К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии
В статье показаны некоторые аспекты формирования и взаимосвязи терминов "граница", "экотон", "геоэкотон" в географии. Раскрывается сущность понятия "геоэкотон" как сложной пространственно-временной географической системы. У статті показані деякі аспекти фор...
Збережено в:
| Дата: | 2006 |
|---|---|
| Автор: | |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Russian |
| Опубліковано: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2006
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/15092 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии / Т.В. Бобра // Культура народов Причерноморья. — 2006. — № 79. — С. 7-12. — Бібліогр.: 43 назв. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| id |
nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-15092 |
|---|---|
| record_format |
dspace |
| spelling |
Бобра, Т.В. 2011-01-11T10:47:31Z 2011-01-11T10:47:31Z 2006 К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии / Т.В. Бобра // Культура народов Причерноморья. — 2006. — № 79. — С. 7-12. — Бібліогр.: 43 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/15092 В статье показаны некоторые аспекты формирования и взаимосвязи терминов "граница", "экотон", "геоэкотон" в географии. Раскрывается сущность понятия "геоэкотон" как сложной пространственно-временной географической системы. У статті показані деякі аспекти формування і взаємозв'язку термінів "межа", "екотон", "геоэкотон" в географії. Розкривається єство поняття "геоекотон" як складної просторово-часової географічної системи. In the article some aspects of formation and intercoupling of the terms "border", "ecotone", "geoecotone" in geography are demonstrated. The nature of concept "geoecotone" as composite time-space geographic system is uncovered. ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии Article published earlier |
| institution |
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| collection |
DSpace DC |
| title |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии |
| spellingShingle |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии Бобра, Т.В. Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| title_short |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии |
| title_full |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии |
| title_fullStr |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии |
| title_full_unstemmed |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии |
| title_sort |
к вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии |
| author |
Бобра, Т.В. |
| author_facet |
Бобра, Т.В. |
| topic |
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| topic_facet |
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| publishDate |
2006 |
| language |
Russian |
| publisher |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| format |
Article |
| description |
В статье показаны некоторые аспекты формирования и взаимосвязи
терминов "граница", "экотон", "геоэкотон" в географии. Раскрывается сущность
понятия "геоэкотон" как сложной пространственно-временной географической
системы.
У статті показані деякі аспекти формування і взаємозв'язку термінів "межа", "екотон", "геоэкотон" в географії. Розкривається єство поняття "геоекотон"
як складної просторово-часової географічної системи.
In the article some aspects of formation and intercoupling of the terms "border",
"ecotone", "geoecotone" in geography are demonstrated. The nature of concept
"geoecotone" as composite time-space geographic system is uncovered.
|
| issn |
1562-0808 |
| url |
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/15092 |
| citation_txt |
К вопросу о понятиях «граница» – «экотон» – «геоэкотон» в географии / Т.В. Бобра // Культура народов Причерноморья. — 2006. — № 79. — С. 7-12. — Бібліогр.: 43 назв. — рос. |
| work_keys_str_mv |
AT bobratv kvoprosuoponâtiâhgranicaékotongeoékotonvgeografii |
| first_indexed |
2025-11-26T11:51:13Z |
| last_indexed |
2025-11-26T11:51:13Z |
| _version_ |
1850622608603611136 |
| fulltext |
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
7
Бобра Т.В.
К ВОПРОСУ О ПОНЯТИЯХ «ГРАНИЦА» - «ЭКОТОН» - «ГЕОЭКОТОН» В ГЕОГРАФИИ
Представление о границах существовало в географии практически с ранних этапов ее становления как
науки и периодически возникало в связи с решением различных пространственных задач, которые можно
свести к двум основным: разграничению пространственных объектов, отличающихся друг от друга по ряду
признаков (районирование); установлению сходства пространственных объектов, не имеющих общих гра-
ниц, и их оконтуривание.
Трактовка термина «граница» в общенаучном смысле тесно связано с тем, что в процессе разносторон-
него познания окружающей действительности мы обозначаем окружающие нас объекты словами, облекаем
наши мысли в конкретные дискретные языково-речевые формы-предложения, т.е. тем самым как бы задаем
определенные их рамки, границы. Посредством этих границ мы организуем для себя окружающую нас дей-
ствительность, пространство и время, изучаем их, классифицируем, анализируем и пр. При этом граница
есть нечто, находящееся между двумя объектами или явлениями, которое разделяет или вычленяет их из
относительно однородной среды.
В географической литературе сформировалось представление о двойственном характере понятия «гра-
ница». С одной стороны, это разграничительная линия, позволяющая оконтурить объекты и явления, во-
плотить достаточно аморфные и зыбкие зрительные образы в графические, четко очерченные картографи-
ческие модели. С другой стороны, это зоны, полосы, характеризующиеся более высокими пространствен-
ными градиентами изменения геофизических и геохимических параметров, более высоким биологическим
разнообразием и большей интенсивностью географических процессов массо-энергообмена, чем граничащие
системы.
В географических науках сложилась практика рассматривать границы как вторичные явления по отно-
шению к геосистемам, то есть сами границы фиксируются после того, как представление о конкретных гео-
системах уже сформировалось. Сам по себе такой подход стал возможным при реализации дискретной мо-
дели организации геопространства. Если же реализовать континуальный подход, то схема разграничения
пространственных объектов исчезает вообще. В этом случае речь идет о сплошном пространственном кон-
тинууме, в котором различия между отдельными участками и точками пространства связаны с различиями
в плотности информации и характеризуются последовательными переходами между ними.
Признание дискретного или континуального устройства географической оболочки и отдельных ее час-
тей сформировало представления о сущности границ. С одной стороны, они разделяют качественно отлич-
ные друг от друга целостные пространственные объекты, системы, в сравнении с которыми площадь гра-
ничной переходной зоны между ними достаточно мала, чтобы ей можно было пренебречь, приняв ее за не-
кую условную линию (при дискретном подходе).
В рамках континуального подхода изучение границ приобретает самостоятельное значение, поскольку
они представляются как пространственные площадные объекты: зоны, полосы, экотоны, имеющие специ-
фические признаки и характеризующиеся высокой внутренней неоднородностью и разнообразием состава и
свойств.
Явление континуальности заключается в существовании взаимозависимости, которая связана с влияни-
ем одной геосистемы на другую и формировании некой «контактной зоны». Причем, чем контрастнее гра-
ничащие и контактирующие системы, тем более выражена, более самостоятельна, более внутренне неодно-
родна сама «контактная зона», и тем ярче и убедительнее проявление пространственного континуума [1] .
Таким образом, «контактные зоны», с одной стороны, сохраняют континуальность (единство) геопро-
странства, с другой – подчеркивают его дискретность (прерывность) на глобальном и региональном уров-
нях [2]. А.Ю. Ретеюм [3] говорил об этом как о наличии «хорионов» (ядер, в которых сосредоточена основ-
ная масса субстрата, энергии и информации) и их периферийных зон, зон контакта, которые и объясняют
картину взаимодействия и взаимопроникновения вещественно-энергетических и информационных потоков
в географической оболочке. Именно эти «контактные зоны», по мнению В.А. Шальнева, обусловливают ан-
тиэнтропийную устойчивость такой сложной системы как географическая оболочка (геоверсум) [2].
«Контактные зоны» дают начало появлению качественно иного объекта географической оболочки, в
котором заложены специфическая, новая качественная и количественная определенность – целостность.
Эти объекты – это граничные геосистемы, геоэкотоны.
Самыми большими и сложными граничными системами являются географическая оболочка (геовер-
сум), находящаяся на контакте Земли и Космоса, ландшафтная оболочка Земли, которая четко разделяет все
абиотические сферы геоверсума и в то же время является зоной взаимопроникновения и взаимодействия
вещества, энергии, информации этих сфер [2], [4].
Примеров «контактных зон» как подтверждений работы «закона экотона» в географической оболочке
достаточно много. Например, субэкваториальный, субтропический и субарктический климатические пояса;
географические зоны лесотундры, лесостепи, смешанных лесов, зона сахели. Мангровые ландшафты, соче-
тающие в себе материковые (сухопутные) и океанические черты природы; тугайные леса, пойменно-
террасовые ландшафты; предгорные ландшафты; центр и периферия экономических районов и т.п.
Таким образом, очевидно, что дискретность и континуальность диалектически дополняют друг друга, а
дискретный или континуальный подход к описанию геопространства влечет за собой различия скорее не в
понимании сущности (бесспорно, то, что в природе границы всегда являются объектами линейно-
площадными), а в трактовке и изображении границ, которые связаны с характером исследовательской зада-
чи. Так, например, когда мы употребляем термин «граница», то, как правило, связываем с ней такие функ-
ции как оконтуривание, разграничение, ограничение однородных по каким-либо признакам площадных
Бобра Т.В.
К ВОПРОСУ О ПОНЯТИЯХ «ГРАНИЦА» - «ЭКОТОН» - «ГЕОЭКОТОН» В ГЕОГРАФИИ
8
объектов. Граница рассматривается как следствие процесса взаимодействия граничащих друг с другом объ-
ектов. В этом случае сама граница как объект исследования нас практически не интересует, т.е. мы не за-
думываемся о ее свойствах, внутренней структуре и пр. Объектом исследования выступают площадные
внутренне однородные по определенным признакам территориальные системы: ландшафтные комплексы,
биоценозы, районы, ареалы и т.п., критерии выделения которых определены, и которые мы оконтуриваем
границами. Граница при этом - вспомогательная линия и второстепенный объект. Так, например, такое по-
нимание физико-географической границы отражает определение И.С.Щукина из «Четырехъязычного эн-
циклопедического словаря терминов по физической географии» [5, с.467]: «физико-географическая граница
– это линия или переходная полоса, при пересечении которой происходит существенное изменение при-
родных условий».
Функционально-динамический аспект изучения пространственной дифференциации выявляет, что гра-
ницы влияют на вещественно-энергетические и информационные потоки, трансформируя их различным
образом, или генерируют потоки. То есть граница может рассматриваться как фактор, воздействующий
на потоки. При этом граница выступает в качестве управляющего звена в цепи непрерывных горизон-
тальных взаимодействий геосистем и понимается как самостоятельный объект, как специфический тип гео-
систем [6].
Многие географы, обращавшиеся к изучению разных по генезису граничных образований, предлагали
для них свои определения: «граница как система» [Maarel E., [42, с. 420], Б.А. Ермолаев «синператы» [7],
[8] границей называл реальное геологическое пространство-время, Б.Б. Родомана [9, с. 4], пограничность
интерпретировал как взаимодействие и взаимопроникновение природных тел, а границы как тела, аккуму-
лирующие и перерабатывающие вещество и энергию из прилегающих пространств; не пустые щели между
районами, а каркасы и стержни геосистем», Э.Г. Коломыц [10, 11] называл их «переходными зонами»,
«экотонами». Эстонские геоэкологи Ю. Ягомяги и др. [12], В.М. Яцухно, Ю.Э. Мандер, [13] активно ис-
пользовали понятие «экотон» при решении задач оптимизации пространственной структуры агроландшаф-
та. В.С. Залетаев [14] определял экотоны как граничные, переходные пространства между различными при-
родными средами, между природными системами или между природными и агро- или техносистемами. Ав-
тор, анализируя граничные образования и их роль в пространственной организации ландшафта на тополо-
гическом и хорологическом уровнях, обосновывала их как «особый тип геосистем, главными признаками
организации и выявления которых являются внутренняя неоднородность и функциональная связность» [6,
с. 34].
90-е годы XX века были отмечены усилением интереса отечественных и зарубежных географов и эко-
логов к изучению граничных геосистем. Это связано, во-первых, с высоким биологическим и ландшафт-
ным разнообразием природных геоэкотонов, их ведущей структурно-информационной ролью в ландшафте
и приоритетом в природоохранных программах, во-вторых, с увеличением площадей граничных образова-
ний, связанных с разнообразной антропогенной деятельностью, которым часто присущи быстрое развитие
деструктивных процессов, негативных эффектов, локальных экологических конфликтов и кризисов. Вместе
с этим в научный лексикон географов, геоэкологов прочно входит термин для определения граничных гео-
систем – «экотон». В пользу такого утверждения говорит анализ статистики встречаемости термина «эко-
тон» в основных поисковых системах Интернет Rambler и Яndex. В научных публикациях и изданиях
встречаемость составляет 13 908 (на 1.03.2005 г.).
Термин «экотон» (еcotone) происходит от греч.оikos – жилище и тonos – напряжение. В 1905 г. Ф. Кле-
ментс предложил термин "экотон", а немногим позже в 1928 году ввел его в научную практику зоны пере-
хода между соседними экосистемами, имеющей ряд особенностей, обусловленных пространственным и
временным масштабами и силой взаимодействия между соседними экосистемами. Экотон обладал рядом
особенностей и специфическими свойствами, такими, в частности, как более высокое обилие видов и коли-
чества живых организмов, неустойчивостью и большей динамичностью.
С тех пор в биологии практически закрепилось представление об экотоне как о переходе между двумя
сообществами. Экотон - это пограничная зона или зона "напряжения", которая имеет значительную линей-
ную протяженность, всегда уже территорий соседних сообществ. В состав экотона входят как виды каждого
из прерывающихся, так и виды, характерные только для экотона. Поэтому число видов и плотность попу-
ляций некоторых из них в экотоне бывает выше, чем в лежащих по обе стороны от него сообществах [16, с.
33].
Б.М. Миркин и др. [17] указывают на то, что граница фитоценоза - понятие, используемое в основном
организмистами, которые различают границы фитоценозов двух типов: дивергентного (постепенный пере-
ход) и конвергентного (сравнительно резкий переход). Сторонники концепции континуума отрицают нали-
чие естественных границ между фитоценозами (исключая редкие случаи нарушения или резкого изменения
условий среды по пространственному градиенту) и проводят границы фитоценозов формализовано, руко-
водствуясь условным масштабом разделения континуума на отдельности. Зону границы фитоценоза назы-
вают экотоном. Хотя мнение, что границы сообществ представляют собой не линию, а экотон, справедливо
лишь в применении к участкам сукцессионных комплексов с мелкими элементами [18]. Так,
Э.Дж.Шукуров, Ф.Н.Балбакова [19] считают, что экотоны можно рассматривать как сукцессионные участ-
ки, расположенные между относительно стабильными биоценозами. При этом они указывают, что экотоны,
однако, не могут выделяться в самостоятельные биоценозы, поскольку не имеют самостоятельного и опре-
деленного видового состава и не обеспечивают внутри своих границ стабильное воспроизводство числен-
ности видовых популяций и видового разнообразия.
В физической географии, ландшафтоведении, ландшафтной экологии термин «экотон» чаще всего ис-
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
9
пользуется авторами, которые рассматривают граничные системы разных пространственных уровней как
самостоятельный объект изучения. В.С. Залетаев [14, 15] определяет экотоны как граничные, переходные
пространства между различными природными средами, между природными системами или между природ-
ными и агро- или техносистемами.
Ю.Ягомяги и др. под экотоном понимает отрезок пространства, или времени, где экологические усло-
вия изменяются более резко по сравнению с прилегающими участками, и где они вызывают более резкие
изменения в составе, размещении и взаимоотношении биоты, отмечая при этом внутреннюю неоднород-
ность в поперечном сечении экотона [12]. Однако тут же Ю.Якомяги справедливо отмечает, что взгляды
современных авторов на содержание понятия «экотон» выражены либо слишком обобщенно или, напротив,
в очень специальном контексте (тем самым признавая несовершенство собственного определения).
Множество определений «ландшафтов береговой зоны» как экотонов можно найти в публикациях, по-
священных исследованию переходных зон, возникающих на контакте воды и суши [20, 21, 22, 43]
Так, например, Глушко Т. А. [24] экотоны береговой зоны определяет как часть морского побережья,
переходную территорию между наземными и водными природными комплексами, современными и древ-
ними формами рельефа, созданными в результате действия морских волн.
О.Е.Степочкина, Д.В.Севастьянов в ходе исследований состояния прибрежных систем озера Водлозера,
назвали их экотонными системами, образующимися как на границе воды и суши, так и между различными
ландшафтами, переходными пространствами между различными природными средами, природными ком-
плексами, или между природными и агропромышленными системами. Причем одной из важнейших осо-
бенностей пограничных территорий они отметили повышенную неустойчивость параметров абиотической
среды, к которой должны адаптироваться экотонные экосистемы [24].
Ландшафтные исследования последних десяти лет, проводимые в переходных граничных системах раз-
ного генезиса и пространственного уровня [25 - 36], позволили углубить понимание и расширить содержа-
ние понятия «экотона». Экотон понимается как переходная полоса между смежными ландшафтными ком-
плексами, характеризующаяся повышенной интенсивностью обмена между ними веществом и энергией,
разнообразием экологических условий [37].
Анализируя развитие концепции экотонов, Неронов В.В. дает более полное определение: экотон – это
целостная система с особыми свойствами, структурой и функционированием, переходный природно-
территориальный комплекс различной степени целостности и полноты, возникающий при взаимодействии
геопотоков между соседствующими гео- или экосистемами (как естественными, так и измененными чело-
веком) [38]. Это определение раскрывает понимание экотона уже как самостоятельной целостной системы
(ПТК), которая имеет определенные свойства, структуру, функционирование. Указание на то, что целост-
ность экотона возникает при взаимодействии граничащих геосистем, дает возможность предположить, что
В.В. Неронов так говорит о существовании у экотонов другого, чем у ядерных систем типа целостности –
функциональной, или целостности взаимодействия (интерпретация моя).
Практически в этом же аспекте понимаются ландшафтные экотоны О.В.Калашниковой, исследовавшей
их на Дальнем Востоке как объекты с более высокой эстетической и рекреационной привлекательностью,
чем на однородных территориях. Ландшафтный экотон – это «сообщество природно-территориальных
комплексов как относительно однородных на данном иерархическом уровне географических образований,
функционально взаимосвязанных и пространственно упорядоченных соответствующими геопотоками» [39,
с.12].
Автор, анализируя граничные образования и их роль в пространственной организации ландшафта на
топологическом и хорологическом уровнях, обосновывала их как «особый тип геосистем, главными при-
знаками организации и выявления которых являются внутренняя неоднородность и функциональная связ-
ность», как объекты комплексной географии, которые представляют собой сложные системы, сочетающие
явления разного уровня организации: эмерджентности, континуальности и дискретности, эффекты неопре-
деленности и субъективности, полифункциональности и пр. [6, с. 34]. Именно за этим «особым типом гео-
систем» было предложено закрепить в географии название «геоэкотон», поскольку термин «геоэкотон»
является, универсальным и всеобъемлющим для определения геосистем такого типа [36].
Существуют эволюционно сложившиеся геоэкотоны, они географически детерминированы и подчине-
ны влиянию зонально-провинциальных факторов планетарно-космической природы. К ним относятся зоно-
геоэкотоны, водно-наземные геоэкотоны океанических побережий, орографические геоэкотоны предгорий
крупных горных систем. Это геоэкотоны 1-го порядка, макрогеоэкотоны планетарного уровня.
Геоэкотоны 2-го порядка, мезогеоэкотоны регионального уровня возникают в условиях зональной или
азональной однородности между природными системами (ландшафтами). Дифференциация происходит под
действием внутренних факторов (литологических, геоморфологических, мезоклиматических, биотических).
Геоэкотоны 3-го порядка, микрогеоэкотоны хорологического и топологического уровней представляют
собой граничные образования, формирующиеся между фациями и урочищами.
Географические реалии связаны с расширением масштабов антропогенного влияния на природную сре-
ду, внедрением в ландшафт антропогенных (технических) объектов, площадными воздействиями (ороше-
ние, осушение, распашка, выпас и т.п.), формирующими новые ландшафтно-географические поля воздейст-
вий. В формирующейся сфере культурных ландшафтов большую роль начинают играть не только природ-
ные, но и социально-экономические закономерности пространственно-временной дифференциации Форми-
рование компонентной и территориальной структур современных (культурных) ландшафтов обусловлено
процессами интеграции, диверсификации, поляризации, агломерирования, концентрирования и т.д. [2].
Идет процесс формирования новых центров (ядер) и зон их влияния (периферии), что часто дестабили-
зирует природную среду, приводит к значительному увеличению мозаичности и контрастности пространст-
Бобра Т.В.
К ВОПРОСУ О ПОНЯТИЯХ «ГРАНИЦА» - «ЭКОТОН» - «ГЕОЭКОТОН» В ГЕОГРАФИИ
10
венной структуры ландшафтной сферы, появлению новых границ антропогенного и природно-
антропогенного происхождения, формированию новой пространственной структуры вещественно-
энергетических потоков, миграции и расселения живых организмов. В свою очередь это сопровождается
появлением новых природно-антропогенных и антропогенных граничных геосистем - геоэкотонов разных
пространственных масштабов, со специфическими свойствами, структурой и устойчивостью.
Н.А. Соболев, О.И. Евстигнеев (1999), определяют такие системы как антропогенные экотоны - экоси-
стемы (участки экосистем), саморазвивающиеся на природных элементах ландшафта, но граничащие с ка-
кими-либо антропогенными элементами последнего и фактически испытывающие их влияние, и считают
это частным случаем общеэкологического понятия об экотоне [40].
Человек и его деятельность являются неотъемлемой частью и фактором развития географической обо-
лочки. Процесс дальнейшей антропогенизации ландшафтной сферы неизбежен, а, значит, неизбежен и про-
цесс ее экотонизации и увеличения доли в пространственной структуре ландшафтной сферы природно-
антропогенных граничных геосистем [36]. Автор считает, что поскольку природные и антропогенные гра-
ничные образования являются объективно существующими и практически равнозначными в структуре
геопространства географическими системами, то термин «геоэкотон» правомерно использовать и для обо-
значения граничных геосистем антропогенного генезиса.
Таким образом, анализируя и обобщая опыт определения и использования в естествознании терминов,
обозначающих граничные образования («граница – периферия – краевая зона – маргинальная зона - пере-
ходная зона - экотон – геоэкотон»), можно сделать вывод о том, что все авторы отмечают, во-первых, объ-
ективность существования данного объекта географической оболочки; во-вторых, его специфичность (при-
знаки, свойства, структура, роль в системе взаимодействий и пр.); в-третьих, увеличение доли граничных
систем в пространственной структуре географической и ландшафтной сферы.
В то же время «целостность меняющегося на наших глазах мира, появление нового класса глобальных
проблем человечества представляют свои требования и к географии. Изучение такого мира и этих проблем,
их прогнозирование и управление ими наиболее эффективно методами и усилиями целостной, а не разо-
рванной географии» [41, стр.15]. Многие географы говорили и говорят сегодня о необходимости интегра-
ции географических наук, формировании единой (общей) географии (С.В. Калесник, В.П.Максаковский,
В.Б.Сочава, Э.Б.Алаев, Н.К.Мукитанов, Г.А.Исаченко, С.Ныммик, В.М. Котляков, В.А.Шальнев, Н.В. Баг-
ров и др.). Единая география должна базироваться на обновленной теоретико-методологической основе
(глобалистика, синергетика, системология), на взаимосвязи парадигм и концепций (геопространства, гео-
среды, геосистемы), образующих некий «генетический код» географического познания, а также на общем
категорийно-понятийном аппарате. Эта общность, однако, из-за сложности и многосторонности объекта ис-
следования, наличия разных уровней исследования и многочисленных контактов со знаниями других наук
не исключает определенную «этажность» и существования разных научных направлений. По мнению
Шальнева (2000), в современной географии сохранятся такие направления как теоретическое, эмпириче-
ское, методологическое, конструктивное, художественное [2].
Категорийно-понятийный аппарат также формируется под влиянием двух противоположных процес-
сов: универсализации (что связано с движением к единой географии); пополнения (в т.ч. и заимствования) и
усложнения (что связано с расширением контактов географии с другими областями знаний и возникнове-
нию пограничных направлений исследований). Вместе с тем, как подчеркивают ведущие отечественные
географы, термины и понятия, которые являются общенаучными или используются в разных науках, в гео-
графии могут и должны приобрести свою специфику. Такую специфику, например, придает использование
приставки «гео-» в таких терминах как геопространство, геополе, геопроцесс, геосистема, геодинамика и
т.п. В этом плане термин «геоэкотон» представляется нам приемлемым для обозначения граничных геогра-
фических систем.
Итак, определить геоэкотон можно следующим образом:
геоэкотон – это сложная пространственно-временная географическая система, формирующаяся на
контакте разных природных сред и структур (вода – суша; вода – лед; горы – равнины; лес – степь), при-
родных или антропогенных геосистем разных иерархических уровней, целостность и качественная опреде-
ленность которой определяется интенсивностью вещественно-энергетических и геоинформационных по-
токов между граничащими геосистемами, обладающая относительно высокими градиентами свойств и
геопараметров, внутренней неоднородностью и функциональной связностью элементов структуры, среди
которых встречаются специфические, характерные только для геоэкотона.
Среди наиболее характерных свойств и качеств геоэкотонов отмечаются: 1) своеобразные плановые
очертания, из которых самым выраженным свойством является линейность; 2) геоэкотоны определяют ие-
рархическую структуру связей и взаимодействий между граничащими геосистемами, в силу того, что
влияют на направление и свойства латеральных вещественно-энергетических и информационных потоков,
осуществляющих взаимодействия; 3) геоэкотоны создают структурно-функциональный каркас территории;
4) геоэкотоны часто оказываются более динамичными при воздействии внешних факторов по сравнению с
внутренне однородными (т.н. ядерными) геосистемами.
Источники и литература
1. Дьяконов К.Н. Изучение вертикального строения ландшафта // Методика ландшафтных исследований.
– Л, 1971. – С. 67-73.
2. Шальнев В.А.. Проблемы общей географии (исторический аспект) / Под ред. Проф. Ю.П. Хрусталева. –
Ставрополь.: Из-во СГУ, 2000.
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
11
3. Ретеюм А.Ю. Земные миры. – М.: Мысль, 1988. – 268 с.
4. Солнцев В.Н. Системная организация ландшафтов. – М.: Мысль, 1981. – 240 с.
5. Щукин И.С. Четырехъязычный энциклопедический словарь терминов по физической географии. – М:
Советская Энциклопедия, 1980.
6. Бобра Т.В. Ландшафтные границы: подходы к анализу и картографированию. – Симферополь: Таврия-
Плюс. – 165 с.
7. Кузнецов Б.А. О некоторых закономерностях распределения млекопитающих по европейской части
СССР // Зоологический журнал. – 1936. – Т. 15. – Вып. 1. – С. 96-127.
8. Ермолаев Б.А. Геодинамика и соотношение неопределенностей Гейзенберга // Внутренняя геодинами-
ка. – Л., 1972. – С. 63.
9. Родоман Б.Б. Основные типы географических границ // Географические границы. – М.: Изд-во МГУ,
1982. – С. 19-32.
10. Коломыц Э.Г. Ландшафтные исследования в переходных зонах. – М.: Наука, 1987. – 118 с.
11. Коломыц Э.Г. Полиморфизм ландшафтно-зональных систем. – Пущино, 1998. – 311 с.
12. Якомяги Ю., Кюльвик М., Мандер Ю. Роль экотонов в ландшафте // Структура и ландшафтно-
экологический режим геосистем. Ученые записки Тартусского ун-та. – Тарту: Изд-во Тарт. ун-та. –
1988. – С. 96-118.
13. Яцухно В.М. , Мандер Ю.Э. Формирование агроландшафтов и охрана природной среды. – Минск, 1995.
– 121 с.
14. Залетаев В. С. Экотоновые экосистемы как географическое явление и проблема экотонизации биосферы
// Современные проблемы географии экосистем. – М., 1984. – С. 53–55.
15. Залетаев В.С. Структурная организация экотонов в контексте управления // Экотоны в биосфере / Под
ред. В.С. Залетаева. – М.: РАСХН, 1997. – С. 11-30.
16. Мельник В.И. Экотоны и проблема охраны растительного мира // Материалы конференции “Экология
леса».http://www.bioscience.ru/Conference/Ecology/forest.htm
17. Миркин Б.М., Розенберг Г.С., Наумова Л.Г. Словарь понятий и терминов современной фитоценологии.
– М.: Наука, 1989. – 223 с.
18. Киреев Д.М. Методы изучения лесов по аэроснимкам. – Новосибирск: Наука. Сиб. Отд-ние, 1977. – 216
с.
19. .Шукуров Э.Дж, Балбакова Ф.Н. ООПТ Кыргызстана и сохранение биоразнообразия Тянь-Шане-
Алайского горного сооружения // Электронный экологический журнал. Биоразнообразие. Кыргызстан.
Растительный и животный мир. // http://www.ecoin.host.net.kg/biblio.htm
20. Кондратьев К. Я., Поздняков Д. В. Взаимодействие суши и океана в береговой зоне: программа LOICZ
// Водные ресурсы. – 1996. – Т. 33.– №3. – С. 301 – 306
21. Каплин П. А., Леонтьев О. К., Лукьянова С. А., Никифоров Л. Г. Берега. – М.: Мысль, 1991. – 479 с.
22. Шуйский Ю.Д. Типы берегов Мирового океана (на укр. яз.). – Одесса: Астропринт, 2000. – 478 с.
23. Глушко Т. А. Побережье Каспийского моря как экотонная зона // Известия РГО. – 1995. – Т. 127. – Вып.
4. – С. 60 - 65.
24. О.Е.Степочкина, Д.В.Севастьянов. Дендроиндикация состояния прибрежных экотонов в котловине оз.
Водлозера // Национальный парк “Водлозерский”. - 1998. Статья подготовлена при поддержке РФФИ,
Проект № 98-05-65632. - http://stepochkina.by.ru/Rabota/Rabota.htm
25. Волкова Н.И., Жучкова В.К. Полесско-опольские ландшафтные экотоны // Вестник Воронежского уни-
верситета. География, Геоэкология. – 2000. – №1. – С. 26-30.
26. Николаев В.А. Ландшафтоведение и геоэкология на исходе 20-го века // Вестник РФФИ.
http://www.rfbr.ru/default.asp
27. Биологическое разнообразие горных районов. Программа UNEP/CBD/COP/7/21VII/27. до 2010 года.
28. Родоман Б.Б., Каганский В.Л. Русская саванна // География. – 2004. – № 5.
29. Пологова Н.Н. Лесоболотные экотоны в болотообразовательном процессе // Сибирский экологический
журнал. – 2001. – №6. – С. 675-681.
30. Фролова Н. О. Северная граница леса как региональный геоэкотон Северной Фенноскандии и факторы
ее пространственной динамики // Вестник МГУ. Сер. География. – М., 1997. – 38 с. Рус.. RU. Деп. в
ВИНИТИ 28.11.1997, N 3481-В97.
31. Лозовская Ю.Н. Состояние многолетнемерзлых пород как фактор устойчивости экотонных ландшафтов
полуострова Ямал // Экотоны в биосфере. – М., 1999. - http://ecoinf.uran.ru/search/rubrics/12.shtml
32. Коломыц Э.Г. Полиморфизм ландшафтно-зональных систем // Изв. РАН. Сер. геогр. – 1999. – № 6. – С.
21-31.
33. Коломыц Э.Г., Сурова Н.А. Полисистемная организация географического пространства на бореальном
экотоне Русской равнины // Аридные экосистемы. –1998. – Т. 4. – № 8. – С. 35-46.
34. Лавриненко И., Лавриненко О. «Динамика экотона тайга-тундра» // Материалы Международного рабо-
чего совещания. Швеция, Абиско, 2000 г.
35. Перевозникова В. Д., Зубарева О. Н. Геоботаническая индикация состояния пригородных лесов (на
примере Березовой рощи Академгородка г. Красноярская) // Экология. – 2002. – N 1. – С. 3-9.
36. Бобра Т.В. Проблема изучения геоэкотонов и экотонизации геопространства в современной географии
// Ученые записки ТНУ. География. – 2004. – Т.17(56). – № 3.– С.35-43.
http://www.bioscience.ru/Conference/Ecology/forest.htm
http://www.ecoin.host.net.kg/biblio.htm
http://stepochkina.by.ru/Rabota/Rabota.htm
http://www.rfbr.ru/default.asp
http://ecoinf.uran.ru/search/rubrics/12.shtml
Бобра Т.В.
К ВОПРОСУ О ПОНЯТИЯХ «ГРАНИЦА» - «ЭКОТОН» - «ГЕОЭКОТОН» В ГЕОГРАФИИ
12
37. Николаев В. А. Ландшафтные экотоны // Вестник Московского университета. География. – 2003. - Сер.
5. – N 6. – С. 3-9.
38. Неронов В.В. Развитие концепции экотонов и их роль в сохранении биологического разнообразия // Ус-
пехи современной биологии. – 2001. – Т.121. – № 4. – С.323-336.
39. Калашникова О.В. Проблемы выделения рекреационно-привлекательных территорий (на примере
Дальнего Востока).– Владивосток: ДВГУ. Институт окружающей среды, 1999.
http//www.dvgu.ru/meteo/geogr/recreation.ru
40. Н.А. Соболев, О.И. Евстигнеев. Ландшафтно-картометрические критерии и методы // Критерии и мето-
ды формирования экологической сети природных территорий. – 1999.- Вып. 1. – 2-е изд. – М.: Центр
охраны дикой природы СоЭС. – С. 23 – 31.
41. Машбиц Я.Г. Комплексное страноведение. – Смоленск, 1991.
42. Maarel E. On the establishment of plant community bundaries // Berichte der Deutschen Botanischen Gesell-
schaft, 1976. – T. 89. – P. 415 -443.
43. Pernetta J. and Milliman J. Land-Ocean interactions in the Coastal Zone: Implementation Plain. –
LOICZ/IGRP Report No 33, IGBR/ICSU, 1995, Stockholm.
Ивус Г.П., Нажмудинова Е.Н.
К ВОПРОСУ О ПРОЦЕССАХ КУМУЛЯТИВНОГО АНТИЦИКЛОГЕНЕЗА
Примеры кумулятивного эффекта образования гребневых структур обнаруживаются в зимних ситуаци-
ях, предшествующих весеннему сезону и во многом характерных для самой весны в ранний период. Анализ
процессов кумулятивного антициклогенеза представлен на примере синоптических ситуаций конца декабря
2001 и первой половины января 2002 г.
На рис. 1–4 приведена ситуация с кумулятивным гребневым вторжением к западу от Сибирского анти-
циклона. Как показывает комплексный анализ атмосферных процессов, резкое гребневое вторжение про-
слеживается в период от 26.12.2001 г. до 27.12.2001 г. (рис.3-4)
Рис.1. Приземная карта погоды за 21.12.01, 00 СГВ.
В этом случае происходит обширное вторжение гребневого отрога на акваторию Средиземного моря
через Украину. Предварительно, его возникновению способствовали наличие депрессий на территории Ук-
раины и распространение гребневого вторжения на Западную Европу от Азорского максимума.
Как видно из рис.1, над Украиной отмечается существование влажной депрессии, которая способствует
обоюдному кумулятивному вторжению на ее территорию гребневых структур от Азорского максимума и
Сибирского антициклона.
На втором примере в районах Северной Атлантики, Скандинавии и Восточной Европы 07.01.2002 г
(рис.5) наблюдается явная активизация гребневой структуры в район Норвежского моря, а демаркационная
линия отклонена резко к северу. Следует отметить,что выход гребневой структуры, идущей от Азорского
максимума до широты Ян-Майена, - явление редкое и несет за собой резкие похолодания в южных широтах
на ее западной периферии, что и произошло на территории Украины.
http://www.dvgu.ru/meteo/geogr/recreation.ru
|