Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования
Костяные пластины, украшенные художественной рельефной резьбой, являются, несомненно, редкой и ценной находкой. В 1987 г. во время раскопок в квартале X «А» Северного района Херсонеса, проводимых под руководством С.Г. Рыжова и доведенных до уровня полов, было найдено около 70-ти фрагментов костяных...
Збережено в:
| Опубліковано в: : | Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии |
|---|---|
| Дата: | 2008 |
| Автор: | |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Російська |
| Опубліковано: |
Кримське відділення Інституту сходознавства ім. А.Ю. Кримського НАН України
2008
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/170321 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования / О.А. Андреева // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии: Сб. научн. тр. — 2008. — Вып. XIV. — С. 333-344. — Бібліогр.: 25 назв. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859995818395697152 |
|---|---|
| author | Андреева, О.А. |
| author_facet | Андреева, О.А. |
| citation_txt | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования / О.А. Андреева // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии: Сб. научн. тр. — 2008. — Вып. XIV. — С. 333-344. — Бібліогр.: 25 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии |
| description | Костяные пластины, украшенные художественной рельефной резьбой, являются, несомненно, редкой и ценной находкой. В 1987 г. во время раскопок в квартале X «А» Северного района Херсонеса, проводимых под руководством С.Г. Рыжова и доведенных до уровня полов, было найдено около 70-ти фрагментов костяных пластин. Все они лежали на «подошве двора» усадьбы № 1 [1, л. 4]. За редким исключением, пластины сильно фрагментированы, покорежены, имеют характерную пепельно-серую или пепельно-черную окраску и измененный вес.
In 1987, during the excavations headed by S. G. Ryzhov, in farmstead N1, in the block X «А» of the Northern district of Chersonesos, about 70 fragments of bone piates from a casket were found. The farmstead was defined as a coaching inn and is dated back to the 13th century. The casket was a personal belonging of either the master of the estate or one of the guests. The casket is attributed to caskets of «rosette type», instances of Constantinople work of ivory are dated back by the 10th -12th centuries. Caskets were exported to other countries and were popular. The probable period of manufacturing Chersonesos bone plates is the 40s - 70s of the 12th century. They were made by a provincial, perhaps, Chersonesos craftsman who used a more perfect pattern from the capital as a model.
|
| first_indexed | 2025-12-07T16:34:46Z |
| format | Article |
| fulltext |
Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XIV
О. А. АНДРЕЕВА
РЕЗНЫЕ КОСТЯНЫЕ ПЛАСТИНЫ ОТ ШКАТУЛКИ:
ПОПЫТКА РЕКОНСТРУКЦИИ И ТОЛКОВАНИЯ
Костяные пластины, украшенные художественной рельефной резьбой,
являются, несомненно, редкой и ценной находкой. В 1987 г. во время рас
копок в квартале X «А» Северного района Херсонеса, проводимых под ру
ководством С.Г. Рыжова и доведенных до уровня полов, было найдено
около 70-ти фрагментов костяных пластин. Все они лежали на «подошве
двора» усадьбы № 1 [1, л. 4]. За редким исключением, пластины сильно
фрагментированы, покорежены, имеют характерную пепельно-серую или
пепельно-черную окраску и измененный вес. По мнению С.Г. Рыжова, ис
следователя и автора раскопок, усадьба разделила участь остальных уса
деб в этом и в прилегающих к нему кварталах Северного района: все они
прекратили существование после мощного пожара в начале третьей четвер
ти XIII в., вспыхнувщего в результате военного нашествия [3, с. 300, 310].
С.Г. Рыжов обосновал свою точку зрения о принадлежности и функциональ
ном назначении усадьбы [1, л. 23; 3, с. 300, 310; 4, с. 182]. И теперь усадьба
№ 1 обозначена на карте Херсонесского городища как «Постоялый двор»,
выполнявщий одновременно торговые функции. Датировка усадьбы XIII ве
ком определена комплексом археологического материала. Соответственно
этим же временем были датированы и пластины [11, с. 217-218, № 235-236].
Материалом для их изготовления послужила простая трубчатая кость, так
называемая цевка. Губчатая структура кости заметна на оборотной стороне.
Пластины частично реставрированы. Уже при первом взгляде было ясно, что
пластины использовались в качестве обкладок: почти все имели сквозные от
верстия для крепления. Большой удачей оказалась единственная практически
целая пластина с чудом уцелевшими костяными штифтиками. Так сразу был
снят вопрос о способе крепления. Поиски аналогий решили еще ряд вопросов.
В частности, подобные пластины крепились на деревянную основу шкатулок
333
(ларцов). Учитывая, что пластины довольно сильно пострадали от пожара,
вывод напрашивается сам собой; деревянная основа выгорела полностью.
Привлекают внимание многочисленные фрагменты с повторяющимся мо
тивом «розетки в круге» (рис. 1, /-5). Это объединяет предполагаемую шкатул
ку с «розеточными» ларцами, популярными в X-XII вв. Пластины с розеточным
орнаментом обнаружены в Коринфе [7, р1.69, № 949], на Северном Кавказе [5,
рис. 63; 6, с. 276], в Смоленске [6, с. 276, илл. 392], Новогрудке [5, рис. 64; 6, с.
277, илл. 394]. Находили их ранее и в Херсонесе [5, рис. 65; 6, с. 278, илл. 395].
Безусловный интерес вызвали фрагменты с сюжетными изображениями - и
сами по себе, и в связи с розеточным орнаментом (рис. 2 ,1-3). Вместе с этими
фрагментами были узкие короткие пластинки с ритмически повторяющимися
ромбами и двумя точками (рис. 1,6) \л гладкие узкие штапики (рис. 1,7-8). Шта
ники, в отличие от узких пластин, не имеют сквозных отверстий, а концы их с
внутренней стороны косо срезаны. Таким образом, все детали были разделе
ны на соответствующие группы: 1 - прямоугольные клейма с сюжетами; 2 -
широкие пластины с многолепестковыми розетками в медальонах; 3 - узкие
короткие пластинки с геометрическим орнаментом; 4 - гладкие штапики. Оста
лось установить, существует ли связь между всеми найденными пластинами.
Единство места и времени находки, единство стиля исполнения, аналогии
говорят о принадлежности пластин одной шкатулке. Различие размеров и изоб
ражений продиктовано местоположением пластин в связи с общей композици
ей замысла шкатулки. К сожалению, количество и состояние найденных плас
тин не позволяют в точности установить ее вид, который определялся формой
крышки - она могла быть либо плоской выдвижной, либо откидной в форме
усеченной пирамиды [8, с. 107, N° 600-602]. Это же касается и точного местопо
ложения каждой пластины, особенно клейм. Тем не менее, на основании анало
гий, можно выстроить пластины в определенную предполагаемую композицию.
Наиболее близкая аналогия, на наш взгляд, - шкатулка с плоской выд
вижной крышкой из Метрополитен-музея (рис. 4), на клеймах которой отра
жены сходные образы: василевс на троне, всадники, пешие воины [6, с.
140, илл. 201; 9, р. 232, № 155]. Однако детали, композиционная и стилис
тическая трактовки изображений на наших пластинах заметено отличают
ся от классического прототипа. Бесспорно, мастер, изготовивший нашу
шкатулку, имел перед собой византийский образец X-XI вв., но не пошел по
пути точного копирования. Этому есть объяснения. Во-первых, по сравне
нию с росписью храмов, иконописью, мелкая пластика, в частности резь
ба по кости, позволяла мастеру чувствовать себя свободнее в выборе
сюжетов, живее реагировать на явления жизни, допускать трактовку в духе
времени, моды, учитывать вкусы и желание заказчика. Во-вторых, след
ствием популярности шкатулок с розеточным орнаментом явилось их из
Андреева О.А. Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции...
334
готовление для продажи, поэтому можно предположить, что пластины за
готавливались впрок. Аргументом здесь служит определенная автоном
ность пластин, повторяемость сюжетных образов (всадники, пешие вои
ны, путти, циркачи и т.д.) и орнаментальных мотивов. В то же самое время
выбор конкретных образов и сюжетов, их компоновка вполне могли оста
ваться за заказчиком, или предлагались мастером. Отсюда композицион
ное и смысловое разнообразие, которое встречается у шкатулок, появле
ние новых тем и оригинальных образов [8, с. 106-108, № 600-605].
Помимо аналогии, определяющим в расположении пластин явились их
размеры, и в первую очередь двух археологически целых. Размер розеточ-
ной пластины с костяными штифтами - 2,9x5,8 см, одного из клейм - 5x4 см.
Целой сохранилась и одна узкая пластина с геометрическим орнаментом,
ее размеры - 0,6x3,9 см, но эти пластины не являются определяющими.
Пластины с «розетками» служили в качестве бордюров клейм с различ
ными сюжетами и изображениями [6, с. 276-278, илл. 392, 394, 395; 8, с. 106-
108, № 600-605; 9, р. 222, 229, 230, 232-234, № 152,153,155-157]. Они имеют
разную ширину-2 ,5 и 2,9 см и, соответственно, длину. Пластины шириной 2,9
см короткие (рис. 1, /-2), а пластины шириной 2,5 см длинные (рис. 1,4-5). Бо
лее широкие пластины являлись вертикальными разделителями клейм, а ос
тальные окаймляли их по горизонтали.
Среди этих пластин есть две шириной 1,4 см с вырезанными полурозет-
ками (рис. 1,3). Подобные пластины с обрезанным орнаментом использовали
в качестве надставки для заполнения всей поверхности.
Клейма располагались, как правило, на крышке и боковых стенках по пери
метру. Отверстия для крепления диаметром 0,2 см просверлены на рамках клейм.
Фрагменты 3-х клейм позволяют определенно говорить о содержании изображе
ний, остальные мелкие фрагменты подтверждают лишь наличие других клейм.
Местоположение узких пластинок с геометрическим орнаментом, как
и всех остальных, зависело от общей схемы композиции конкретного ларца
[6, с. 140,148,174, илл. 201,212-213,266; 8, с. 106-108, № 602-604; 9, р. 232, №
155]. В нащем случае они могли служить дополнительным бордюром, как на
боковых стенках, так и на крышке.
Ш тапики окружали^ непосредственно каждое клеймо и врезались в углуб
ления деревянной основы [6, с. 148, илл. 212; 8, с. 106-107, № 601-603; 9, р.
232-233, № 155-156]. Длина их не определима, а толщина и ширина равны
соответственно 3 и 5 мм (рис. 1,7-8).
По предлагаемой композиционной схеме шкатулки представленные клейма
размещены на длинной боковой стенке, что не исключает их иного местопо
ложения (рис. 3). Размеры боковой стенки в таком виде составляют 11,4x25,4
см. Это вполне согласуется с размерами известных шкатулок из собраний
_____ Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XIV
335
других музеев, в частности, с образцом, выбранным в качестве аналогии.
При этом, правда, следует допустить наличие еще двух утраченных клейм
и двух панелей с розетками. В этом случае длина боковой стенки соста
вит приблизительно 40,5 см.
Найденные костяные пластины ставят еще ряд вопросов. Они каса
ются образов на клеймах, датировки, центра производства, принадлежно
сти шкатулки конкретному лицу и ее использования. Ответы на два после
дних вопроса не имеют аргументов, а строятся только на предположении.
Репертуар клейм дает основание говорить о принадлежности шкатул
ки мужчине, который мог хранить в ней важные документы или ценности.
Датировка и центр производства. Относительно датировки и центра
производства можно привлечь некоторые аргументы. По аналогии, фрагменты
шкатулки были отнесены «к византийскому производству XII в.» [1, л. 4], а по
условиям находки - к XIII в. [11, с. 217-218, № 235-236]. То, что шкатулка по
здняя, не вызывало сомнений, но следовало уточнить и конкретизировать дату.
В отчете и последующей публикации автор раскопок С.Г. Рыжов опреде
ляет хронологию поздней застройки квартала X «А» - XI-XIII вв. [2, л. 24; 3, с.
290]. Среди вещей, найденных в усадьбах квартала, есть такие, которые да
тируются XI-XII вв. В частности, предметы религиозного культа: энколпион
русского типа, бронзовая иконка-подвеска, диптих для хранения поминальных
списков [1, л. 15, 18; 2, л. 5-6; 3, с. 309]. Резные костяные ларцы входят в раз
ряд предметов редких, дорогих, памятных, поэтому нельзя игнорировать тот
факт, что они могли бережно сохраняться в течение длительного времени.
Все известные ларцы «розеточного типа» из слоновой кости датируют
ся X-XII вв. [5, с. 82; 6, с. 148-149, 151, илл 212-215, 217; 8, с. 106-110; 9, р.
229-230, 232-234, 504, № 152-153, 155-157, 342; 12, с. 102]. В этот период в
византийском искусстве установился классический стиль, а художествен
ное ремесло переживало свой наивысший расцвет [13, с. 87]. Пальму пер
венства в таком виде декоративной пластики, как художественная резьба
по кости, держал Константинополь. Ларцы константинопольской работы вы
возились в другие страны и пользовались широкой популярностью. Несомнен
но, они служили моделью, образцом для подражания на периферии империи.
По мнению крупных византинистов В.Н. Лазарева, А.В. Банк, В.П. Дар-
кевича, в провинции с XII в. начинает набирать силу и расцветать соб
ственное художественное ремесло [10, с. 109-122; 12, с. 104; 13, с. 87; 14,
с. 186-189]. Почти одновременно происходит замена дорогой слоновой
кости более доступной и, следовательно, дешевой простой костью. Вос
произведение византийских оригиналов из этого вида кости исследовате
ли связывают с провинциальными центрами XII в. [5, с. 82; 6, с. 259, 280;
10, с. 112; 15, с. 131; 16. с. 191; 17, с. 23].
Андреева О. А. Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции...
336
В связи с вышеизложенным, вполне можно говорить об изготовлении
нашей шкатулки в XII в. Аргументом в пользу XII в. служат и упоминавшиеся
штапики. Они врезались в углубления деревянной основы, и именно этот
признак авторы известного корпуса изделий из резной кости А. Гольдшмидт
и К. Вейцман считают характерным для поздней группы ларцов [5, с. 83].
Замена ценной слоновой кости цевкой привела к ухудшению качества
резьбы в это время [5, с. 82]. Возможности для создания объемного изобра
жения у простой животной кости ограничены в силу отсутствия свойств сло
новой кости, трубчатой структуры, меньшей толщины. Ухудшению качества
готовых изделий способствовала и их «серийность», продиктованная произ
водством на широкий рынок.
Эти явления отразились и на пластинах из усадьбы X «А» квартала: рель
еф резьбы уплощен, а на узких пластинках геометрический орнамент вообще
выглядит графически прочерченным; пропорции фигур далеки от идеальных.
Так, фигура на единственном полном клейме не вписалась в лространство,
и резчик захватил часть контурной рамки клейма, чтобы не «срезать» го
лову. Детали изображений даны жесткими графическими линиями, а неко
торые едва намечены, как, например, подножие трона и его левая сторо
на. Мастер, уделивший много внимания центральному образу, не довел
работу до полного завершения. Налицо упрощение изображения. Для сравне
ния обратимся снова к ларцу X-XI вв. из Метрополитен-музея (рис. 4), где фи
гура василевса, трон показаны с учетом особенностей разворота, а детали
изображения тщательно проработаны [6, с. 242; 9, р. 232, № 155]. Тем не ме
нее, и в ухудщенном исполнении шкатулки с розеточным орнаментом да
леко не каждому были по карману и до сих пор являются редкой находкой.
Использование приемов рельефной резьбы, в отличие от гравировки, рас
ширяло возможности мастера-костореза при моделировании изобразительных
и орнаментальных фигур и в то же время требовало от него профессиональных
навыков и трудозатрат, а они, как известно, приобретались в ремесленной ма
стерской. Связь изобразительного несовершенства на пластинах с провинци
альным ислолнением не доказывает их безусловное херсонесское происхож
дение. В равной степени их могли выполнить как местные мастера, так и мас
тера других провинциальных центров Византии. Однако находки в Херсонесе
за все время его раскопок значительного количества резных костяных пласти
нок различной формы и принадлежности дают основание говорить о существо
вании здесь мастерских косторезов [5, рис. 65, 68, 70-71; 8, с. 109, 111, № 607,
609-611; 10, с. 110; 11, с. 103-113, № 102-115; 14, с. 186-188, рис. 1-2; 4-5; 18, с.
97-98, рис. 9-10]. Естественно, местные художники-резчики по кости были не
просто знакомы с репертуаром столичных образцов, но пытались их по
вторить. Какие же образы запечатлены на клеймах предполагаемого ларца?
_____ Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XIV
22 МАИэт-xiv 337
Трактовка сю ж етов клейм. Практически полностью сохранилось
изображение на одном клейме. Не повреждено оно и большим отверстием
(диаметр 6 мм), просверленным рядом в поле клейма. Два других клейма
фрагментированы, но поддаются определению. С этих двух клейм я и начну.
На лервом клейме изображен всадник в профиль влево (рис. 2,2). Со
хранилось частично туловище коня в упряжи, копыто передней левой ноги,
задняя правая нога. Судя по одежде, перед нами не византийский воин -
нет привычного панциря и плаща поверх него. Неизвестно, держал ли всад
ник копье, меч - атрибуты воина [6, с. 144-145, илл. 207-209]. Голень обна
женная, с четко очерченной коленной чашечкой. Одет всадник в короткий
хитон, обувь никак не обозначена. Складки хитона показаны жесткими пря
мыми линиями. Аналогичных всадников можно видеть на рельефах других
византийских ларцов из слоновой кости [6, с. 140, илл. № 201; 19, илл. 74].
От второго клейма сохранилось 3 фрагмента. Слегка согнутая в локте
правая рука с опущенным вниз мечом занимает левую часть клейма, а согну
тая обнаженная левая нога - правую (рис. 2,3). Трактованы пальцы руки, ик
роножные мышцы и коленная чашечка. Нога обута в полусалог. Тонкой линией
показан край короткого хитона. Судя по всему, перед нами в динамичном дви
жении вправо изображен гладиатор или пеший воин. Сражающиеся воины
(гладиаторы) - также известные образы на византийских ларцах из слоно
вой кости [6, с. 148-149, илл. 212-215; 8, с. 106-108. № 601,603, 604; 9, р. 232,
233, № 155,156; 19, илл. 73-74]. Корни их уходят в античность, а то, что Визан
тия всегда выступала «хранительницей античных традиций» - факт неоспо
римый. Античные образы, мифологические сюжеты не умирали в Византии
никогда, а служили одной из составляющих византийского искусства. Есте
ственно, они приобретали новое смысловое значение и были созвучны вре
мени, но при этом античная моделировка человеческой фигуры сохранялась.
Важным и, в какой-то степени, говорящим является основное клеймо, ко
торое, судя по всему, было центральным (рис. 2 ,1). Этот вывод напрашива
ется в связи с самим изображением и в связи с заключенным в нем смыслом.
Все пространство занимает фронтально восседающая на троне фигура муж
чины в воинском облачении: на короткую тунику надет пластинчатый панцирь
до пояса, правой рукой мужчина обхватил копье, левой держит лежащий на коле
нях меч. Воинский костюм дополняет накинутый поверх панциря плащ и остро
носые полусапожки на ногах, подчеркивающие мускулатуру нагих голеней. Обна
жены по локоть и руки воина. Шапка волос разделена пробором, а сами пряди
обозначены тонкими прямыми линиями гравировки. Такими же линиями прора
ботаны пластины панциря, правая ножка и подлокотник трона. Подножие и ле
вая сторона трона едва намечена, а спинка совсем не обозначена. Складки нис
падающего со спины плаща обобщенно переданы толстыми врезными линиями.
Андреева О.А. Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции...
338
Подобное воинское облачение и воинские атрибуты связаны в византий
ском искусстве XI-XIII вв. с образами святых воинов - союзников и патронов
византийских императоров - и самих императоров. К середине XI в. относит
ся изображение императора в образе воина и на византийских монетах [20, с.
85; 25, р. 360, № 1843]. Это известная монета Исаака I Комнина с обнажен
ным мечом в руке (рис. 5 ,1).
Изображение на клейме шкатулки весьма близко иконографии святого
воина Феодора Стратилата. Наряду с Феодором Тироном, он являлся осо
бо чтимым патроном византийских императоров [6, с. 214, илл. 345; 11, с.
84, № 83]. Разница заключается в деталях, которые обращают на себя вни
мание. Две из них - обнаженные по локоть руки и голени - можно отнести к
архаизмам в защитном доспехе XI-XI1I вв. [6, с. 148; 21, с. 23-24]. Одновре
менно, они же дают основание говорить, что изображение принадлежит имен
но императору-триумфатору, а не святому воину. Во всяком случае, мне
неизвестны изображения Феодора Стратилата в подобном виде. Скорее все
го, здесь можно усмотреть параллель между ним и соответствующим импе
ратором. Еще одна деталь - это наличие у персонажа сразу двух воинских
атрибутов - копья и меча и отсутствие щита. Вряд ли можно назвать «щи
том» нечеткий, непроработанный полукруг в правом верхнем углу клейма.
Таким образом, если согласиться с тем, что на клейме изображен импе
ратор, то он предстает во всей своей ратной славе. Это подчеркивает не
просто одновременное изображение на клейме копья и меча. Покоящийся на
коленях императора меч, который он придерживает левой согнутой рукой,
вынесен на передний план - он-то и намекает более всего на ратные подвиги.
Вся сцена выглядит как наглядная демонстрация силы и торжества «вечного
победителя». Выражая идею силы и могущества, она превращается, тем са
мым, в мощное средство пропаганды. Ту же самую роль выполняли «портре
ты василевса» на монетах, сцены с изображением императорских подвигов,
охотничьих забав на стенах императорских дворцов, миниатюрах, лар
цах из слоновой кости, золотых медальонах. Прославление императора на
шло отражение и в исторических хрониках, и в литературных произведениях.
На нашем клейме мы видим отступление от «клише» в подаче образа
императора, что объясняется характерной для мелкой пластики свободой в
выборе сюжета. Изображение на пластине воспринимается как реальность,
сопричастная прототипу. На наш взгляд, образ императора-воина особенно
близок императорам из династии Комнинов. С ними связаны значительные,
успехи во внешней и внутренней политике, которых достигла Византия в XII
веке. Императоров этой династии неслучайно называют «солдатские импе
раторы». Они много времени проводили вдали от столицы в военных похо
дах, бок о бок с рядовыми солдатами. Неприхотливость Мануила I Комнина
_____ Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XIV
339
доходила до того, что он спал на земле и питался наравне с воинами самой
простой пищей [22, с. 249]. Естественно, что «земное Божество» оберну
лось человеком. Более всего на роль прототипа подходит Мануил I Комнин -
обладатель пышного титула императора Венгерского, Хорватского, Сербс
кого, Болгарского, Грузинского, Хазарского, Готского [6, с. 295; 23, с. 228].
Его правление приходится на 1143-1180 годы. Будучи неординарной, энер
гичной личностью, успешным полководцем, он пользовался широкой попу
лярностью в самой Византии и за ее пределами. Современники называли
его «новым Акритом» [6. с. 233, 236-239], а образ его вдохновлял мастеров.
Это и нашло отражение на нашем клейме. И еще одна деталь позволила
связать образ на клейме именно с Мануилом I - меч. В частности, известен
сюжет на одной из несохранившихся фресок: Феодор Тирон вручает меч
Мануилу Комнину [24, с. 200]. К этому можно добавить изображение Мануи-
ла с Феодором Тироном на византийской монете [25, р. 395, № 1959]: и тот, и
другой держат меч (рис. 5,2). Хочу подчеркнуть, что ассоциация персонажа
клейма с Мануилом I ни в коей мере не означает их портретное сходство.
Все три клейма нашей шкатулки близки триумфальному императорскому
циклу и представляют собой антикизирующее направление в искусстве мел
кой пластики. Наиболее полно оно выражено в ларцах византийской работы,
искусно вырезанных из слоновой кости.
Подводя итог, можно сделать следующие выводы. Вероятное время
изготовления костяных резных пластин - 40-70-е годы XII в. Это вполне
согласуется с сюжетными аналогиями, материалом, стилем и качеством
исполнения. Выполнены они провинциальным, не исключено, херсонес-
ским мастером, который использовал в качестве модели более совершен
ный столичный образец. При этом художник отступил от прототипа и при
внес в сюжет иное, современное ему толкование.
Скорее всего, ларец был личной вещью либо хозяина усадьбы № 1,
либо одного из постояльцев.
Ссылаясь на известный корпус А. Гольдшмидта и К. Вейцмана, А.В. Банк
отмечает редкость изображений императоров среди памятников светского
содержания [5, с. 82]. В связи с этим, найденные в Херсонесе пластины
представляют особый интерес как свидетели единства «византийского
мира» и, возможно, тесных, живых связей Херсонеса и Константинополя в
середине - третьей четверти XII века.
Андреева О.А. Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции...
340
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ И АРХИВНЫХ МАТЕРИАЛОВ
1. Рыжов С. Г. Отчет о раскопках X «А» квартала в Северном районе Херсонеса в 1987
году // Архив НЗХТ. Д. 2771.
2. Рыжов С.Г Отчет о раскопках X «А» квартала в Северном районе Херсонеса в 1988
году // Архив НЗХТ. Д. 2849/1.
3. Рыжов С.Г. Средневековые жилые кварталы X-XII1 вв. в Северном районе Херсонеса
//МАИЭТ.2001. Вып. VIII.
4. Голофаст Л.А., Рыжов С.Г. Раскопки квартала X в Северном районе Херсонеса //
МАИЭТ. 2003. Вып. X.
5. Банк А.В. Прикладное искусство Византии IX-XII вв. М., 1978.
6. Даркевич В.П. Светское искусство Византии. Произведения византийского художе
ственного ремесла в Восточной Европе X-XIII века. М., 1975.
7. Davidson G. The Minor Objects//Corinth. Princeton, New Jersey, 1952. Voi. XII.
8. Искусство Византии в собраниях СССР. Каталог выставки. М., 1977. Т. II.
9. The glory of Byzantium: art and culture of the Middle Byzantine era, A.D. 843-1261 /
Edited by Helen C. Evans and William D. Wixom. The Metropolitan Museum of Art,
New York, 1997.
10. Банк A.B. Некоторые сходные памятники средневековой мелкой пластики, най
денные в Константинополе, Херсонесе и в Болгарии // Byzantino-bulgarica. Sofia,
1981. VII.
11. Византийский Херсон. Каталог выставки. М., 1991.
12. Малая история искусств. Искусство средних веков. М., 1975.
13. Лазарев В.Н. История византийской живописи. М., 1986. Кн. 1.
14. Банк А.В. Старые находки из Херсонеса в свете некоторых новых данных // ВВ.
М.,1956.Т. IX.
15. Банк А.В. Опыт классификации византийских серебряных изделий X-XII вв. // ВВ.
М., 1971.Т. 32.
16. Банк А.В. Константинопольские образцы и местные копии // ВВ. М., 1973. Т. 34.
17. Тиханова-Клименко М.А. Резная костяная пластинка из Судака // СГАИМК. 1931.
Вып. 3.
18. Романчук А.И. Изделия из кости в средневековом Херсоне // /\ДСВ. Свердловск.
1981.
19. Банк А.В. Искусство Византии в собрании Государственного Эрмитажа. Л., 1960.
20. Соколова И.В. Монеты и печати византийского Херсона. Л., 1983.
21. Панченко Б.А. Памятник славян в Вифинии VII века//ИРАИК. София, 1903. Т. VIII.
22. Дашков С.Б. Императоры Византии. М., 1996.
23. История Византии. М., 1967. Т. 2.
24. Лазарев В.Н. Новый памятник станковой живописи XII в. и образ Георгия-воинав
византийском и древнерусском искусстве // ВВ. М., 1953. Т. VI.
25. Sear D.R. Byzantine coins and their values. London, 1987.
_____ Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XIV
341
Andreyeva О. А.
Carved Bone Plates from a Casket: an Attempt to Reconstruct and Interpret
Summary
In 1987, during the excavations headed by S. G. Ryzhov, in farmstead N1, in the block X
«А» of the Northern district of Chersonesos, about 70 fragments of bone piates from a casket
were found. The farmstead was defined as a coaching inn and is dated back to the IS'”
century. The casket was a personal belonging of either the master of the estate or one of the
guests.
The casket is attributed to caskets of «rosette type», instances of Constantinople work
of ivory are dated back by the 10'̂ -12"' centuries. Caskets were exported to other countries
and were popular. The probable period of manufacturing Chersonesos bone plates is the 40s
- 70s of the 12*' century. They were made by a provincial, perhaps, Chersonesos craftsman
who used a more perfect pattern from the capital as a model.
All three stamps on the casket were close to a triumphal imperial cycle. There is a man
in military attire sitting on the throne (Fig. 2,1) on the central brand; on the other two there is
a horseman in profile (Fig. 2,2) and an unmounted soldier (Fig. 2,3). Characteristics of the
main picture enabled to attribute the image on the stamp with Manuel I Comnenus.
The discovery of fragments of the casket (Fig. 3) enables to speak about close relations
of Chersonesos and Constantinople in the mid- third quarter of the 13‘̂ century.
Андреева О.А. Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции...
342
Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии. Вып. XIV
6 7 8
Рис. 1. Пластины с «розеточным» орнаментом (1-5); пластина с геометрическим
орнаментом (6); штапики (7-8).
Рис. 2. Клейма с сюжетами.
343
Андреева О.А. Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции...
Рис. 3. Реконструкция шкатулки.
. -V . , ••а·'-' - . ‘агг · **.·., ■ - · « -torn-· - -#>«« ■ , . - »* ·I·'»; -■· ·■■ ■ I’ ■ -· '·.* ·«"
. : ;a lV * - 41̂
Рис. 4. Шкатулка из Метрополитен-музея.
1 2
Рис. 5. Монеты византийских императоров из династии Комнинов.
344
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-170321 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 2413-189X |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T16:34:46Z |
| publishDate | 2008 |
| publisher | Кримське відділення Інституту сходознавства ім. А.Ю. Кримського НАН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Андреева, О.А. 2020-07-11T18:22:06Z 2020-07-11T18:22:06Z 2008 Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования / О.А. Андреева // Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии: Сб. научн. тр. — 2008. — Вып. XIV. — С. 333-344. — Бібліогр.: 25 назв. — рос. 2413-189X https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/170321 Костяные пластины, украшенные художественной рельефной резьбой, являются, несомненно, редкой и ценной находкой. В 1987 г. во время раскопок в квартале X «А» Северного района Херсонеса, проводимых под руководством С.Г. Рыжова и доведенных до уровня полов, было найдено около 70-ти фрагментов костяных пластин. Все они лежали на «подошве двора» усадьбы № 1 [1, л. 4]. За редким исключением, пластины сильно фрагментированы, покорежены, имеют характерную пепельно-серую или пепельно-черную окраску и измененный вес. In 1987, during the excavations headed by S. G. Ryzhov, in farmstead N1, in the block X «А» of the Northern district of Chersonesos, about 70 fragments of bone piates from a casket were found. The farmstead was defined as a coaching inn and is dated back to the 13th century. The casket was a personal belonging of either the master of the estate or one of the guests. The casket is attributed to caskets of «rosette type», instances of Constantinople work of ivory are dated back by the 10th -12th centuries. Caskets were exported to other countries and were popular. The probable period of manufacturing Chersonesos bone plates is the 40s - 70s of the 12th century. They were made by a provincial, perhaps, Chersonesos craftsman who used a more perfect pattern from the capital as a model. ru Кримське відділення Інституту сходознавства ім. А.Ю. Кримського НАН України Материалы по археологии, истории и этнографии Таврии Археология Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования Carved Bone Plates from a Casket: an Attempt to Reconstruct and Interpret Article published earlier |
| spellingShingle | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования Андреева, О.А. Археология |
| title | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования |
| title_alt | Carved Bone Plates from a Casket: an Attempt to Reconstruct and Interpret |
| title_full | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования |
| title_fullStr | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования |
| title_full_unstemmed | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования |
| title_short | Резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования |
| title_sort | резные костяные пластины от шкатулки: попытка реконструкции и толкования |
| topic | Археология |
| topic_facet | Археология |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/170321 |
| work_keys_str_mv | AT andreevaoa reznyekostânyeplastinyotškatulkipopytkarekonstrukciiitolkovaniâ AT andreevaoa carvedboneplatesfromacasketanattempttoreconstructandinterpret |