Европейский опыт нацио-государственного строительства

Статья посвящена сравнительному анализу конституционно-правовых основ федеративных отношений в государствах Европы. Ключевым элементом любой федеральной конституции является разделение полномочий между федерацией и ее субъектами. В условиях развития европейских интеграционных процессов одной из важн...

Повний опис

Збережено в:

Бібліографічні деталі
Опубліковано в: :	Порівняльно-правові дослідження
Дата:	2009
Автор:	Бойко, Ю.П.
Формат:	Стаття
Мова:	Російська
Опубліковано:	Інститут держави і права ім. В.М. Корецького НАН України 2009
Теми:	Порівняльне конституційне право
Онлайн доступ:	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/18352
Теги:	Додати тег Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
Назва журналу:	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
Цитувати:	Европейский опыт нацио-государственного строительства / Ю.П. Бойко // Порівняльно-правові дослідження. — 2009. — № 1. — С. 95-102. — Бібліогр.: 23 назв. — рос.

Репозитарії

Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine

_version_	1859983922979405824
author	Бойко, Ю.П.
author_facet	Бойко, Ю.П.
citation_txt	Европейский опыт нацио-государственного строительства / Ю.П. Бойко // Порівняльно-правові дослідження. — 2009. — № 1. — С. 95-102. — Бібліогр.: 23 назв. — рос.
collection	DSpace DC
container_title	Порівняльно-правові дослідження
description	Статья посвящена сравнительному анализу конституционно-правовых основ федеративных отношений в государствах Европы. Ключевым элементом любой федеральной конституции является разделение полномочий между федерацией и ее субъектами. В условиях развития европейских интеграционных процессов одной из важных задач является обеспечение единообразного правового регулирования основ нацио-государственного строительства. На примере Австрии, Бельгии, Дании, Испании, Италии, Швейцарии рассмотрены вопросы разграничения полномочий между федерациями и субъектами. Статтю присвячено порівняльному аналізу конституційно-правових засад федеретивних відносин у державах Європи. Ключовим елементом будь-якої федеральної конституції є розмежування повноважень між федерацією та її суб’єктами. В умовах розвитку європейських інтеграційних процесів одним з важливих завдань є забезпечення одноманітного правового регулювання основ націодержавного будівництва. На прикладі Австрії, Бельгії, Данії, Іспанії, Італії, Швейцарії розглянуто питання розмежування повноважень між федераціями і суб’єктами. The article is dedicated to comparative analysis of constitutional law grounds of federative relations in European countries. The key element of any federal constitution is the separation of competencies between the federation and its subjects. In the conditions of European integration processes one of the most important tasks is assuring of uniform legal regulation of grounds of national-state building. On the examples of Austria, Belgium, Denmark, Spain, Italy, Switzerland the author traces the separation of competencies between federations and subjects.
first_indexed	2025-12-07T16:28:09Z
format	Article
fulltext	ББооййккоо ЮЮрриийй ППааввллооввиичч,, доктор политических наук, доктор медицинских наук, кандидат юридических наук, кандидат экономических наук, профессор Дипломатической академии МИД России ЕЕввррооппееййссккиийй ооппыытт ннааццииоо ггооссууддааррссттввееннннооггоо ссттррооииттееллььссттвваа Бойко Ю. П. Європейський досвід націоQдержавного будівництва Статтю присвячено порівняльному аналізу конституційно�правових засад федеретивних відносин у державах Європи. Ключовим елементом будь�якої федеральної конституції є розмежування повноважень між федерацією та її суб’єктами. В умовах розвитку європейських інтеграційних процесів одним з важливих завдань є забезпечення одноманітного правового регулювання основ націодержавного будівництва. На прикладі Австрії, Бельгії, Данії, Іспанії, Італії, Швейцарії розглянуто питання розмежування повноважень між федераціями і суб’єктами. ККллююччооввіі ссллоовваа:: національна держава, федерація, розмежування повнова� жень між федерацією та суб’єктами. Национальные государства начали складываться на Европейском кон� тиненте в XVI–XVII ст. как следствие кровопролитных религиозных войн между католиками и протестантами [1, с. 37�39]. Конфессиональный фак� тор внес весомый вклад в закрепление государственности в Европе [2, с. 125]. С середины XIX столетия на европейскую авансцену выдвигается принцип права наций на самоопределение. В конце XIX ст. происходит кризис полиэтнических империй — Австро�Венгерской, Оттоманской, Российской, Германской [3, с. 415]. В ХХ в. процесс увеличения числа национальных государств интенси� фицировался. Только за 1990�е годы число государств увеличилось со 170 до 193 [4, с. 54]. На карте Европы возникли новые суверенные государства: Чехия, Словакия, Хорватия, Словения, Македония, Россия, Молдова, Украина, Белоруссия, Литва, Латвия, Эстония, Сербия, Черногория. Можно утверждать, что национальное государство в Европе имеет дли� тельную перспективу. Страны Европы развивались в течение последнего тысячелетия во всем разнообразии национально�культурных факторов и исторических традиций, во многом определявших характер формирова� ния государственности, формы которой включают и унитарный строй, и конфедерации, и федерации (территориальные и национальные). Однако на практике упомянутое разнообразие часто приводит к сложе� нию множества переходных и смешанных форм территориального устройства, например, существуют асимметричные федерации и полуфе� дерации. Часто видим несколько уровней характеристик форм территори� ально�управленческого устройства государства: ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо 9955 Українсько грецький міжнародний науковий ю ридичний журнал «П орівняльно правові дослідження», 2009, № 1 ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо · первый — декларационный, общий, который упрощает разнооб� разную внутреннюю структуру реального территориального устройства; · второй — сущностный, адекватно передающий систему региональ� ных отношений. Перечень европейских государств по принципу их территориального устройства, по мнению исследователей, следующий: — к унитарным государствам, основным принципом которых является один верховный центр власти [5], относятся: Великобритания, Португа� лия, Франция, Люксембург, Польша, Швеция, Норвегия, Греция, Литва, Дания, Эстония, Латвия, Испания, Чехия, Словакия, Исландия, Финлян� дия, Болгария, Ирландия, Белоруссия, Украина, Италия, Венгрия, Молдо� ва, Румыния, Хорватия, Словения, Македония и Албания; — конфедерации, главным признаком которых считается принцип наделения центра полномочиями по усмотрению составляющих регио� нальных единиц [5], представлены одной Швейцарией; — различные формы федеративного устройства, где основным принци� пом является конституционно поделенные полномочия между центром и одним и более региональными субъектами [5], представлены Германией, Россией, Австрией, Нидерландами, Бельгией, Боснией (сербские, хорват� ские и мусульманские анклавы). Швейцарский Союз с 1848 г. был преобразован (после короткой граж� данской войны 1847 г.) в федеративное государство с федеративной конституцией [6, с. 314]. Федерация все еще называется Швейцарской Конфедерацией по нескольким причинам, и в том числе в силу традиции. В целом можно утверждать, что европейские государства лишь услов� но делятся на унитарные и федеративные. На самом деле большинство из них сочетает в себе оба уклада. Федерализм в Европе как форма государ� ственного устройства имеет различные корни. Можно выделить два основ� ных: с одной стороны, это объединение множества национальных и куль� турных групп общества в одном государстве; федерализм должен при этом создать условия для адекватного обращения с отдельными составны� ми частями федерации; с другой стороны, федерализм является гарантом демократии: вертикальное расслоение власти и распределение компетен� ций между различными вертикальными слоями федерации должны обес� печивать оптимизацию властного контроля и включение как можно боль� шего количества сторон в процесс принятия решений. Принято считать, что определяющим фактором в утверждении формы государственного устройства в какой�либо стране является ее националь� ный состав. Мононациональное общество имеет тенденцию к формирова� нию унитарного государства. Многонациональные общества, с ареалами компактного проживания национальных меньшинств, — к федеративному устройству. При этом во многих унитарных государствах Европы сущест� вуют компактно проживающие национальные меньшинства. Например, во Ук ра їн сь ко гр ец ьк ий м іж на ро дн ий н ау ко ви й ю ри ди чн ий ж ур на л «П ор івн ял ьн о пр ав ов і д ос лі дж ен ня », 2 00 9, № 1 9966 Франции, Швеции, Норвегии, Румынии. Однако их наличие не отражено в принципе национального деления страны. Не имеет этнокультурной подо� плеки территориальная структура многих европейских федераций, таких, как Австрия, Нидерланды, Дания и Германия. Может быть, дело в статистике, в процентном соотношении системооб� разующего народа и национальных меньшинств? В России проживает 85 % русских. В унитарном государстве — Великобритании насчитывает� ся 78 % собственно англичан, остальное же население — в подавляющей части компактно проживающие национальные меньшинства: шотландцы, валлийцы, ольстерцы и ирландцы [7, с. 86]. То же можно сказать и о Франции, где на 83 % французов приходится 17 % национальных меньшинств, о которых уже упоминалось выше, и ко� торые в большинстве своем компактно проживают в веками сложившихся ареалах [7, с. 86]. Очевидно, что только историческая традиция и актуальная политичес� кая конъюнктура играют главенствующую роль в определении террито� риального устройства конкретной европейской страны. Отсюда следует, что в своей основе федерализм — это вопрос взаимоотношений. Он вопло� щается в конституциях и институтах, структурах и функциях, но, в конечном счете, значение имеют именно традиционно сложившиеся взаи� моотношения. Рассмотрим примеры некоторых европейских федеративных госу� дарств. К классическим симметричным федерациям Европы относится Австрия. С давних времен провинции австрийской монархии располагали автономными законодательными и административными полномочиями. Империя Габсбургов определялась как децентрализованное унитарное го� сударство. Однако в начале XX в. империя распалась именно вследствие того, что не удалось найти приемлемой конституционной структуры (в смысле подлинного федеративного решения) для сосуществования ее мно� гочисленных народов. Немецкоговорящие провинции конституировались в виде Республики Австрии. Но вскоре стало ясно, что существование это� го государства может быть обеспечено лишь с помощью федеративной конституции. Правда, фактически с самого начала были довольно сильны и централистские тенденции. Федеральная конституция, принятая в 1920 г., в соответствии с которой Австрия была провозглашена федератив� ным государством, стала компромиссом между этими федералистскими и централистскими течениями. В основу территориального деления не зало� жен этнический принцип, хотя на территории страны компактно прожи� вает определенное число представителей национальных меньшинств. Это — немцы (200 тыс. чел.), хорваты (70 тыс. чел.) и словенцы (50 тыс. чел.) [8, с. 190]. Тем не менее, Австрию следует охарактеризовать как центра� листское федеративное государство [9, с. 246]. Прежде всего все 9 австрий� ских земель получили право иметь собственную конституцию, ограничен� ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо 9977 Українсько грецький міжнародний науковий ю ридичний журнал «П орівняльно правові дослідження», 2009, № 1 ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо ную, правда, узкими рамками федеральной конституции, которая предпи� сывает им парламентскую систему правления. Правительство каждой земли избирается ее парламентом (ландтагом) и несет перед ним всю от� ветственность. Федеральная конституция определяет лишь администра� тивные структуры земель [10, с. 343]. Высшим федеративным органом яв� ляется вторая (нижняя) палата федерального парламента — Бундесрат, члены которого избираются ландтагами. Федеральные законы, ограничи� вающие полномочия земель, требуют одобрения Бундесрата большинст� вом в две трети голосов, но это правило не имеет большого практического значения и не представляет собой значительного препятствия для ограни� чения полномочий земель [11, с. 48]. Ключевым элементом любой федеральной конституции является во� прос о разделении полномочий между федерацией и ее членами. В этом вопросе австрийская федеральная конституция опиралась на основной закон конституционной Австро�Венгерской империи, который уже содер� жал принципы автономных законодательных полномочий и, в меньшей степени, административных полномочий земель [9, с. 10]. Законодатель� ные полномочия центра в основном остаются в рамках конституции децен� трализованного унитарного государства — конституционной монархии [11, с. 49]. Как и в других федерациях, территориальные субъекты в Авст� рии не обладают верховенством на своей территории [12, с. 17]. Сфера дей� ствия федерального права распространяется на всю федерацию, и ни один из данных субъектов (в Австрии земель, а в иных федерациях провинций или кантонов) не вправе препятствовать его применению [13, с. 106]. Субъекты европейских федераций не суверенны. Как правило, евро� пейские конституции о суверенитете не упоминают. И лишь конституцией Швейцарии за кантонами формально признан суверенитет, но лишь в той мере, в какой он не ограничен федеральной конституцией [12, с. 17]. В организации органов власти субъекты федераций, как правило, сле� дуют образцам построения федеральных органов даже в тех государст� вах, в которых конституции практически не предъявляют в этом вопросе каких�либо требований к входящим в их состав государственным образо� ваниям. В той же Швейцарии конституции кантонов санкционируются федеральной властью. Французский ученый Г. Эро пишет: «Некоторые конституционные тексты и теоретики утверждают, что объединившиеся в союз государства сохраняют часть суверенитета... Суверенитет в его специфическом смысле «наивысшей силы» или «неустранимого принуж� дения» может находиться предположительно лишь на одном уровне, в данном случае на уровне федерации» [9, с. 247]. Как правило, субъекты федерации лишены права самостоятельно вы� ступать в международном общении. Так, в Швейцарии последние между� народные договоры были заключены кантонами от своего имени в 40�х го� дах XIX в. В Австрийской федерации в 1988 г. была принята поправка к Ук ра їн сь ко гр ец ьк ий м іж на ро дн ий н ау ко ви й ю ри ди чн ий ж ур на л «П ор івн ял ьн о пр ав ов і д ос лі дж ен ня », 2 00 9, № 1 9988 конституции, предоставившая землям право заключать международные договоры с граничащими с Австрией государствами или их частями. Одна� ко Федеральный центр сохранил за собой наблюдательные полномочия и право отмены антиконституционных решений региональных структур [9, с. 247]. Вообще федеральные конституции в Европе нередко устанавлива� ют особые перечни запретов, ограничивая тем самым принятие субъекта� ми федераций законодательных актов, нарушающих, в частности, обяза� тельства по договорам, привилегии и льготы граждан. Закономерно, что развитие общественной и экономической жизни ста� вит задачу обеспечения единообразного правового регулирования. В федерациях (и Австрия здесь не исключение) она решается в трех на� правлениях: посредством расширения компетенции центральных органов власти, ограничения законодательства субъектов федерации, принятия последними единообразных или унифицированных актов. В современной Европе существуют несколько видов полуфедератив� ных отношений. Это относится, например, к Италии с присущими ей тен� денциями к автономии и регионализму. Франция также имеет сложности в этом направлении из�за Корсики, которая в 1982 г. получила особый ав� тономный статус [8, с. 265]. Португалия передала ряд полномочий замор� ским провинциям — острову Мадейре и Азорским островам, в состав ко� торых входят 4 из 22 округов, на которые делится государство. Италия формально считается унитарным государством. В администра� тивном отношении она делится на 20 исторически сложившихся областей, которые подразделяются на 93 провинции. Доля представителей системо� образующего народа (итальянцев) составляет около 98 %. В то же время среди национальных меньшинств выделяются сардинцы (1,5 млн. чел.) с острова�провинции Сардиния; проживающие на севере страны (область Фриули�Венеция�Джулия) фриулы (700 тыс. чел.); австрийцы�тирольцы (300 тыс. чел., область Трентино�Альто�Адидже) [14, с. 171], французы (300 тыс. чел., область Вале�д’Аоста) [8, с. 233]. Проявлявшие наибольшую активность и поддержанные соседней Австрией тирольцы добились в 1969 г. признания их культурной и территориальной автономии [7, с. 84]. Вслед за ними автономного статуса добились и другие области, в том числе Си� цилия [8, с. 229]. К полуфедерациям следует отнести и Финляндию. Эта страна в адми� нистративном отношении подразделяется на 12 губерний (ляни). Среди них существуют две национальные автономии — Ахвенанма (Аландские острова), населенная на 96 % шведами и имеющая собственный парламент (ландстинг) [15, с. 96], и образованный в 1974 г. саамский национальный ок� руг, калькой наложенный на районы Утсйоки, Инари и Энонтеке [8, с. 257] губернии Лапландия. В 1991 г. унитарная Финляндия ввела саамский язык в качестве официального языка данной губернии наряду с финским и шведским языками [2, с. 312]. ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо 9999 Українсько грецький міжнародний науковий ю ридичний журнал «П орівняльно правові дослідження», 2009, № 1 ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо Подобное отношение к национальному меньшинству демонстрирует Королевство Дания, которое делится на континентальную часть, подраз� деляющуюся на округа — амты, и заморские автономные территории — Гренландию и Фарерские острова. Гренландия населена на 4/5 эскимоса� ми. Административная власть в государстве с 1953 г. [8, с. 623] принадле� жит состоящему из 21 депутата гренландскому парламенту (ландстингу) и местному правительству, главу которого назначает парламент. За пре� делами самоуправления остаются внешняя политика, оборона, финансы (за исключением местных налогов) и конституционные вопросы. Высшим представителем датской монархии на острове является верховный комис� сар [15, с. 222]. Фарерские острова — также самоуправляемая область (с 1948 г.) в составе Королевства. Местным законодательным органом явля� ется фарерский парламент (лагтинг), который избирает и администрацию островов. Вопросами компетенции центральной власти занимается назна� чаемый датским монархом комиссар [15, с. 254]. Довольно сложна этнонациональная ситуация в другой полуфедера� ции — Испании, которая по Конституции 1978 г. территориально делится на 50 провинций, в свою очередь, объединенных в 13 исторических облас� тей. Здесь развитие двух крупных, но уступающих испанцам (70 % всего населения страны) по численности народов — каталонцев и басков — дли� тельное время тормозилось центральной (кастильской) властью, особенно в период правления Ф. Франко в 1939–1975 гг. [16, с. 195–197]. После вос� становления монархии данные народы получили культурно�языковую ав� тономию, что было закреплено в конституции 1978 г. [17, с. 116]. К 1983 г. все национальные области Испании — Каталония, Баскония, Галисия, Ба� леары, Валенсия, Наварра и др. — получили права автономии. В основном законе появилась статья 2, в которой говорится: «Конституция основана на нерушимом единстве испанской нации, единой и неделимой для всех испанцев Родине; она признает и гарантирует право на автономию для на� циональностей и регионов, ее составляющих, а также солидарность меж� ду ними». Противоречия между государством и автономиями в Испании разрешаются Конституционным Судом. Образование национальных и региональных автономий отчасти разрядило напряженность в националь� ных отношениях (за исключением Страны басков — провинции Бискайя, Алава и Гипускоа) [18, с. 179]. Среди европейских федераций существуют весьма оригинальные формы. Так, федеративная система в Бельгии заключается не столько в автономии конкретных провинций, а их в этом королевстве девять, а в со� вершенно иной плоскости — языковой. Она возникла из�за проблемы со� существования различных этнических групп и языков в одной стране. Бельгия сформировалась по конфессиональному принципу, когда в ре� зультате восстания 1830 г. католические штаты Нидерландов отделились от протестантской части и образовали независимое государство. Уже в на� Ук ра їн сь ко гр ец ьк ий м іж на ро дн ий н ау ко ви й ю ри ди чн ий ж ур на л «П ор івн ял ьн о пр ав ов і д ос лі дж ен ня », 2 00 9, № 1 110000 чальный период его существования была предпринята попытка раство� рить имевшие место культурные и языковые различия между двумя ос� новными этническими компонентами страны — фламандцами (нидер� ландский язык) и валлонами (французский язык) в рамках своего рода централизованного государства (по примеру Франции). На практике офи� циальным языком стал французский [2, с. 181]. В результате принятия в 1980 г. [9, с. 243] ряда законов о языке Бельгия превратилась в страну с двумя языками, носители которых по�прежнему разъединены. На севере Бельгии (провинции Антверпен, Лимбург, Западная и Восточная Фланд� рия и округ Лёвен провинции Брабант [8, с. 195]), где проживает 60% насе� ления, расположена нидерландская языковая область. Юг страны (провинции Льеж, Эно, Намюр, Люксембург и округ Нивель провинции Брабант [8, с. 195]) занимает франкоязычная территория. Здесь прожива� ет около 30 % населения. Есть также небольшой район, где говорят пре� имущественно на немецком языке (около 1%). И, наконец, столичный город Брюссель, где проживает примерно 10 % населения, представляет собой двуязычную область. В федеральном правительстве страны представлено одинаковое число как фламандско�, так и франкоговорящих министров. Двухпалатный парламент делится также на две языковые группы. В каж� дой языковой группе требуется большинство голосов для принятия новых законов. Политическая реальность столь же биполярна: в Бельгии нет ни одной федеральной партии, имеются лишь фламандские и франкоязыч� ные, которые практически не сотрудничают. Данная форма федерализма довольно нестабильна, ибо неизменно таит в себе угрозу укоренения про� тиворечий между двумя группами населения. Конфронтация, пусть чаще латентная, характерна для межэтнических отношений в Бельгии. Это под� тверждается достаточной популярностью в течение 1990�годов радикаль� но�сепаратистских партий. Все это существенно осложняет способность центральных органов власти к принятию решений, поскольку они вынуж� дены передавать соответствующие компетенции языковым общинам. Расхождение между языковыми сообществами может привести к зна� чительным конфликтам. Особенно актуально это в условиях резких поли� тических изменений. Так, право выхода из состава государства (сецессия) за субъектами федераций не признается ни в одной из европейских кон� ституций [12, с. 21]. Гипотетически данное право не отрицается первыми лицами некоторых федераций, однако не более того [19]. Попытки выхода всегда пресекались, иногда даже силой оружия, как это было, например, в 1847 г. в Швейцарии в период войны федералистов с сепаратистами�кон� федератами из коалиции семи кантонов «Зондербунд» [20, с. 232]. Воору� женные силы федерального правительства решительно действовали и в XX в.: в Германии в 1923 г. при попытке нацистов провозгласить суверени� тет Баварии [21, с. 95�103]; в Югославии 1991�1992 гг. когда сербская мет� рополия вела войну против почти всех партнеров по союзному государст� ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо 110011 Українсько грецький міжнародний науковий ю ридичний журнал «П орівняльно правові дослідження», 2009, № 1 ППооррііввнняяллььннее ккооннссттииттууццііййннее ппррааввоо ву — Хорватии, Боснии и Словении [22, с. 151–158], а также в 1981 и 1998–1999 гг. в Косово. Именно в рамках данной традиции следует рассма� тривать и действия российских войск по пресечению сепаратистского мя� тежа в Чечне в 1994–1996 и 1999–2003 гг. [23, с. 64]. Вообще буквальное восприятие принципов Паскуале Манчини и Вудро Вильсона («право народов на самоопределение») сделало этнический сепа� ратизм одним из самых заметных политических процессов в Европе XX в. Причем он имеет место и в высокоразвитых странах. Для Великобритании это проблема Северной Ирландии, для Франции — Корсики, для Испа� нии — Страны басков. В странах со средним уровнем развития и экономи� чески слаборазвитых государствах сепаратизм часто принимает формы от� крытых вооруженных конфликтов, например, косовская проблема для Сер� бии и сербо�хорватско�мусульманская вражда всех против всех в Боснии. Опыт европейских государств в сфере национального строительства в условиях глобализации имеет важное значение для оценки перспективы развития государств как акторов мировой политики. 1. Европа: вчера, сегодня, завтра / Отв. ред. Н. П. Шмелев. — М., 2002. 2. Альтерматт У. Эгно$национализм в Европе. — М., 2000. 3. Нольте Э. Фашизм в его эпохе. — Новосибирск, 2001. 4. Аверина О. И. Доклад на конференции «Этнос глобального мира» // Этнос глобального мира. — М., 1999. 5. Кинг П. Федерализм: многомерная модель исследования // Полис. — 2000. — № 5. 6. Драгунов Г. Л., Листова Н. М. Швейцария // Западная Европа. Страны и народы. — М., 1979. 7. Ямсков А. Н. Этно$территориальные автономии и проблема целостности Российского государства // Национальные интересы и территориально$государственное устройство России: Материалы круглого стола. — М., 1996. 8. Брук Н. И. Население мира. — М., 1986. 9. Валентей С. Д. Федерализм: российская история и российская реальность. — М.: ИЭ, 1998. 10. Мухин А. И., Листова Н. М. Австрия // Западная Европа. Справочник / Под ред. П. Н. Листова. — М.: Колос, 1974. 11. Елингер Т. Доклад на международной конференции «Европейский федерализм и Рос$ сия» // Современная Европа. — 2001. — № 1. 12. Арановский К. В. Суверенитет в системе федеративных отношений // Право и полити$ ка. — 2000. — № 1. 13. Райтер Э. Идея европейской федерации // Современная Европа. — 2000. — № 2. 14. Галкина Т. А., Красновская Н. А. Италия // Южная Европа. Страны и народы. — М., 1983. 15. Серебрянный Л. Р., Соколов М. Н. Финляндия // Северная Европа. Страны и народы. — М., 1981. 16. Коваль Т. Б. Испания: регионы, этносы, языки // Расы и народы. — М., 1984. 17. Прицкер Д. Н. Национальная и региональная проблема современной Испании // Расы и народы. — М., 1980. 18. Бромлей Ю. В. Этнические процессы в современном мире. — М., 1987. 19. Интервью с вице$канцлером Австрии Йозефом Риглером // Аргументы и факты. — 1990. — № 33. 20. Молок А. И. Швейцария в 30–40$х гг. XIX столетия // Всемирная история. — М., 1959. — Т. VI. 21. Ширер У. Взлет и падение Третьего Рейха. — М., 1991. 22. Гордиенко А. Н. Войны второй половины XX века. — Минск, 1998. 23. Аверин И. А. Актуальные вопросы чеченской проблемы // Журнал прикладной психоло$ гии. — 2000. — № 5. Ук ра їн сь ко гр ец ьк ий м іж на ро дн ий н ау ко ви й ю ри ди чн ий ж ур на л «П ор івн ял ьн о пр ав ов і д ос лі дж ен ня », 2 00 9, № 1 110022
id	nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-18352
institution	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
issn	XXXX-0056
language	Russian
last_indexed	2025-12-07T16:28:09Z
publishDate	2009
publisher	Інститут держави і права ім. В.М. Корецького НАН України
record_format	dspace
spelling	Бойко, Ю.П. 2011-03-26T15:41:38Z 2011-03-26T15:41:38Z 2009 Европейский опыт нацио-государственного строительства / Ю.П. Бойко // Порівняльно-правові дослідження. — 2009. — № 1. — С. 95-102. — Бібліогр.: 23 назв. — рос. XXXX-0056 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/18352 Статья посвящена сравнительному анализу конституционно-правовых основ федеративных отношений в государствах Европы. Ключевым элементом любой федеральной конституции является разделение полномочий между федерацией и ее субъектами. В условиях развития европейских интеграционных процессов одной из важных задач является обеспечение единообразного правового регулирования основ нацио-государственного строительства. На примере Австрии, Бельгии, Дании, Испании, Италии, Швейцарии рассмотрены вопросы разграничения полномочий между федерациями и субъектами. Статтю присвячено порівняльному аналізу конституційно-правових засад федеретивних відносин у державах Європи. Ключовим елементом будь-якої федеральної конституції є розмежування повноважень між федерацією та її суб’єктами. В умовах розвитку європейських інтеграційних процесів одним з важливих завдань є забезпечення одноманітного правового регулювання основ націодержавного будівництва. На прикладі Австрії, Бельгії, Данії, Іспанії, Італії, Швейцарії розглянуто питання розмежування повноважень між федераціями і суб’єктами. The article is dedicated to comparative analysis of constitutional law grounds of federative relations in European countries. The key element of any federal constitution is the separation of competencies between the federation and its subjects. In the conditions of European integration processes one of the most important tasks is assuring of uniform legal regulation of grounds of national-state building. On the examples of Austria, Belgium, Denmark, Spain, Italy, Switzerland the author traces the separation of competencies between federations and subjects. ru Інститут держави і права ім. В.М. Корецького НАН України Порівняльно-правові дослідження Порівняльне конституційне право Европейский опыт нацио-государственного строительства Європейський досвід націо-державного будівництва European Experience of National-State Building Article published earlier
spellingShingle	Европейский опыт нацио-государственного строительства Бойко, Ю.П. Порівняльне конституційне право
title	Европейский опыт нацио-государственного строительства
title_alt	Європейський досвід націо-державного будівництва European Experience of National-State Building
title_full	Европейский опыт нацио-государственного строительства
title_fullStr	Европейский опыт нацио-государственного строительства
title_full_unstemmed	Европейский опыт нацио-государственного строительства
title_short	Европейский опыт нацио-государственного строительства
title_sort	европейский опыт нацио-государственного строительства
topic	Порівняльне конституційне право
topic_facet	Порівняльне конституційне право
url	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/18352
work_keys_str_mv	AT boikoûp evropeiskiiopytnaciogosudarstvennogostroitelʹstva AT boikoûp êvropeisʹkiidosvídnacíoderžavnogobudívnictva AT boikoûp europeanexperienceofnationalstatebuilding

Европейский опыт нацио-государственного строительства

Репозитарії

Схожі ресурси