Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий
Збережено в:
| Дата: | 2007 |
|---|---|
| Автор: | |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Russian |
| Опубліковано: |
Інститут економіки промисловості НАН України
2007
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/16108 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий / В.А. Ткаченко // Економічний вісник Донбасу. — 2007. — № 2(8). — С. 107-115. — Бібліогр.: 4 назв. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| id |
nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-16108 |
|---|---|
| record_format |
dspace |
| spelling |
Ткаченко, В.А. 2011-02-04T18:46:23Z 2011-02-04T18:46:23Z 2007 Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий / В.А. Ткаченко // Економічний вісник Донбасу. — 2007. — № 2(8). — С. 107-115. — Бібліогр.: 4 назв. — рос. 1817-3772 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/16108 ru Інститут економіки промисловості НАН України Менеджмент інновацій Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий Article published earlier |
| institution |
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| collection |
DSpace DC |
| title |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий |
| spellingShingle |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий Ткаченко, В.А. Менеджмент інновацій |
| title_short |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий |
| title_full |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий |
| title_fullStr |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий |
| title_full_unstemmed |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий |
| title_sort |
интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий |
| author |
Ткаченко, В.А. |
| author_facet |
Ткаченко, В.А. |
| topic |
Менеджмент інновацій |
| topic_facet |
Менеджмент інновацій |
| publishDate |
2007 |
| language |
Russian |
| publisher |
Інститут економіки промисловості НАН України |
| format |
Article |
| issn |
1817-3772 |
| url |
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/16108 |
| citation_txt |
Интеллектуальный потенциал в основе сенсационных стратегий / В.А. Ткаченко // Економічний вісник Донбасу. — 2007. — № 2(8). — С. 107-115. — Бібліогр.: 4 назв. — рос. |
| work_keys_str_mv |
AT tkačenkova intellektualʹnyipotencialvosnovesensacionnyhstrategii |
| first_indexed |
2025-11-26T15:31:07Z |
| last_indexed |
2025-11-26T15:31:07Z |
| _version_ |
1850626635780325376 |
| fulltext |
2007’2
107
Менеджмент інновацій
Оглянувшись назад, (не имеет значения как глу-
боко), виртуально мы увидим, что благополучие той
или иной социально-экономической формации исто-
рически строилось на умелом использовании природ-
ных, финансовых и трудовых ресурсов. Намереваясь
заглянуть вперед, можно, скорее всего, увидеть, что
эти факторы уже не так много значат. Скорее всего,
они перестали быть движущей силой: ныне нельзя
добиться процветания только за счет природных бо-
гатств или быть богатым, нарастив банковский капи-
тал. Нельзя быть процветающей страной и за счет уве-
личения плотности народонаселения. И этому доста-
точно примеров.
Так в чем же суть обесценивания исторически
подтверждаемых ценностей? Прежде всего, что собой
представляли или представляют эти три кита, на кото-
рых развивалась человеческая земная цивилизация?
Природные (естественные) ресурсы — это ком-
поненты природы, используемые человеком. По край-
ней мере, так определяет Большой энциклопедичес-
кий словарь [1, с. 961]. Сегодня дело обстоит так, что
огромные природные ресурсы, которые вовлекаются
в современную человеческую деятельность, достиг-
ли таких размеров, что это не просто обострило про-
блемы их рационального использования, но и поста-
вили человечество на грань выживания в глобальном
масштабе. Об этом уже много сказано, написано, но
не найдено путей спасения или принятия кардиналь-
ных решений.
Финансовые ресурсы — это созданные челове-
ком ресурсы в виде капитала (денежных знаков), ис-
пользуемого для производства товаров и услуг и
приносящего доход. На уровне промышленных пред-
приятий капитал (финансовые ресурсы) — это вся
сумма материальных ценностей (вещей) и денежных
средств, используемых в производстве [1, с. 442]; в
банковской сфере — это стоимость в денежном вы-
ражении, приносящая прибавочную стоимость. Об-
разно говоря, финансовые ресурсы в банковской си-
стеме — это деньги «в никуда».
Остается третий «столп» — трудовые ресурсы.
На этом виде ресурсов стоит остановиться поподроб-
нее. Трудовые ресурсы — это «понятие отечествен-
ной экономической науки, близкое по значению к эко-
В.А. Ткаченко,
доктор экономических наук, г. Днепропетровск
В.А. Ткаченко
ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ
В ОСНОВЕ СЕНСАЦИОННЫХ СТРАТЕГИЙ
номически активному населению, включаемое трудо-
способное население, обладающее необходимым фи-
зическим развитием, знаниями и практическим опы-
том для работы в народном хозяйстве» [1, с. 1228].
История знает много примеров борьбы за то, что-
бы мы поверили, что все три вида ресурсов и все
богатства общества принадлежат народу и что рабо-
чие должны владеть средствами производства. Сегодня
это признано всеми и во всем мире. Вероятнее всего,
что это было всегда. Всегда рабочие владели ими,
просто мы (люди) не понимали этого. Не понимали,
что не только и не столько надо применять мускуль-
ную силу (физический труд), чтобы получить приба-
вочную стоимость. В современных условиях, в ком-
паниях и на фирмах развитых стран от 70 до 85 %
всего, что делается людьми, делается с использова-
нием своих мозгов, т.е. при помощи интеллекта. Ми-
ровая научная элита уже не стесняется говорить, что
основным средством производства стало «это скром-
ное серое вещество весом приблизительно в 1,3 кг.
Это человеческий мозг» [2, с. 2].
Всем известна историческая фраза Генри Форда:
«Удивительно, но как только мне требуется пара рабо-
чих рук, я получаю всего рабочего в придачу» [3, с. 70].
Конечно, Генри Форд был не прав, он получал не фи-
зическое тело, а биоэнергоинформационную систему
с удивительным и непостижимым механизмом управ-
ления — человеческим мозгом. Время показало, что
идеально устроенный и абсолютно индивидуальный че-
ловеческий мозг значительно превосходит тради-
ционные средства производства — сырье, рабочую (фи-
зическую) силу и денежные накопления. Ибо благода-
ря этому серому веществу люди могут быть изобрета-
тельными, они могут выдвигать новые идеи, ставить
новые цели и разрабатывать пути их достижения, ме-
нять правила производственных и межличностных от-
ношений. Люди могут быть эмоциональными и рассу-
дительными, а их действия взвешенными и эффектив-
ными. Сегодня решающий фактор — сам человек, его
знания и умения, приобретенный опыт и естественные
навыки. И успех бизнеса, эффективность предприни-
мательской деятельности, результаты человеческих от-
ношений зависят от способностей, знаний и умения
направлять в нужное русло безальтернативную работу
108
Економічний вісник Донбасу
умов. Вот почему и природные ресурсы, и накоплен-
ный капитал, и физический труд (рабочие руки — ра-
бочая сила в историческом определении) теряют свою
значимость. Вот почему все чаще и чаще из уст госу-
дарственных деятелей высокоразвитых стран мы слы-
шим слова «о холодной войне знаний». Вот почему так
называемые «семерка» и «восьмерка» высокоразви-
тых стран в последние годы так много внимания уде-
ляют вопросам формирования единого образователь-
ного и научного пространства, создания условий, спо-
собствующих притоку высокоинтеллектуальных моло-
дых людей и предотвращающих «утечку мозгов». Курс
взят не на превосходство в силе и технике, а на пре-
восходство в уровне совокупного интеллектуального
потенциала государства.
В настоящее время многие ученые, философы и
социологи говорят и пишут о необходимости дальней-
ших коренных реформ и различного рода усовершен-
ствований в сфере образования, воспитания и повы-
шения общего социально-культурного уровня, о не-
соответствии последних требованиям естественного
развития и надмерной технологизацией нашей жизни.
При этом рисуемая многими исследователями карти-
на глобализирующегося мира, с надуманной так
называемой постиндустриализацией, содержит в себе
необдуманно копируемый западный образец, созна-
тельно уводящий общественное мнение от должного
учета реальных фактов непредсказуемого динамично
изменяющейся действительности.
Отрадно лишь то, что по мере того как начало
коренных реформ украинского общества все более
уходит в прошлое, они из сфер политических дис-
куссий и борьбы общественных течений перемеща-
ются в область научного исследования. Это вселяет
надежду получить результаты анализа как взаимосвя-
зей и взаимного влияния естественных социально-эко-
номических процессов внутри нашего общества, так
и не прогнозируемых в социальном плане воздействий
окружающей среды.
С самого начала трансформация многоукладной
социально-экономической системы общественного
обустройства нашего общества стратегически мыс-
лилась как многогранная мегакомплексная сверхза-
дача — дальнейшее повышение благосостояния насе-
ления, улучшение условий его материальной и духов-
ной жизни, развитие социально-культурного потенци-
ала. Один к одному задачи предыдущей обществен-
ной формации.
Решение этих задач обусловливалось, в первую
очередь, двумя группами чисто социально-экономи-
ческих проблем: с одной стороны, резкой динамиза-
цией в сторону социализации роста производитель-
ных сил, а с другой — совершенствованием хозяй-
ственного механизма в сторону стабилизации эконо-
мики. Что касается первого, то акцент был сделан на
проведение глубокой структурной перестройки про-
мышленного комплекса в сторону конверсии воен-
ного производства. Однако для проведения сколько-
нибудь осмысленной социальной политики в условиях
глобализации мировой экономики необходимо было
обеспечить как минимум 4 % роста национального
дохода. А если учесть, что возможностей роста за счет
вовлечения новых материальных, финансовых и люд-
ских ресурсов также практически не было, то и полу-
чили то, что получили — полный развал промыш-
ленного комплекса, падение агропромкомплекса и,
естественно, не рост национального дохода, а его от-
рицательные характеристики.
И все же принципиальной особенностью 90-х
годов XX столетия стала смена технико-технологи-
ческого подхода в развитии общества социально-эко-
номическим. Пожалуй, впервые в официальной рито-
рике речь зашла об активизации человеческого фак-
тора, повышении жизненного уровня населения и его
духовности как условий трансформации всей систе-
мы общественных отношений. Экономистам, социо-
логам и политологам, даже философам, ибо такая
постановка затрагивала ментальный уровень народа,
предстояло более тщательно разобраться с этими ус-
тановками, наполнить их конкретным содержанием.
И на практике именно данные проблемы, а вовсе не
вопросы структурных преобразований народно-хозяй-
ственного комплекса встали в центре экономических
дискуссии и экономической борьбы.
Были даже концептуально обоснованы новые
подходы:
во-первых, как необходимость придания дина-
мизма развитию производительных сил путем сосре-
доточения инвестиционных ресурсов в приоритетные
секторы экономики;
во-вторых, как осуществление трансформации
производственных отношений, изменение обществен-
но-экономической структуры социальной системы;
в-третьих, как необходимость гуманизации сис-
темы общественных отношений, преодоления одно-
бокого технократического подхода к решению соци-
ально-экономических задач;
в-четвертых, как мотивация важности повыше-
ния благосостояния и удовлетворения растущих по-
требностей украинских людей;
в-пятых, как проведение курса традиционных
представлений трансформации экономической сущ-
ности общественной формации;
в-шестых, как обострившаяся полемика о суще-
стве нетрудовых доходов и роли государства в их эли-
минировании;
В.А. Ткаченко
2007’2
109
в-седьмых, как необходимость использования
товарно-денежных отношений как важного стимули-
рующего рычага развития производительных сил.
Можно еще столько же привести концептуально
обоснованных подходов, однако все они носили весь-
ма осторожный характер и обязательно сопровожда-
лись оговорками об изменившейся природе как сто-
имостных механизмов, так и изменившимися произ-
водственными отношениями и недопустимости
устоявшихся товарно-денежных отношений.
Было ли это сенсационной стратегией? Конечно,
было! Ибо и для зарубежных государственных деяте-
лей и политологов, и для отечественных экономистов
и социологов такой поворот в системе общественных
отношений явился полной неожиданностью. Другое
дело, как в дальнейшем развивались события, и ка-
кие принципы были взяты в основу этой стратегии.
Как сегодня, так и 10—12 лет назад говорилось
и о необходимости совершенствования системы рас-
пределения по труду, что проявилось в относительно
ранней, но поверхностной децентрализации распреде-
лительных механизмов при одновременном резком
усилении попыток государственного вмешательства
в «оценку справедливости распределения», и о су-
ществе нетрудовых доходов и роли государства в их
элиминировании, и о том, что отклонения от суще-
ствовавших принципов распределения и хозяйство-
вания могут породить и порождают такие отрицатель-
ные явления, как трудовая и социальная пассивность,
тунеядство, моральный нигилизм, скрытые формы
перераспределения доходов и благ, при этом непре-
менно присутствовали ссылки на необходимость ис-
пользования товарно-денежных отношений как важ-
ного стимулирующего рычага развития производи-
тельных сил и производственных отношений.
И все же подобные разговоры велись и ведутся
весьма осторожно и обязательно сопровождаются под-
текстом естественности стоимостных механизмов и
недопустимости при использовании товарно-денежных
отношений принижения роли планового начала.
Но суть проблемы не в этом. И даже не в том,
что и в период экономической реформы 1965 года, и
во время так называемой «перестройки» 1985 года, и
во время попытки выхода из кризисной ситуации 1995
года базой для дальнейшей проработки теоретичес-
ких основ социально-экономической трансформации
общественной формации была избрана «теория хозяй-
ственного механизма», которая представляла собой и
до настоящего времени представляет особый раздел
«политэкономии», ставшей со временем одним из
наиболее динамично развивающихся направлений
«советской экономической науки», которым руковод-
ствуются и маститые ученые, и авторы диссертацион-
ных работ, и, естественно, государственные институ-
ции [3, с. 15].
Суть проблемы в том, что для экономистов, кото-
рые выросли на волне широких и откровенных дискус-
сий тех лет, последующие годы не стали временем науч-
ной отработки аргументов и механизмов осуществления
будущих хозяйственных преобразований. В силу этого и
сенсационность принимаемых решений и последующие
попытки преобразований и реформирования экономичес-
кой системы не были научно подготовленными и каждый
раз «захлебывались» в своей беспомощности. А полити-
зация общественной формации, в том числе и экономиче-
ской науки, привела к тому, что вскоре была найдена иде-
ологическая ниша и все вопросы трансформации эконо-
мической системы были отданы на откуп «идеологизиро-
ванной ортодоксальной политэкономии». Естественно это
привело всеобщее мнение о необходимости «глубокого
совершенствования хозяйственного механизма». И ста-
ли рассматривать последний как самостоятельный объект
исследования, который можно анализировать и рефор-
мировать, все остальные проблемы основ социально-эко-
номической трансформации общественной формации ос-
тались вне поля зрения ученых. Логика такого концепту-
ального подхода дает известную свободу анализа и при-
нятия стратегических решений, но в то же время налагает
жесткие и потенциально весьма опасные ограничения, ко-
торые неизбежно должны сказываться и сказываются в
будущем.
Таким образом, хотим мы этого или нет, произо-
шел явный сдвиг в сторону усиления популистской
составляющей при разработке и осуществлении
экономической политики. И прежде всего в форми-
ровании и функционировании институтов власти и того
же «механизма управления социально-экономической
составляющей». В силу этого социально-обществен-
ная формация вошла в состояние, когда её высшее
руководство, институты государственной власти не
могут принимать оптимальные экономически эффек-
тивные решения. Стало модным принимать сенсаци-
онные решения, идущие явно в разрез с настроения-
ми общественного мнения, что вскоре должно было
и уже сказывается на характере и эффективности ру-
ководства экономикой. Общество вошло в состояние
с нерегулиро-ванностью разделения властей. При вы-
сокой политической активности населения, вниматель-
но следящего за перепитиями в коридорах власти, и
умении им находить выход из любых ситуационных
положений, правительство и другие институты власти
каждый раз оказываются заложником популярности
собственных текущих, каждодневных решений, даже
если они носят сенсационный характер, не говоря уже
о сенсационности их деклараций и решений стратеги-
ческого характера.
В.А. Ткаченко
110
Економічний вісник Донбасу
Более того, естественным образом трансформи-
руется и характер философии популизма. К примеру,
решения начала 90-х годов XX столетия о демократи-
зации управления экономикой являлись популистски
сенсационными по своей сути. И, естественно, раз-
рушительными по своим последствиям. Но принимав-
шие их политики были уверены в экономической эф-
фективности подобных мер, в их жизненной необхо-
димости и оправданности. Кстати, «чего греха таить»,
к такому мнению сразу же примкнула и большая часть
маститых ученых экономической науки.
Однако во второй половине 90-х годов ситуация
резко меняется, настроения в обществе, обманутом в
своих ожиданиях быстрого подъема благосостояния,
обусловили, естественным образом, курс на экспан-
сию социальных программ. При этом заметим, что это
все в условиях бюджетного дефицита. Но это же впер-
вые приблизило руководство государства и ведущих
ученых к пониманию опасности таких сенсационных
стратегий.
А ситуация трансформировалась следующим об-
разом: осознав после первых лет создания новой со-
циально-экономической среды опасность дестабилиза-
ции экономической системы государства, властные
институты решили принять меры к ограничению дефи-
цита бюджета, выбрав для этого стандартный путь со-
кращения доходов на социально-культурные меропри-
ятия, аж до не выплат «заработной платы». Это не за-
трагивало интересы никаких влиятельных групп, струк-
тур, индивидуальностей.
Именно такое ситуационное развитие привело
ученых-экономистов к очень существенному вопро-
су, ставшему одной из доминант дальнейшей полити-
ки, существенно затрагивающей и социальную сфе-
ру, — в явном виде была сформирована задача о со-
циальной цене проводимых реформ. Из экономичес-
кой публицистики о необходимости реформирования
хозяйственного механизма он был переведен в плос-
кость социально-общественную на официальном уров-
не. Более того, из уст ученых четко прозвучал тезис о
неизбежности болезненного характера любой эконо-
мической реформы. Было акцентировано внимание на
необходимость выработки ясной программы реформ
и прежде всего скорейшего решения проблемы бюд-
жетного дефицита, либерализации экономических по-
стулат и формирования на этой основе конкурентной
среды для отечественных товаропроизводителей.
Но, пожалуй, самой сенсационной стратегией,
позволяющей в концентрированном виде охарактери-
зовать как политико-экономические процессы 90-х го-
дов XX столетия, так и базис на основе которого транс-
формируются эти процессы в первое десятилетие XXI
века, является осознание новых явлений — формирова-
ние общей конфликтной среды и описание причин на-
растания конфликтов. Этот феномен, который захватил
количественно и качественно все слои населения, про-
ник во все сферы общественной жизни и увел умы и
политиков и ученых далеко от столбовой дороги соци-
ально-экономического развития, будет познаваться не
годы, а десятилетия. Ибо нормальный естественный
разум его осознать не в состоянии.
Все более ясным становится, что различные со-
циальные группировки (далеко не сводимые к тради-
ционному для официальной социологии делению на ра-
бочий класс, колхозное крестьянство и трудовую ин-
теллигенцию) имеют далеко не одинаковые представ-
ления о перспективах политического и экономического
обустройства вновь сформированного социума. Про-
блема, разумеется, не сводится лишь к стремлению
отдельных регионов стать самостоятельными, пол-
ноправными государственными образованиями (Крым-
ская автономия, Галиция, Донбасс) или, тем более, к
личным политическим амбициям (Тимошенко, Януко-
вича, Еханурова, Мороза и т.д.), хотя это присуще в
полной мере и сегодня. Гораздо более существенным
моментом было и есть принципиально разное понима-
ние ими перспектив экономических и политических
реформ, будущего общественного обустройства, кото-
рое должно прийти на смену старому. Все эти процес-
сы стали внешней формой проявления глубинного кон-
фликта в области перераспределения власти в услови-
ях естественной трансформации общественной форма-
ции. С ликвидацией вертикали власти возникла ситуа-
ция институциональной неопределенности.
В результате борьбы за власть очень быстро меня-
лись «весовые соотношения» (важность решений),
политические факторы и аргументы заняли домини-
рующее положение, тогда как соображения экономи-
ческой целесообразности отошли на «задний план».
Экономические процессы стали заложниками полити-
ческих решений, а экономическая политика формиру-
ется в результате политического противостояния. Сен-
сационные стратегии приобрели виртуальный характер.
Так в чем же суть и содержание сенсационных
стратегий?
Давайте начнем с того, что попытаемся опреде-
лить первичное и вторичное в выражении «сенсаци-
онные стратегии». Что значит «первичное»? Наиболее
приближенно — это «движитель, то, что заставляет
жить, двигается, к чему-то стремится». Значит, в на-
шем случае — это «стратегии». Что значит само сло-
во «стратегии»? Точного определения пока еще никто
не дал, хотя подходов к этому много. Давайте дадим
свое определение: «Стратегии — это будущее». Впол-
не прилично. Но будущее возможно предсказать лишь
виртуально! И только.
В.А. Ткаченко
2007’2
111
В природе все устроено так, что либо вы наблю-
даете, как что-то происходит, либо определяете то, что
происходит. Да! У вас может при этом возникнуть
соблазн рассортировать воспринимаемое (познавае-
мое) на некоторые, на ваш взгляд, весьма самостоя-
тельные части, поделить все на «черное» и «белое».
Удержитесь от этого соблазна. В природе все взаимо-
связано и взаимообусловлено. Эволюция не может
быть права или не права. Она просто то, что она есть.
Энергию природы можно использовать для воспро-
изводства чего-то, но только не ее самой. Это челове-
ку не по силам. Энергия природы просто есть. Мо-
бильную связь можно использовать для переговоров
и для деловой или любовной переписки. Мобильная
связь просто есть. А будущего не существует. Это
лишь наше виртуальное представление на основе осоз-
нания нами познанного. Будущее — детер-
минированное в пространстве и времени наше про-
шлое. Оно не может быть хорошим или плохим. Оно
может быть таким, каким мы его создадим.
Будущее скорее состоит из множества вопросов,
на которые все меньше и меньше стандартных отве-
тов. Единая теория Эйнштейна не дает на них ответов.
Миром правит многообразие процессов. И скорее,
вопросы, их многообразие, а не ответы определяют
будущее. Отсюда вывод: на пути в будущее не стоит
надеяться на многообразие разработанных технологий
— они прошлое. Все, что они могут нам дать, — это
ответы на наши вопросы. Если вы способны задавать
своевременные и нужные вопросы, вопросы уникаль-
ные. И задавать такие вопросы быстрее других. Ваше
будущее гарантированно. Но знайте, что через мгно-
вение вам придется подумать о новом вопросе во имя
стабильности вашего будущего. А затем о следую-
щем, ибо естественный жизненный цикл состоит из
познания возможного, осознания познанного и науч-
ного обоснования осознанного.
Будущее невозможно предсказать — его можно
проектировать на основе осознания познанного, его
нужно создавать. Будущее рождается через иннова-
ции. Не оптимизацией, не совершенствованием изве-
стного и не за счет изучения общественного. Буду-
щее создается тотальной инновационностью.
Что это такое? Это образ мыслей всех и каждо-
го, всего и везде. И этому нет конца. Это плотность
совокупного интеллектуального потенциала.
Инновации — это не просто вопрос применения
(смены) высоких технологий, машин и процессов. Это
совокупность процессов и аспектов деятельности
предприятия, организации, региона, страны в целом.
Это изменения интеллектуального потенциала кадро-
вого состава и сферы услуг.
Более того, тотальная инновационность — это и
изменение внимания и (или) невнимания к окружаю-
щей среде, к поставщикам и потребителям вашей
продукции или услуг. Ухода из мира, где внимание
сосредотачивалось на «или-или» или «авось», и пе-
рехода в мир, где внимание фокусируется на дости-
жении «и того, и этого» одновременно. Речь не идет о
создании условий разумного баланса. Речь идет о
приоритетах «крайности», пренебрегая «усредненны-
ми» решениями.
Новые роли неизбежно требуют новых знаний.
Экспансия деятельности приводит не только и не
столько к необходимости концентрировать все усилия
на собственной компетентности, сколько сокращает
время, которое есть у вас для реализации собствен-
ного потенциала или предоставленных преимуществ.
В социальной среде, которая функционирует в режи-
ме реального времени, способность работать на опе-
режение не имеет цены. Если у вас есть четкое пони-
мание, что именно составляет вашу компетентность,
надо действовать со скоростью света.
Работать быстро — это, конечно же, не только
физический показатель. Это вопрос лучшей органи-
зации работы. В обществе, основанном на знании,
мозги всегда одержат победу над мускулами. Ибо по
мнению ученых разных стран, в процессе обществен-
ных отношений совокупный интеллектуальный потен-
циал используется от 5 до 15 %. А теперь представьте
себе, что производственный потенциал был бы загру-
жен на те же 5—15 % [2, с. 23].
Быстрее — это значит выше уровень знаний, это
значит эластичней наш мозг, это значит вы наделены
человеческим разумом. Сегодня конкурируют только
на основе знаний. Но, к сожалению, знания недолго-
вечны. Если вы их вовремя не используете, они ста-
нут бесполезными. Значит, вы либо быстры, либо забы-
ты. В новых межличностных и общественных отно-
шениях в социально-экономическом аспекте ограни-
чений по скорости нет. Скорость — это все, это залог
успеха. Необходимость скорейшего обновления — это
то, что применимо к каждому, касается всех и каж-
дого в любой сфере деятельности.
Умение организовать работу на основе новейших
знаний — это искусство достижения выдающихся ре-
зультатов с использованием совокупного интеллекту-
ального потенциала на основе потока творческих идей.
Каковы же критерии состоятельности нашей стра-
тегии?
Прежде всего давайте посмотрим: «где мы нахо-
димся?» 2005 год и первая половина 2006 года показа-
ли, что Украина находится в ситуации активной «за-
паздывающей модернизации» сверху, политическим
путем. Более того, все явственней проявляется пороч-
ный круг «рецидивирующей модернизации»: попытки
В.А. Ткаченко
112
Економічний вісник Донбасу
сверху перераспределения сфер влияния, пересмотр
актов приватизации государственных объектов, пресле-
дование не «по закону», а силой власти альтернатив-
ных действий и т.д. Это все вынуждает постоянно на-
ходить некоторый, почти недостижимый, оптимум не-
обходимых темпов экономических и политических ре-
форм и приемлемой социальной их цены. Они могут
как иметь так и не иметь очевидного человеческого
смысла, социальных оттенков и исторического буду-
щего. Поэтому их очень трудно понять, они не воспри-
нимаемы. Определить содержание, направленность это-
го потока в целом практически невозможно.
Они, как правило, отличаются не только и не
столько своими внутренними свойствами, но и мес-
том в нерасчлененном историческом потоке. В есте-
ственных стабильных процессах инерционные перио-
ды развития геометрически совпадают с линией свер-
шившегося исторического процесса, где уже не вид-
ны отдельные отсеченные «несостоявшиеся» ветви.
Эти же, искусственно приведенные к оптимуму ре-
формы идут как бы «под углом» к основной линии,
поскольку они наполнены избыточными и хаотичес-
кими действиями, разнонаправленными по отношению
к складывающейся тенденции.
Отсюда наше будущее — как существующие в
общественном сознании социальные цели, не просто
противоречиво, но и разорвано, разрознено, посколь-
ку в обществе слабеет интеграция и оно не набирает
необходимой практической массы общепринятых цен-
ностей [4, с. 47].
Существование (именно существование) боль-
шого достаточно квалифицированного и недостаточ-
но организованного для защиты своих интересов ра-
бочего класса и крестьянства является примером не-
предсказуемости нашего будущего, где: или эконо-
мическое развитие Украины будет успешным, а для
этого есть у нас и достаточные природные ресурсы и
трудовые ресурсы и мощные интеллектуальный, на-
учный и технологический потенциалы, высокий уро-
вень индустриального развития; или дальнейшее
промедление в силу всеобщей борьбы за власть и по-
следующее за ним дальнейшее обнищание вызовут
так же непредсказуемое поведение работающих и без-
работных, результатом которого может быть только со-
циальный взрыв или диктатура власти.
Эта непредсказуемость «подкрепляется» масш-
табами национально-культурной неоднородности со-
циальной формации, что еще больше усложняет и без
того слабую управляемость социумом; увеличением
экономических ограничений на развитие промышлен-
ности, сельского хозяйства и предпринимательства;
отсутствием сбалансированного налогового кодекса;
«выжатостью» ресурсов сельского хозяйства (трудо-
вого и производственного потенциалов деревни); сни-
жением до минимума и дискредитацией человеческо-
го фактора. Особенности культуры, система норм и
ценностей нашего общества, его уровень духовности
трудно оценить однозначно.
И все же, несмотря на столь слабую привлека-
тельность состояния, в котором мы находимся, есть
ли у нас какой-то шанс на его улучшение? Да, есть!
Исходя из результатов исследований, в целях выхода
из процесса «запаздывающей модернизации» следу-
ет осуществить в кратчайший временной отрезок ряд
мер социально-экономического, политического и орга-
низационного характера.
Основные из них следующие:
во-первых, мобилизация социального потенциа-
ла общества, то есть совокупного интеллектуального
потенциала социума, энергии населения. Это может
быть успешным только в случае, если формируются
и развиваются мотивы социально-экономической де-
ятельности. Во всем мире считается, что наиболее
эффективной в данной ситуации является предприни-
мательская мотивация. Социальная форма этой моти-
вации — частный интерес. Он основан на не жестко
связанном с трудовыми отношениями и условиями
труда способе получения дохода и на наиболее силь-
ном «накапливаемом преимуществе» — частной соб-
ственности на средства производства.
Трудности, возникающие при таком способе мо-
билизации социального потенциала, связаны в первую
очередь с тем, что развитая, то есть эффективная и со-
циально приемлемая, предпринимательская мотивация
формируется отнюдь не сразу. Более того, ее первона-
чальные формы бывают малоэффективными из-за силь-
ной зависимости от иностранного капитала и (или) от
местной государственной бюрократии, ориентации толь-
ко на сверхприбыль; из-за склонности обращать на-
копления денежные в недвижимость, имущество, а не
в капитал, или переводить и хранить последний в зару-
бежных банках, что инвестирует развитие других го-
сударств, а не своего собственного. Отмечается пре-
обладание на первых этапах своекорыстных интересов,
коварства, насилия, размывания норм общественного
поведения, коррупции, фаворитизма.
И все же усилия мобилизации социального по-
тенциала общества должны быть направлены не на
борьбу с этими трудностями, не на искоренение их в
сознании социума, а на формирование в этом созна-
нии как классических признаков социального пред-
принимательства — рациональность отношения к миру
ценностей и норм, правил поведения, высокий уро-
вень притязаний, готовность к риску и полная ответ-
ственность за свою судьбу, то есть отказ от социаль-
ной защищенности; так и наиболее ярко выраженные
В.А. Ткаченко
2007’2
113
современные признаки — высокая политическая и
социальная культура, экономическая образованность
и профессиональная компетентность; правовое созна-
ние и высокий уровень знаний;
во-вторых, создание гибкой и динамичной со-
циальной структуры: формирование и расширение
средних слоев населения, среднего класса социума
как постоянного естественного источника экономи-
ческой активности, увеличение их роли в обществе,
как в сфере экономической так и политической.
Акцент здесь необходимо ставить на создание ус-
тойчивого социального консенсуса между различны-
ми социальными группами, между работодателями и
работниками, между государством и предпринимате-
лями, между государством и профсоюзами, между
предпринимателями (работодателями) и профсоюзами,
между частным и государственным (региональными)
секторами экономической деятельности. Особое зна-
чение может приобретать при этом использование
культурных и национальных традиций: добросовестно-
сти, трудолюбия, ответственности, образа мышления и
дисциплины, чего нам не занимать ни у народа Япо-
нии, ни у Германии, ни у кого-либо другого.
Однако для решения задачи социального консен-
суса решающую роль играет развитие политической
культуры, своего рода культуры гражданственности,
проявление которой важно при активном участии масс
в формировании политических и экономических ре-
шений стратегического плана. При этом предполагает-
ся, что политическая культура не тождественна поли-
тической системе. Ибо политическая культура — это
система восприятия и познания индивидом социально-
политического мира, своеобразная информационная
база для локальных и стратегических оценок этого мира
и определения своего места и роли в социально-поли-
тических процессах, формирования способностей ори-
ентации и оценки политических движений.
Именно развитие культуры гражданственности на
данном этапе является одной из основных мотиваций
мобилизации социального потенциала;
в-третьих, формирование правового сознания
социума и законодательной базы. Как показывает
зарубежный и современный отечественный опыт, наи-
более сложно и трудно формируется именно право-
вое сознание. Политическая активность возникает
достаточно быстро. Потребность в экономической
компетентности формируется значительно медленнее,
поскольку, с одной стороны, без нее некоторое время
еще можно обойтись, с другой стороны, наш народ
не привык считать — за него все это выполняло госу-
дарство. Поэтому рациональное отношение к своей
индивидуальной деятельности чаще всего нарушает-
ся неконтролируемым стремлением к самоутвержде-
нию, к превышению самооценки, настороженно-аг-
рессивным отношением к наемному труду, к его орга-
низованной социальной активности.
Правовое сознание граждан высокоразвитых
государств базируется на его законодательной базе,
федеральных и ведомственных актах.
Правовое сознание отечественных предпринима-
телей часто строится по типу «двойной морали»: в
каких-то социальных отношениях закон и «правила
игры» соблюдаются, в остальных (как-то, в погоне за
прибылью, обогащением) — нет или не обязательно.
Такая правовая необязательность, конечно же, связа-
на с теневым происхождением их инициативной эко-
номической деятельности. Естественно, что такая связь
является социально опасной из-за активного исполь-
зования методов лоббирования, коррупции, экономи-
ческого насилия и других видов противоправного и
социально неодобряемого поведения, вовлекающего
в свою сферу все большие массы людей. Кроме того,
«теневые» нравы, приучая к сверхприбыли, не дают
предпринимательской мотивации стать по-настояще-
му экономически эффективной.
В любом высокоразвитом государстве создана
законодательная база, которая не только защищает
предпринимательскую деятельность, но и способствует
использованию результатов НИОКР в интересах всей
экономики, для чего формируются механизмы их ре-
ализации в административно-организационном, ин-
формационном и техническом аспектах;
в-четвертых, формирование и активизация кол-
лективистской мотивации мобилизации социального
потенциала общества (социума). Как правило, в ос-
нове этой задачи лежат ценности коллективного инте-
реса и ответственности, общественного долга и соци-
ального равенства в процессах инициативной твор-
ческой индивидуальной экономической деятельности.
Коллективный интерес может быть построен на
той системе материального и морального вознаграж-
дения, которая жестко привязана к трудовым усилиям
коллектива на основе ценности инициативной инди-
видуальной экономической деятельности каждого и
общественной коллективной собственности, состоя-
щей из совокупности индивидуальной собственнос-
ти. Большинство западных социологов и отечествен-
ных экономистов считают, коллективный интерес, в
отличие от частного интереса, менее естественная, но
более сильная форма экономической заинтересован-
ности. И все же многие концентрируют внимание на
поиске тех форм общественной собственности, кото-
рые могли бы создавать подлинную коллективность,
но с ярко выраженной индивидуальностью, гаранти-
рованной правовой защищенностью. Речь идет о та-
ком типе социальных отношений, который формирует
В.А. Ткаченко
114
Економічний вісник Донбасу
коллективный интерес с ярко выраженной индивиду-
ализацией как эффективный мотив общественной эко-
номической деятельности.
Психологические предпосылки для этого у нас
имеют глубокие социальные корни и они из поколе-
ния к поколению, из прошлой социальной формации
к новой формации только крепнут. За годы нашей
сложной истории развития сформировался устойчи-
вый монолитный тип мотивации, который не уклады-
вается ни в классическую североамериканскую схе-
му, где мотивация «достижения», основанная на ин-
дивидуализме, противопоставляется мотивации «при-
надлежности», ни в японский тип, где все же прева-
лируют индивидуальные акценты, так как для наибо-
лее эффективных наших работников характерны ско-
рее непосредственно коллективистские, чем индиви-
дуалистические ориентации;
в-пятых, создание эффективного механизма уп-
равления естественным усилением социальной диф-
ференциации общества. Это происходит прежде все-
го за счет усиления стихийных процессов при рас-
пределении и перераспределении социальных благ. И
это же связано с неизбежным в условиях радикаль-
ных изменений в экономике отставанием социальной
инфраструктуры, с необходимостью замораживания
зарплаты, ростом инфляции и безработицы, что при-
водит к объективной необходимости в серьезном со-
кращении социальных программ.
Создается ситуация усиления стихийной неконт-
ролируемой дифференциации, поскольку такой конт-
роль может помешать накоплению капитала, увеличе-
нию вложений в экономическое развитие, повыше-
нию экономической активности в целом.
Сам по себе рост неравенства рассматривается
как отрицательный, дестабилизирующий общество
фактор. Поэтому нужны эффективные рычаги воздей-
ствия не только на увеличение социальной дифферен-
циации, но и на возможности ее снижения, которое
происходит в силу многих процессов: структурных
изменений в экономике, научно-технического разви-
тия, открывающего новые экономические возможно-
сти, роста уровня образования населения, что облег-
чает вертикальную мобильность общества, активной
перераспределительной политики.
Однако этот процесс не происходит автоматичес-
ки, просто вслед за экономическим ростом. Большое
значение имеет социальная политика государства, по-
литический фактор в целом. И очень важным стано-
вится процесс возникновения и усиления социал-де-
мократических и социалистических партий и движе-
ний как защитников интересов наемного труда, преж-
де всего формирующегося высокооплачиваемого
рабочего класса;
в-шестых, создание механизма целенаправлен-
ного государственного регулирования процесса внеш-
неэкономического взаимодействия и его последствий.
Усиление социального напряжения усугубляется тем,
что общество пересматривается «выборочно», только
там, где это выгодно инвестирующей стране или фир-
ме, или международной финансовой организации.
Поэтому межотраслевое, межрегиональное, «межсло-
евое» неравенство увеличивается. Причем государст-
во-должник, как правило, не имеет возможности ус-
пешно блокировать возникающую из-за этого соци-
альную нестабильность, компенсируя неравенство. А
международные организации-кредиторы или инвесто-
ры выдвигают в качестве прямых требований отказ от
государственного регулирования доходов и цен.
Кроме того, иностранный капитал может актив-
но вступать с местными государственными элитами
против местных предпринимателей, точно так же как
и с последними против первых. И в том и в другом
случае затрудняется достижение необходимого для
стабилизации и мобилизации социального потенциа-
ла консенсуса в обществе, интеграции его сил;
в-седьмых, создание эффективной системы опе-
ративного управления процессами мобилизации со-
циального потенциала, формирования гибкой социаль-
ной структуры и взаимодействия, как с внешней сре-
дой, так и с внутренней социальной средой.
Если управление не справляется с нестабильно-
стью, не находит компромиссов для постоянно меня-
ющихся и сталкивающихся интересов различных
групп, не контролирует ситуацию, она выходит из-под
контроля, возникает социальный кризис, основные
проявления которого — недоверие к социальным ин-
ститутам, государству. При тотальном кризисе из-под
контроля управления выходит вся социально-эконо-
мическая система и ее структура.
Социальный кризис — это следствие, хотя вме-
сте с тем и причина неуправляемости социальной си-
стемы, неэффективности функционирования соци-
альных институтов. В этих условиях насилие стано-
вится все более распространенным средством реше-
ния социальных проблем, разрешения социальных
конфликтов, отстаивания групповых и индивидуаль-
ных интересов.
Исходя из логики и базовой мотивации сегод-
няшней украинской власти, т.е. властной команды,
несмотря на ее разношерстность и принадлежность
различным партиям и течениям, с их миллиардным
долларовым состоянием, уже сегодня приходится ре-
шать три жизне- и смыслообразующих вопроса:
• как легализовать свои гигантские состояния,
находящиеся в других государствах и инвестирую-
щие чужое развитие;
В.А. Ткаченко
2007’2
115
• как создать надежную систему, позволяющую
инвестировать собственные средства в собственные
или государственное дело;
• как избежать избыточного недружественного
внимания правоохранительных органов своего госу-
дарства, США и Евросоюза к гигантским состояни-
ям, созданным в 1995—2005 гг., когда официальная
зарплата никогда не превышала $50 тыс. в год?
А если учесть, что украинская государственность
вошла в новый этап своего развития: юность позади,
начинается непростой период зрелости, то от них по-
требуется качественно более высокого уровня ответ-
ственности, стратегической дальновидности и способ-
ности сформулировать долгосрочную доктрину разви-
тия. Придется взять на себя полную ответственность
за реализацию в ближайшие 5—10 лет некоторых си-
стемообразующих политических, экономических и
социальных программ: от легитимации объектов при-
ватизации до промышленной модернизации с целью
качественного снижения энергоемкости производств
и технологического их обновления, что потребует по-
ставить общенациональные интересы над частными.
Литература
1. Большой энциклопедический словарь. — 2-е
изд., перераб. и доп. — М.: «Большая энциклопедия»;
СПб.: «Норринт», 1999. — 1456 с.: ил. 2. Кьелл Нор-
дстрем, Йонас Риддерстрале. Бизнес в стиле фанк.
Капитал пляшет под дудку таланта. — Швеция:
Translation Copyright, 2002. — Изд. 3, испр. и доп.
3. Холод Б.И., Ткаченко В.А., Сазонец И.Л. Практи-
ка совершенствования оперативного управления. — До-
нецк: ИЭП НАН Украины, 1997. — 352 с. 4. Лесков Я.В.
Знание и власть. — М.: СИНГЕТ, 2001. — 100 с.
В.А. Ткаченко
|