Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя
Gespeichert in:
| Veröffentlicht in: | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Datum: | 2009 |
| 1. Verfasser: | |
| Format: | Artikel |
| Sprache: | Russian |
| Veröffentlicht: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2009
|
| Schlagworte: | |
| Online Zugang: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/24513 |
| Tags: |
Tag hinzufügen
Keine Tags, Fügen Sie den ersten Tag hinzu!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Zitieren: | Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя / Э.Р. Айвазова // Культура народов Причерноморья. — 2009. — № 161. — С. 171-173. — Бібліогр.: 12 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| id |
nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-24513 |
|---|---|
| record_format |
dspace |
| spelling |
Айвазова, Э.Р. 2011-07-15T07:23:09Z 2011-07-15T07:23:09Z 2009 Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя / Э.Р. Айвазова // Культура народов Причерноморья. — 2009. — № 161. — С. 171-173. — Бібліогр.: 12 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/24513 ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Вопросы духовной культуры – ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя Article published earlier |
| institution |
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| collection |
DSpace DC |
| title |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя |
| spellingShingle |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя Айвазова, Э.Р. Вопросы духовной культуры – ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| title_short |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя |
| title_full |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя |
| title_fullStr |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя |
| title_full_unstemmed |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя |
| title_sort |
теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя |
| author |
Айвазова, Э.Р. |
| author_facet |
Айвазова, Э.Р. |
| topic |
Вопросы духовной культуры – ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| topic_facet |
Вопросы духовной культуры – ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| publishDate |
2009 |
| language |
Russian |
| container_title |
Культура народов Причерноморья |
| publisher |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| format |
Article |
| issn |
1562-0808 |
| url |
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/24513 |
| citation_txt |
Теоретические предпосылки выявления системообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя / Э.Р. Айвазова // Культура народов Причерноморья. — 2009. — № 161. — С. 171-173. — Бібліогр.: 12 назв. — рос. |
| work_keys_str_mv |
AT aivazovaér teoretičeskiepredposylkivyâvleniâsistemoobrazuûŝihparametrovnominativnyhpodsistemâzykovraznogostroâ |
| first_indexed |
2025-11-27T07:59:26Z |
| last_indexed |
2025-11-27T07:59:26Z |
| _version_ |
1850807196687794176 |
| fulltext |
Вопросы духовной культуры – ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ
171
Айвазова Э.Р.
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ВЫЯВЛЕНИЯ СИСТЕМООБРАЗУЮЩИХ
ПАРАМЕТРОВ НОМИНАТИВНЫХ ПОДСИСТЕМ ЯЗЫКОВ РАЗНОГО СТРОЯ
Целью работы является выявление закономерностей, организующих систему номинативных единиц
языка, распознавание качественных различий и общности этих закономерностей в языках разного строя.
Мнение в том, что каждый язык по-своему формирует «картину мира», покрывая понятийный конти-
нум универсума узором собственной, только ему присущей, мозаики его содержательных единиц, является
общепризнанным. Исследования и описание лексико-семантических полей, тематических групп и подоб
для различных языков были призваны доказать системность словарного состава языка и вскрыть организа-
ции лексики, как уровня (подсистемы) номинативных единиц языковой структуры. Организующим лекси-
ческую систему, является смысловая сторона словесного знака, лексическое значение слова.
Одним из слабых мест указанных исследований является тот факт, что классификационные критерии
привносятся, «навязываются» исследователем, а не проистекают из самой системы словарного состава язы-
ка. Всякая классификация подразумевает некоторый субъективизм классификатора, в частности до некото-
рой степени произвольно выбранный принцип деления. Таких принципов деления можно было бы выбрать
очень много и соответственно этому, если задаться целью «классифицировать» слова, можно было бы уст-
роить много классификаций слов, более или менее остроумных, более или менее удачных.
Особенно важной, поэтому является проблема выделения релевантных признаков, на основе которых
может осуществляться выделение связанных групп слов, подсистем номинативных единиц.
Давняя, освещенная временем традиция распределения слов по частям речи, ставящая во главу угла
функциональный аспект лексических единиц, свидетельствует о том, что исследователю вовсе не прихо-
диться классифицировать слова по каким-либо ученым и очень умным, по предвзятым принципам, а он
должен разыскать, какая классификация особенно настойчиво навязывается самой языковой системой, или,
точнее, – ибо дело вовсе не в «классификации», – под какую общую категорию подводится то или иное
лексическое значение в каждом отдельном случае, или еще иначе, какие общие категории различаются в
данной языковой системе.
Наука не должна навязывать объекту исследования чуждые ему категории и должна отыскивать в нем
только то, что в нем живет, обусловливая его строй и состав.
Понимание языка в целом как функциональной системы, состоящей из функциональных же подсистем,
для каждой из которых, «подсистемообразующим» фактором является то, для чего она существует в систе-
ме, каким образом она работает на функцию всей системы, дает основание для выделения подсистемы но-
минации. Основной единицей здесь является семантема, элементами – слова и словосочетания, предназна-
ченные для именования реалий универсума. С точки зрения функциональной лексикологии слово – это
средство хранения и выражения определенного смыслового содержания – номинативная единица. Осново-
полагающим здесь является «функция в потенциальном аспекте», а не функционирование.
Функциональная семантика, по определению, рассматривает словарный состав языка от содержания к
средствам его выражения и не может не опираться на классификационные схемы дофункциональной лек-
сической семантики.
Признание изоморфизма языковых уровней подсказывает существование функциональной языковой
единицы, способной организовать слова и словосочетания, характеризующиеся тождеством функциональ-
ных качеств в нашем случае способностью к номинации, как хранению и выражению конкретного языково-
го понятия. Такой единицей является семантема.
Указанные теоретические предпосылки дают широкие возможности выявления специфических систе-
мообразующих параметров номинативных подсистем языков разного строя, их сопоставления и описания.
Традиционное членение словарного состава разных языков на семантико-функциональные классы слов
– части речи – это не только имеет давнюю и солидную традицию, но «имеет глубокие основания в самой
действительности, да и сами части речи – это особая, опосредованная, но, тем не менее, реальная и объек-
тивная проекция в язык разных объектов окружающего нас мира, и как таковая она отражает и дискрет-
ность, и непрерывность, и тождественность, и нетождественность форм существования материи и ее диа-
лектические противоречия» [2, c. 114].
Замена названия лексико-грамматических разрядов слов (частей речи) на семантико-функциональные
классы вполне правомерна, т. к. при классификации лексики по частям речи разными исследователями учи-
тываются 2 ряда признаков: 1. характер смыслового содержания; 2. выполнение определенных функций в
той или иной сфере речевой деятельности [1, c. 112]. Признание приоритета одного из указанных рядов
признаков приводит к различным классификациям. Но необходимо отметить, что несмотря на различные
основания, такие классификации сводимы одна к другой в силу объективного взаимодействия в слове двух
рядов указанных признаков [1, 2, 5]. Не вызывает сомнения универсальность подобных классификаций и
категорий частей речи как семантико-функциональных классов [4, c. 26].
Практика грамматического описания различных языков показывает не столько возможность, сколько
необходимость выделения подклассов, (а иногда и более дробных разрядов) в пределах частей речи. Такие
разбиения основываются на тех же семантико-функциональных критериях и выявляют определенные
«группы единообразия» лексических единиц, определяющие их постоянную роль и постоянные отношения
к другим единицам того же порядка в речи.
Размышляя о частях речи, как одном из способов классификации лексического состава языка, Л. В.
Щерба писал, что в этом вопросе «исследователю вовсе не приходиться классифицировать слова по каким –
либо ученым и очень умным, но предвзятым принципам, а он должен разыскивать, какая классификация
Айвазова Э.Р.
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ВЫЯВЛЕНИЯ СИСТЕМООБРАЗУЮЩИХ ПАРАМЕТРОВ
НОМИНАТИВНЫХ ПОДСИСТЕМ ЯЗЫКОВ РАЗНОГО СТРОЯ
172
особенно настойчиво навязывается самой языковой системой, или, точнее, – ибо дело вовсе не в «класси-
фикации», – под какую общую категорию подводится то или иное лексическое значение в каждом отдель-
ном случае, или еще иначе, какие общие категории различаются в данной языковой системе» [18, c. 78–79].
Ту же мысль и по тому же поводу выразил В. В. Виноградов, цитируя следующее высказывание И. А.
Бодуэна де Куртене: «…наука не должна навязывать объекту чуждые ему категории и должна отыскивать в
нем только то, что в нем живет, обусловливая его строй и состав» [2, c. 38].
В. М. Жирмунский подчеркивает, что «классификация объектов науки, существующих в реальной дей-
ствительности, природе или обществе, на самом деле вовсе не требует той формально – логической после-
довательности принципа деления, которая необходима для классификации отвлеченных понятий. Она тре-
бует только правильного описания системы признаков, определяющих в своей взаимосвязи данный реально
существующий тип явлений» [4, c. 61]. Приводя в качестве примера «реальной классификации» деление в
зоологии позвоночных животных на классы млекопитающих, птиц, пресмыкающихся, земноводных и рыб,
не основывающейся на каком – либо едином логическом принципе, автор указывает, что «такой же реаль-
ной, а не логической классификацией является выделение частей речи как действительно существующих в
языке классов слов» [4, c. 62].
Несмотря на многочисленные указания в грамматиках различных языков на существование таких под-
классов частей речи как, скажем, одушевленные – неодушевленные, лица – нелица, абстрактные – конкрет-
ные и т. д. для существительных; состояния, действия, процессы для глаголов, качественные, относитель-
ные прилагательные; качественные, количественные, обстоятельственные наречия; общей и достаточно
разработанной теорий подклассов слов не существует [4. c. 26].
Возможность членения частей речи на подклассы основана на объективной неоднородности семантиче-
ского и функционального аспектов указанных совокупностей лексических единиц. Под критерии частей ре-
чи подводятся слова в целом, «слова – лексемы».
Слово, как центральная единица языка является носителем комплекса значений, относящихся к разным
уровням: грамматическому и лексическому.
В грамматических исследованиях оно получает освещение как единица строя языка, имеющая морфо-
логическую оформленность и характеризующаяся неким комплексом функциональных потенций, а в лек-
сикологических трудах слово рассматривается как единица номинации, элемент вокабуляра, обладающий
определенным индивидуальным лексическим значением, чаще системой значения.
В языке слово существует несколькими порядками расчлененности. В специальной литературе отмеча-
ется лексико-семантическое, лексико-фразеологическое и лексико-синтаксическое варьирование лексем [5].
Для выделения подклассов на достаточно обоснованных лингвистически критериях, необходимо учи-
тывать указанные варианты лексем.
Удобно, конституентами подклассов считать лексические единицы, взятые в одном и только одном их
лексико – семантическом варианте. Причем, правомерен учет в первую очередь функциональных критери-
ев. Однако чисто функциональных признаков не существует. Функциональные и семантические признаки в
силу их совместного присутствия в лексических единицах искусственно нерасчленимы, и их единство
обеспечивает функциональную полноту лексических единиц.
Для наречий современного английского языка можно выделить на основании указанных функциональ-
ных критериев самые общие подклассы:
1. наречия, входящие в структуру предложения (являющиеся членами предложения), например:
skillfully, extremely, yesterday и т. д.;
2. наречия, относящиеся ко всему предложению (вводные слова), например: perhaps, undoubtedly,
amazingly и т.д.;
3. наречия, соединяющие предложения (связующие наречия), например: moreover, therefore, nevertheless
и т. д.;
4. наречия, формирующие односоставные предложения (предикативные наречия, выступающие в
функции главного члена этого предложения), например, certainly, yes, no и др.
Дальнейшая субкатегоризация, т.е. более дробное членение подклассов должно проводиться также с
учетом семантических и функциональных критериев в их совокупности. Так, например, подкласс наречий,
входящих в состав предложения, делится на качественные: He worked skillfully with the one hand and put his
foot on the coils to hold them as he drew his knots tight. (E. Hemingway); количественные: He was extremely
clever young man … (Oskar Wilde); обстоятельственные: She promised to meet me for coffee yesterday. (H.
Bates); фокусирующие: He could talk only of Sally. (J. Updike); и наречия точки зрения: I believe it to be psy-
chologically provable. (A. Chriestie). Последнее заслуживает особого внимания в силу своего промежуточно-
го положения 1 и 2 подклассами, что хорошо согласуется с устоявшимся мнением о наличии в языковой
структуре элементов, являющихся переходными случаями между двумя полярными.
Фокусирующие наречия также специфичны в отношении семантико – функциональных признаков.
Они выполняют синтактико-семантические функции фокусирования внимания говорящего и, соответствен-
но, слушающего на любом из членов предложения. Указанная способность определяет наречия данной
субкатегории как одно из средств актуализации функциональной перспективы предложения (разграничения
его тематического и рематического компонентов).
Подкласс наречий, входящих в структуру предложения, самый многочисленный и структурно слож-
ный. Наречия, же относящиеся ко всему предложению делятся только на две большие субкатегории: наре-
чия, раскрывающие отношение говорящего к стилю сообщения, например: No, Michael, seriously, Lynn isn’t
Вопросы духовной культуры – ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ
173
here and hasn’t been. (W. Graham); наречия, раскрывающие отношение говорящего к содержанию высказы-
вания: Undoubtedly, it was not recent. (M. Spark).
Связующие наречия, разбиваются на 13 далее неделимых групп, выражающих различные логические
отношения между предложениями, например, отношения результативности или следствия: I do not
remember the Gudge’s wife, she died before I was old enough to be aware of her, therefore all that I repeat comes
second – hand. (Truman Capote) и др.
Подкласс наречий, формирующих односоставные предложения характеризуется малочисленностью
(около 10 единиц) и однородностью, например: “You know me?” Poirot smiled. “Certainly”. (A. Chriesie).
В 1 и 2 подклассах наречий возможны и дальнейшие более дробные, чисто семантические (на основе
общности лексических значений), разбиения лексических единиц на лексико – семантические группы
(ЛСГ).
Семантический объем определенных подклассов определяется входящими в них ЛСГ.
Предложенная субкатегоризация наречий свободна от недостатков, которыми грешит традиционное,
описанное в грамматиках различных языков, членение частей речи на подклассы, где их вычленение осно-
вано на разнородных критериях, в общем и целом всегда сводимых к функционально – семантическим при-
знакам.
Таким образом, учет функциональных признаков обеспечивает учет категориальных и субкатегориаль-
ных (в зависимости от уровня разбиения) признаков и классификацию частей речи на функциональные (в
некотором смысле формальные) подклассы.
Источники и литература
1. Бондарко А.В. Функциональная грамматика. – Н., 1984.
2. Жирмунский В. М. О природе частей речи и их классификации. / в кн. Жирмунский В. М. Общее и гер-
манское языкознание. – Л.: Наука, 1976. – С. 60–82.
3. Кацнельсон С. Д. Типология языка и речевое мышление / Кацнельсон С. Д. – Л., 1972.
4. Керим–Заде И. А. Способы организации словарного состава языка (Опыт системного словаря) / Керим–
Заде И. А. – М. изд-во МГУ, 1987.
5. Кубрякова Е. С. Части речи в ономасиологическом освещении / Кубрякова Е. С. – М.,1978.
6. Поченцов Г. Г. Синтагматика английского слова / Поченцов Г. Г. – Киев, 1976.
7. Рудяков А. Н. Язык или почему люди говорят / Рудяков А. Н. – Киев «Грамота», 2004
8. Серебрянников Б. А. Сводимость языков мира, учет специфики конкретного языка, предназначенность
описания. В кн. «Принципы описания языков мира» / Серебрянников Б. А. – Москва, 1976.
9. Уфимцева А. А. Типы словесных знаков / Уфимцева А. А. – Москва. Наука, 1974.
10. Холодович А. А. Опыт теории подклассов слов. / В кн. Холодович А.А. «Проблемы грамматической
теории». – Ленинград. Наука, 1979.
11. Щерба Л. В. О частях речи в русском языке. / В кн. Щерба Л. Б. Языковая система и речевая деятель-
ность.– Л.: Наука, 1974.– С. 77–100.
12. Щерба Л. В. Языковая система и речевая деятельность / Щерба Л. В. – Л. Наука, 1974.
Алиева Л.А.
РЕЧЕВЫЕ И УЧЕБНО-РЕЧЕВЫЕ СИТУАЦИИ В ФОРМИРОВАНИИ
КОММУНИКАТИВНОЙ КОМПЕТЕНЦИИ ШКОЛЬНИКОВ НА УРОКАХ
КРЫМСКОТАТАРСКОГО ЯЗЫКА
В двадцатом столетии обучение языку в основном было ориентировано на формирование представле-
ний о языке, его правилах и законах, на усвоение норм орфографии и пунктуации. Школьники "изучали
средство общения, не обучаясь (целенаправленно) общению с помощью этого средства" [1,с.5].
На современном этапе содержание языкового компонента включает 4 линии: коммуникативную, лин-
гвистическую, социокультурную и деятельностную. Определена и цель языкового компонента - формиро-
вание коммуникативной компетенции, базирующейся на знаниях и умениях познавательного и творческого
характера, социальных навыках, убеждениях и т.п. [2, с.3].
Наблюдения уроков, проверочные работы, анализ выпускных экзаменов по крымскотатарскому языку,
проведённые на базе общеобразовательной школы с. Украинка Симферопольского района (апрель2007-
февраль2008г.) показали, что учащимся легче выполнять задания, требующие воспроизведения заученного
материала, не зависящего от личностного отношения к нему, нежели задания, нацеливающие на самостоя-
тельные оценочные высказывания и суждения, участие в конкретных актах коммуникации (например, в
диалогах). Ученики затрудняются в выполнении ситуативных заданий типа: расскажи, расспроси, узнай,
они не могут быстро разговаривать в условиях изменяющейся речевой ситуации.
Научные исследования психологов, методистов, лингвистов доказывают, что готовые высказывания
для заучивания, списки вопросов по темам для повторения, готовые вопросы к текстам для чтения и ответы
на них не обеспечивают свободного общения на родном языке. Необходима система заданий, побуждающая
учащихся к активному говорению, создающая оптимальные условия для выработки прочных связей между
речевыми единицами и коммуникативными ситуациями, в которых они функционируют.
Содержание и методы обучения крымскотатарскому языку должны быть таковы, чтобы научить
школьников овладевать родным языком, как средством общения, формирования и формулирования мысли,
|