Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении
В огляді представлені в історичному аспекті дані щодо класифікації, клініки і лікування лікарсько- індукованих рухових розладів при шизофренії (від початку ери нейролептиків до теперішнього часу). Дано опис патогенезу даних розладів. 
 
 Відображені актуальність пошуку нових методів...
Saved in:
| Published in: | Таврический медико-биологический вестник |
|---|---|
| Date: | 2009 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2009
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/25228 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении / Е.В. Плотникова // Таврический медико-биологический вестник. — 2009. — Т. 12, № 1 (45). — С. 192-199. — Бібліогр.: 89 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1860255496557035520 |
|---|---|
| author | Плотникова, Е.В. |
| author_facet | Плотникова, Е.В. |
| citation_txt | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении / Е.В. Плотникова // Таврический медико-биологический вестник. — 2009. — Т. 12, № 1 (45). — С. 192-199. — Бібліогр.: 89 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Таврический медико-биологический вестник |
| description | В огляді представлені в історичному аспекті дані щодо класифікації, клініки і лікування лікарсько- індукованих рухових розладів при шизофренії (від початку ери нейролептиків до теперішнього часу). Дано опис патогенезу даних розладів. 

Відображені актуальність пошуку нових методів діагностики, лікування і 

профілактики DIMD-розладів для покращення якості життя хворих на шизофренію.
Data on classification, clinical finding, and treatment of medication-induced motor disorders at schizophrenia (from the beginning of the era of neuroleptics to the present time) are reviewed in a historical aspect. Pathogenesis of these disorders is decribed. The author shows topicality of finding new methods of diagnostics, 
treatment, and prophylaxis of DIMD-disorders for improvement of schizophrenia patients’ life quality.
|
| first_indexed | 2025-12-07T18:48:36Z |
| format | Article |
| fulltext |
192
ТАВРИЧЕСКИЙ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК2009, том 12, № 1 (45)
УДК 616.895+616.7:615.06
© Е. В. Плотникова, 2009.
ЛЕКАРСТВЕННО-ИНДУЦИРОВАННЫЕ ДВИГАТЕЛЬНЫЕ
РАССТРОЙСТВА ПРИ ШИЗОФРЕНИИ
Е. В. Плотникова
Кафедра психиатрии, психотерапии, наркологии с курсом общей и медицинской психологии
MEDICATION-INDUCED MOTOR DISORDERS AT SCHIZOPHRENIA
Е. V. Plotnikova
SYMMARY
Data on classification, clinical finding, and treatment of medication-induced motor disorders at
schizophrenia (from the beginning of the era of neuroleptics to the present time) are reviewed in a historical
aspect. Pathogenesis of these disorders is decribed. The author shows topicality of finding new methods of
diagnostics, treatment, and prophylaxis of DIMD-disorders for improvement of schizophrenia patients’ life
quality.
ЛІКАРСЬКО-ІНДУКОВАНІ РУХОВІ РОЗЛАДИ ПРИ ШИЗОФРЕНІЇ
О. В. Плотнікова
РЕЗЮМЕ
В огляді представлені в історичному аспекті дані щодо класифікації, клініки і лікування лікарсько-
індукованих рухових розладів при шизофренії (від початку ери нейролептиків до теперішнього часу).
Дано опис патогенезу даних розладів. Відображені актуальність пошуку нових методів діагностики,
лікування і профілактики DIMD-розладів для покращення якості життя хворих на шизофренію.
Ключевые слова: лекарственно-индуцированные двигательные расстройства, шизофрения,
нейролептики.
Шизофрения - тяжелое психическое расстрой-
ство, представляющее собой совокупность нозоло-
гических форм, для которых характерно сочетание
нарушений мышления, восприятия и эмоциональ-
но-волевой сферы, продолжающихся не менее ме-
сяца [36]. Заболеваемость шизофренией составляет
1 случай на 1000 популяции в год, по распространён-
ности среди психотических расстройств она занима-
ет первое место и сокращает продолжительность
жизни больного в среднем на 10 лет, поэтому пред-
ставляет собой значительную медико-социальную
проблему [8,36,47].
Нейролептики, или антипсихотические препара-
ты, составляют одну из главных групп современных
психотропных средств и занимают центральное мес-
то в клинической психофармакологии [7,16,31]. Они
являются основными средствами лечения шизофре-
нии и других психозов, таких как шизоаффективное
расстройство или органические психозы [30]. Ней-
ролептики (антипсихотики) — лекарственные сред-
ства, применяемые для лечения и купирования про-
дуктивной психопатологической симптоматики
(бред, галлюцинации, ажитированное состояние)
[9,30]. Антипсихотические препараты появились в
клинической практике в 1952 году прошлого века во
Франции. Первым был синтезирован хлорпромазин
(аминазин), производное фенотиазина и вскоре в 1954
г - резерпин [1,7]. В течение 5-7 лет было получено
несколько десятков новых препаратов, большинство
из которых нашло широкое распространение в прак-
тике лечения психических заболеваний и в первую
очередь шизофрении [13,46].
Свойство классических антипсихотических пре-
паратов вызывать при их применении неврологичес-
кую симптоматику привело к появлению терминов
«нейролептики» и «нейролептический синдром»
[45]. В состав синдрома входят неврологические, ве-
гетативные и психические нарушения [46,48]. Экст-
рапирамидные расстройства - наиболее тяжелые рас-
стройства из спектра нейролептического синдрома
[26,40]. Индуцированные антипсихотиками двига-
тельные расстройства (англ. DIMD- drug- induced
movement disorders) рассматривались как неотъем-
лемые осложнения терапии психозов еще с начала
психофармакологической эры [6,41]. Позднее А.
Carlsson и соавт. (1963–1987) показали, что все пре-
параты первого поколения вызывают развитие по-
бочных неврологических эффектов благодаря выра-
женному антагонизму к D2-дофаминовым рецепто-
рам в нигростриальной системе мозга [20,30,35].
Лекарственно-индуцированные неврологичес-
кие нарушения в начале 60-х годов подразделялись
на: акинетические, гипертонические, гиперкинети-
ческие и дискинетические расстройства [23]. Акине-
тические явления были первым признаком насыще-
ния организма нейролептиками, причем их часто
наблюдали еще до обнаружения мышечной гипер-
тонии. Выражались они обычно однообразностью и
угловатостью движений, потерей пластичности, от-
сутствием синкинезий и амимией [80]. Затем появ-
лялись гипертонические явления заключающиеся в
повышении мышечного тонуса. К числу гиперкине-
тических и дискинетических проявлений относили
тремор, разного рода пароксизмальные вздрагива-
193
О Б З О Р Ы
ния, миоклонии, локализующиеся главным образом
в околоротовой и глазодвигательной областях [2].
Сюда относили судороги взора, тризмы жевательной
мускулатуры, «окулогирные кризы», а также свое-
образные состояния пароксизмом открытого рта с
вытягиванием языка, пароксизмальными судорога-
ми затылочных мышц с кривошеей (синдром Кулен-
кампфа – Тарнова) [22]. Постоянной при гиперкине-
тическом синдроме считалась акатизия – чувство
моторного беспокойства со стремлением менять
положение тела и тасикинезия – непреодолимая по-
требность двигаться [59].
Психические изменения, составляющие часть
нейролептического синдрома отличались большим
многообразием и часто считались исключительно
шизофренической симптоматикой. После начала
приема антипсихотиков отмечались: сонливость, за-
торможенность, вялость, утомляемость [47]. Через
некоторое время отмечалось состояние безучастно-
сти, апатичности, потеря интереса к окружающему,
что сопровождалось утомляемостью, невыносимо-
стью к шумам и стремлению избежать всякого рода
внешних раздражений. Возникновение депрессии при
ее отсутствии перед началом лечения считалось так-
же побочным действием нейролептиков [11,21,22].
Также отмечались случаи моторного возбуждения
(«экситомоторные кризы»), особенно во время ле-
чения галоперидолом. Во время приступа отмеча-
лось тягостное чувство, страх, тревога, страдальчес-
кое выражение лица. Акатизия и тахикинезия сопро-
вождались тревогой, нетерпеливостью, чувством тя-
гостного внутреннего беспокойства. Больные отме-
чали, что «внутреннее беспокойство и нетерпели-
вость» облегчались после того, как они совершат те
или иные движения [1,23].
Уже после первых опытов применения нейро-
лептических средств и изучении их побочных дей-
ствий постоянно затрагивался вопрос о соотноше-
нии последних и терапевтического эффекта. Все ис-
следователи разделились на две группы. Штегелин
(Staehelin), Флюгель (Flugel), Фрейхан (Freyhan), Ден-
бер (Denber), Бейреутер (Bayreuter) и многие другие
рассматривали экстрапирамидную симптоматику и
степень ее выраженности как обязательное условие
терапевтического эффекта [67]. Фрейхан прямо ука-
зывал, что о нейролептическом действии можно су-
дить по тому, в какой мере и как часто препарат вы-
зывает экстрапирамидные проявления, и что прин-
ципиальной границы между моторным успокоени-
ем и начальными симптомами паркинсонизма не
существует [1,2]. Другие исследователи, такие как
Гаазе (Haase), Бруссоль (Broussolle), Розери (Rosieri),
Керн (Karn) и советские исследователи Тарасов Г.К.,
Смулевич А.Б., Вроно М.С., Левит В.Г., Попова А.Н.
и другие считали, что нейролептический синдром
часто возникает, с трудом распознается, препятству-
ет полному выздоровлению больного и возвраще-
нию в привычную социальную среду, глубоко затра-
гивает личность больного и, наконец, в силу своих
нечетких форм представляет серьезные препятствия
для бесспорно благоприятного действия нейролеп-
тиков [21,22].
В последующие годы, приведшие к внедрению в
практику все более сильных, но имеющих и пропор-
ционально больший побочный эффект нейролепти-
ков, значительно увеличилось число сторонников
первой группы. Так, Делей и его сотрудники, внача-
ле весьма сдержанно относившиеся к терапевтичес-
кой ценности описанного ими нейролептического
синдрома, основываясь на опыте лечения мажепти-
лом и галоперидолом, выдвинули тезис о неразрыв-
ной связи между интенсивностью неврологической
симптоматики и терапевтической активностью ней-
ролептиков [44]. И действительно, пропазин, ацета-
зин, мепазин и другие фенотиазины, вызывающие
минимальный побочный эффект, в то же время ока-
зались весьма слабыми нейролептиками, пригодны-
ми в основном для поддерживающего лечения, тогда
как мажептил и галоперидол, дающие наиболее вы-
раженный побочный эффект, являются одними из
самых сильнодействующих ряду известных до насто-
ящего времени нейролептиков [1,2]. Таким образом,
в 60-70 гг. прошлого века считали, что сила нейро-
лептического действия препарата пропорциональна
степени вызываемого им побочного эффекта.
Более чем за 50 лет клинического применения
типичные антипсихотические средства показали свою
эффективность при лечении психотических рас-
стройств, но развитие серьезных экстрапирамидных
нарушений служило значительным ограничением
при их использовании [2,5,29]. Субъективная тяжесть
побочных эффектов лекарственной терапии зачас-
тую приводит к нон-комплаенсу и может соответство-
вать известной формулировке G.Gardos и J.Cole (1976):
«лекарство хуже болезни» [45,46,52]. Нон-комплай-
енс, который является следствием плохо переноси-
мых нежелательных явлений в ходе психофармако-
логического лечения, – главная причина обострений
эндогенного процесса, что свидетельствует о важно-
сти изучения рассматриваемого вопроса. [17,87].
Двигательные расстройства, возникающие в процес-
се лечения нейролептиками, существенно влияют на
качество жизни больных, значительно ограничивая
функциональные возможности пациентов, приводя
их к психологической и социальной изоляции.
[6,18,33,53].
Результаты лечения экстрапирамидных рас-
стройств длительное время вызывали лишь разоча-
рование как у самих пациентов, так и у врачей. За
период от середины 60х до конца 90х годов прошлого
века было разработано множество способов меди-
каментозной коррекции экстрапирамидных рас-
стройств: терапия холинолитическими препаратами
центрального действия, бензодиазепинами, пропра-
194
ТАВРИЧЕСКИЙ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК2009, том 12, № 1 (45)
нололом, типичными антипсихотиками с седативным
компонентом действия [10,52]. Многие публикации
80х и начала 90х годов ХХ века были посвящены по-
иску альтернативных способов коррекции экстрапи-
рамидных расстройств [14]. В данном аспекте изуча-
лись противовирусное средство амантадин, антиок-
сидант альфа-токоферол, ноотропные препараты
[43,47,76]. Однако наиболее широкое применение в
клинической практике нашли холинолитические,
противопаркинсонические препараты: циклодол
(паркопан) и акинетон [57,60].
Своеобразной вехой в истории психофармакоте-
рапии стало появление новой группы антипсихоти-
ческих препаратов, обладающих значительно мень-
шей способностью вызывать побочные эффекты, так
называемых атипичных антипсихотиков, открыло
новый этап в лечении психотических расстройств
[15,16,34]. Первым из атипичных нейролептиков в 1960
г. был синтезирован клозапин – мощный антипсихо-
тик, обладающий минимальной способностью вы-
зывать экстрапирамидные расстройства [2]. Дальней-
шие изыскания в области синтеза атипичных нейро-
лептиков касались изучения их механизма действия
и получения на этой основе новых соединений, об-
ладающих приниципиально новыми свойствами по
сравнению с традиционными нейролептиками. В
последние годы появилось множество новых атипи-
ков, таких как рисперидон, оланзапин, кветиапин,
арипипразол и др. [31,34]. В результате многочислен-
ных исследований выяснилось, что атипичные ней-
ролептики обладают избирательностью действия по
отношению к мезолимбической и мезокортикальной
дофаминергической системе мозга и менее выражен-
ным влиянием на нигростриальную систему
[31,38,77]. Кроме того, атипичные нейролептики по-
мимо блокады дофаминовых рецепторов одновре-
менно блокируют 5НТ
2
-серотониновые рецепторы.
Установлено, что блокада 5НТ
2
-серотониновых ре-
цепторов приводит к компенсаторному повышению
концентрации дофамина в нигростриальной систе-
ме и тем самым уменьшает выраженность экстра-
пирамидных побочных эффектов, обусловленных
дофаминблокирующей активностью этих нейролеп-
тиков [20,81]
При этом было установлено, что большинство
атипичных нейролептиков по механизму действия
подразделяются на две группы. Первая группа пре-
паратов, включающая клозапин, оланзапин и кветиа-
пин, характеризуется взаимодействием с нескольки-
ми различными нейромедиаторными системами, в
частности с дофаминовыми, серотониновыми, но-
радренергическими, холинергическими и гистами-
новыми рецепторами [42,68,81]. Вторая группа пре-
паратов, состоящая из рисперидона, сертиндола и
зипразидона, оказывает свое действие преимуще-
ственно за счет влияния лишь на 2 типа рецепторов -
дофаминовые и серотонинергические [63,68,81]. При
этом способность блокировать серотонинергичес-
кие рецепторы у этих препаратов превосходит спо-
собность связываться с дофаминовыми рецептора-
ми типа D2 [84]. Именно это объясняет отсутствие
или слабую выраженность побочных экстрапира-
мидных эффектов, позволяет уменьшить прием кор-
ректоров для их лечения и сокращает риск развития
поздней дискинезии [70,82]. Необходимо отметить,
что атипичные нейролептики обладают дозозависи-
мым эффектом в плане влияния на развитие экстра-
пирамидных расстройств: в среднетерапевтических
дозах редко вызывают появление экстрапирамидных
симптомов, а по мере увеличения дозировок часто-
та развития экстрапирамидных побочных эффектов
увеличивается [37,40].
С началом широкого применения антипсихоти-
ков второго поколения интерес исследователей к по-
искам новых способов коррекции индуцированных
антипсихотиками экстрапирамидных расстройств
угас, поскольку считалось, что атипичные антипси-
хотики в терапевтических дозах не вызывают экстра-
пирамидных расстройств, за исключением редких
случаев индивидуальной гиперчувствительности
[85,89]. По мере накопления клинического опыта при-
менения антипсихотиков второй генерации выясни-
лось, что на фоне терапии данными препаратами
нередко возникают экстрапирамидные расстройства,
хотя их выраженность, безусловно, ниже, чем на фоне
терапии антипсихотиками первой генерации [88]. По
данным многоцентрового исследования, посвящен-
ного проблеме полипрагмазии в психиатрических
больницах Евросоюза, до 40% пациентов, получаю-
щих атипичные антипсихотики, одновременно полу-
чают и холинолитики, что является косвенным пока-
зателем высокой распространенности экстрапира-
мидных расстройств [74]. Исследование применения
атипичных антипсихотиков у пожилых пациентов в
психиатрических больницах Великобритании выяви-
ло, что экстрапирамидные расстройства относятся к
наиболее частым и клинически значимым побочным
эффектам данных препаратов [35,68]. В зарубежных
медицинских журналах приводятся описания злока-
чественного экстрапирамидного синдрома и поздней
дискинезии на фоне лечения атипичными антипси-
хотиками [72,31].
В настоящее время в соответствии с американс-
кой классификацией DSM-IV все экстрапирамидные
двигательные расстройства, связанные с приемом
нейролептиков, можно разделить на паркинсонизм,
острую дистонию, острую акатизию и поздние дис-
кинезии [49,68].
Нейролептический паркинсонизм возникает бо-
лее чем в 50% случаев при лечении классическими
нейролептиками в течение 2-12 недель с момента
начала нейролептической терапии или повышения
дозы ранее принимаемых нейролептиков [10]. Лекар-
ственный паркинсонизм можно объяснить блокадой
195
О Б З О Р Ы
постсинаптичеких дофаминовых рецепторов в под-
корковых образованиях мозга (черная субстанция
и полосатое тело, бугорная, межлимбическая и ме-
зокортикальная области) и возникающим нейрохи-
мическим дисбалансом в виде увеличения глутама-
та, ацетилхолина и снижения дофамина [20,77]. Ней-
ролептический паркинсонизм чаще возникает у лиц
старше 40 лет и у мужчин отмечается реже, чем у
женщин. Особенности нейролептического паркинсо-
низма - подострое развитие, симметричность прояв-
лений, сочетание с лекарственными дискинезиями
(дистонией или акатизией), эндокринными наруше-
ниями (гиперпролактинемией), непрогрессирующее
течение [66].
Симптоматика паркинсонизма включает в себя
брадикинезию, ригидность, симптом «зубчатого ко-
леса», тремор конечностей, маскообразное лицо,
сгорбленную позу, семенящую походку и слюноте-
чение [83]. Если эти симптомы достигают выражен-
ной степени, может развиваться акинезия, неотли-
чимая от кататонии [66,75]. Данный синдром наибо-
лее часто встречается у пожилых, а также у пациен-
тов, принимающих сильнодействующие нейролеп-
тики - производные бутирофенона (галоперидол,
дроперидол, трифлуперидол) и некоторые производ-
ные фенотиазина (хлорпромазина, флуфеназина,
трифлуперазина) [19]. Маскообразность лица, скован-
ность движений и микрография (легкая степень пар-
кинсонизма) наблюдаются практически у всех боль-
ных, принимавших нейролептики на протяжении не-
скольких недель [58,75].
В настоящее время отсутствует четкая позиция
в отношении лечения лекарственного паркинсониз-
ма [45,46]. Существует мнение, что не следует лечить
экстрапирамидные расстройства, пока они не силь-
но беспокоят больного. Однако большинство иссле-
дователей считают, что при появлении симптомов
лекарственного индуцированного паркинсонизма
необходима отмена препарата, снижение дозы либо
замена его другим лекарственным средством, обла-
дающим меньшим влиянием на базальные ядра (на-
пример, клозапином, тиоридазином) [24,35,54,60].
Одновременно назначаются холинолитики на срок
как минимум 2-3 месяца. В течение этого времени у
значительной части больных развивается толерант-
ность к экстрапирамидному действию нейролепти-
ка, и поэтому можно попытаться постепенно отме-
нить холинолитики. Если на фоне отмены холиноли-
тика симптомы паркинсонизма вновь появляются,
то следует продолжить его прием в течение длитель-
ного времени [46,57]. Для профилактики паркинсо-
низма используют такие антихолинэргические пре-
параты, как бипериден (Акинетон), бензтропин (Ко-
гентин) или тригексифенидил (Артан, Тремил, Пар-
копан, Циклодол); антихолинергические антигиста-
минные – дифенилгидрамин ( Бенадил, Димедрол);
стимуляторы высвобождения дофамина - амантадин
(симметрел) [24,61].
Острые дистонии (или ранние дискинезии) воз-
никают в 2–5% случаев в первые дни (иногда часы) с
момента начала терапии классическими нейролеп-
тиками, при повышении дозы ранее принимаемых
препаратов или внезапной отмене корректоров (хо-
линолитиков) [32,67]. Дистония обычно возникает в
период падения концентрации нейролептика к концу
действия очередной дозы и связана с усилением син-
теза и высвобождения дофамина и/или повышени-
ем чувствительности дофаминовых рецепторов, ко-
торая развивается как реакция на блокаду рецепто-
ров нейролептиком [62]. К факторам риска развития
острой дистонии относятся молодой возраст (в воз-
расте до 30 лет), мужской пол, наличие острых дисто-
ний в анамнезе, алкоголизм, органическое пораже-
нии головного мозга, гипокальциемия. Патогенез
острой дистонии окончательно не изучен. Считают,
что существует наследственная предрасположен-
ность к развитию этого синдрома [86,87].
Основными проявлениями дистонии являются
глазодвигательные кризы (форсированное отведение
глазных яблок), вовлечение мышц головы и шеи (гри-
масничанье, открывание рта и высовывание языка,
кривошея с запрокидыванием головы назад), акси-
альной мускулатуры туловища (опистотонус, пояс-
ничный гиперлордоз) [46,55,87]. Моторные наруше-
ния могут быть локальными и возникать в типичных
областях, затрагивая изолированную группу мышц,
или генерализованными, сопровождающимися об-
щим моторным возбуждением с аффектами страха,
тревоги, сужением сознания и вегетативными рас-
стройствами (профузный пот, гиперсаливация, сле-
зотечение, вазомоторные реакции и др.) [45]. При
локальных дистониях возникают судороги языка,
тризм, гиперкинезы мимической мускулатуры, спаз-
мы взора (окуломоторные кризы), кривошея, опис-
тотонус, диспноэ и др. [50]. Описан также оральный
синдром (Kulenkampff-Tarnow), который проявляет-
ся неожиданным тоническим сокращением мышц
шеи, рта, высовыванием языка, нарушением фона-
ции и дыхания. У некоторых пациентов отмечались
блефароспазм или расширение глазных щелей (фе-
номен «вытаращенных глаз»). Иногда наблюдался
синдром «Пизанской башни», характеризующийся
тонической латерофлексией туловища [33]. Внезап-
ность, драматичность и причудливость гиперкинеза
часто ведет к ошибочному диагнозу истерии, столб-
няка или эпилепсии. Дистонию вызывает трифлупе-
разин, хлорпромазин, хотя в то же время препараты
могут сами применяться при лечении дистонии, ин-
дуцированной галоперидолом [42]. Окуломоторные
кризы, спастическая кривошея, тризмы характерны
для перициазина и относительно редко встречаются
при использовании рисперидона (рисполепта) [24].
Острая дистония может самостоятельно прохо-
дить после отмены препарата через несколько часов
196
ТАВРИЧЕСКИЙ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК2009, том 12, № 1 (45)
или дней. В тяжелых случаях больным необходимо
ввести внутривенно диазепам, антигистаминные сред-
ства (димедрол) или кофеин-натрия бензоат, внутри-
мышечно – холинолитики: тригексифенидил (цикло-
дол), бипериден (акинетон) [3,28]. Для предупрежде-
ния повторного развития дистонии назначают анти-
паркинсонические корректоры или увеличивают их
дозу [32,88]. Дистония, связанная с резкой отменой
нейролептика, требует повторного его назначения до
тех пор, пока уменьшится или полностью исчезнет
гиперкинез, после чего дозу препарата следует сни-
жать постепенно[33].
Акатизия - состояние, характеризующееся непре-
одолимой потребностью двигаться, особенно выра-
женное в нижних конечностях, для уменьшения не-
выносимого чувства внутреннего беспокойства и
дискомфорта [4,60]. Острая акатизия возникает у 10–
50% (со средней частотой около 20%) больных, при-
нимающих нейролептики, как правило, в течение
первых 4 недель с момента начала нейролептичес-
кой терапии или повышения дозы препарата [78,79].
Акатизия чаще развивается у женщин среднего воз-
раста. Патогенез акатизии неизвестен, но предполо-
жительно он связан с нарушением функционирова-
ния дофаминергической (мезокортикальной), воз-
можно, опиоидной или норадренергической систем
[62]. Акатизия наиболее часто возникает при приме-
нении тиопроперазина, прохлорперазина (метерази-
на), молиндона (мобана), трифлуперазина, галопе-
ридола, трифлуперидола, бенперидола, метофеназа-
та (френолона), редко наблюдается при назначении
рисперидона, флуспирилена (имапа), крайне редко
и маловыражена у алимемазина (терален) [42].
Клиническая картина акатизии у больных, вошед-
ших в исследование, включала сенсорный и мотор-
ный компоненты [72,82]. Сенсорный компонент ака-
тизии представлял собой неприятные внутренние
ощущения, которые императивно побуждали боль-
ного совершать движения. Эти ощущения носили
общий характер (тревога, внутреннее напряжение,
раздражительность) или соматический (тяжесть или
дизестезии в ногах). Больные осознавали, что эти
ощущения побуждают их непрерывно двигаться, од-
нако часто затруднялись определить их характер. Дви-
гательный компонент акатизии был представлен дви-
жениями стереотипного характера. В положении сидя
больные ерзали на стуле, постоянно меняли позу,
раскачивали туловище, закидывали ногу на ногу, по-
качивали и постукивали ногой, стучали пальцами рук,
перебирали их, почесывали голову, поглаживали
лицо, расстегивали и застегивали пуговицы. В поло-
жении стоя они часто переминались с ноги на ногу
или маршировали на месте [14,78].
Акатизию следует дифференцировать с трево-
гой, связанной с психотическим расстройством. Ака-
тизия может сочетаться с нейролептическим паркин-
сонизмом [82]. Описаны также редкие «поздние»
случаи акатизии, при которых не наблюдается быст-
рой реакции на назначение антипаркинсонических
корректоров и уменьшение дозы нейролептиков. Эти
случаи трудно отличить от поздних дискинезий
[Munetz M., Cornes C., 1982]. Акатизия представляет
собой главную причину несоблюдения больными
режима лекарственой терапии и отказа от терапии.
Постоянный дискомфорт может усиливать у паци-
ента чувство безнадежности и является одной из при-
чин появления суицидальных мыслей [78].
При появлении акатизии препарат, вызвавший ее,
следует отменить , в результате чего она регрессиру-
ет в течение нескольких дней или недель, но иногда ее
продолжительность достигает нескольких месяцев.
Если препарат нельзя отменить полностью, необхо-
димо уменьшить его дозу или заменить другим, бо-
лее безопасным средством [12,89]. Уменьшению ака-
тизии способствуют холинолитики (бензтропин), бен-
зодиазепины (лоразепам, клоназепам), бета-блокато-
ры (пропранолол, надолол), амантадин. В резистент-
ных случаях иногда прибегают к назначению пира-
цетама, амитриптилина, симпатолитиков (резерпин),
клонидина (клофелин) [19,51].
Поздние дискинезии являются одними из наибо-
лее тяжелых неврологических осложнений нейролеп-
тической терапии и развиваются в среднем у 20–30%
больных, постоянно принимающих классические
нейролептики [54,65]. Частота развития поздних дис-
кинезий у лиц молодого возраста, принимающих
нейролептическую терапию в течение года, состав-
ляет 5%, у пожилых, особенно страдающих сахарным
диабетом или с органическими поражениями мозга
- 25–30% [53,71,80]. Поздняя дискинезия отмечается
преимущественно у женщин и лиц, у которых ранее
отмечались нейролептические экстрапирамидные
расстройства. При лечении атипичными нейролеп-
тиками (рисполепт, зипрекса) поздние дискинезии
развиваются значительно реже [65]. По данным DSM-
IV, двигательные нарушения при поздних дискинези-
ях должны сохраняться на протяжении более чем 4
недели после отмены нейролептической терапии
[4,57,60]. Патогенез поздней дискинезии до настоя-
щего времени не выяснен [42]. Однако существует
мнение, что в его основе лежит гиперчувствитель-
ность дофаминовых (D1) рецепторов в стриатуме, что
приводит к усилению активности так называемого
«прямого пути», который следует от стриатума не-
посредственно к выходным структурам базальных
ганглиев (медиальному сегменту бледного шара и
ретикулярной части черной субстанции) и далее че-
рез таламус к коре, и в норме облегчает адекватные в
данный момент движения, инициированные в пре-
моторной коре [38,84,20]. Альтернативное или допол-
няющее объяснение - дисфункция ГАМК-ергичес-
ких стриарных нейронов и снижение активности
берущего от них начало «непрямого пути», который
следует от стриатума к выходным структурам базаль-
197
О Б З О Р Ы
ных ганглиев через латеральный сегмент бледного
шара и субталамическое ядро, в норме приводит к
торможению неадекватных движений [48,69]. Важ-
ную патогенетическую роль, возможно, играет окис-
лительный стресс, индуцируемый нейролептически-
ми препаратами [54,71]. Поздняя дискинезия прису-
ща таким нейролептикам, как тиопроперазин, флу-
феназин, галоперидол, моперон (луватрен), молин-
дон [39,88]. Трифлуоперазин вызывает позднюю дис-
кинезию лицевых мышц, а прохлорперазин — пер-
систирующие дискинезии [62].
Чаще всего поздняя дискинезия проявляется в
виде хореиформной оро-букко-лингвальной (букко-
лингво-мастикаторной) дискинезии с «толканием»,
высовыванием языка; облизыванием, чмоканьем
губ; сосательными и жевательными движениями;
открыванием рта; надуванием щек; гримасничань-
ем [25,63,70,80]. Иногда этот гиперкинез сопровож-
дается также блефароспазмом, движением бровей,
отведением глазных яблок [19,33]. При вовлечении
дыхательных мышц возникают эпизоды тахипноэ,
неритмичное прерывистое дыхание или необычные
вокализации (респираторная дискинезия). В тяжелых
случаях вовлекаются мышцы гортани и глотки с на-
рушением речи и глотания. Хореиформный харак-
тер гиперкинеза становится очевидным, когда он ге-
нерализуется и вовлекает мышцы конечностей и ту-
ловища. Больной может совершать туловищем рас-
качивающиеся или закручивающиеся движения, иног-
да это сопровождается характерными движениями
таза (копуляторная дискинезия) [39,45,85]. В отличие
от истинной хореи, хореиформные движения имеют
более стереотипный, регулярный характер (напри-
мер, потирание рук или головы, застегивание и рас-
стегивание пуговиц на одежде) [4,82]. Изредка поздняя
дискинезия протекает без вовлечения мышц лица [69].
При появлении первых признаков развития по-
здних дискинезий необходима отмена нейролепти-
ков (при условии, что это позволяет сделать психи-
ческое состояние больного) [72]. В тех случаях, когда
терапию прекратить нельзя, предпочтение следует
отдавать атипичным нейролептикам (азалептину,
рисполепту, зипрексе), при которых риск развития
осложнения существенно ниже [67,81]. Установлено,
что в половине случаев поздние дискинезии прохо-
дят после прекращения приема препаратов. При этом
после отмены нейролептиков дискинезии могут обо-
стриться, а улучшение состояния во многих случаях
наступает в течение нескольких месяцев [64]. Для
уменьшения дискинезий эфективным является при-
менение антиоксиданта альфа-токоферола (витами-
на Е) [27]. В связи с наличием у многих больных це-
ребральной органической недостаточности в схему
терапии должны включаться препараты нейромета-
болического действия (ноотропил, пикамилон, пан-
тогам, фенибут и др.), методы общеукрепляющей и
физиотерапии [14,73] Применение антипаркинсони-
ческих корректоров с центральной холинолитичес-
кой активностью при хроническом экстрапирамид-
ном нейролептическом синдроме оказывается ма-
лоэффективным [56]. Некоторые авторы отмечают
возможность усиления дискинезий при применении
антихолинергических корректоров. Некоторое умень-
шение выраженности дискинезий можно добиться
при применении акинетона внутримышечно или
внутривенно, лития, лецитина, физостигмина [14].
Учитывая участие окислительного стресса в патоге-
незе дискинезии, необходимо включать в комплекс-
ное лечение антиокислительные препараты: витамин
Е и другие антиоксиданты [27,64,67].
ВЫВОДЫ
1. Разнообразие клинических проявлений и тече-
ния экстрапирамидных нейролептических синдромов
вызывает трудности их диагностики и терапии, осо-
бенно у больных психиатрических клиник, когда в
силу остроты протекающего эндогенного заболева-
ния нет возможности отменить типичный нейролеп-
тик или снизить его дозу, а также назначить атипич-
ный нейролептик, обладающий меньшей антипсихо-
тической активностью. В этой ситуации обычно при-
меняемые в качестве корректоров холинолитики по-
рой неэффективны, а в ряде случаев они даже усили-
вают проявления нейролептических синдромов, вы-
зывают побочные эффекты и приводят к нарастанию
когнитивных нарушений. Поэтому в настоящее вре-
мя становится все более очевидным, что проблема
поиска новых способов коррекции экстрапирамид-
ных расстройств не утратила актуальности.
2. Потенциальное превосходство современных
антипсихотиков не достаточно ясно при рассмотре-
нии риска возникновения двигательных расстройств.
Имеются только отдельные исследования (и их сис-
тематический обзор), показывающие преимущества
кветиапина, оланзапина, рисперидона и зипразидо-
на по сравнению с галоперидолом в отношении рис-
ка развития экстрапирамидной симптоматики. Сле-
пых рандомизированных катамнестических исследо-
ваний, сравнивающих другие атипичные нейролеп-
тики с типичными, в обозримой литературе не обна-
ружено.
3. Следует обратить внимание на то, что в боль-
шинстве случаев именно выраженность, необрати-
мость и дезадаптирующая составляющая DIMD-рас-
стройств, а не основное заболевание (шизофрения),
ограничивают функциональные возможности паци-
ентов, приводят к психологической и социальной изо-
ляции, потере трудоспособности и инвалидизации
больного, что указывает на несомненную актуаль-
ность изучения данной проблемы. Несмотря на важ-
ность, эта проблема остается практически неизучен-
ной в связи с отсутствием соответствующих доказа-
тельных исследований.
198
ТАВРИЧЕСКИЙ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК2009, том 12, № 1 (45)
ЛИТЕРАТУРА
1. Аврутский Г.Я. Современные психотропные средства
и их применение в лечении шизофрении.- М.: Медицина.-
1964.- 304с.
2. Аврутский Г.Я., Гурович И.Я., Громова В.В. Фарма-
котерапия психических заболеваний.- М.: Медицина.- 1974.-
470с.
3. Авруцкий Г.Я., Малин Д.И. Социальная и клиничес-
кая психиатрия. 1994.- 2: 70-5.
4. Аведисова А.С. Неблагоприятные события при тера-
пии нейролептиками: побочные эффекты и осложнения //
Психиатрия и психофармакотерапия. Журнал им. П.Б. Ган-
нушкина.- 2007.- Т.9, №5.- С.14-18
5. Арана Д., Розенбаум Д. Фармакотерапия психичес-
ких расстройств (Пер. с англ. под ред. С.Н. Мосолова).- М.:
Билом, 2004.- 415с.
6. Бурковский Г.В., Левченко Е.В., Беркман А.М. Об
исследованиях здоровья и качества жизни // Обозр. психи-
атр. и мед. психол.- 2004.- 1:27-8.
7. Губский Ю. И. Шаповалова В. А. Кутько И. И. и др.
Лекарственные средства в психофармакологии.- К.:Здоровь-
е,Харьков: Торсинг,1997.-282 с.
8. Доклад о состоянии здравоохранения в мире «Пси-
хическое здоровье: новое понимание, новая надежда».- М.,
2001.- 215 с.
9. Дроговоз С. М., Страшний В. В. Фармакологія на
допомогу лікарю, провізору та студенту: Підручник-довід-
ник.- Харків: ХАІ, 2002.- 480 с.
10. Дюкс М.Н. Побочное действие лекарственных
средств.- М.: Медицина, 1983.- C. 61-74.
11. Жислин С.Г. Об изменениях в течении и симптома-
тике психозов при лечении современными психотропными
средствами. В кн.: Вопросы психофармакологии.- М., 1962.-
С.73-86.
12. Калинин В.В. К проблеме отграничения новых ней-
ролептиков от классических: сопоставление клинического и
нейрохимического подходов // Психиатрия и психофарма-
котерапия.- 2001.- Т. 3.- № 4.- С. 6.
13. Левит В.Г. О поддерживающем и купирующем лече-
нии шизофрении нейролептическими средствами // Журнал
невропатологии и психиатрии.- 1960.- 5, 602.
14. Малин Д.И., Козырев В.В., Равилов Р.С. Экстрапи-
рамидные побочные эффекты нейролептиков: классифика-
ция и современные способы коррекции// Психиатрия и пси-
хофармакотерапия.- 2001.- Т.3.- №6.
15. Масловский С.Ю. Некоторые аспекты дифференци-
рованного подхода к лечению нейролептиками больных
шизофренией // Российский психиатрический журнал.- 2008.-
№2.- С.75-80
16. Мосолов С.Н. Современная антипсихотическая фар-
макотерапия шизофрении // Русский медицинский журнал.-
2004.- № 10.- С.6.
17. Незнанов Н.Г., Вид В.Д. Проблема комплайенса в
клинической психиатрии // Психиатрия и психофармакоте-
рапия.- 2004.- Т. 6.- № 4.
18. Незнанов Н.Г., Масловский С.Ю., Иванов М.В. Ка-
чество жизни больных шизофренией в процессе противоре-
цидивной терапии // Психиатрия и психофармакотерапия.-
2004.- Т.6.- №5.
19. Нуллер Ю.Л. Практические аспекты психофармако-
терапии: трудности и ошибки // Психиатрия и психофарма-
котерапия.- М., 2002.- 4 (1).
20. Смолко Д.Г. Патоморфологічні зміни Substantia Nigra
при тривалому застовуванні нейролептиків.- автореф.- К.,
2004.
21. Смулевич А.Б. К вопросу о депрессивных состоя-
ниях, возникающих в период лечения нейролептическими
средствами // Журнал невропатологии и психиатрии.-1961.-
№2.- 236с.
22. Тарасов Г.К. О нейролептическом синдроме // Жур-
нал невропатологии и психиатрии.- 1958.- №2.- 234c.
23. Шток В. Н. Фармакотерапия в неврологии.- М.: Ме-
дицина, 1995.- 225с.
24. Шток В. Н., Левин О. С. Лекарственные экстрапирамид-
ные расстройства // В мире лекарств.- 2000.- № 2.- С.12-15.
25. Шток В.Н., Левин О.С., Федорова Н.В. Экстрапира-
мидные расстройства.- М., 1998.- 128c.
26. Штульман Д. Р., Левин О. С. Гиперкинезы // Спра-
вочник практического врача по неврологии.- М.,1999.-
С.255-259
27. Adler L.A., Rotrosen J., Edson R. et al. Vitamin E
treatment for tardive dyskinesia.- Arch. Gen. Psychiatry.- 1999.-
56: 836–841.
28. Arana G.W., Goff D., Baldessarini R.J., et al. The effect
of anticholinergic prophylaxis on neuroleptic-indused dystonia
// Am. J. Psychiatry.- 1988.- 145:993.
29. Baldessarini R. J., Cole J. O., Davis, J. M. // Am. J.
Psychiatry.- 1980.- Vol. 137.- P.1163-1172.
30. Bench C. J. et al. // Psychopharmacology.- 1993.- Vol.
112.- P.308-314.
31. Bridder R, Umbricht D. Atypical antipsychotics in the
treatment of schizophrenia.- Swiss. Med. Wkly.- 2003.- 133:
63–76.
32. Burke R.E., Fahn S., Jankovic J., et al. Tardive dystonia:
late-onset and persistent dystonia caused by antipsychotic drugs
// Neurology.- 1982.- V.32.- P.l335-1346.
33. Burke R. Neuroleptiс-induced tardive dyskinesia
variants// In: Lang A. E., Weiner W. I. eds. Drug-induced
movement disorders.- Mt. Kisco: Futura, 1992.- P.167-198.
34. Bymaster F, Rasmussen K, Calligaro D. et al.// J. Clin.
Psychiatry.- 1997.- 58 (Suppl. 10): 28-36.
35. Caligiuri M.P., Lacro J.P., Jeste, D.V. Incidence and
predictors of drug-induced parkinsonism in older psychiatric
patients treated with very low doses of neuroleptics// J. Clin.
Psychopharmacol.- 1999.- 19(4): p.322-8.
36. Carpenter W.T., Buchanan R.W. Schizophrenia. N. Engl.
// J. Med.- 1994.- 330:681–690.
37. Casey D.E. Side effect profiles of new antipsychotic
agents// Psychiatr. Clin. N. Am.- 1996.- 57 (suppl 11) : 40.
38. Chakos M., Shirakawa O., Liebrman J. et al. Striatal
enlargement in rats chronically treated with neuroleptic// Biol.
Psychiatry.- 1998.- Vol. 44.- P.684-765.
39. Chouinard G., Annable L., Ross-Choiunard A. et al. A
five year prospective longitudinal study of tardive dyskinesia:
factors predicting appearance of new cases// J. Clin.
Psyhopharmacol.- 1988.- 8 (suppl) :12.
40. Cornella C. Drug-induced movement disorders// In:
Movement disorders in clinical practice.- Ed. G. Sawlc. Oxford.-
1999.- P.73-92.
41. Correll C.U., Leucht S., Kane J.M: Reduced risk for
tardive dyskinesia with second-generation antipsychotics: a
systematic review of one-year studies // Am. J. Psychiatry (in
press)
42. Davis J.M., Chen N. Old versus new: weighing the
evidence between the first- and second-generation
antipsychotics // European Psychiatry.- 2005.- Vol. 20 – № 1.-
Р.1-27.
43. Decker B.L., Davis J.M., Janowsky D.S. et al.
Amantadine hydrochloride treatment of tardive dyskinesia //
NewEngl. J. Med.- 1971.- 285p.
44. Delay J, Deniker P. Methodes chimiotherapeutiques en
Psychiatrie.- Paris: Masson, 1961.- 496 p.
45. Fahn S., Burke R. Tardive dyskinesias and other
neuroleptic-induced syndromes. In: LRolwland (Ed.) Merrits
textbook of neurology.- 9th ed.-Williams &Wilkins, 1995.-
P.733-736.
46. Fahn W.E. Tardive dyskinesia and other drug – induced
movement disorders //Tardive dyskinesia. Research and
Treatment.- Ed. W. Fahr. New York, 1980.- P.215 -231.
47. Fahn W.E., Lake C.R. Amantadine versus
trihexyphenidyl in the treatment of neuroleptic induced
parkinsonism // Am. J. Psychiatry.- 1976.- 133: 940 – 943.
199
О Б З О Р Ы
48. Fibiger Н.С., Lloyd K.G. Neurobiological substrates of
tardive dyskinesia: the GABA hypothesis//Trends Neurosci.-
1984.- V.7.- P.462-464.
49. First M.B., Spitzer R.L., Gibbon M., Williams J.B.W:
Structured Clinical Interview for DSM-IV Axis I Disorders (SCID),
Clinician Version (User’s Guide and Interview). - Washington,
DC, American Psychiatric Press.- 1996.
50. Fitzgerald PM, Jankovic J. Tardive oculogyric crises //
Neurology.- 1989.- V.39.- P.1434-1437.
51. Fleischhacker W.W., Roth S.D., Kane J.M. The
pharmacologic treatment of neuroleptic-induced akathisia // J.
Clin. Psyhopharmacol.- 1990.- 10:12.
52. Frank A.F., Gunderson J.G.: The role of the therapeutic
alliance in the treatment of schizophrenia: relationship to course
and outcome.- Arch. Gen. Psychiatry.- 1990.- 47:228–236.
53. Gardos G., Casey D.E., Cole J.O. et al. Ten-year
outcome of tardive dyskinesia // Am. J. Psychiatry.- 1994.-
151:836.
54. Gershanic O.S. Drug-induced dyskinesias //In: J.Jankovic,
E.Tolosa (eds). Parkinson’s disease and movement disorders.
3nd ed.- Baltimore. Williams&Wilkins.- 1998.- P.579-599.
55. Gimenez-Roldan S., Mateo D., Bartolome P. Tardive
dystonia and severe tardive dyskinesia // Acta Psychiatr. Scand.-
1985.- V.71.- P.488-494.
56. Greil W., Haag H. et al. Effect of anticholinergics on
tardive dyskinesia. Aeon-trolled discontinuation study //Br. J.
Psychiatry.- 1984.- Vol. 145, N 9.- P.304-310.
57. Gurme L.M., Andren P.E. An animal model for
coexisting tardive dyskinesia and tardive parkinsonism: a
glutamate hypothesis for tardive dyskinesia //Clin.
Neuropharmacol.- 1993.- V.16.- P.90-95.
58. Hardie, R.J., Lees A.J., Neuroleptic-induced Parkinsons
syndrome: clinical features and results of treatment with
levodopa // J. Neural. Neurosurg. Psychiatry.- 1988.- 51(6): p.
850-4.
59. Hashoves L.- Rev. Neurol.- 1901.- 9, 22, 1107.
60. Jankovic J. Tardive syndromes and other drug-induced
movement disorders // Clin. Neuropharmacol.- 1995.- V. 18.-
P.197-214.
61. Janowsky D.S., Sekerke H.J., Davis J.M. Differential
effects of amantadine on pseudo – Parkinsonism and tardive
dyskinesia. Psychopharmacol. Bull.- 1973.- 9: 37-38.
62. Janssen P., Niemegeers C., Awonters F. et al. Risperidone
a new antipsychotic with serotonin – S2 and dopamine – P2
antagonistic properties // J. Pharm. Exp. Ther.- 1988.- P.685-
693.
63. Jeste D.V., Wyatt R.J. Prevention and management of
tardive dyskinesia // J. Clin. Psychiatry.- 1985.- Vol. 46, N4
(Sec. 2).- P.14-18.
64. Jeste D.V., Wyatt R.J. Therapeutic strategies against
tardive dyskinesia: two decades of experience. Arch. Gen.
Psychiatry.- 1982.- 39: 803 – 816.
65. Jeste D.V., Lacro J.P., Bailey A., et al. Lower icidence
of tardive dyskinesia with risperidone compared with haloperidol
in older patients // J. Am. Geriatr. Soc.- 1999.- 47: 716.
66. Jimenez F.J., Orti-Pareja M., Ayuso-Peralta L. Drug-
indused parkinsonism in a movement disorders unit: a four-
years survey. Parkinsonism Rel. Disord.- 1996.- 2: P.145-149.
67. Kang U. J., Burke R. E., Fahn S. Natural history and
treatment of tardive dystonia // Mov. Disord.- 1986.- V. 1.-
P.193-208.
68. Keefe R.S., Bilder R.M., Davis S.M. et al.
Neurocognitive effects of antipsychotic medications in patients
with chronic schizophrenia in the CATIE Trial. - Arch. Gen.
Psychiatry.- 2007.- 64 (6): 633–47.
69. Khot V., Egan M. F., Hyde T. M., Wyatt R. J.
Neuroleptics and classic tardive dyskinesia // In: Lang A. E.,
Weiner W. J. eds. Drug-induced movement disorders. Mt. Kisco:
Futura.- 1992.- P.121-166.
70. Klawans H.L. Recognition and diagnosis of tardive
dyskinesia // J. Clin. Psychiatry.- 1985.- Vol. 46, N 4 (Sec. 2).-
P.3-7.
71. Klawans H.L., Tanner C.M., Goetz C.G. Epidemiology
and pathophysiology of tardive dyskinesia // Adv. Neurol.- 1988.-
V.49.- P.185-197.
72. Lang A.E. Akathisia and the restless syndrome // In:
J.Jankovic, E.Tolosa (eds). Parkinson’s disease and movement
disorders, 2nd led.- Baltimore. Williams&Wilkins.- 1993.- P.399-
419.
73. Lerner V., Kaptsan A., Miodownik C. et al. Vitamin B6
in treatment of tardive dyskinesia: a preliminary case series
studi // Clin. Neuropharmacol.- 1999.- Vol. 22, N4.- P.241-
243.
74. Marti Masso J.F., Poza J.J. Drug-indused or aggravated
parkinsonism: clinical signs and the changing pattern of
implicated drugs // Neurologia.- 1996.- 11(1): p.10-5.
75. McEvoy J.P. A double – blind crossover comparison of
antiparkinsonian drug therapy: amantadine versus
anticholinergics in 90 normal volunteers, with an emphasis on
differential effects on memory function // J. Clin. Psychiatry.-
1987.- 48: (suppl. 9) 20 – 23.
76. McEvoy J.P., McCue M., Freter S. Replacement of
chronically administered anticholinergic drugs by amantadine
in outpatient management of chronic schizophrenia // Clin.
Ther.- 1987.- 9; 429-433.
77. Oh J.D., Chase T.N. Glutamate – mediated striatal
dysregulation and the pathogenesis of motoresponse
complications in Parkinsons disease. Amino Acids.- 2002.-
23;133- 139.
78. Rubey R.N., Arana G.W. Cognitive akathisia: clinical
and theoretical aspects. In: A.B. Joseph, R.R.Young (Eds).
Movement disorders in neurology and neuropsychia.- Blackwell
Science.- 1999.- P.84-88.
79. Sachdev P. The epidemiology of drug-induced akathisia:
part 1. Acute akathisia // Schizophr. Bull.- 1996.- Vol. 21.-
P.431-449.
80. Schreiber G., Avissar S., Umansky R. et al. Implications
of muscarinic receptor heterogeneity for research on tardive
dyskinesia. In: Wolf ME, Mosnaim T, eds. Tardive Dyskinesia:
Biological Mechanisms and Clinical Aspects.- Washington, DC:
American Psychiatric Association.- 1988.- P.23-28.
81. Seeman P. Atypical antipsychotics: mechanism of
action // Can. J. Psychiatry 2002.- 47: 29–38.
82. Stacy М., Cardoso F., Jankovic J. Tardive stereotypy
and other, movement disorders in tardive dyskinesias //
Neurology.- 1993.- V. 43.- P. 937-941.
83. Stacy М, Jankovic J. Tardive tremor// Mov. Disord.-
1992.- V.7.- P.53-57.
84. Steen V.M., Lovlie R., MacEwan Т., McCreadie R.G.
Dopamine D2 receptor gene variant and susceptibility to tardive
dyskinesia in schizophrenic patients // Mol. Psychiatry.- 1997.-
2: 86- 88.
85. Tarsey D. // Clin. Neuropharmacol.- 1999.- Vol. 6.-
Suppl. 1.- P.9-26.
86. Viguera A.C., Baldessarini R.C. Neuroleptic withdrawal
in schizophrenic patients. Arch. Gen. Psychiatry.- 1995.-52:189.
87. Wojcik J.D., Falk W.E., Fink J.S., Cole J.O., Gelenberg
A.J. A review of 32 cases of tardive dystonia // Am. J. Psychiatry.-
1991.- V.148.- P.1055-1059.
88. Woodward N.D., Purdon S.E., Meltzer H.Y., Zald D.H.
A meta-analysis of cognitive change with haloperidol in clinical
trials of atypical antipsychotics: dose effects and comparison
to practice effects.-Schizophr. Res.- 2007.- 89 (1-3): 211–24.
89. Worrel J.A., Marken P.A. et al. Atypical antipsychotic
agents: a critical review //Am. J. Health Syst. Pharm.- 2002.-
57: 238–55.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-25228 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 2070-8092 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T18:48:36Z |
| publishDate | 2009 |
| publisher | Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Плотникова, Е.В. 2011-08-03T10:48:06Z 2011-08-03T10:48:06Z 2009 Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении / Е.В. Плотникова // Таврический медико-биологический вестник. — 2009. — Т. 12, № 1 (45). — С. 192-199. — Бібліогр.: 89 назв. — рос. 2070-8092 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/25228 616.895+616.7:615.06 В огляді представлені в історичному аспекті дані щодо класифікації, клініки і лікування лікарсько- індукованих рухових розладів при шизофренії (від початку ери нейролептиків до теперішнього часу). Дано опис патогенезу даних розладів. 
 
 Відображені актуальність пошуку нових методів діагностики, лікування і 
 
 профілактики DIMD-розладів для покращення якості життя хворих на шизофренію. Data on classification, clinical finding, and treatment of medication-induced motor disorders at schizophrenia (from the beginning of the era of neuroleptics to the present time) are reviewed in a historical aspect. Pathogenesis of these disorders is decribed. The author shows topicality of finding new methods of diagnostics, 
 treatment, and prophylaxis of DIMD-disorders for improvement of schizophrenia patients’ life quality. ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Таврический медико-биологический вестник Обзоры Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении Лікарсько-індуковані рухові розлади при шизофренії Medication-induced motor disorders at schizophreniа Article published earlier |
| spellingShingle | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении Плотникова, Е.В. Обзоры |
| title | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении |
| title_alt | Лікарсько-індуковані рухові розлади при шизофренії Medication-induced motor disorders at schizophreniа |
| title_full | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении |
| title_fullStr | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении |
| title_full_unstemmed | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении |
| title_short | Лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении |
| title_sort | лекарственно-индуцированные двигательные расстройства при шизофрении |
| topic | Обзоры |
| topic_facet | Обзоры |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/25228 |
| work_keys_str_mv | AT plotnikovaev lekarstvennoinducirovannyedvigatelʹnyerasstroistvaprišizofrenii AT plotnikovaev líkarsʹkoíndukovaníruhovírozladiprišizofreníí AT plotnikovaev medicationinducedmotordisordersatschizophrenia |