Мой друг Виталий Михайлович Зубарь

Saved in:

Bibliographic Details
Published in:	Боспорские исследования
Date:	2010
Main Author:	Сорочан, С.Б.
Format:	Article
Language:	Russian
Published:	Кримське відділення Інституту сходознавства ім. А.Ю. Кримського НАН України 2010
Subjects:	Памяти В.М. Зубаря
Online Access:	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/171904
Tags:	Add Tag No Tags, Be the first to tag this record!
Journal Title:	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
Cite this:	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь / С.Б. Сорочан // Боспорские исследования. — 2010. — Вып. XXIII. — С. 3-32. — рос.

Institution

Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine

id	nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-171904
record_format	dspace
spelling	Сорочан, С.Б. 2020-10-11T12:30:56Z 2020-10-11T12:30:56Z 2010 Мой друг Виталий Михайлович Зубарь / С.Б. Сорочан // Боспорские исследования. — 2010. — Вып. XXIII. — С. 3-32. — рос. ХХХХ-0004 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/171904 ru Кримське відділення Інституту сходознавства ім. А.Ю. Кримського НАН України Боспорские исследования Памяти В.М. Зубаря Мой друг Виталий Михайлович Зубарь My Friend Vitaly Michaelovich Zubar Article published earlier
institution	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
collection	DSpace DC
title	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь
spellingShingle	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь Сорочан, С.Б. Памяти В.М. Зубаря
title_short	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь
title_full	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь
title_fullStr	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь
title_full_unstemmed	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь
title_sort	мой друг виталий михайлович зубарь
author	Сорочан, С.Б.
author_facet	Сорочан, С.Б.
topic	Памяти В.М. Зубаря
topic_facet	Памяти В.М. Зубаря
publishDate	2010
language	Russian
container_title	Боспорские исследования
publisher	Кримське відділення Інституту сходознавства ім. А.Ю. Кримського НАН України
format	Article
title_alt	My Friend Vitaly Michaelovich Zubar
issn	ХХХХ-0004
url	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/171904
citation_txt	Мой друг Виталий Михайлович Зубарь / С.Б. Сорочан // Боспорские исследования. — 2010. — Вып. XXIII. — С. 3-32. — рос.
work_keys_str_mv	AT soročansb moidrugvitaliimihailovičzubarʹ AT soročansb myfriendvitalymichaelovichzubar
first_indexed	2025-11-26T00:12:40Z
last_indexed	2025-11-26T00:12:40Z
_version_	1850596530954698752
fulltext	С. Б. СОРОЧАН МОЙ ДРУГ ВИТАЛИЙ МИХАЙЛОВИЧ ЗУБАРЬ Самая недостижимая скорость - это скорость останавливающегося сердца Дмитрий Щеглов В ночь с 19 на 20 марта 2009 г. ушел из жизни выдающийся украинский антиковед Виталий Михайлович Зубарь. Ушел, не достигнув своего прибли жающегося 60-летия, остановившись на ходу, не дописав, не договорив, не доспорив, полный планов, задумок, к которым всегда была склонна его не уемная голова. Кто-то из древних, кажется, Плавт, сказал, что неожиданное случается в жизни чаще, чем ожидаемое. За несколько часов до смерти я еще слышал в телефонной трубке его глуховатый, усталый голос, ободрявший меня, сочувствовавший, уверявший, что никто нс знает, где кончается здоро вье и начинается болезнь, и что проблем хватает у всех... Неумолимый закон, распределяющий успех и неудачу в пределах одной человеческой жизни, сра ботал безотказно и здесь. Судьба дала все, все, кроме старости. Впрочем, с моей точки зрения, это идеально законченная жизнь, ибо конец нас ожидает один. Разница лишь в том, с чем мы приходим к нему. Не хочется писать о покойном без живого слова, казенно - «родился», «учился», «работал», «посвятил», «занимался». Слишком остры гнет несчас тья, боль утраты, особенно для таких, как я, кто долгие годы не просто знал Виталия Михайловича, но был его другом, добрым товарищем, сотрудничал и делил с ним радости и ненастья. Есть много способов выразить любовь. Воспоминания, идущие сквозь сердце, один из них. Судьба свела нас в Харькове, где Виталий уже заканчивал истфак Харь ковского государственного университета, тогда еще имени пролетарского пи сателя А.М. Горького, а я только поступил на первый курс того же факультета в 1971 г. У нас оказался и общий научный руководитель, античник, крупный специалист по истории Херсонеса Таврического, доцент Владимир Иванович Кадеев, автор известных “Очерков истории экономики Херсонеса Таврическо го в I - IV веках н.э.”, работавший в те годы над докторской диссертацией. Я принялся под его руководством увлеченно заниматься изучением херсонесских светильников, тогда как Виталий, со школьных лет без памяти влюбленный в археологию, писал дипломную работу о херсонесском некрополе первых ве ков н.э. (Рис.1) Я был приезжим в Харькове, а мой новый друг-коренным харьков чанином, родившимся в интеллигентной семье, жившей в скромной квартире на первом этаже старого двухэтажного дома в самом центре Харькова (Рис. 2). 3 Помню длинную деревянную веранду с деревянной же лестницей и простор ную, просто меблированную гостиную комнату с несколькими письменными столами. Отец Виталия, Михаил Иванович Зубарь (1907 - 1992), многие годы преподавал на должности доцента в Харьковском институте культуры (Рис.З), нынешней Академии культуры, где его помнят до сих пор, и имел прекрас ную библиотеку, украшением которой был полный Брокгауз и Ефрон. Спус тя годы я получил в подарок часть этого наследия в виде богатой коллекции открыток по истории искусства, которой пользуюсь в своей работе до сих пор. Наша жизнь обозначена бакенами, как морской фарватер. Происходя щее с нами образует единую цепь, и она, в свою очередь, сковывает нас, даже тогда, когда судьба, на первый взгляд, разводит. Мы тоже на время расстались, и на достаточно долгий срок, в 1973 г. Виталий поступил в аспирантуру Института археологии АН УССР в Киеве, где его научным руководителем стал такой известнейший специалист, как профессор Алек сей Иванович Тереножкин, а я остался учиться в Харькове. Но связи наши не прервались, мы часто писали друг-другу, обменивались добытыми науч ными новинками, советовались. Виталий со всем рвением и страстью рабо тал над херсонссскими погребениями, каждое лето пропадал в Севастополе, обмеривая, перемеривая, расчищая херсонесские могилы, склепы, в чем ему, в частности, помогал другой наш общий хороший знакомый, тоже выпуск ник харьковского истфака и ученик В.И. Кадеева, Станислав Григорьевич Рыжов, работавший в Херсонесском музее (в соавторстве с ним появится первая научная публикация Виталия в “Археологических открытиях в СССР за 1975 г.”). Я, сам севастополец, принимал участие в раскопках Херсонеса, проходил там археологическую практику и наблюдал, как Виталий органи зует уже свои экспедиции по исследованию западной части херсонесского некрополя, самой малоизученной. В фондах и архиве музея мы трудились часто вместе, каждый над своим, я, будучи аспирантом В. И. Кадеева, со бирал материалы по истории торговли Херсонеса в I в. до н.э. - V в. н.э., а Виталий готовил кандидатскую диссертацию по теме “Некрополь Херсоне са Таврического в I - IV вв. н.э.’’, которую защитил в 1978 г. Помню, он рассказывал с задором, как отбивался от оппонентов, особенно от въедли вой Татьяны Николаевны Дашевской из Крымского отделения Института археологии АН УССР, парируя ее многочисленные возражения цитатами- ссылками из текста собственной диссертации. Одним словом, мы были мо лоды и поэтому, смотря на мир, думали, что все возможно. Наша харьковская экспедиция постоянно работала с 1981 г. в портовом районе Херсонеса и мы тесно общались с коллегами из Киева, девять лет под ряд, с 1980 по 1989 гг., из сезона в сезон работавших на западной оконечности городища в поисках гробниц (Рис. 4). Запомнились некоторые моменты рас копок подземных склепов, Виталий, сидящий на корточках перед входом в очередную погребальную камеру, и мы, остальные, с азартом набрасываю Сорочан С.Б. Мой друг Виталий Михайлович Зубарь ЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖ 4 щиеся на извлекаемые из сырой тьмы находки, включая мои любимые светиль ники. Виталий неизменно консультировался о них у меня и столь же неизменно указывал на это в своих отчетах и публикациях. Он вообще был исключитель но порядочен, а поэтому до крайности внимателен к сделанному другими, и никогда не забывал отмечать чужой вклад в своих работах. Потом пошли со вместные статьи, главным образом, о новых материалах из западного некро поля, где моим приоритетом были опять-таки светильники. Одна из наших ста тей о роли светильников в погребальном обряде, вышедшая в 1984 г., получи лась особенно удачной и не потеряла своего значения до сих пор. Помню, как мы долго компоновали ее, обменивались частями текста. Благо, приезды Вита лия в Харьков оставались частыми, здесь сына всегда ждали старики родите ли. К слову, в семье Михаил Иванович, прекрасно знавший русский язык, гово рил на украинском и, видимо, это обстоятельство, так сказать, эффект личного общения, сказался в отношении Виталия к украинскому языку, который он любил и старался где возможно, особенно после обретения Украиной неза висимости, применять, пеняя тем, кто этого не делал. Забегая вперед, ска жу, что его всегда интересовала политика, и среди пылко настроенного брат ства М айдана стоял и он, отраженный в мутных зеркалах времени, заво роженный единым дыханием мечты, мечты, увы, нс сбывшейся и поэтому зас тавившей со временем стать более пессимистичным. “Поживем - увидим”, про износимое им с надеждой, сменилось в последние годы на горькое “Бог с ними”. Возвращаясь к описанию сделанного, замечу, что вклад молодого иссле дователя в изучение херсонесского некрополя, как показало время, оказался неоценим. Вышедшая в 1982 г. книга остается до сих пор актуальной и ценна не только максимально полной типологией погребений, чем археологов не удивишь, но и первыми попытками представить пространственную органи зацию кладбища первых веков н.э. Долгие годы она продолжает быть востре бованной и актуальной, несмотря на отдельные недоработки, отчетливее ви димые теперь из дали времени. Лишь незадолго до смерти Виталия Михайло вича появился фундаментальный труд его коллеги, докторанта Аллы Вале риевны Буйских, о пространственной организации античного Херсонеса, где была сделана попытка внести уточнения и дополнения к тому, что было достигнуто к началу 80-х гг. прошлого века. Пожалуй, кроме Г.Д. Белова и А.Н. Щеглова, больше никто не приближался к этой тематике столь близко. С 1976 г. началась работа Виталия Михайловича в качестве младшего научного сотрудника в отделе античной археологии Института археологии АН УССР, отделе, который долгие годы возглавляет доктор архитектуры, член-корреспондент АН УССР Сергей Дмитриевич Крыжицкий. Вспомина ются их совместные приезды в Севастополь и кипучая энергия, деловитость Виталия, все время озабоченного новыми научными проектами, расходными сметами, поисками транспорта, организацией поездок по археологическим па мятникам, бесконечными хлопотами сначала по новостроечным экспедициям Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III 5 Института археологии, а с 1980 г. - по херсонесской экспедиции. После дние вылились в Херсонесе в создание небольшой, но уютной собственной базы Института археологии с крохотными деревянными домиками, смот ревшими на море. Теперь от них не осталось и следа, как и от самой базы, несколько лет просуществовавшей после того, как с 1990 г. прекратились регулярные археологические работы по исследованию западного некрополя. Во время наших харьковских встреч мы могли общаться часами: Вита лий любил за застольем обсуждать результаты, скрупулезно, пес plus ultra, до мелочей строить планы работы, особенно совместной, оговаривать за ранее наиболее спорные, дискуссионные места, по давней своей привычке скатывая при этом в тонкую трубочку листик фольги или целлофана от пачки сигарет. Так с этой трубочкой, перекатываемой в ладонях, он на всегда останется в моей памяти. А обсуждать можно было многое. Виталий задумал и стал осуществ лять проект своей докторской диссертации, которую он решил посвятить Херсонесу, но попытаться на сей раз на основании всех возможных источ ников охватить целиком его развитие от момента создания вплоть до по здней античности, причем рассмотреть вес: политику, экономику, соци альные отношения, этнический состав, идеологию, религию. Здесь было столько же по специальности “всеобщая история”, сколько по специальности “археология”. Замечу, что этой характерной особенностью будут отличать ся все последующие труды Виталия Михайловича. Он старался смотреть на материалы любой научной проблемы максимально комплексно. Недаром об разцом для него оставались труды корифея антиковедения Михаила Ива новича Ростовцева, светлой памяти которого он посвятил одну из своих книг. На первый взгляд, задуманное было не просто велико, оно было дерзко, учитывая, что сравнительно не так давно была защищена докторская дис сертация В.И. Кадеева и в 1981 г. на ее основе в Харькове вышла книга “Херсонес Таврический в первых веках нашей эры”, сразу же получившая признание специалистов. Первый вариант того, что сделал Виталий и дал на ознакомление мне, как и некоторым другим, в том числе Владимиру Ива новичу, не понравился. Помню, мы обменивались мнением с Кадеевым, ко торый довольно резко отнесся к подготовленному. Но Виталий не сдавался, готовил новый вариант, улучшал текст, включал новые источники, реви- зировал известные, особенно эпиграфические, перерабатывал горы но вой литературы, западных изданий, к добыче которых он был особенно охоч. Диссертация на тему “Херсонес и Римская империя” была защище на в совете Института археологии в 1991 г., невзирая на отрицательное выступление В.И. Кадеева, члена совета, при ее защите. Это на долгие годы посеет отчуждение между бывшим учителем и его учеником, хотя со временем минет и это. Приезжая в Харьков, Виталий не избегал встреч, да похоже, и Владимир Иванович стал смотреть на сделанное несколько иначе. Сорочам С.Б. Мой друг Виталий М ихайлович Зубарь ЖЖЖЖЖЯЖЖЖЖЖ 6 Об этом сделанном можно было судить уже по книге “Херсонес Таври ческий в античную эпоху”, вышедшей в Киеве в 1993 г. Она охватила часть докторской диссертации и касалась изучения аграрных отношений, обме на и торговли, форм эксплуатации и социальной структуры, а также ос новных тенденций и особенностей социально-экономического развития этого античного центра с конца V в. до н.э. до второй половины V в. н.э. Видимо, в выборе верхней хронологической границы сказалась ориенти рованность моей кандидатской диссертации и монографии об экономичес ких связях Херсонеса, вышедшей в 1989 г. в соавторстве с В.И. Кадеевым. В вопросах торговли упор действительно делался на выводы, материалы из этой книги и некоторые мои статьи, из которых наиболее удачной пред ставлялась статья о торговле с населением Юго-Западной Таврики. Вита лий Михайлович считал ее образцовой и неоднократно охотно использовал. С этой книги, вышедшей в издательстве “Наукова думка” в мягкой об ложке белого цвета, начинается плодотворный этап издания новых научных монографий по истории Херсонеса, которые даже у коллег-специалистов и всех, кто пользовался ими, получили условные названия по цвету обложек “черная”, “зеленая” и т.д. Уже в 1994 г. в Киеве появился “Херсонес Таври ческий и Римская империя. Очерки военно-политической истории”, а через четыре года “Северный Понт и Римская империя (середина I в. до н.э. - пер вая половина VI в.)”. До сих пор нет лучших книг, к которым можно было бы отправить желающих выяснить любые стороны военного присутствия Рима в Северном Причерноморье. Полемичные, написанные с большой эрудицией, они, при всех имеющихся недостатках, спорных местах, надолго заняли свое лидирующее место и не только в постоянно пополняющейся “Херсонесиане”. Это были все те же разработки научной проблематики, начатые в докторской диссертации, но созданные уже на новом уровне, с привлечением обильной западной историографии. Начались сравнительно регулярные научные коман дировки за рубеж, поездки на международные конференции, симпозиумы в Германии, Австрии, Франции. Виталий Михайлович становился признанным специалистом-античником международного уровня и, конечно, среди тех, кто изучал Херсонес, эту его “песню песни”, которой он остался верен на всю жизнь. Он делал то, что мог, и больше, брался за все, энергично, напористо. Ос тается поражаться его плодовитости как автора. Около трех десятков книг и больше трех сотен статей, публикаций, тезисов докладов вышли из под его пера, точнее, печатной машинки, которую с начала 90-х гг. вытеснил компь ютер. Не выдерживая объема растущей информации, один ПК сменял дру гой. Объем этого наследия, в том числе оставшегося в личном электронном архиве автора, еще предстоит определить, ибо одна библиография работ дос тойна уважения. И это при том, что Виталий Михайлович был обременен массой иных хлопот, поручений научного характера, которые непрерывно возлагались на него и сжигали значительную часть его рабочего времени. &1аММ!£?]эМЁ1^‘£1]£1Ж1£1М!£1.1зЖ Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. XX III 7 С 1990 г. он стал старшим, а с 1993 г. ведущим научным сотрудником отде ла античной археологии Института археологии, много лет, с 1988 г. бес сменно, возглавлял редакционно-издательскую работу Института, до пос ледних дней жизни был ответственным секретарем журнала “Археолопя”, которому старался придать международный авторитет, удержать на науч ной высоте. В редакции журнала сменялись сотрудники, в основном моло дежь, шедшая в науку, а Виталий Михайлович оставался неким символом постоянства, стабильности, прочности, надежности. На него всегда можно было положиться, зная о неукоснительной, до щепетильности обязательнос ти этого человека, редкой во все времена. Он не понимал и не хотел пони мать как можно подвести, вовремя не ответить на письмо, задержаться с обещанным и настойчиво требовал того же от других. Останавливаясь у него дома во время приездов в Киев, я неизменно ви дел его уже в семь часов сидящим за компьютером, что-то набирающим, правящим, редактирующим. Отдыхающим не помню. Отдыхом становилась просто смена формы деятельности. Он непрерывно слал электронные пись ма своим многочисленным корреспондентам и, если в какой-нибудь из дней от него не было послания, это начинало удивлять и тревожить. Видимо, силу для такой работы давало не только собственное желание, но и отношения сердец, налаженный домашний быт, организованный во многом благодаря заботам Наталии Сон, коллеги по работе, ныне заведующей научными фон дами Института археологии, тоже специалиста-античника, ставшей его женой 28 января 1976 г. Сначала жили в полученной от Института одноком натной “гостинке” , где 11 октября 1980 г. родился сын Миша, а потом в трехкомнатной квартире на окраине Троещины, где у Виталия Михайлови ча уже был свой кабинет. Шла жизнь, умер в Харькове отец, переехала к сыну мать, Елена Витальевна Коробко (4. 08. 1910 - 16. 04. 1996), которая, прожив несколько лет в Киеве, умерла здесь, в новой квартире. Рос Миша, который хорошо помнил летние экспедиционные времена, проведенные в детстве с отцом, и который с отличием окончив в 2002 г. истфак Киевского национального университета, выбрал свою стезю журналиста. Даже житей ские хлопоты не в силах были помешать работе, оставляли дом душевно теп лым, вселяли самоощущение покоя, благополучия, постоянства, без которых успешное творчество крайне сложно. Счастье, как и здоровье, не замечаешь, когда оно есть. Теперь эти семейные фрагменты, такие яркие, полные кра сок, будут выцветать, блекнуть, сереть, уходить в даль прошедшей, невоз вратимой жизни, среди которой я вижу себя во время очередного приезда за старинным круглым столом на небольшой уютной кухне, сидящим рядом с Виталием, и угасающий свет дня за окном с подступившими многоэтажками. С конца 80-х гг. Виталий с головой ушел в давно интересовавшую его тематику истории христианства в Херсонесе. Уже в 1988 г. он написал вместе с Юрием Витальевичем Павленко, ныне известным доктором философии, по Сорочан С.Б. Мой друг Виталий Михайлович Зубарь !з.1з.1з]£1.!з.!зЖ!£1,!£1.!з.Ё1. пулярную книгу “Хсрсонес Таврический и распространение христианства на Руси”, которая стала своеобразной пробой пера. Будучи со студенческих лет дружен с Валерием Федоровичем Мещеряковым (1947 - 2002), очень талант ливым человеком, доцентом кафедры истории древнего мира и средних веков Харьковского университета, участником наших экспедиций в Херсонес, Ви талий Михайлович подхватил и развил его тематику исследований религий и культов Херсонсса. Так, в 1991 г. к XVIII международному конгрессу визан тинистов он опубликовал в изданном в Киеве сборнике “Византийская Таври- ка” объемную статью об утверждении христианства в Херсонесе, ставшую для него в дальнейшем программной. Основные научные положения ее он не изменно отстаивал до конца своих дней, будучи убежденным сторонником позднего, не ранее конца IV в., принятия новой религии языческим в своей основе городом. Итогом этого направления исследований стала еще одна клас сическая научная и в то же время доступная по форме книга “От язычества к христианству. Начальный этап проникновения и утверждения христианства на юге Украины (вторая половина III - первая половина VI в.)”, написанная в соавторстве с Алексеем Игоревичем Хворостяным, спонсором издания книги, появившейся в Киеве в 2000 г. Она охватывала историю процессов христиани зации как Западного, так и Восточного Крыма, то есть территориальные рам ки этого исследования простирались от Херсонеса до Боспора. Следует учесть, что Виталий Михайлович с большим увлечением занимался историей антично го Боспора, в раскопках малых городов которого, в частности, Мирмекия, уча ствовал уже школьником, работая в экспедиции прославленного античника Виктора Францевича Гайдукевича (в домашнем архиве сохранились письма Гайдукевича), написал о Боспоре несколько научно-популярных книг и бро шюр, в том числе в соавторстве с коллегой по отделу в Институте археологии, доктором исторических наук Анной Станиславовной Русяевой, признанным специалистом по истории религии античных государств Северного Причерно морья (Боспор Киммерийский: история и культура. Николаев: Возможности Киммерии, 1998; На берегах Боспора Киммерийского. Киев: Стилос, 2004). Примечательно, что одной из последних опубликованных при жизни крупных работ стала академическая научная монография “Боспор Киммерийский в ан тичную эпоху. Очерки социально-экономической истории”, изданная в 12-м выпуске “ Боспорских исследований” в 2006 г. в соавторстве с известным крымским археологом, доктором исторических наук Виктором Николаеви чем Зинько, у которого в экспедиции на раскопках в Керчи он не раз бывал. С 2000 г. Виталий Михайлович стал проявлять все больше внимания па мятникам юго-восточного Крыма, не раз приезжал в Судак, помогал дирек тору музея “Судакская крепость” , своему доброму другу Александру Ми хайловичу Фарбею и словом, и делом, в частности, организовать издание по лучившего признание среди специалистов “Сугдейского сборника”. Его тре тий выпуск увидел свет в 2008 г., будучи презентован в Судаке на сентябрьской !з]з]зМЁ1Ж !а.Ё1Ж ]£1^М1з]зШ 1аМ Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. XX III 9 конференции, организованной Национальным заповедником “София Киевская”, последней, на которой Виталий Михайлович побывал в Крыму. Во всем этом видны попытки исследовательским взором охватить всю панораму Северного Понта, “забираясь” не только на Боспор, но и в Ольвию, Тиру. К тому же рас копками и исследованием Тиры многие годы занималась его супруга, кандидат исторических наук, с которой он написал небольшую научно-популярную кни гу “Греки и римляне в Нижнем Поднестровье”, вышедшую в Киеве в 1996 г. Вообще, интерес к популяризаторству научного наследия самого серьез ного уровня у Виталия Михайловича присутствовал всегда, проявляясь в написании соответствующих статей в периодической печати, в выступлени ях по радио, съемках телевизионных передач и фильмов о Херсонесе, изготов лении буклетов, карт археологических памятников, интерактивных электрон ных изданий, из которых наиболее удачными были посвященные памятникам Херсонеса, особенно редким херсонссским христианским расписным склепам, два из которых он раскапывал в 1998 - 1999 гг. в составе совместной экспеди ции с австрийскими археологами во главе с Ренатой Пиллингср. В 1997 г. в издательстве “Наукова думка” с посвящением памяти своим родителям он выпустил для широкого круга читателей книгу “Херсонес Таврический. Ос новные этапы исторического развития в античную эпоху”, которая на 120 страницах давала возможность любому, интересующемуся историей, пред ставить всю античную эпопею Херсонеса в тысячелетнюю эпоху VI в. до н. э. - VI в. н.э. На следующий год в фундаментальном трехтомном коллективном труде “Давня історія України”, изданном к 80-летию Института археологии АН Украины, во втором томе, посвященном скифо-античной эпохе, появи лись разделы о Херсонесе Таврическом, Боспоре и Ольвии в первые века н.э., написанные Виталием Михайловичем, а в престижной серии книг “Україна крізь віки” раздел, посвященный Херсонесу в популярной монографии “Ан тичные государства Северного Причерноморья”, созданной в соавторстве с С.Д. Крыжицким и А.С. Русяевой. Именно эти издания стали основой для заду манной вместе со мной и директором Национального заповедника “Херсонес Таврический” Леонидом Васильевичем Марченко оригинальной работы, вылив шейся в итоге в пространную книгу “Жизнь и гибель Херсонеса”, которая оказа лась написана достаточно легко, я бы сказал, романтично, без академической мудрености, сухости и получила признание самого широкого круга читателей, начиная с любителей и кончая серьезными специалистами. К настоящему време ни издательства “Майдан” и “Библекс”, в Харькове и Севастополе, выпус тили три се издания в 2000, 2001 и 2006 гг., а также в киевском издатель стве “Вища школа” остается сданной в печать еще одна подобная книга под заголовком “Херсонес Таврический. Путь через века”, которая в отличие от предыдущих снабжена большим количеством цветных фото и иллюстраций. Уже с первого издания стало ясно, что это не легкая беллетристика, но, напротив, первая попытка самым серьезным образом, максимально остава Сорочан С.Б. Мой друг Виталий М ихайлович Зубарь !з .!з :!з Ж !зЖ!=і.!£і.!£іМ !з . 10 ясь на научных позициях, охватить всю историю Херсонеса от возникновения апойкии до полного прекращения существования города в XV в., причем ох ватить с учетом современных достижений исследователей, новых концепту альных положений, гипотез, некоторые из которых к тому времени еще не были апробированы в серьезной, специальной научной литературе. Виталий предложил для развития успеха издать еще одну совместную книгу “Херсо- нес-Херсон-Корсун”, которую мы задумали как своеобразный путеводитель по городищу без экскурсовода, точнее, как книгу, заменяющую экскурсо вода. Предполагалось, что в дальнейшем на ее основе будет создан видео фильм, распространяемый на электронных носителях. Книга появилась в Киеве в 2003 г., а уже через два года мы закончили еще одну совместную популярную работу “У истоков христианства в Ю го-Западной Таврике: эпоха и вера”, изданную тем же издательским домом “Стилос”. Книга рас крывала основные этапы исторического развития Хсрсонеса и юго-запад ного Крыма в последней четверти III - VI вв., как и прежде, подав эти эта пы через максимально непредвзятый авторский взгляд. Виталий особенно увлеченно работал над этой книгой, рылся в завалах собранных иллюстра ций, подбирая фотографии, рисунки, теребил с поисками оригинальных эпиграфов к главам и один из них, стихи нашего коллеги, участника хер- сонесских раскопок, директора харьковской Школы искусств Алексея Фо мина, из сборника “Границы” с особым удовольствием вынес на обложку: Мы стражи степ, построенных не нами. Мы странники по древним городам, Где Слово Вечной Жизни сами Апостолы провозвестили нам. И братство наше больше дней земных Мы археологи Евангелий святых. Виталия Михайловича нельзя было отнести к числу людей горячо веру ющих. Он, скорее, подходил к христианской тематике как глубоко заинте ресованный ученый, который пытается расколоть разумом веру, пройти по ней как по тонкому слою льда, не провалившись. Впрочем, может быть, это обстоятельство и спасало его от конфессиональной зашоренности, делало взгляд раскованным, помогало искать ответы на весьма деликатные вопро сы. Он нс признавал безоговорочные авторитеты и нс хотел действовать, жить и умирать, так сказать, на веру, в кредит. В предисловии к этой книге остались следующие, как мне кажется, многое объясняющие слова: “...Мы хотим знать, как это было. Знать без гипноза фанатизма, без фальши, без ревности знать Истину, ту самую, что завещал свидетельствовать Иисус Христос; “...всякий кто от истины, слушает гласа Моего” (Иоанн, 18: 37)”. Соавторство не останавливало работы над другими, собственными кни гами, многочисленными статьями. Особо запомнился увлекательно напи санный пространный очерк “Херсонес - Херсон: от Ифигении до Христа”, Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. XX III 11 стоивший целой книги, опубликованный в одном из первых выпусков украин ского культурологического альманаха “Хроніка” в 2000 г. Как первую часть к книге о христианстве в Херсонесе и Таврике IV - VII вв., Виталием Михайлови чем был задуман и издан “Стилосом” в 2005 г. научно-популярный экскурс “Боги и герои Херсонеса”, который давал возможность взглянуть на сложный мир языческих верований обитателей этого античного центра, их представле ний о жизни и смерти. И все это делалось на фоне самой активной работы над плановой научно-исследовательской работой, по которой киевским издатель ством “Шлях” в 2004 г. была издана монография “Херсонес Таврический и население Таврики в античную эпоху” и которая была посвящена проблеме характера непростых взаимоотношений хсрсонеситов с варварским окруже нием, таврами, сарматами, германцами на протяжении V в. до н.э. - V в. н.э. Но самым большим делом Виталия Михайловича и, пожалуй, не только его, но и всех, кто принял в нем участие, стал проект грандиозного издания, задуманный нами еще до того, как в 2000 г. появилась “Жизнь и гибель Хер- сонсса”. Собственно, эта судьбоносная для нас книга и подтолкнула к идее создать сугубо научный, весомый академический труд, который подвел бы итоги более чем столетнего исследования Херсонеса и по частям, по томам, дал бы максимально полное представление о достигнутом, помог бы наме тить новые задачи, перспективы для дальнейших исследований и тем облег чил бы их. Идея казалась очень привлекательной, но страшила своей масш табностью, чудовищным объемом работы. Решено было, что Виталий будет курировать античную часть издания, а я средневековую. Разумеется, мы пред полагали привлечь всех, заинтересованных в таком труде. Руководство Ин ститута археологии НАНУ не пришлось уговаривать, да и дирекция Нацио нального заповедника “Херсонес Таврический” одобрила нас, а, значит, про ект получил поддержку и Министерства культуры Украины, очень важную для финансирования такого уникального издания. Уникального не только для Херсонеса. В мире не так много памятников истории, которые удостоились такого полного научного освещения в сквозной серии фундаментальных книг, прослеживающих их судьбу с момента возникновения до полной гибели. Так, по мере готовности в свет стали выходить тома монографий “Херсонес Тав рический в третьей четверти VI - середине I в. до н.э.” (Киев: Академпериоди- ка, 2005), “Херсонес Таврический в середине I в. до н. э. - VI в. н.э.” (Харьков: Майдан, 2004)., “Византийский Херсон (вторая половина VI - первая полови на X вв.)” (Харьков: Майдан, 2005). Все они имели одинаковый подзаголовок “Очерки истории и культуры”, отличались внушительным объемом, каждый раз колебавшимся в пределах 50 - 100 печатных листов, и были богато иллю стрированы. К работе были привлечены как сотрудники Института археоло гии НАНУ, так и сотрудники НЗХТ, российские коллеги. К настоящему вре мени осталось сдать в печать последний, подготовленный том, посвященный позднему Херсонесу - Херсону (вторая половина X - XV вв.), издание которо Сорочан С.Б. Мой друг Виталий Михайлович Зубарь !£îJil̂ S!£î.Êî.Ëli3.!3i£î.!£i; 12 го состоится, видимо, в России. Его курирует профессор кафедры истории сред них веков МГУ Андрей Владимирович Сазанов, привлекший к созданию этой завершающей монографии как крымских, так и московских специалистов, международный коллектив. В редакционный совет издания вошли свыше де сятка известных специалистов под председательством директора Института археологии НАНУ академика Петра Петровича Толочко. Но душой всего мероприятия был, конечно, Виталий Михайлович Зубарь. Он не только писал текст своих разделов, но и редактировал все его части, подталкивал работу, все время настойчиво теребил се участников, нс давая ей остановиться ни на миг. Без его кипучей энергии, напористости и энтузиазма столь великий труд, вобравший в себя опыт творческой жизни массы историков, археологов, де сятки лет занимавшихся исследованием Херсонеса, вряд ли оказался бы за вершен. Это еще один памятник, который Виталий Михайлович возвел не только для себя, но и для того, чтобы помнили всех тех, кто посвятил себя Херсонесу, а, значит, памятник самому Херсонссу, его бессмертной душе. Наверно, не случайно и то, что в последние годы все большее внимание Виталий Михайлович начал уделять историографии, оценке того, что было сделано предшественниками. Шло закрытие им еще одной глобальной иссле довательской темы. Здесь первым объектом стала история раскопок и неко торые итоги изучения хоры Херсонеса на Гераклсйском полуострове с мо мента присоединения Крыма к Российской империи и до начала XXI в. Моно графия, выпущенная в 2007 г. издательством “Стилос”, получилась на ред кость полемичной, полной критического задора, указаний на недоработки кол лег и вызвала неоднозначную реакцию у специалистов. Не место оценивать ее в очерке, который претендует быть скорее воспоминанием, чем исследо ванием. Время все расставит по своим местам, ибо для таких вещей нужна даль ность зора. Как писал апостол Павел: “Ибо мы отчасти знаем и отчасти проро чествуем. Когда же настанет совершенное, тогда то, что отчасти, прекратится”. Скажу лишь, что Виталий Михайлович мог бывать весьма тяжелым, слож ным, недоброжелательным оппонентом, когда его искренность, открытость, принципиальность принимались за резкость, менторство, интриги, если не большее. Склад его ума и дарования располагал его преимущественно к кри тической работе. Именно это обстоятельство позволяло ему держать высо кий уровень исследований античного Херсонеса, быть бескомпромиссным. Конечно, это не могло нс раздражать. При всем том он умел дружить той дружбой, которая может простить все и которая никогда нс опустошает сер дце. Его юмор и повадки, привычку подтрунивать запомнили многие, и за бавные, смешные или комические моменты, пережитые совместные приклю чения, выпивки еще долго будут темой для легендарных баск, мифов, чем-то похожих на анекдоты, воспоминаний с нежностью и тоской в кругу с годами все более редеющих знакомых. Перефразируя М арка Твена, можно ска зать, что по характеру он был скорее молодым щенком, чем старой райской Ьз.!£1,1=1Л£11̂ЬЁ1'!̂ Л̂-1£1-1зЛ£1Л£1-1зЬЭ-Ь=з.ЬЕ11£1- Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вып. XX III 13 птицей. Условность и коварство возраста не превратились в каменный ме шок. Казалось, он порхал из возраста в возраст, оставаясь в некой усреднен ной поре. Прожитые года не ложились гнетом. Даже лицо его, удивительно моложавое, часто светилось лукавством глаз и как бы подзадоривало собе седника. Он бывало подолгу и со вкусом враждовал кое с кем из коллег, по учал, вел затяжные войны на научном поприще войны, надо сказать, никогда не переходившие с его стороны на личности, на шельмование, на хамство. Сам Виталий нс помнил обид. Он нс был злопамятен. Его ершистый, необы чайно въедливый, сложный и в хорошем, и в плохом смысле характер знали и не все выдерживали, как и вечную воркотню, так что порой вокруг образо вывалась пустота из оскорбленных самолюбий, но, как ни странно, при этом круг общения не сужался, и даже обиженные со временем опять начинали если не сотрудничать с ним, то и не враждовать. Видимо, прав был Зигмунд Фрейд, когда заметил, что “всей правды о себе не вынесет никто”. Лучше не объяс нять такие нюансы. Ясно лишь, что тот, кто мог проникнуть под эту зат вердевшую личину неудобного человека, преодолеть ее замкнутый круг, уви деть сквозь слепок просвечивающую душу, начинал по настоящему, без фальши и лицемерия, понимать и любить его. Ясно и то, что таких нс могло быть много. Думаю, что последняя, посмертно изданная книга Виталия Михайлови ча, “Летопись археологических исследований Хсрсонеса - Херсона и его округи (1914 - начало 60-х гг. XX в.; 60-е гг. XX в. - 2005 г.)”, в которой и мне удалось поучаствовать как одному из первых се читателей и рецензен ту, тоже будет воспринята неоднозначно. Монография, задуманная как боль шая книга в двух томах, появилась весной 2009 г. в вып. 6 5ирр1етепшт к “Материалам по археологии, истории и этнографии Таврии”. Она оказа лась своеобразным завещанием Виталия Михайловича, завещанием, остав ленным всем нам, исследователям, продолжающим жить, работать и поэто му еще могущим сделать что-либо полезное на бесконечном пути изучения Херсонсса. Ведь счастлив не гот, кто достиг, счастлив тот, кто достигает. Виталий был именно таким достигающим, не останавливающимся. Челове ком, который не жил за счет инерции успеха, шлейфа предыдущих побед. Симметрия этого успеха во всем и всегда оставалась полной и зиждилась на готовности подставить плечо под любое новое дело. Трудно перечислить всех, с кем он сотрудничал, работая над отчетами, публикациями, статьями, рецензиями. Он многие годы, начиная с 1996 г., помогал мне своими консультациями на раскопках хсрсонесской цитаде ли, вместе с Инной Анатольевной Антоновой (1927 - 2000), незадолго до ее смерти, успел обобщить сделанное здесь, нс дать пропасть накоплен ным бесценным материалам, а с начала 2009 г., выполняя поручение ди рекции Института археологии НАНУ, стал активно заниматься организа цией комплексной экспедиции вместе с Керченским историко-культурным заповедником, чтобы в условиях новых требований Полевого комитета Сорочан С.Б. Мой друг Виталий Михайлович Зубарь 14 координировать исследования украинских и российских специалистов в Вос точном Крыму, договариваться о совместных археологических проектах. Можно лишь посочувствовать тому, кто в дальнейшем взвалит на себя эту хлопотную ношу, да и другие проблемы, которые Виталий Михайлович зак рывал собой, энергично трудясь и требуя этого же от коллег, заводясь сам и заводя других. Жизнь всегда драматична и всегда состоит из сплетающихся и разбегающихся в стороны неиспользованных возможностей линий судьбы, бесчисленных “м ог”, “должен был” , а в итоге выливается в спрессован ные жесткими редакционными требованиями строки в некрологе или в био- библиографичсском словаре, равнодушно суммирующих эти переплетения. Я нс берусь описывать иную многотрудную работу Виталия Михайло вича, связанную с заседаниями в различных советах, включая экспертную комиссию ВАК Украины, с подготовкой аспирантов, их защитами, одна из которых состоится в Национальном университете им Т. Шевченко уже пос ле его смерти (Рис.5). Начатая в молодости преподавательская работа, сна чала учителем истории в харьковской школе №57 в 1972 - 1973 гг., а на следующий год преподавателсм-почасовиком на кафедре древней истории и археологии Харьковского госуниверситета, потом, оборвавшись надолго, возобновилась и достаточно активно в зрелом возрасте. С 1998 г. Виталий Михайлович преподавал на должности профессора в Киевском националь ном университете культуры и искусств (до 2002 г.), а также в Славистичес ком университете и особенно плодотворно в университете “Киево-Моги- лянская академия”, издавал рабочие программы, вел научно-исследователь ский семинар, читал курсы по античному памятниковедению, методике му- зеефикации археологических памятников, специальным историческим дис циплинам, истории античных городов Северного Причерноморья, римско му присутствию в Северном Причерноморье, ежегодно возил археологичес кие практики студентов-магистров в Херсонес, где они проходили на базе американской археологической экспедиции, возглавляемой профессором Техасского университета Джозефом Картером, ценившим и уважавшим Виталия М ихайловича Зубаря. К слову, прославленную фамилию знали практически все участники экспедиций, включая школьников, шептавших друг другу: “А ты знаешь, кто это прошел? Зубарь!” . И даже прозвище “Слон”, которым острая на язык археологическая братия одарила облада теля отнюдь не слоновьей фигуры, звучало неким символом величия и не уемной пробивной силы. Что сказать? Такая судьба не знает забвения даже среди тех, кто принимает то, что есть, и не догадывается о том, чего лишился. Учебная работа Виталия Михайловича вылилась в пособие “Античний світ Північного Причорномор’я”, предназначенное для студентов истори ческих специальностей высших учебных заведений Украины, которое он издал под грифом Министерства образования Украины в 1999 г. в соавтор стве с Наталией Сон и Евникой Линевой, в то время начальником отдела Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вып. XX III 15 инспекции Управления охраны культурного наследия Министерства куль туры и искусств Украины. Довелось ему участвовать и в создании одного из первых, тоже рекомендованных Министерством образования Украины, пробных учебников по истории древнего мира для школьников 6 класса, который в соавторстве с известным археологом Екатериной Бунятян и учи тельницей Светланой Селицкой был издан в 1997 г. киевским издатель ством “Либщь” и оказался очень удачным как по содержанию, стилю, так и по иллюстративному оформлению. Всего не перечесть. Этот вспомнившийся мне учебник завершается на обороте обложки сло вами Марка Туллия Цицерона: “История воистину свидетель времени, свет истины, жизнь памяти”. Той памяти, частью которой стал сам Виталий Ми хайлович Зубарь, оборвав свои земные труды. И только этой памятью, памя тью любящих, мы можем отогреть холод той вечности, в которую он ушел. Сорочан С.Б. Мой друг Виталий Михайлович Зубарь !зЖ !з.!з.!зШ!з]=1М!з.!£1. 16 !З .Й М !з.!з.!з.!з.!з.!зМ !зМ !з.!з.!з.!зМ Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III Рис. 2. В. М. Зубарь в школьные годы. Рис. 1. В.М. Зубарь на Всесоюзной студенческой конференции. Москва 1972 год. 2 БИ-ХХШ 17 !зй ШЩ]£}ШЖ!з ]ЖШЗМз ]ШзШЖ!МШзЖЁ1ШЖ!£1МШЖй М]£1Ж*5М]з ЖЁ1МЖ!Ж!£0з . Рис. 3. М. И. Зубарь и Е. В. Коробко - родители В. М. Зубаря. Начало 50-х годов. Рис. 4. В. М. Зубарь с сыном и коллегами в Херсонесе. 1987 г. 18 Ш :!зМ ЙЖ !зМ !зМ !Ж !зВМ !зМ М !11. Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III Рис. 5. В. М. Зубарь на защите кандидатской диссертации Э. А. Кравченко. 19 Ц Ід Ід Ц ІЛ Ід Іг ; І£ } \|£ ]Іг і Ід Іг їЦ Ід Ц Ід Ід 1.7} Ід Ід Ід Іс; Ід Ід Іс;іт ііт ііт іід І д ід Ід Ід Щ Ід ід Ід Ід ід )дїд Студенты магистерской программы НаУКМА на арехеологической практике в Херсонесе. В нижнем ряду: Пол Артур, член Британского археологического общества, профессор университета г. Лече (Италия); Л. В. Седикова, заместитель генерального директора Херсонссского заповедника; В. М. Зубарь. 2001 год. 20 !=й=іШ Ш Ш Ш ЙШ із]=ійі=йзі=іМ &й. Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III В. М. Зубарь проводит экскурсию по Херсонесу. 2006 год. 21 j j jjr j j j f Іг; Іг; Щ 1г,1:д1-Г\|)Г)1г[1д Ir] l-glg tq Iq l j î Ir jl^ H Iq lq lq Iq lg j^ j^ ІЗІ£ІІ£ЇІ£ІІ£І І£ІІ£ІІ£ІІ5 І£їііЗІ5 ІЗ. Мангуп. 2007 год. 22 1МЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖ Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III Инструктаж перед подъемом на Мангуп. 2006 год. 23 Раскопки склепа с полихромной росписью на территории некрополя Херсонеса. 1999 год. 24 !з.ййЖ Й ]зМ І£ЇЖ !£і.!£їМ !зМ !зМ М Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III В. М. Зубарь. Херсонес. 2008 год. 25 ^ шжшжа. аш ш в а шм !зм ш ш а а ж !з и ц {зйашжашма. В. М. Зубарь, В. Н. Зинько и Е. А. Зинько. Керчь. Фонд «Деметра». 2008 год. 26 !зЖ !зМ !зМ !з.!£іМ !£іЖ !зМ !зЖ Ш .а Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. X X III В. М. Зубарь и Крис Клир, консультант реставрационного проекта Института классической археологии Техасского университета. Херсонес. 2006 год. 27 28 В. М. Зубарь и Адам Рабиновиц, заместитель директора Института классической археологии Техасского университета. Херсонес. 2008 год. &.Й Із Ж !з М !з .!з М ізЖ !£їМ і£і.!з М Ж Б о сп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. XX III Хора Херсонеса. 2008 год. 29 !ЖШЖІз Ш!5ЖЖЖШШШШШВЗЖ!Ж!5ЖШЖШЖІ£ііЗІ53зі5іЖ!Ж!зіЗІ£іі£ііЗІ=Й=іЖВІ£іі5. Керчь.У входа в Мелек-Чесменский курган. 2002 год. ЗО ЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖЖ. Б осп о р ски е и с с л е д о в а н и я , вы п. XX III Любимая скамеечка. Херсонес. 2006 год. 31 Преподаватели магистерской программы по археологии. НаУКМА. Выпуск 2002 года. 32

Мой друг Виталий Михайлович Зубарь

Institution

Similar Items