Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського)
Стаття присвячена українцям Курської губернії. Автор подає коротку історіографію цієї практично недослідженої проблеми і пропонує увазі читача досі невідомий у науковому обігу етнографічний опис українських сіл Старооскольського повіту, зроблений на початку 60-х років XIX ст. В опису йдеться про тр...
Saved in:
| Published in: | Народна творчість та етнологія |
|---|---|
| Date: | 2013 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Ukrainian |
| Published: |
Iнститут мистецтвознавства, фольклористики та етнології iм. М.Т. Рильського НАН України
2013
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/202664 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) / Л. Іваннікова // Народна творчість та етнологія. — 2013. — № 1. — С. 46-55. — Бібліогр.: 20 назв. — укр. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1860151999487541248 |
|---|---|
| author | Іваннікова, Л. |
| author_facet | Іваннікова, Л. |
| citation_txt | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) / Л. Іваннікова // Народна творчість та етнологія. — 2013. — № 1. — С. 46-55. — Бібліогр.: 20 назв. — укр. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Народна творчість та етнологія |
| description | Стаття присвячена українцям Курської губернії. Автор подає коротку історіографію цієї практично недослідженої проблеми і пропонує увазі читача досі невідомий у науковому обігу етнографічний опис українських сіл Старооскольського повіту, зроблений на початку 60-х років XIX ст. В опису йдеться про традиційні ремесла, одежу, мову їх мешканців, соціально-економічні проблеми, міжетнічні взаємини.
The article is devoted to the Ukrainians of the Kursk Governorate. The author gives a brief historiography of this largely unexplored topic and offers the reader an ethnographic description of the Starooskalskyi county's Ukrainian villages, still unknown to science and provided in the early 1860s. The description covers the traditional occupations, clothing, and language of the county's residents, the socio-economic problems and interethnic relations.
Статья посвящена украинцам Курской губернии. Автор подал краткую историографию этой почти неисследованной проблемы и предложил вниманию читателя неизвестное в научном обиходе этнографическое описание украинских сёл Старооскальского уезда, сделанное в начале 60-х годов XIX в. В описании речь идёт о традиционных занятиях, одежде, языке их жителей, социально-экономических проблемах, межэтнических отношениях.
|
| first_indexed | 2025-12-07T17:52:22Z |
| format | Article |
| fulltext |
46
НЕВІДОМІ ЕТНОГРАФІЧНІ МАТЕРІАЛИ ПРО
УКРАЇНЦІВ КУРЩИНИ
(з архівної спадщини Григорія Залюбовського)
Людмила Іваннікова
УДК 39(470.323=161.2):025.171
Стаття присвячена українцям Курської губернії. Автор подає коротку історіографію цієї практично недослідженої
проблеми і пропонує увазі читача досі невідомий у науковому обігу етнографічний опис українських сіл Старо-
оскольського повіту, зроблений на початку 60-х років ХІХ ст. В опису йдеться про традиційні ремесла, одежу, мову
їх мешканців, соціально-економічні проблеми, міжетнічні взаємини.
Ключові слова: українська діаспора, Курщина, міжетнічні взаємини.
The article is devoted to the Ukrainians of the Kursk Governorate. The author gives a brief historiography of this largely
unexplored topic and offers a reader an ethnographic description of the Starooskalskyi county’s Ukrainian villages still
unknown to the science and provided in the early 1860s. The description covers the traditional occupations, clothing, and
language of the county’s residents, the socio-economic problems and interethnic relations.
Keywords: Ukrainian diaspora, Kurshchyna, interethnic relations.
Курщина – це північно-західна частина
Слобожанщини, що до 1914 року становила
Курську губернію, південь якої належить до
української етнічної території. Споконвіку тут
було Дике Поле, безлюдний степ. Заселення
цієї території розпочалося з XVI ст. як росі-
янами, так і українцями. На кінець XVI ст.
Москва вже побудувала тут міста Орел, Во-
ронеж, Бєлгород, Оскол, Курськ, Валуйки
[9, с. 1245]. Щоб обмежити потік російських
селян-кріпаків на Дон, царський уряд сприяв
українській колонізації Слобідської України,
дозволяв їм селитися цілими громадами на
пільгових умовах (слободи), наділяв їх зем-
лею і зберігав за поселенцями козацькі права
та полковий устрій. Уже в 1650 році існували
слобідські полки – Острогозький, Сумський,
Охтирський, Харківський. У 1765 році цари-
ця Катерина ІІ ліквідувала козацький устрій
та слобідські полки, а козаків перетворила на
т. зв. «військових обивателів» (за станом вони
були подібні до державних селян). У 1835 році
було ліквідовано Слобідську губернію, з її пів-
денної частини утворено Харківську губер-
нію, а північна ввійшла до складу Воронезької
та Курської губерній [8, с. 2885]. Станом на
1926 рік у Курщині проживало 403 000 укра-
їнців (53,6 % населення). У 1954 році майже
всю заселену українцями південну частину
Курської області виділено до новостворе-
ної Бєл городської області, а за переписом
1960 року на етнографічній Курщині прожи-
вало вже 180 000 українців [9, с. 1245). Такі
скупі відомості про цей край подають нам ав-
тори «Енциклопедії українознавства» Воло-
димир Кубійович та Олександр Оглоблин.
У 1781 році за відрядженням Російської
академії наук через Курщину проїздив знаме-
нитий етнограф-мандрівник Василій Зуєв. Він
повідомляє у своїх «Путешественных запис-
ках», що українці проживають у таких містах,
як Курськ, Щигри, Суджа, Старий Оскол,
Новий Оскол, Короча, Рильськ, Путивль,
Обоянь, Бєлгород, а також в Обоянському та
Бєлгородському повітах [16, с. 152, 157–162,
167, 172, 177].
Слід зазначити, що українці Курщини
маловивчені з етнографічного боку порівня-
но навіть зі своїми сусідами, мешканцями
Воронезь кої губернії, де активно працював
видатний етнограф Митрофан Дикарів. На
Курщині, на жаль, таких постатей не було.
Проте непоодинокі спроби здійснювались.
Так, Павло Тарасевський досліджував укра-
їнсько-російські фольклорні паралелі. Декіль-
ка українських пісень записав у Путивльсько-
http://www.etnolog.org.ua
47
З архівів і колекцій
му повіті М. Добротворський [6, с. 585–588];
О. Сластіон навів відомості про українських
кобзарів з Курщини та їх репертуар на сто-
рінках журналу «Рідний край» [18, с. 11–12];
М. Васильєв та П. Сухов записували на Кур-
щині легенди й повір’я про походження тютю-
ну [2, с. 156–157]; М. Халанський досліджу-
вав народні говори Курської губернії, у тому
числі й українські, записував українські пісні
[19, с. 321–360]; Р. Данковська – українське
обрядове печиво [3, с. 21–34]; а в «Извести-
ях историко-филологического института князя
Безбородка в Нежине» (т. ХХІ) опублікова-
но записи замовлянь з Курщини, здійснені в
50-х роках ХІХ ст. [7]. Найбільш досліджений
на сьогодні Суджанський повіт, мешканці яко-
го – колишні козаки Сумського полку, сотен-
них міст Суджі й Миропілля. Значний внесок
у ці дослідження зробили російські етнографи
А. Дмітрюков, А. Ніколаєв, В. Подольський,
Є. Рєзанов, А. Арнольді. Так, іще 1831 року
в газеті «Московский телеграф» А. Дмітрю-
ков опублікував цікаву розвідку під назвою
«Нравы, обычаи и образ жизни в Суджанском
уезде Курской губернии» [5], де були вміще-
ні народні пісні та весільні обряди, народний
календар, демонологія, матеріали з народної
медицини, опис досвітків. Наступні 20 років
учений не припиняв своїх досліджень, бо вже
з 1851 року, коли в «Курських губернських
відомостях» розпочалась публікація «Мате-
риалов для описания Курской губернии» [11],
він надсилає записані ним народні ігри, анек-
доти, загадки, прислів’я та приказки [4]. Ве-
сільні обряди та демонологію українців Су-
джанського повіту записував А. Ніколаєв [14,
с. 317–318; 13, с. 133–136]. Дитячі ігри, зви-
чаї, казки, повір’я та демонологічні уявлення
зібрав в українських селах Суджанського по-
віту Є. Рєзанов [17, с. 172–249]. Апокрифічні
легенди та повір’я, що побутували там, запису-
вали й інші вчені [1, с. 68–69; 15, с. 1–2; 12].
Невідомим автором у замітці «С границы
Мало россии» в журналі «Киевлянин» 1875 року
здійснена спроба опису Суджанського пові-
ту з погляду етнографічного та економічного
[20, с. 43]. Однак, як виявилося, це була вже
не перша спроба.
В Інституті рукопису Національної бібліо-
теки України ім. В. І. Вернадського (ф. І,
од. зб. 4834) нами виявлена «Этнографическая
заметка» Г. Залюбовського, присвячена укра-
їнцям Курщини. Стаття незакінчена. В основу
її покладені етнографічні спостереження не-
відомої особи, зроблені, можливо, на початку
60-х років ХІХ ст., які, за висловом Григорія
Антоновича, випадково потрапили до нього.
Ніяких відомостей про автора цих спостере-
жень, ані про те, де, коли і за яких обставин він
їх роздобув, Г. Залюбовський не повідомляє.
Можна лише припустити, що замітка потра-
пила до його рук після 1864 року, коли він, че-
рез матеріальну скруту, покинувши навчання в
Харківському університеті, працював прикаж-
чиком книжкового магазину Олени Балліної у
Курську. Це був період між 1864 і 1867 роками.
Крім того, у преамбулі до цитованого ним тек-
сту Г. Залюбовський пов’язує виникнення за-
мітки з діяльністю земств, які, як відомо, ви-
никли саме в цей період – 1865 року. У сферу
цієї діяльності входили заходи з народної осві-
ти, створення шкіл, видання доступних кни-
жок для народу, зокрема популярних наукових
брошур, створення бібліотек, фахових курсів і
лекцій, організація статистичних і економічних
досліджень. Оскільки земський рух фактично
передував створенню в Україні та в Росії по-
літичних партій [10, с. 790–791], а більшість
його діячів походили з ліберальних кіл інтелі-
генції та дворянства, серед яких було чимало
«неблагонадійних», не дивно, що Г. Залюбов-
ський, готуючи до друку замітку, приховав ім’я
її автора.
Однак у запропонованому видатним фольк-
лористом та етнографом нарисі знаходимо
надзвичайно цінні відомості про українське
населення Старооскольського повіту Кур-
ської губернії. Як запевняє автор, у цій час-
тині Курщини, що межує з Воронежчиною,
українці переважають, живуть купно, окре-
мими селами, у повній відчуженості від росіян,
зберігаючи свою самобутню культуру, мову,
http://www.etnolog.org.ua
48
ISSN 01306936 * НАРОДНА ТВОРЧІСТЬ ТА ЕТНОЛОГІЯ* 1/2013
традиції і звичаї, національну самосвідомість.
Ідеться про села Дубенка, Орлик, Волоко-
новка (Великанівка), Хворостянка, Мищен-
ка, Вільшанка, Трубецьке, Іванівка, Козачок,
Обухівка та ін. Окремі села мали населення
від 750 і більше душ, а наприклад, с. Орлик
мало на той час 3.5 тисячі мешканців! Цікаво
було дізнатись, як характеризують українців
сусіди-росіяни: працьовиті, маєтні, в усьому
бездоганні, особливо гарні у них пісні. Багато
уваги приділено тут традиційним українським
ремеслам, одежі, мові, соціально-економічним
проблемам, міжнаціональним взаєминам. Ці-
каве спостереження над тим, що асиміляції
більше піддаються чоловіки, а от жінки вкрай
консервативні.
Готуючи замітку до друку, Г. Залюбовський
пише коментарі до неї, у яких передбачає насам-
перед велике майбутнє етнології, яка на той час
лише формувалася як наука. Одним із важли-
вих завдань етнології вчений вважав вивчення
пограничних територій, порівняльні досліджен-
ня різних народностей, особливо тих, які зму-
шені співіснувати в одному тісному просторі.
Таке співіснування, унаслідок якого одна нація
поглинає іншу, на його думку, украй неприрод-
не, неприпустиме, бо призводить до руйнуван-
ня, нівелювання обох народностей, їх культур.
Пропонуючи увазі читача цей цінний ар-
хівний документ, ми внесли такі кон’єктурні
правки:
1) оскільки текст написаний російською
мовою, то всі правила пунктуації, а також на-
писання великої літери, префіксів та суфіксів,
прийменників, часток подаємо за сучасним ро-
сійським правописом: разсказ – рассказ; рас-
кащик – рассказчик; мущины – мужчины;
Малороссіяне – малороссияне; ея – ее; едва-
ли – едва ли; ктому же – к тому же тощо;
2) українські цитати (у тому числі й окремі
слова), через які передається пряма мова ін-
формантів, зберігаємо без змін;
3) так само зберігаємо адекватний право-
пис у цитатах від респондентів-росіян, адже,
можливо, вони відображають місцеву говірку:
набойчатыя, сінія, какія;
4) там, де є розбіжності в написанні топо-
німів, зберігаємо, як в оригіналі, адже нам не-
відома точна назва села (Волоконовка, Воло-
кановка, Великановка);
5) усі скорочені слова подаємо повністю,
відновлену частину – у квадратних дужках:
напр. – напр[имер], след. – след[овательно].
Усі скорочення, що написані під титлами, роз-
шифровуємо й подаємо повністю: тк̃. кк̃. –
так как; кры̃й – который, тд̃. кк̃. – тогда
как. Такий скоропис характерний для чорно-
вих заміток Залюбовського;
6) усі підкреслені Г. Залюбовським части-
ни тексту подаємо курсивом;
7) посторінкові примітки Г. Залюбовського
та наші власні виносимо в коментарі.
1. Арнольди А. К. «Чого люды не роблять по
празникам». «Приказка», записанная учителем
с. Посягвы Павловским в с. Кучеровском Хуторе
Суджанского уезда Курской губ. // Курский Сбор-
ник. – 1912. – Вып. II.
2. Васильев М. К., Сухов П. И. К легендам
и поверьям о табаке. Откуда взялся табак? //
Этнографическое обозрение. – 1898. – № 1.
3. Данковская Р. Малороссийские обрядовые
печенья Курской губернии // Этнографическое
обозрение. – 1909. – № 1.
4. Дмитрюков А. Материалы для описания
Курской губернии. Народные игры, загадки,
анекдоты и присловья жителей Суджанского уез-
да. Сообщил А. Дмитрюков // Курские губернские
ведомости. – 1853. – № 6, 7, 8, 11, 12, 13.
5. Дмитрюков А. Нравы, обычаи и образ жизни
в Суджанском уезде Курской губернии // Москов-
ский телеграф. – 1834. – № 10, 11.
6. Добротворский Н. Малорусские песни у
великорусских крестьян // Киевская старина. –
1886. – Кн. 11.
7. Известия историко-филологического инсти-
тута князя Безбородка в Нежине. – Нежин, 1904. –
Т. ХХІ.
8. Кубійович В., Оглоблин О. Слобідська Україна //
Енциклопедія українознавства. – Л., 2000. – Т. 8.
9. Курщина // Енциклопедія українознавства.
Словникова частина / голов. ред, проф. д-р. В. Ку-
бійович. – Л., 1994. – Т. 4.
10. Маркусь В. Земства. Земські установи // Ен-
циклопедія українознавства. – Л., 1993. – Т. 2.
http://www.etnolog.org.ua
49
З архівів і колекцій
В числе требований, громко заявляемых
нашим временем, можно поставить собирание
всяких этнографических данных; наступаю-
щая деятельность земства оказывается невоз-
можною без подобных сведений, и почти вез-
де, где только оно начало действовать, первые
запросы были касательно собирания их. Нет
сомнения, что спустя несколько лет после при-
ступа земства к ведению своих дел, мы будем
знать нашу землю несравненно точнее и луч-
ше, чем насколько могли узнать ее во многие
десятки прежних лет. Несомненно также и то,
что недостаток почти всяких этнографических
у нас сведений может быть отнесен не всегда
к общему равнодушию в этом деле, а чаще
гораздо к неумению взяться за него, ко не-
знанию, что и насколько может быть интерес-
но и важно для этнографии. Вообще низкий
уровень познаний в среде общества часто был
причиною неумения оценить тех драгоценных
данных, которые в землях более просвещен-
ных давно уже составляют предмет тщатель-
ных разысканий и наблюдений не только от-
дельных лиц, но и целых комиссий, и ученых
обществ. Мы недавно случайным образом
встретили не лишенные интереса этнографи-
ческие заметки об одной местности Курской
губернии, именно 4-м стане Старооскольского
уезда, и сочли уместным дать им известность.
Мы будем цитировать точные слова этих за-
меток, дозволяя себе только изредка объясне-
ния, если того потрéбует содержание заметок.
Точнее определится местность эта из самих
заметок.
* * *
Эта местность по пространству очень не-
велика и занимает южную часть той узень-
кой полосы, которая граничит с одной сторо-
ны Воронежскою губ., а с другой – р[екою]
Осколом. По другую сторону Оскола сюда
относится треугольник, границы которого
составляют р. Оскол, часть Новооскольского
уезда и линия, проведенная от Хворостянки
до Ст[арого] Оскола. Мне известна отчасти
только нижняя часть этой местности. Тут на-
селение если не наполовину смешанное, то
преобладающее малорусское. Но смешаны
они не так, чтобы в одной и той же деревне
жили вперемешку малороссы и великороссы,
а всегда уже если малорусская деревня, то
все – малороссы, и наоборот. Зато деревни
эти так перемешаны, что, разъезжая по уез-
ду, попеременно встречаешь то те, то другие.
Напр[имер], в Долгой Поляне великороссы,
а в Дубенке (верст 5 от Долгой Поляны) –
малороссы; дальше версты 1 ½ от Дубен-
11. Материалы для описания Курской губер-
нии // Курские губернские ведомости. – 1851. –
№ 10, 11, 19.
12. Н. Ст. Заметки о поверьях малорос-
сиян Суджанского уезда // Производитель и
промышленник. – 1860. – № 12.
13. Николаев А. Материалы для описания Кур-
ской губернии. Очерк демонологии малороссиян
Суджанского уезда // Курские губернские ведо-
мости. – 1853. – № 14.
14. Николаев А. П. Свадебные обряды малорос-
сов Суджанского уезда // Москвитянин. – 1854. –
№ 62.
15. Подольский В. Пчеловодные поверья 1.
Малорусские. Из Суджанского уезда. Курской
губернии // Труды Императорского Вольно-
го экономического общества. – 1882. – Т. 1. –
Вип. 2.
16. Путешественные записки Василья Зуева
от С. Петербурга до Херсона в 1781 и 1782 году. –
С.Пб., 1787.
17. Резанов Е. И. Материалы по этнографии
Курской губернии // Труды Курской архивной ко-
миссии. – 1911. – Вып. 1.
18. Сластіон О. Кобзарі // Рідний край. – 1909. –
№ 43.
19. Халанский М. Г. Народные говоры Курской
губернии // Сборник отделения русского языка и
словесности Императорской Академии Наук. –
С.Пб., 1905. – Т. 76.
20. – Ъ – Ъ. С границы Малороссии. (Суджан-
ский уезд Курской губ. // Киевлянин. – 1875. – № 8.
Г. Залюбовский
ЭТНОГРАФИЧЕСКАЯ ЗАМЕТКА
http://www.etnolog.org.ua
50
ISSN 01306936 * НАРОДНА ТВОРЧІСТЬ ТА ЕТНОЛОГІЯ* 1/2013
ки – Лубышево, а около него Успенское с
населением великорусским. Верст 7 от Успен-
ского – Орлик с насел[ением] малор[усским],
Волоконовка – тоже. И этих малорусских
сел здесь довольно много; так мне называ-
ли малорусскими: Хворостянку, Мыщенку,
Ольшанку, Трубецкую, Ивановку, Козачок,
Обуховку. Между ними есть села с довольно
большим населением, напр[имер], в Волока-
новке считается 751 душа, в Ивановке – 828,
но больше всех должен быть Орлик. В Лу-
бышевой мне много рассказывали об Орли-
ке; приведу слова одного из грамотнейших
лубышевских поселян, человека пожилого
и бывалого: «Орлик – большое село, – го-
ворил он. – тысячи 3 ½ душ, и все не наш
народ, а хохлы. Там и стан. Все это бывшие
временнообязанные крестьяне 1 гр[афини]
Браницкой 2, народ богатый и промышлен-
ный. Есть купцы с двумя-тремя тысячами
капиталу, и больше, и еще при крепостном
праве вся слобода была на оброке. Мы часто
ездили туда за разными покупками. Деготь,
соль, кожи и изделия кожвенныя, – овчины,
полушубки, сапоги, – мы покупаем в Орли-
ке. И народ-то там все образованный, “по-
лированный, рукомесленная слобода”. Почти
в каждом доме самовар; образами стены за-
вешаны; люди в сапогах ходят. Занимаются
разной торговлей, ремеслами; скот гуртами
держат; есть и земледельцы, но мало. А вот
из Дубенки, тоже хохлы, приходят к нам
портные; и мы даем им шить зипуны. Сукно
то мы сами делаем – бабы ткут и сукно, и по-
яса, – а шьют хохлы. И чуднóй народ хохлы!
Все у них отменное: и песни, и одежа, и все.
Бабы, примерно, лаптей не носят, а сапоги, а
нешто уже бедная какая, так сделает лапти
из кожи». – Должно быть, рассказчик разу-
мел тут башмаки, – (замечает составитель
заметок). – «Юпок красных нету-те у них со-
всем: набойчатыя синия, али какия другия; на
голове очипок, а не повязка. Мужики ходят
по-нашему (т. е. по-великорусски); а вот чу-
маки, что идут с низу, так все на них дивятся,
что рубахи-то у них не на выпуск, а в штаны
заложены» – Так отзывался об орликовцах
лубышевский великоросс; другой 85-летний
лубышевец, дьячек, постоянно с 1806 г. жи-
вущий в этой местности, говорит, что он не
помнит, когда поселились там «хохлы», и, не
смотря на давность поселения их здесь, они и
в быту своем, сколько можно судить по рас-
сказам их соседей, нисколько не изменились,
кроме небольших исключений. Конечно, в
такой упорной неподатливости к слитию двух
народностей, даже в точках их соприкоснове-
ния, немало участвовало и крепостное право.
Малороссы в здешних местах почти все были
помещичьи крестьяне; оттого до 1861 г. поч-
ти не было заключаемо браков между ними и
великороссами (государствен[ыми] крестья-
нами), а это, конечно, много способствова-
ло к взаимной отчужденности и сохранению
каждым народом своей особенности. Теперь
такие браки встречаются чаще прежнего.
И если теперь уже замечается разложение
народности малорусской от напора велико-
русской, то должно быть и явление оборот-
ное; трудно сказать, насколько это так, и
нужно хорошо знать народную жизнь, что-
бы уследить даже малейшее изменение в ней.
Пока я заметил только в языке великорус-
ском некоторые слова, прямо взятые из мало-
русского, но конечно представленные по духу
языка великорусского, напр[имер]: грамада,
балакал, швы дча (ы произносится гораздо
тверже, чем малорусское и), брэшэшь.
Был я проездом в Ивановке, в Великанов-
ке; костюмы действительно обличают народы,
языки еще больше. Правда, мужчины гораздо
более изменились, и костюм их совсем велико-
русский; только покрой рубашки иногда, –
впрочем, редко, – остается национальным, с
воротником и с прямою прорехою; но женщи-
ны – [остались] чистыми украинками. Тут я
на практике видел, как верно это мнение, что
женщины гораздо более мужчин преданы ста-
рине и отличаются консервативным духом.
В то время, когда национальный тип до неко-
торой степени подвергся разложению у муж-
чин, курских малороссов, у женщин он остается
http://www.etnolog.org.ua
51
З архівів і колекцій
почти в своей настоящей чистоте. Я проезжал
в праздник, след[овательно], костюмы были
праздничные. Ни одной красной юбки я не
видал – все синие или голубые, набойчатые,
ситцевые, разноцветные. У «дівчат», даже
маленьких, лет 9–10, непременно на голове
«стрічка»; без «стрічки» я не видел ни одной;
только «стрічки» не из лент, а из платков цвет-
ных, а иногда красных 3, свороченных лентою,
пальца в 4 шириною, и довольно искусно за-
колотых или зашитых, так что «стрічка» вы-
ходит в виде цельного, широкого и толстого
окольника. Кругом «стрічки» иногда венок
из зелени, а иногда просто воткнуто в нее не-
сколько зеленых листиков. Из-под «стрічки»
висит коса, в которую вплетены ленты; «на-
мисто» покрывает всю шею и грудь; «дукачі»
непременное украшение у всякой женщины.
«Молодиці» и «баби» в «очіпках», только фор-
ма «очіпка» совершенно походит на шапочку
лютеранского пастора, делается из той же
материи, как и на Украи не; попадались и пар-
чевые. Кругом «очіпка», по околышку его, по-
вязывается лентою платок, и довольно толсто,
так что из «очіпка» видно только одно дно, а
весь головной убор очень похож на турецкую
чалму. Плахты белые суконные и цветные
разных сортов; у щеголихи – на рубахе вы-
шитые рукава (только белыми нитками 4), у
старух встречаются запаски.
Дубенка – бывшее помещичье село, до-
вольно большое, говорят, душ 300; население
малорусское. Те же костюмы, что и в преж-
них селах, тот же говор. С великороссами и с
панами этот народ говорит по-великорусски,
но язык его похож на язык украинских дво-
ровых, горничных, лакеев и пр., – мужчины
всего [так в оригіналі. – Л. І.] говорят по-
великорусски лучше, чем женщины. С своими
говорят по-малорусски, и особенно чист этот
язык у женщин; только достаточно поговорив-
ши с ними, заметишь в выговоре некоторых
слов оттенок великорусской речи. В окрест-
ных великорусских селах никто не мог мне
сказать, когда и как попали сюда «хохлы»;
говорили только, что давно уже, очень давно
живут тут и всегда различают себя от сосе-
дей – «москалів». В Дубенке сами малороссы
говорили мне, как попали сюда: «Прийшли із
України сімъями», – говорили они, «Чутка
йшла, наприклад, що у такого-то пана добре
жити, – до ёго і йшли люде і селились. Так
росказували нам діди та батьки. Як би знали,
що буде, то не пішли-б».
Это, вероятно, происходило до 1782 г., пока
существовало в Украйне право вольного пе-
рехода; украинцы селились у пограничных
курских помещиков на правах «подданных»,
и так[им] обр[азом] установлялась у них с со-
седними крестьянами-великороссами и юри-
дическая разница. Указ 1782 г. прикрепил их
к Курской земле и сравнял в правах с осталь-
ным крестьянством курским; но воспомина-
ние о прежней свободе жило в них чрез все
время закрепощения, что видно из того, что
они постоянно называли себя «подданными»,
а крестьян-великороссов – «крестьянами» и
«крепаками». Это сохранилось и до сих пор.
У помещика Г. около Дубенки было дворов
40 крестьян великороссов, и малороссы по-
стоянно чуждались их или, по крайней мере,
всегда держали себя в стороне; почти не было
примера браков между ними. «Ви – крепа-
ки, – говорили они им, – а ми ні: ми будемо
вільні». И на этом основании отец-малоросс
не хотел выдавать дочь свою за «крестьяни-
на»; парубок боялся породниться с ним. Это
раздвоение было и на бумаге, в юридических
актах. Так, тот же Г., подавая ревизские сказ-
ки, разбивал в них своих крестьян на две час-
ти, и одна была озаглавлена: «крестьяне», а
другая – «малороссияне». И это требовалось
законом. В настоящее время разница между
великороссами и малороссами здесь так на-
глядна и так живо сознается теми и други-
ми, что не заметить ее нельзя. Обыкновен-
ное название здесь для малоросса «хохол»,
для великоросса – «русский», «москаль»,
прилагательные: «хохлацкий» и «русский»,
«московский» (напр[имер]: «московська че-
реда», т. е. стадо, принадлежащее соседним
великороссам). И не только язык и одежда
http://www.etnolog.org.ua
52
ISSN 01306936 * НАРОДНА ТВОРЧІСТЬ ТА ЕТНОЛОГІЯ* 1/2013
различает их, но и вся их жизнь, весь быт
домашний и общественный продолжает эту
разницу: так, по крайней мере, говорят они
сами. И не только обряды более или менее
важные, напр[имер], свадебные, а даже об-
становка жизни, напр[имер], устройство хаты
у «хохлов» свое. Напр[имер], я заметил, что у
«хохлов» варистая печь всегда в первой ком-
нате, около двери, а «кімната» – это самый
теплый и спокойный уголок, уютная спаль-
ня 5; у «москалів» напротив – варистая печь в
«кімнаті». У «хохлов» хата вымазана и побе-
лена, у «москалів» это редко; место для обра-
зов у «хохлов» не в том углу, где у «москалів».
У «хохлов», по их словам, от роду никогда не
бывало курных изб; «москалі» только недав-
но перестали их строить, глядя на «хохлов» и
т. д. Не говорю уже о национальной чистоте
и опрятности – с одной стороны и тоже на-
циональной копоти и грязи с пруссаками и
тараканами – с другой. Это всем известно
и само собою разумеется. Даже сообщений,
сходок, знакомств, сколько я мог заметить,
очень мало между «хохлами» и «москалями»,
как будто китайская стена проведена между
ними. Однажды я зашел в избу, где несколь-
ко баб возилось около ткацкого станка: одна
растягивала нитки, другая расчесывала их,
третья мотала на вал; сильно (?) сильно пу-
тались. Я заметил им, что работа довольно
копоткая – чесать эти нитки, и одна из баб,
что лет 50-ти, ответила, что «у руських не
чешуть, і воно не плутаjця». – «Как же это
делается?» – спросил я. – «Хто ёго зна», –
ответила она: «Я ніколи не бачила, бо не була
у них, а це мені казала баба така з наших, з
хахлушок». И никто из бывших тут баб не
мог разрешить моего вопроса.
Великорусские особенности совершенно
стираются у человека, которому пришлось по-
селиться в среде «хохлов». Владелец Дубенки,
мне рассказывали, переселил когда-то (уже
давно, впрочем) «крестьян» 4 семьи из своего
калужского имения в Дубенку, между «хох-
лов», и теперь уже и следу их нет: все пере-
родились в «хохлов».
Интересно объяснение мужчин-мало-
россов, почему они стали носить великорус-
ский костюм: «Москалі смію ця з нас, то й
но симо; а як пі демо на Украjну, то там упъ-
ять з нас смію ця, – кажуть, що ми москалі,
помоска лились; а ми кажемо: які-ж ми
москалі! – то нам і віри не ймуть». Впрочем,
мне говорили, что «парубки» уже не делают
пробора посреди головы, а стрегутся в кружок,
как на Украйне, я же сам видел только неболь-
ших мальчиков, причесанных по-украински, с
волосами, напущенными на лоб.
Относительно внешнего благосостояния
нужно сказать, что дубенковские малороссы –
народ не богатый; редко у кого из них остается
запасной хлеб в стожках; скотины тоже мало,
хотя народ трудолюбивый и земледельцы. Зи-
мою большая часть мужчин занимается порт-
няжеством: обшивают не только соседние
села, но даже и в город заходят. Но заведений
или мастерских у них нет: всякий из них хозя-
ин и работник, всякий берет с собою ножницы,
иголки, нитки и отправляется в окрестность за-
рабатывать. Там поселяется у какого-ниб[удь]
поселянина, на его кормах, пошьет ему что
нужно, получит плату и идет дальше на розыск
заработков. На дом заказов не берет.
Вообще малороссы курские недовольны
своим новым местопребыванием и мне говори-
ли, что после манифеста 1861 г. 19-го фев-
раля, у них стало появляться стремление ко
переселению в Украину. В прошлое лето 3
или 4 двора выехало из Орлика в Украину;
вероятно, будут переселенцы и в этому году.
На днях один старик-малоросс из Орлика
провожает своего сына с женою и детьми на
Украи ну, а сам с семьею остается здесь. Из
Дубенки не переселяются оттого, – жало-
вался мне один поселенец, – что общество не
пускает: народ все бедный, и некому выпла-
чивать податей и повинностей за переселен-
цев; «а в Орлику, он бачете, син jде, а батько
зостае ця, платитиме за сина, бо е чим, і ёму
вірють. Як би і у нас пустили, то більша поло-
вина пішла б... та де більша половина: мабуть,
мало хто й зостався б тут».
http://www.etnolog.org.ua
53
З архівів і колекцій
* * *
Этим заканчиваются те заметки, которые
нам совершенно случайно попались в руки и
которые, разумеется, составляют два-три сло-
ва из предполагаемого автором этнографи-
ческого дневника. Разумеется, нам остается
поблагодарить за них автора и пожелать ему
как можно больше воспользоваться удобным
случаем заметить все, что представится его
вниманию. Заметки его касаются местнос-
ти, прилежащей к малорусским губерниям,
и наполненной смешанным народонаселе-
нием мало- и великорусским. Тут более, чем
где-либо можно проследить степень слияния
обоих народностей – удобнее всего сличить
их одну с другою и уловить между ними бы-
товые – как сходства, так и разницу. Автор
на этом покамест и останавливается, да при
кратковременном проезде, и притом среди
выполнения других надобностей, более под-
робного описания едва-ли и ожидать можно.
Это просто беглые заметки среди совсем по-
сторонних дел. Мы даем им цену потому, что
у нас вообще этнография весьма скудна, а по
отношению ко черте, где столкнулись два на-
званных нами славянских племени нашего оте-
чества, и ничего почти не имеем. Тут обраще-
но автором внимание наиболее на типичность
племен, и ея колебания при взаимнодействии
двух славянских типов; и нам кажется, это –
весьма важная сторона в быту народов, име-
ющих своеобразные нравственные, физиче-
ские и бытовые особенности. Этнография, как
наука, разработала еще очень мало для того,
чтобы можно было определить, что происхо-
дит с народом при вырождении его в другую
народность, какими сторонами эта новая на-
родность отразится прежде всего в прежней,
подавленной; но нет сомнения, что тут проис-
ходит сильное и глубокое вымирание собствен-
ных преданий 6 и обычаев, дедовских заветов
в пользу вновь принимаемых; тут происходит
своего рода нравственный и бытовой endosmos
и exosmos, подчас совершенно изменяющий
моральную сущность подвергшихся ему субъ-
ектов, даже иногда в ущерб их прежнему
нравственному развитию. Тут идет глухая, но
сильная работа, так сказать, внутри народно-
го быта, внутри каждой отдельной личности
под напором враждебных начал, и соверша-
ется она не без борьбы, иногда упорной, по-
тому что человеку свойственна бесконечная
привязанность ко воспринятому из детства,
свойственна до того, что он как будто совсем
теряет способность к перевоспитанию, как
будто делается неспособным даже усвоить са-
мые обыкновенные иногда слова чуждой речи
и самые обыкновенные понятия и приемы, тут
часто вся беда – во внутреннем антагонизме,
в глубоком противоречии духовной сущности
субъекта с объектом. В высшей степени инте-
ресна и важна эта борьба двух народных суб-
станций; когда им приходится вытеснять друг
друга, результаты изучения ее немало бы дали
уроков и политической мудрости, быть может,
указав фактически верно на естественную
несообразность сочетания известных народ-
ностей в одно общее целое, под одним общим
прессом, стремящимся одинаково нивелиро-
вать все неулягающиеся особенности, из-за
внешних эгоистических соображений. Резуль-
таты эти, быть может, уличили бы не одного
ярого политика-космополита в завиральных
идеях и заставили умолкнуть пред важностью
естественных человеческих задатков и необ-
ходимостью их в общей экономике человече-
ской жизни. Смело предрекаем великую бу-
дущность этнографии, как науке, и признаем
великую важность собирания ее данных, как
бы они мелочны не казались с первого взгля-
да. По отношению к будущему ее мы неволь-
но вспомним слова великого поэта: «да, друг
Горацио, есть много в мире такого, о чем и не
снилось нашим мудрецам», – и вспомним как
нельзя более кстати. То, что еще лет 10–15 от-
вергалось великим критиком, как недостойное
внимания, с высоты эстетических теорий, в
наше время высоко поднялось во внимании
ученых, с иной точки зрения – общественной,
со стороны признания достоинства и значения
личности, единицы. Дело само за себя гово-
рит, и только до тех пор оно может оставаться
http://www.etnolog.org.ua
54
ISSN 01306936 * НАРОДНА ТВОРЧІСТЬ ТА ЕТНОЛОГІЯ* 1/2013
вне человеческой деятельности, вне приложе-
ния к нему сил, пока не уяснена его важность,
но нет сомнения, что настанет пора этого уяс-
нения – и то, что еще недавно никого не при-
влекало, станет на первое место перед челове-
ческим анализом. Таким значением начинает
уже пользоваться идея народности, стающая
одною из артерий общественной жизни, но
еще недавно не имевшая почти смысла для
очень многих; – такою станет наука этногра-
фическая, как специально разрабатывающая
материал, на котором зиждется идея народнос-
ти. Работы на этом поприще важны не во имя
каких-нибудь случайных, мелочных интересов
и частных соображений, а во имя выяснения
общественной жизни и ее основ.
Мы несколько уяснили свой взгляд на этно-
графические заметки всякого рода, и скажем
еще несколько слов по поводу самого собира-
ния их. Тут может быть двоякого рода работа:
или может прийтись собирать этнографичес-
кие черты и особенности, находясь прямо в
среде самого народа, так сказать, описывать
народ непосредственно и безотносительно;
или подмечать и записывать те уклонения от
коренного типа, каким подверглась одна на-
родность при столкновении с другою, – кон-
статировать первоначальные черты обоих и
определять взаимное влияние одного типа на
другой, смешение их. Эта вторая сравнитель-
ная работа, разумеется, должна производить-
ся на границах, где сходятся две отдельные на-
родности, и требует хорошего знакомства, по
крайней мере, с одною из них, предваритель-
ного непосредственного и глубокого изучения
ее, так как тут может прийтись реставрировать
каждую особенность и возводить ее к началу,
к идеалу. Разумеется, сличение и описание
родственных народностей гораздо труднее,
чем совершенно чуждых друг другу, потому
что столкновение родственных народностей
производит более легкое и более быстрое и
сильное слияние их, чем столкновение совсем
чуждых, и потому реставрирование каждой
черты требует большой внимательности и ос-
мотрительности, большой наблюдательности
и глубокого знания реставрируемого типа. Тут
нужно смотреть на всякую мелочь, потому
что во всем может скрываться черта того или
другого типа; тут все важно для этнографа
и нет ничего лишнего, нестоящего внимания;
тут надо подбирать колосок за колоском, факт
за фактом. Не говоря уже о таких крупных
чертах народности, каковы: речь, обычай,
одежда, образ жизни, народная литература,
физические отличия, – слияние двух чуждых
народностей может быть подмечено и во мно-
гих других явлениях, менее заметных, более
ускользающих от внимания. К последним от-
носятся: покрой одежды, ее цвет и материал,
употребление тех или других земледельчес-
ких орудий (плуга, сошки, рала и пр.), тот
или другой способ запашки и посева хлеба;
непосредственное участие женщины при па-
хании земли и при молотьбе хлеба (известно,
что великорусские и белорусские женщины
пашут землю и молотят хлеб наравне с мужчи-
нами, составляют рабочую силу, уравненную с
рабочею силою мужчины; – тогда как мало-
русские женщины этим вовсе почти не зани-
маются: «то чоловіча робота», – говорят жен-
щины. По крайней мере, можно сказать это о
малороссиянках Екатеринославской, Полтав-
ской и коегде Харьковской губернии, между
коренными туземцами. Тут даже смеются над
мужчиною, который заставляет зависящую от
него женщину выполнять мужские работы);
ношение кожаной обуви или лаптей (лап-
ти – принадлежность великорусского наро-
да, но есть места в Южной России, где носят
их и малороссы из незапамятных времен, как
сами они говорят; напр[имер] в Лебединском
уезде Харьк[овской] губ. (См. Прибавление
к Харьк[овским] губ[ернским] ведом[остям]
за 1863 г. №) 7; употребление хозяйствен-
но-технических терминов, напр[имер]
«па шуть» вместо «о рють»); песенные моти-
вы и самые песни (слова, содержание, смысл;
в обруселых малорусских деревнях песни яв-
ляются бледными, бесцветными по содержа-
нию и складу своему, нет в них силы, живости
и энергии чувства, и яркости красок, какие
http://www.etnolog.org.ua
55
З архівів і колекцій
1 ... бывшие временнообязанные крестьяне
графини Браницкой ... – селяни, які не були крі-
паками, але потрапили в залежність від поміщи-
ці з різних причин: за борги, за провини і т. п.
Саме вони часто втікали на незаселені землі.
2 ... графини Браницкой – графиня Олек-
сандра Василівна Браницька (уроджена Ен-
гельгардт (1754–1838)), родичка князя Григорія
Потьомкіна. Жила в маєтку в Білій Церкві, воло-
діла 72,576 десятинами землі у Васильківському
повіті Київської губ. (с. Лосятин, Саливінки, Со-
колівка).
3 Неопределенное слово. Вероятно, «вишне-
вый» хотел сказать автор; едва ли пунцовый; а еще
менее «суриковый» (примітка Г. Залюбовського).
4 То же самое встречается в северных уез-
дах укр[аинских] губ[ерний] (Лебед[инском],
Сумск[ом] и Богодух[овском]); это отчасти может
указать прежнее место жительства малороссов,
переселившихся в Кур[скую] губ.; в малор[усских]
губер[ниях] шитье, кажется, преимущественно
цветное, а формы нарядного платья – довольно
верный указатель прежнего места жительства
выходцев (примітка Г. Залюбовського).
5 Писавшему эти заметки пришлось быть,
видно, в более зажиточных избах, и потому он
нашел такое разделенье; у бедного же класса в
Малороссии в «хаті» обыкновенно всего одна
комната (примітка Г. Залюбовського).
6 Тут мається на увазі «традиція», а не «переказ».
7 Тут невідомо, яку публікацію на цю тему мав
на увазі автор.
8 Очевидно, ідеться про: «Программу для до-
ставления в Харьковский губернский статисти-
ческий комитет сведений о здешней губернии»... //
Памятная книжка Харьковской губернии на 1864
год – Х., 1864. – С. 284–316; та «Программу для
группировки сведений о южно-русском народе» //
Киевские губернские ведомости. – 1863. – № 32. –
С. 249–250. Вони передбачали етнографічні описи
та збирання фольклору.
9 На цьому стаття обривається.
обыкновенны в чисто малорусских песнях;
мотивы также скудны вариированием, унылы
и не затрагивают ни одной струнки в душе); –
выражение нежности, равно брани и шут-
ки – тоже носит свой отпечаток; – «ву лиці»
имеют свои оттенки; – самые сорты мате-
рий на женских платьях (преимущественно),
цвета «кісникі в», «пере дники»; украшение и
уборка домов и пр. – и тут различия, и пр.,
и пр. Словом, одна народность, входя в дру-
гую, вторгается в нее всеми своими особен-
ностями, – как крупными, так и мелкими, часто
едва уловимыми, и производит с прежнею что-
то среднее, бесцветное, неприятное для одно-
го и другого типа (если он остается свежим,
неповрежденным), возбуждающее в обоих
их улыбку, насмешку. И во всех этих особен-
ностях жизни народной можно подметить
уклонение от своего типа при столкновении с
другим типом. Собрать все эти уклонения –
дело важное и нужное, дело, к[ото]рое ждет
еще своих тружеников. – Мы не перечисляем
всего, что потребовало бы внимания этногра-
фа при изучении известного типа; мы хотели
только наметить некоторые из тех, незамет-
ных совсем, особенностей народной жизни, к
каким прийдется непременно обратиться со-
бирателю этнографических черт: полное пере-
числение их слишком бы растянуло статью и
затруднило внимание читателя; да к тому же
имеются довольно полные программы по этой
части, и мы можем указать на две из них, осо-
бенно полных: – одна в «Памятной книжке»
Харьк[овской] губ[ернии] за 1863 г., а другая
была издана в Киеве. Это, сколько нам из-
вестно, наиболее полные этнографические
прграммы, хотя и они, в свою очередь, могут
быть еще значительно расширены 8.
В заключение этой статьи мы считаем нуж-
ным привести здесь некоторые исторические и
географические сведения о тех местах, к кото-
рым относятся вышеприведенные этнографи-
ческие заметки, сообщенные нам для настоя-
щей статьи 9.
http://www.etnolog.org.ua
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-202664 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 0130-6936 |
| language | Ukrainian |
| last_indexed | 2025-12-07T17:52:22Z |
| publishDate | 2013 |
| publisher | Iнститут мистецтвознавства, фольклористики та етнології iм. М.Т. Рильського НАН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Іваннікова, Л. 2025-04-10T11:44:17Z 2013 Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) / Л. Іваннікова // Народна творчість та етнологія. — 2013. — № 1. — С. 46-55. — Бібліогр.: 20 назв. — укр. 0130-6936 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/202664 39(470.323=161.2):025.171 Стаття присвячена українцям Курської губернії. Автор подає коротку історіографію цієї практично недослідженої проблеми і пропонує увазі читача досі невідомий у науковому обігу етнографічний опис українських сіл Старооскольського повіту, зроблений на початку 60-х років XIX ст. В опису йдеться про традиційні ремесла, одежу, мову їх мешканців, соціально-економічні проблеми, міжетнічні взаємини. The article is devoted to the Ukrainians of the Kursk Governorate. The author gives a brief historiography of this largely unexplored topic and offers the reader an ethnographic description of the Starooskalskyi county's Ukrainian villages, still unknown to science and provided in the early 1860s. The description covers the traditional occupations, clothing, and language of the county's residents, the socio-economic problems and interethnic relations. Статья посвящена украинцам Курской губернии. Автор подал краткую историографию этой почти неисследованной проблемы и предложил вниманию читателя неизвестное в научном обиходе этнографическое описание украинских сёл Старооскальского уезда, сделанное в начале 60-х годов XIX в. В описании речь идёт о традиционных занятиях, одежде, языке их жителей, социально-экономических проблемах, межэтнических отношениях. uk Iнститут мистецтвознавства, фольклористики та етнології iм. М.Т. Рильського НАН України Народна творчість та етнологія З архівів і колекцій Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) Unknown Ethnographical Materials on the Kurshchyna Ukrainians (From the Hryhorii Zaliubovskyi Archival Heritage) Неизвестные этнографические материалы об украинцах Курщины (из архивного наследия Григория Залюбовского) Article published earlier |
| spellingShingle | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) Іваннікова, Л. З архівів і колекцій |
| title | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) |
| title_alt | Unknown Ethnographical Materials on the Kurshchyna Ukrainians (From the Hryhorii Zaliubovskyi Archival Heritage) Неизвестные этнографические материалы об украинцах Курщины (из архивного наследия Григория Залюбовского) |
| title_full | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) |
| title_fullStr | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) |
| title_full_unstemmed | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) |
| title_short | Невідомі етнографічні матеріали про українців Курщини (з архівної спадщини Григорія Залюбовського) |
| title_sort | невідомі етнографічні матеріали про українців курщини (з архівної спадщини григорія залюбовського) |
| topic | З архівів і колекцій |
| topic_facet | З архівів і колекцій |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/202664 |
| work_keys_str_mv | AT ívanníkoval nevídomíetnografíčnímateríaliproukraíncívkurŝinizarhívnoíspadŝinigrigoríâzalûbovsʹkogo AT ívanníkoval unknownethnographicalmaterialsonthekurshchynaukrainiansfromthehryhoriizaliubovskyiarchivalheritage AT ívanníkoval neizvestnyeétnografičeskiematerialyobukraincahkurŝinyizarhivnogonaslediâgrigoriâzalûbovskogo |