Родственники недавно приходили‘. Якъында ич бир тюрлю
къаралты олмагъанындан, плащима бурюнип, чёль ёлу кенарында машина беклеп турдым [5, 243]. ‘Так как
рядом не было никакой усадьбы, укутавшись в плащ, я стоял и ждал машину на краю степной дороги‘.
Обстоятельственные наречия времени служат для обозначения временных отношений. Однако
временные характеристики, в отличие от пространственных, чувственно не воспринимаемы. Поэтому
вербализация их происходит позже, и часто лексемы, обозначающие время, формируются на базе
пространственных. Например, наречие якъында ‘вблизи‘ употребляется с временным значением якъында
‘недавно‘: якъында (не ерде?) ерлешмек ‘расположиться вблизи (где?)‘. Бу вакъиа якъында (не вакъыт?)
олып кечти. ‘Это событие произошло недавно‘ (когда?).
Грамматико-семантическим показателем наречий времени являются сложные вопросительные
местоимения: не вакъыт?, не заман?, ‘когда?‘, не вакъыткъаджек? ‘до какого времени?‘, не вакъыттан
берли? ‘с какого времени?‘.
Наречия времени служат лексическим средством характеристики действия с точки зрения его
протекания, подчёркивая его предшествование определённому моменту или указывая на его завершённость
КРЫМСКОТАТАРСКОЕ ЯЗЫКОЗНАНИЕ
15
к определённому моменту, длительность или повторность. Учитывая эти значения, наречия времени можно
разделить на следующие группы:
а) наречия, указывающие на соотнесённость действия или состояния с моментом речи. Просмотрим эти
адвербы в словосочетаниях: бугунъ бермек ‘отдать сегодня‘,бу вакъыт яшамакъ ‘жить в это время‘, бу
арада олмакъ ‘произойти в это время‘, шимди япмакъ ‘сделать сейчас‘, бу сефер корьмек ‘увидеть в этот
раз‘, бу тосатта пейда олмакъ ‘появиться в это время‘, энди кельмек ‘прийти только что, уже‘:
б) наречия выражающие предшествование данного действия или состояния другому действию.
Просмотрим наречия в словосочетаниях: тюневин кельди ‘пришёл вчера‘, о кунь берди ‘отдал позавчера‘,
эвель язды ‘написал раньше‘, башталары яшагъан ‘жил раньше‘, догъулгъандан берли мында яшай ‘живёт
здесь с рождения‘, яшлыкътан мында яшай ‘живёт здесь смолоду‘, бир вакъытлары, бир заманлары
кельген ‘пришёл когда-то‘, бир дефа олгъан ‘произошло однажды‘, эвель-эзель яшагъан ‘жил давным-
давно‘, эки кунь эвельси язылгъан ‘написано двумя днями раньше‘, о вакъыт олгъан ‘произошло в то
время‘, бир кунь ‘однажды‘, куньлерден бир кунь ‘как-то раз‘, былтыр ‘в прошлом году‘, якъында
‘недавно‘,
Некоторые из наречий времени, различаясь стилистической окраской, могут образовывать
синонимические ряды: эвельдже бардым, ‘пошёл по-раньше‘. Башталары пек дикъкъат эди. Раньше был
очень внимательным.
в) наречия, указывающие, что данное действие или состояние наступит после другого действия, в
будущем: ярын ‘завтра‘; сонъ, сонъра ‘потом‘, сонъундан ‘в последствии‘, сонърадан ‘в последствии‘;
бираздан ‘вскоре‘, бираз вакъыттан сонъ ‘через некоторое время‘, тезден ‘вскоре‘; ярындан ‘с
завтрашнего дня‘, экинджи куню ‘на второй день‘, эртеси куню ‘на следующий день‘; илериде ‘в
будущем‘, тёбириси кунь, оте бириси кунь ‘послезавтра‘, келеджекте ‘в будущем‘.
г) наречия, указывающие на соотнесённость действия с определённым моментом времени: куньдюз
‘днём‘, саба ‘утром‘, сабалайын ‘утречком‘, эртен ‘утром‘, танъда ‘на рассвете‘, танъгъа къадар ‘до
рассвета‘, кунь ярыгъынен ‘засветло‘, уйле авгъанда кельди ‘пришёл после обеда‘, бу арада пейда олды
‘появился в это время‘, акъшам ‘вечером‘, шу акъшамы ‘в этот вечер‘, акъшам устю ‘под вечер‘,
акъшамдан ‘с вечера‘, гедже ‘ночью‘, яры гедже маалинде ‘среди ночи‘, гедже ярысында ‘среди ночи‘,
баарьде ‘весной, кузьде ‘осенью‘.
В роли временных наречий выступают и некоторые фразеологические сочетания: танъ аткъанда
уянмакъ ‘проснуться на рассвете‘, кунь ярыгъынен турмакъ ‘встать рано‘, танъ агъаргъанда кельмек
‘прийти на рассвете‘, уйле авгъанда пейда олды ‘появился после обеда‘.
д) наречия, указывающие на длительность или продолжительность действия или состояния: эр вакъыт
окъумакъ ‘читать всегда‘, эр заман огренмек ‘учиться постоянно‘, бутюн кунь чалышмакъ ‘работать целый
день‘, кунь-куньге ‘изо дня в день‘, кунь бою гезинмек ‘разгулиать весь день‘, эр кунь чалышмакъ ‘работать
каждый день‘, гедже-куньдюз чалышмакъ ‘работать днём и ночью‘, ольгендже иджат этмек ‘творить до
смерти‘ и др.
е) наречия, подчёркивающие мгновенность действия или возникновения состояния: тез вакъыт
ичинде ‘в скором времени‘, тез арада ‘в быстром времени, скоро‘, бир бакъышта ‘сразу‘, аман ‘сразу,
тотчас‘, деръал ‘тотчас‘.
ж) наречия, выражающие периодичность действия, повторяемость действия: кимерде кельмек
‘приходить иногда‘, вакъыттан-вакъыт бакъып турмакъ ‘присматривать время от времени‘, сийрек
бармакъ ‘ходить изредка‘, сыкъ корюшмек ‘встречаться часто‘, тосат-тосат бакъмакъ ‘смотреть
временами‘ и др.
з) наречия, характеризующие действие, которое не сможет произойти: ич ‘вовсе‘, ич бир вакъыт
‘никогда‘.
и) группу слов типа эрте ‘рано‘, кеч ‘поздно‘, вакътында ‘вовремя‘ можно объединить по общему
значению «своевременность» Они определяют, насколько своевременно данное действие в конкретной
ситуации.
Обстоятельственные наречия причины обозначают основную причину, по которой совершается
действие. Их грамматико-семантическим показателем является вопросительное местоимение не себептен?
‘по какой причине? почему?‘
Наречия причины в крымскотатарском языке появились значительно позже наречий места,
направления, времени. Этим объясняется немногочисленность адвербов, в чистом виде называющих
причину. Большая часть таких единиц имеет просторечный характер и ярко выраженную негативную
окраску, поэтому сфера их употребления – разговорная речь. Обычно это производные и
лексикализованные формы имён существительных в исходном падеже: чаре-сиз-лик-тен къырсламакъ
‘украсть из-за безвыходности, медар-сыз-лыкъ-тан агъламакъ ‘заплакать из-за бессилия‘, гъайры
ихтиярий тарзда олмакъ ‘произойти невольно‘, меджбурен ‘вынужденно‘, анъсызлыкътан япмакъ
‘сделать несознательно‘, ойланмастан айтмакъ ‘сказать необдуманно‘.
Обстоятельственные наречия цели единичны. В них целевое значение почти всегда совмещается со
значением образа действия и причины. Эти слова обозначают целесообразность и нецелесообразность,
намерение действия, обозначаемого глаголом, с которым они сочетаются: аселет ‘нарочно, махсус
‘специально‘, пахыл киби ‘назло‘, борчкъа ‘взаймы‘, нафиле ‘зря‘, энъкъастан ‘притворно‘.
Категория цели физически не ощущаемы. И в отличие от категории причины, обозначающей реальные
факты, состояние человека (чаресизликтен) категория цели обозначает ирреальное. Желаемое, то, ради чего
совершается действие. По этой причине целевых лексем в языке мало.
Аджимамбетова Г.Ш.
СЕМАНТИЧЕСКИЕ РАЗРЯДЫ ОБСТОЯТЕЛЬСТВЕННЫХ НАРЕЧИЙ В КРЫМСКОТАТАРСКОМ ЯЗЫКЕ
16
Таким образом, в крымскотатарском языке наречия причины и цели находятся в стадии формирования,
о чём свидетельствует нечёткость лексического значения, небольшое их количество, зыбкость границ.
Подводя итоги результатов проведённого исследования, можно сделать следующие выводы:
обстоятельственные наречия указывают на различные внешние (временные, причинные, целевые,
пространственные) свойства, не зависящие от самого действия. Обстоятельственные наречия делятся на
несколько групп: наречия места, времени, причины и цели.
Источники и литература
1. Виноградов В. В. Русский язык. 3-е изд. испр. / В. В. Виноградов. – М. : Высшая школа, 1986. – 639 с.
2. Лингвистический энциклопедический словарь / гл. ред. Н. Н. Ярцева. – М. : Большая Российская
энциклопедия, 2002. – 709 с.
3. Меметов А.М. Крымтатарский язык. Морфология / А. М. Меметов, К. Мусаев.
4. – Симферополь : Учебно-педагогическое издательство, 2003. – 288 с.
5. Меметов А. М. Земаневий къырымтатар тили / А. М. Меметов. – Симферополь :
Къырымдевокъувпеднешир, 2006. – 320 с.
6. Абдураман Иса. Октябрь ёлунен / И. Абдураман. – Ташкент : Гъафур Гъулям адына эдебият ве санъат
нешрияты, 1968. – 420 с.
7. Гирайбай Амди. Шиирлер / А. Гирайбай. – Симферополь : Таврия нешрияты, 1997. – 141 с.
8. Ипчи Умер. Икяелер / У. Ипчи. – Ташкент : Гъафур Гъулам адына эдебият ве санъат нешрияты, 1972. –
207 с.
9. Керичке кетсенъ, Къазантипке тие кет. / Керич ярымадасы къырымтатарларнынъ аталар сёзлери ве
айтымлары. – Симферополь : Оджакъ, 2005. – 76 с.
10. Нагаев Сафтер. Бинъ бир олюмни енъип / С. Нагаев. – Ташкент : Гъафур Гъулам адына эдебият ве
санъат нешрияты, 1987. – 207 с.
11. Паши Ибраим. Джанлы нишан / И. Паши. – Симферополь : Таврия, 1998. – 208 с.
12. Черкез Али. Сабалар къучагъында / А. Черкез. – Ташкент : Гъафур Гъулямадына эдебият ве санат
нешрияты, 1973. – 149.
13. Шемьи-заде Эшреф. Козьяш дивар / Э. Шемьи-заде. – Акъмесджит : Таврия, 1993. – 128 с.
Рецензент: Акмоллаев Э.С., к.ф.н., доц. каф. крымскотатарского и турецкого языкознания РВУЗ
„КИПУ”
Меджитова Е.Н. УДК 811.512.145.(477.75)
КЪЫРЫМТАТАР ТИЛИ ШИМАЛЬ ШИВЕСИНИНЪ ШИВЕ ЛЕКСИКАСЫ.
ДИАЛЕКТАЛЬ ФРАЗЕОЛОГИЯ
ДИАЛЕКТНАЯ ЛЕКСИКА КРЫМСКОТАТАРСКОГО СЕВЕРНОГО ДИАЛЕКТА. ДИАЛЕКТНАЯ
ФРАЗЕОЛОГИЯ
В статье рассмотрены устойчивые сочетания, рассматриваемые в языкознании как фразеологические обороты,
описан фразеологический оборот северного диалекта и его отличия от литературного языка по двум признакам: 1)
фразеологические обороты в составе которых имеются слова, не имеющиеся в литературном языке и 2) слова во
фразеологическом обороте имеются в литературном языке, но не соответствуют литературным нормам.
Меселе. Ишимизнинъ объекти оларакъ къырымтатар тили шималь шивесининъ фразеологик
бирикмелери сечилип алынгъандыр. Макъалемизнинъ эсас макъсады ве вазифеси: къырымтатар чёль
шивесининъ фразеологик бирикмелерини топлап, оларны бельгиленген критерияларгъа коре
классификация япмакътыр.
Тильшынаслыкъта сёз бирикмелери адет-узьре сербест ве тургъун ибарелерине болюнмектелер.
Сербест сёз бирикмелерини систаксис огрене, тургъун ибарелерни исе лексикологиянынъ саасы
огренмекте.
Тургъун сёз бирикмелерине тильшынаслыкъта фразеологик ибаре (оборот) деп айтыла. Фразеологик
ибарелерини айырмакъ ичюн чешит критериялар ишлетиле. Тильшынасларнынъ чокъусы, меселя,
оларнынъ эсасына (эсасы оларакъ) лексик-семантик бирллешмелерини (единства) алалар, башкъалары исе
оларны синтактик бирлик (единица) оларакъ къабул этип, сёзлернинъ уйгъунлыгъы принципине таяналар
[1,28]. Тюркшынаслыкъта фразеологик бирикмелерининъ стилистик хусусиетлерини огренген ишлер пейда
олып башлады [2,154; 3,151].
Фразеологик ибарелерини синтаксиснинъ нокътаий назарындан огренгенде, тедкъикънинъ эсас объекти
– бирикменинъ теркибиндеки сёзлернинъ бири-биринен бирикюв къабилиети олур. Оларнынъ грамматик
шекиллери эки я да бир къач сёзден ибарет олып, лексик джеэттен янъы мана шекиллендирелер ве
грамматик мананынъ къурулушында иштирак этелер. Бунынънен берабер, бирикменинъ теркибиндеки
сёзлернинъ манасы эдебий нормасына уймаса биле, грамматик шекиллер мында къатып къалмайлар.
Бирикменинъ теркибиндеки базы бир сёзлер алынма сёзлер олып, маналары анълашылмаса да, бунъа
бакъмадан оларнынъ грамматик шекиллери земаневий нормагъа я пек якъын олалар, я да толусынен онъа
келишелер.
|