Список імен на чорнолаковій чашці з некрополя Ольвії - Русяєва, А.С.; Івченко, А.В. (Археологія, 2014)
Досліджено графіто з іменами в зіставленні зі списками антропонімів в написах із закляттями з некрополя Ольвії. Всесторонне рассмотрено оригинальное граффито из раскопок ольвийского некрополя в 2013 г. На внутренней части чернолаковой чашки, ниже венчика, прочерчено по первой окружности семь мужских имен в именительном падеже без патронимов: ΗΡΟΦΙΛΟΣ (Герофил), ΑΘΗΝΑΙΟΣ (Атеней), ΑΓΑΘΑΡΚΟΣ (Агатарк), ΛΗΤΟΔΩΡΟΣ (Летодор), ΔΙΟΚΛΗΣ (Диокл), ΕΟΚΛΗΣ (Эвкл), ΑΡΧΙΒΙΟΣ (Архибий); внизу, вначале второй окружности, еще три имени: ΕΟΒΟΥΛΗ (Эвбула), ΤΥΚΟΤΑ (Тикота?), ΔΙΔΩΡΟΣ (Дидор или Ди(о)дор), из которых два первых предположительно являются женскими. Дан краткий комментарий каждого из имен. Одни из них отмечены в ольвийских эпиграфических памятниках, другие относятся к редким, а половина впервые зафиксирована именно в данном списке, в том числе и не совсем ясное ΤΥΚΟΤΑ. В большинстве — имена композитные, значительная часть — аристократические, пять — теофорные от имен популярных эллинских божеств Зевса, Афины, Геры и менее известной Лето.
По аналогии, прежде всего, со многими относительно синхронными списками имен на свинцовых пластинах (tabellae defixionum) и красноглиняной чашке с магическим наговором из ольвийского некрополя авторы предполагают, что публикуемое граффито также относится к одному из видов древнегреческой магии, не исключая и заклятие судебного характера. В общем оно впервые вводится в научный оборот, пополняет не только антропонимикон Ольвии, но и всего понтийского ареала; имеет важное значение для дальнейшего изучения памятников малой эпиграфики, ономастики и магических представлений во взимосвязи с загробным миром в IV в. до н. э. An original graffito from the excavations at Olbian necropolis in 2013 is comprehensively discussed. On the inner side of a black-glazed cup under the rim, inscribed in the first circumference are seven names of men in the nominative case without patronimics: ΗΡΟΦΙΛΟΣ (herofilos), ΑΘΗΝΑΙΟΣ (Athenaios), ΑΓΑΘΑΡΚΟΣ (Agatharkos), ΛΗΤΟΔΩΡΟΣ (Letodoros), ΔΙΟΚΛΗΣ (Diokles), ΕΟΚΛΗΣ (eokles), and ΑΡΧΙΒΙΟΣ (Archibios); there are three more names below at the beginning of the second circumference: ΕΟΒΟΥΛΗ (eobule), ΤΥΚΟΤΑ (tykota?), and ΔΙΔΩΡΟΣ (Didoros or Di(o)doros), two former of which are presumably names of women. A brief comment to each name is presented. some of them are noted in Olbian epigraphic monuments, other belong to rare names, and a half of names are recorded for the first time exactly in such list including not quite evident name ΤΥΚΟΤΑ. In most cases the names are composite, a significant number of them are aristocratic, and five are theophorous coming from the names of popular hellenic deities: Zeus, Athena, hera, and less known Leto.
Drawing the analogies first of all with many relatively synchronous names lists on the lead plates (tabellae defixionum) and on a red-clay cup with magic slander from Olbian necropolis, the authors presume that the published graffito also belongs to one of Ancient Greek sorcery types not excluding conjuring of judicial nature. On the whole, presented to the scientific circles for the first time, the inscription enriches anthroponymicon not only of Olbia, but also of the whole Pontic area; it is also important for the further study of small epigraphy, onomastics, and beliefs in sorcery related with the other world in the 4th c. Bc.