Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ
Рассматривается предложенная К. Поппером общая картина мироздания, представленная генетически едиными «тремя мирами» (мир физических феноменов; мир ментальных, или психических, состояний; мир объективного содержания мышления и его продуктов) и включающая самость как самосознающее сознание. Сравниваю...
Saved in:
| Published in: | Наука та наукознавство |
|---|---|
| Date: | 2011 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Центр досліджень науково-технічного потенціалу та історії науки ім. Г.М. Доброва НАН України
2011
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/30739 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ / В.Л. Храмова // Наука та наукознавство. — 2011. — № 1. — С. 34-48. — Бібліогр.: 80 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859716588122406912 |
|---|---|
| author | Храмова, В.Л. |
| author_facet | Храмова, В.Л. |
| citation_txt | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ / В.Л. Храмова // Наука та наукознавство. — 2011. — № 1. — С. 34-48. — Бібліогр.: 80 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Наука та наукознавство |
| description | Рассматривается предложенная К. Поппером общая картина мироздания, представленная генетически едиными «тремя мирами» (мир физических феноменов; мир ментальных, или психических, состояний; мир объективного содержания мышления и его продуктов) и включающая самость как самосознающее сознание. Сравниваются взгляды К. Поппера и Гегеля, Фреге, Хайдеггера. В заключение дана общая оценка концепций философа.
Розглядається запропонована К. Поппером загальна картина світобудови, що представлена генетично єдиними «трьома світами» (світ фізичних феноменів; світ ментальних, або психічних, станів; світ об’єктивного змісту мислення та його продуктів) та містить самість як самосвідому свідомість. Порівнюються погляди К. Поппера та Гегеля, Фреге, Хайдеггера. На завершення дано загальну оцінку концепцій філософа.
The model of the universe, offered by K.Popper, is discussed, which is represented by the generically uniform “three worlds” (the world of physical phenomena, the world of mental, or psychic, conditions, the world of the objective content of thought and its products), and contains “self” as a self-conscious consciousness. Views of K.Popper are compared with ones of Hegel, Frege, Heidegger. In conclusion, a general appraisal of K.Popper’s conceptions is given.
|
| first_indexed | 2025-12-01T08:12:18Z |
| format | Article |
| fulltext |
Science and Science of Science, 2011, № 134
Методологія та соціологія науки
В.Л. Храмова
Критический очерк философии
Карла Поппера. ІІІ
Рассматривается предложенная К.Поппером общая картина мироздания, пред-
ставленная генетически едиными «тремя мирами» (мир физических феноменов;
мир ментальных, или психических, состояний; мир объективного содержания
мышления и его продуктов) и включающая самость как самосознающее сознание.
Сравниваются взгляды К. Поппера и Гегеля, Фреге, Хайдеггера. В заключение дана
общая оценка концепций философа.
3. Метафизика «трех миров»
В 60—70-е годы минувшего века в
англоязычной философии начинается
реакция на антифундаментализм теоре-
тических моделей «идеологически на-
груженной» науки, отказавшейся от ста-
туса объективной истины. В связи с этим
происходит дискредитация сознания
как «духа в машине» или «гомункулуса в
теле» [67]. В этом контексте разрабатыва-
ются «научный реализм» — У.О. Куайн,
У. Селларс, А. Айер, Д. Мэкки, Г. Гат-
тинг и др.; «научный материализм» —
Дж.Дж. Смарт, Х. Патнэм, Д. Армстронг
и др. [68]. Причем обновленная интер-
претация проблем реализма и материа-
лизма совершается с использованием
методов физикалистского редукциониз-
ма и лингвистического анализа.
Это приводит к тому, что в одних
случаях «метафизические» онтологи-
ческие построения оказываются абсо-
лютизированными образами научно-
теоретических картин мира (либо реду-
цируются к ним), а в других — духовное
выступает эпифеноменом физико-био-
логических процессов. Причем прямая
эмпирическая редукция психических
процессов к нейрофизиологическим ока-
зывается прерогативой специально-
научного исследования. Философский
же аспект проблемы усматривается чаще
в гносеологическом, лингвистическом
и логическом анализе языков описания
сознания и реальности (физикалистско-
го — нейрофизиологического и бихевио-
ристского — и феноменального) с целью
осмысления их объяснительных возмож-
ностей и гносеологической корреляции.
Подобным решениям Карл Поппер
противополагает альтернативную анти-
редукционистскую «пробную» теорию,
созданную в контексте эволюционно-
биологической парадиг мы Ч. Дарвина.
Последняя взята в качестве «метафи-
зической исследовательской програм-
мы».
Разработанная культурно-эволю-
цион ная метафизика должна, как по-
ла гает философ, защитить «мента-
лизм», обосновав реальность сознания и
субъективно-личностного, а также прео-
долеть недостатки культурологических и
© В.Л. Храмова, 2011
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 35
персоналистических моде лей, оторван-
ных от науки (психологически нагружен-
ные фрейдизм, хайдеггерианство и пр.).
Она нацелена на философско-научное
решение психофизической проблемы.
Следует отметить, что метафизиче-
ская переориентация К. Поппера вовсе
не была столь неожиданной, как по-
лагал Запад (в особенности философы
науки). Дело в том, что уже гносеологи-
ческая акцентуация «Логики исследова-
ния» (1934) — фальсифицируемость (а не
верифицируемость) как критерий «под-
линно эмпирической науки»; научное от-
крытие как результат конкурентной борь-
бы одних теорий с другими, более совер-
шенными (а не инсайт, совершающийся
в глубинах индивидуальной психики);
признание метафизики как необходимой
ступени в становлении знания — была
выведением анализа возникновения
и роста знания за рамки субъективно-
личностного опыта в область объектив-
ного, в деятельностную сферу историче-
ского по своему содержанию духа. Это
и послужило основанием последующей
эмерджентно-эволюционной трактовки
ученым сознания и знания, его метафи-
зики «трех миров».
К. Поппер разработал свою фило-
софию в основном в работах 70—80-х
годов. Особо интересна в этом плане
книга «Самость и ее мозг. Аргумент в
пользу интеракционизма» (в соавтор-
стве с Дж. Экклзом, известным нейро-
биологом) [69]. Опираясь на эволюци-
онизм в его эмерджентном варианте,
ученый конструирует плюралистиче-
скую Вселенную с нередуцируемыми
уровнями реальности:
1) миром физических феноменов на
микро-, макро-, мегауровнях; 2) миром
ментальных, или психических, состоя-
ний — субъективных состояний созна-
ния; на этом уровне реальности каждый
человек, располагая личным знанием
и уникальным жизненным опытом,
строит свой особый мир и живет в нем;
разно образие личностных воззрений
порождает проблему взаимопонима-
ния; 3) миром объективного содержания
мышления и его продуктов (постановка
проблемы, гипотеза, теория, проект и
т.д.); это — мир коллективного знания,
преодолевающий отчужденность субъек-
тивных миров, личную ограниченность;
приобщение к общечеловеческому ведет
к сближению, взаимообщению и взаи-
мообогащению субъектов творчества.
Все эти миры генетически едины. Дви-
жущим фактором эмерджентной эволю-
ции становится метафизически (онтоло-
гически) интерпретированный принцип
фальсификационизма — закон «проб и
ошибок», «естественного отбора», «пред-
положений и опровержений». Одновре-
менно он предполагает индетерминизм
и двунаправленную — «восходящую» и
«нисходящую» — каузальность.
Объективно сущие возможности-
предрасположенности физического
мира обусловили возникновение орга-
ники, животной психики, а случайные
«мутации» в последней — появление
языка и сознания. Одновременно с этим
формируется и способность самости как
«пилота корабля-тела» (Платон) к транс-
ценденции продуктов мышления (науч-
ного и художественного) в «мир 3». Это —
трансценденция на новый эмерджент-
ный уровень — уровень рациональности.
Выделенные Поппером реалии (уровни
эмерджентности) находятся в отноше-
нии интеракции, взаимодействия, но не
редуцируемы друг к другу.
Особо интересна попперовская тео-
рия «мира 3», расположенного «нигде».
Очевидная историчность науки, опре-
деляющей стандарты рациональности,
перечеркивает абсолютный характер
В.Л. Храмова
Science and Science of Science, 2011, № 136
последних. Поэтому К. Поппер вынуж-
ден весьма решительно отграничить от
науки «объективное познание», в рам-
ках которого только и возможно логи-
чески корректное соотнесение строго
определенных уровней эмпирического
и теоретического. Что и выступает вне-
временным, универсальным основани-
ем рациональности науки. «Мир 3» —
рациональная наука как результат объ-
ективного познания — относительно
независим от своих творцов. Ведь «оби-
татели» этого мира инициируют совер-
шенно удивительные для его создателей,
непредсказуемые следствия. К приме-
ру, числовой ряд вавилонян воплощал
позднее реализованную возможность
возникновения и теоремы Евклида, и
всей последующей математики.
Чрезвычайно велико влияние «мира
3» как на сознание людей, так и на «оче-
ловечиваемую» ими природу. В сущ-
ности вся цивилизация предстает с
определенной точки зрения опредме-
чиванием идеальных сущностей с це-
лью обретения относительной свобо-
ды — и от жесткой генетической запро-
граммированности, и от неумолимости
законов природы.
К. Поппер усматривает глубокое
сходство «обитателей» «мира 3» с пла-
тоновскими идеями-первообразами
(эй до сами), пребывающими в качестве
тринсцендентных форм в «занебесном
месте». Как и у Поппера, они — умопо-
стигаемые объекты достоверного науч-
ного знания, существующие отдельно
от сопричастных им единичных вещей.
Аристотель, как известно, не принял
«раздельности» формы и существования
и наделил понятие эйдоса новым зна-
чением — «имманентной формы», не-
отделимой от материального субстрата.
В «среднем платонизме» [70] (Альбин)
осуществляется синтез обеих трактовок:
платоновские идеи-эйдосы становят-
ся «мыслями Бога», а аристотелевские
формы-эйдосы — отображением идеи в
материи, то есть имманентными умопо-
стигаемыми сущностями 2-го порядка.
Н.С. Юлина в ряде работ [71] наста-
ивает на стихийном воспроизведении
К. Поппером структур и схем немецкой
классической, в частности гегелевской,
философии. Она утверждает, что у «оби-
тателей» попперовского «мира 3» больше
сходства с самодеятельным абсолютным
духом Гегеля, нежели со статичными
«идеями» и «формами» Платона. Объяс-
няется это отчасти подобием гносеоло-
гической ситуации в философии конца
ХVІІІ — начала ХІХ в. и середины ХХ в.
Гегелевская диалектика родилась как ре-
акция на механико-натуралистические
и эмпирико-феноменологические фор-
мы философии (и редукционистские
концепции сознания), а попперовская
эмерджентная метафизика — в ходе кри-
тики неопозитивистского механицизма:
кумулятивистского идеала науки, мето-
дологического эмпиризма и индукти-
визма, физикалистского редукционизма
в трактовке феномена сознания. Однако
сам Поппер категорически отвергал
свою сопричастность гегельянству. Но
отчего?
Абсолютный дух Гегеля — заключи-
тельное звено самодвижения абсолют-
ной идеи, которая, пройдя в своем раз-
витии ступени логики и природы, в раз-
уме человека постигает самое себя. Вос-
хождение духа к абсолютному знанию
(и самосознанию) совершается в формах
искусства, религии, философии. В ис-
кусстве — посредством образного созер-
цания и чувственно-внешнего изображе-
ния идеи; в религии — через ее образно-
эмоциональное переживание; наконец,
в философии абсолютная идея раскры-
вается как мыслящее себя понятие. Речь
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 37
идет в сущности о мистифицированных
формах общественного сознания в их
абстрактном содержании как предпо-
сылке свободного, сознательного, вне
всяких ограничений творчества — под-
линной стихии духа. При этом сущность
сознания, реализующего себя в культу-
ре, исследуется сквозь призму законов
диалектики — перехода количественных
изменений в качественные и обратно,
единства и борьбы противоположностей,
отрицания отрицания.
Несомненно, логика научного от-
крытия К. Поппера сравнительно с
неопозитивистской логикой науки
проникнута идеей развития. Ученый
создает теорию роста, становления на-
учного знания как бесконечного про-
цесса предположений и опровержений
на основе принципов фаллибилизма,
критического рационализма и фольси-
фикационизма. Его метафизика также
фундирована историзмом и проблема
сознания анализируется в контексте
физической, биологической, культур-
ной эволюции. При этом К. Поппер,
как и Г.-В.-Ф. Гегель,— представитель
«философии процесса». Однако этим
общность установок двух мыслите-
лей исчерпывается, если, конечно, не
вспомнить о дружном игнорировании
обоими философами как социально-
практической, так и экзистенциальной
природы реального субъекта познания.
Конституенты попперовского «мира
3» задают иное (сравнительно с гегелев-
ским) культурное пространство соеди-
ненных смыслов. «Третий мир», воз-
никший «из высших функций человече-
ского языка», несравнимо заземленнее
абсолютной идеи немецкого философа,
с него решительно сдернут мистический
флер. Его «обитатели» — вполне земно-
го происхождения. Это — выдержавшие
проверку временем объективно значи-
мые продукты людского разума, наде-
ленного творческим воображением. Они
охватывают как научные идеи (естество-
знание, математика, логика), так и сово-
купность «поэтических мыслей и про-
изведений искусства». О философии в
гегелевском понимании и религии здесь
речь не идет. Эмерджентная метафизи-
ка Поппера — скорее слепок научно-
художественной онтологии, в основе
которой эволюционно-биологицистская
парадигма, весьма отличная от постула-
тов гегелевской диалектики.
«Самодействие» третьего мира
мало походит на самораскрытие геге-
левской абсолютной идеи, завершаю-
щееся диалектическим восхождением
духа к абсолютному знанию (и самосо-
знанию). Его «обитатели», как и плато-
новские эйдосы, скорее статичны. Од-
нако это обстоятельство нисколько не
умаляет их огромный творческий по-
тенциал. Они, как бы покоясь, идей-
но объемлют мир, задают нормативы
культуротворчества. А их символиза-
ция на предметном поле цивилизации
обращает материальные воплощения
идеи в знаки и сигналы больших чело-
веческих смыслов и ценностей. Вещи
обретают свой голос, и мир оборачива-
ется к нам событиями, чреватыми по-
тенциальным словом.
В результате можно говорить о
культурно-исторической предзадан-
ности (в образно-архетипическом ду-
хе) объективного смыслового поля
человеческого бытия, об эффекте об-
ратного воздействия наших творений
на нас самих.
При этом становление идеи в этом
контексте ничуть не похоже на гегелев-
скую диалектическую логику развития:
полагание определенности, ее раскол
на противоположные смысловые по-
люса, «снятие» противоречия в общно-
В.Л. Храмова
Science and Science of Science, 2011, № 138
сти более высокого порядка. Бытийно-
му воплощению идеи присуща скорее
вероятностная (нелинейная, полива-
риантная) логика, предполагающая
творческое освоение реальности как
закономерного (необходимого) потока
потенциальных предрасположенно-
стей природного и социального бытия,
а также внутреннего мира человека.
При этом каждая из наличествующих
возможностей в силу особой роли слу-
чая обладает только определенной ве-
роятностью (шансом) перехода в дей-
ствительность, порождающую новый
спектр предрасположенностей [72].
В основе попперовского самодви-
жения знания (проблема — пробное
решение — его проверка с устране-
нием ошибок — новая проблема, не-
предсказуемо возникающая в процессе
наших творческих усилий), как и в ге-
гельянстве, — деятельностная само-
актуализация идеи, но по другой схе-
ме: не гегелевский тезис—антитезис—
синтез, а порожденный соответству-
ющим фрагментом «мира 3» спектр
предрасположенностей-возможностей,
каждая из которых располагает опреде-
ленной степенью вероятности (шансом)
стать действитель ностью. Это становле-
ние может быть реализовано наделенной
творческим воображением самостью в
адекватном акте созидания. Сотворен-
ная реальность (научная теория, произ-
ведение искусства), обогащая «третий
мир», таит в себе новые возможности-
предрасположенности для неиссякае-
мого духовного творчества.
Кроме того, в отличие от гегелев-
ского неуклонного восхождения духа
к абсолютному знанию (и самосозна-
нию) попперовский итоговый резуль-
тат творчества заведомо релятивен.
Именно здесь — онтологические кор-
ни фаллибилизма ученого, его крити-
ческого рационализма, фальсифика-
ционизма, всей теории роста научного
знания как нескончаемого процесса
смелых предположений и решитель-
ных опровержений, процесса, столь
отличного от саморазвертывания абсо-
лютной идеи немецкого идеализма. Не-
сколько гиперболизированный реляти-
визм К. Поппера разительно противо-
стоит гипостазированию абсолютного
в познании Г.-В.-Ф. Гегелем. Видимо,
в этом кроется одна из причин катего-
рического отмежевания английского
философа от гегельянства.
К тому же нельзя не учесть и прин-
ципиально иной трактовки Поппером
человека, самости, языка и прочего.
Особо резко конфронтирует с гегелев-
ской абсолютной идеей попперовское
сознание, «опущенное» в «мир 1». Его
медленное становление совершается в
процессе модификации способности
организма к активно-деятельностному
воздействию на среду. Возникшая пу-
тем естественного отбора эта способ-
ность эволюционирует, накапливая
запрограммированную генетически
бессознательную информацию. На
каком-то этапе последняя стимулирует
переход на новый эмерджентный уро-
вень — появления языка и сознания.
Весьма дискуссионной является
также интерпретация решения вопроса
о соотношении объективного познания
и субъективного сознания в метафи-
зике «трех миров». Превалирует точка
зрения, согласно которой автономность
«мира 3» предполагает детерминацию
новых идей логическими возможностя-
ми объектов этого мира — уже имею-
щихся теорий, проблемных ситуаций и
т.д. А задача субъективного духа ограни-
чена инициацией идеальных следствий
из наличного культурного материала
и, тем самым, превращением возмож-
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 39
ности в действительность. Отсюда сле-
дует вывод об отрицании К. Поппером
творчески-самодеятельной сущности
индивидуального сознания [73].
Это рассуждение предполагает ли-
нейный механизм необходимой причин-
но-следственной связи, то есть детер-
минизм лапласовского толка. Но он-то
как раз и не свойствен эволюционно-
эмерджентной метафизической про-
грамме К. Поппера. Любой конституент
третьего мира располагает не одной воз-
можностью — причиной, закономерно
порождающей следствие, — а спектром
возможностей своей актуализации на
новом витке истории. И задача индиви-
дуального сознания, наделенного твор-
ческим воображением,— разглядеть,
прозреть оптимальнейшую из них для
перевода ее в действительность. Скажем,
в проблемной ситуации — выдвинуть
фундаментальную научную идею, спо-
собную стать основанием теории, раз-
решающей кризис. Эта задача обычно
связана с интуитивно-творческой кате-
гориальной перестройкой индивидуаль-
ного мышления, требующей обращения
исследователя в трансцендентальный
субъект познания, опирающийся на весь
опыт рода (как «внешний», так и «вну-
тренний»). И решение ее мало походит
на автоматическое выведение следствия
из наличествующей причины, на логиче-
ски однозначный перевод возможности в
действительность.
При этом конкретный исследова-
тель, вносящий существенную лепту
в идейное развитие своей науки,— не
только человек во всей «тотальности»
его существования, но и, конечно же,
человек в его культурно-исторической
особенности и личностной уникально-
сти. Поэтому ему присущ своеобраз-
ный характер вопросов и ответов, ори-
гинальное усвоение интенсионально-
смысловой сферы науки и культуры
в целом. Его понимание проблемы, а
следовательно, и свободный поиск ее
решения реализуется в сущности по
стенограмме гуманитарного мышле-
ния — стенограмме диалога особого
вида: автора осваимого текста и авто-
ра реконструированного контекста,
в котором воплощается познающая и
оценивающая мысль ученого. В этом
диалоге неизбежно возникновение
различных ассоциаций в мозгу иссле-
дователя, актуализирующих на основе
«межкультурного резонанса» опреде-
ленные пласты прошлой культуры,
попперовского третьего мира. Оттого
научное открытие как результат сво-
бодного поиска и выбора всегда содер-
жит «логическую» и «нелогическую»
компоненты, оптимальное сочетание
которых и придает ему особую весо-
мость, фундаментальность, не лишая,
однако, его оригинальности.
Далее важно подчеркнуть, что при
переводе индивидуальным сознани-
ем творца одной из предрасположен-
ностей «мира 3» в действительность
поток возможностей выделенного
нормативного конституента культуры
относительно «угасает». Однако же
реализованное событие потенциально
содержит новую вариабельную схему
научного прогресса. Его источник —
очередной побег ветвящегося и уходя-
щего в бесконечность древа познания.
В результате ученый (художник) по-
рождает принципиально новые воз-
можности действительности, то есть
создает нормативные ценности куль-
туры с их неиссякаемым творчески-
смысловым потенциалом.
Попперовская теория «третьего
мира» — триумфальный гимн культу-
ре, ее удивительной мощи, уникально-
сти, относительной независимости от
В.Л. Храмова
Science and Science of Science, 2011, № 140
вездесущего психологического инди-
вида. Это — завершающий этап «эпи-
стемологии без познающего субъекта»,
святая обитель нетленных и неисчер-
паемых смыслов-ценностей, консти-
туируемых «логическими шпорами, а
не психологическими импульсами».
«Мир 3» — олицетворение, вопло-
щение, репрезентация широко декла-
рируемой К. Поппером линии анти-
психологизма, суть которой в: а) утверж-
дении некорректности объяснения и
обоснования содержания науки пси-
хическими процессами; б) выведении
субъекта за рамки науки, методы кото-
рой обеспечивают получение объектив-
но значимых результатов.
Однако строго провести эту линию
философу (как и его предшественни-
кам — Канту, Гуссерлю и другим) не
удается. Дело в том, что интеракция
«мира 1» и «мира 3» возможна только
с помощью опосредующего звена —
«мира 2», где переплетены чувства сча-
стья и горя, наслаждения и отвращения,
восприятия пространства и времени,
подсознательная память и предощуще-
ние грядущего, коллективное бессозна-
тельное, порождающее инстинктивные
реакции и импульсы к действию, и т.д.
Это — ментальность, опирающаяся на
мозг, но не идентифицируемая с ним.
«Мир 2» — мощный фундамент самости,
содержащий биологическую и диспози-
ционную компоненты. Это — нижняя
скрытая часть айсберга, действующая
на сознание бессознательно либо под-
сознательно (генетическая и подсозна-
тельная память, определяющая извест-
ный способ понимания и готовность к
действию, к некоторым реакциям и ти-
пам поведения, ожидания и интуиция).
К. Поппер подчеркивает огромную роль
Канта, впервые осознавшего априорный
характер формы, способа организации
знания, подчеркнувшего значимость со-
держательных предпосылок познания.
Но сегодня наука идет дальше: согласно
новейшим данным, в биохимическую
структуру всех организмов инкорпори-
ровано до 99% знания. И чувственные
данные истолковываются, как правило,
на основе дорефлексивных идей, оттого
нередко — ложно. С возникновением
языка, способного выразить творческую
деятельность воображения и самореф-
лексию самости, появляется сознание
как трансценденция психофизического
уровня «мира 2», который восходит к
«миру 3».
В результате «мир 3» фундирует-
ся самостью как самосознающим со-
знанием. И только через это опосре-
дование — реалиями «мира 1». При
этом самость, утверждает философ,
единственный агент во Вселенной, на-
деленный активностью в подлинном
смысле этого слова. Она способна к
самооценке, коррекции, созданию но-
вых смыслов.
В контексте развиваемого Поп-
пером эволюционно-биологического
подхода самость, самосознающее со-
знание, формируется в историческом
процессе адаптации к внешнему миру.
При этом «значимость приобретен-
ной информации определяется почти
целиком врожденной способностью
человека использовать (и корректиро-
вать) ее на базе унаследованного бес-
сознательного знания» [74].
В основе адаптивного процесса, со-
вершенствующего самость как самосо-
знающее сознание,— механизм есте-
ственного отбора. По убеждению фило-
софа, любая эмердженция (биологи-
ческий организм либо научная теория)
является «теорией об окружении» —
«структурой-ожиданием», или «заявкой
на жизненность». Она прогрессирует
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 41
путем пробных мутаций и отбора более
приспособленных особей или теорети-
ческих вариантов через «эмминацию
ошибок». В этом вопросе К. Поппер
опи рается на концепции Ж.-Б. Ламар-
ка, Дж. Болдуина, Л. Моргана об актив-
ном взаимодействии организма и среды
и собственную, разработанную ранее
теорию роста научного знания.
Учитывая установленную анало-
гию между лингвистическими и гене-
тическими феноменами (работы со-
временных генетиков — П. Медоуэ-
ра, Т. Добжанского, Р. Сперри и др.),
Поппер гипотетически допускает, что
эволюция культуры есть продолжение
генетической эволюции «средствами
объектов «мира 3», и прежде всего,
языка». Более того, он предполагает,
что само становление коры головного
мозга, а вместе с нею — и человеческо-
го сознания, самости, является резуль-
татом появления языка как «мощного
фактора отбора». Селекция путем раз-
вития диспозиции к усвоению языка
в культурной среде совершенствует
самость, обеспечивая ее оптимальную
адаптацию к внешнему окружению,
адекватное решение нетривиальных
проблем в ситуациях выбора.
Не отрицая органичной связи духов-
но-личностных проявлений человека
с определенными процессами мозга,
К. Поппер настаивает на реальности
самости — как совокупности мыслей и
чувств человека, его интеллектуальных
намерений и эмоциональных пережива-
ний, его надежды и отчаяния, счастья и
горя. Самость — то, «что есть человек»,
его «душа» (без религиозной окраски это-
го понятия), которая обладает «квазисуб-
станциальной природой», если толковать
субстанцию как процесс, активность,
деятельность. Сократ и Платон образно
мыслили ее в качестве «пилота корабля-
тела», обеспечивающего самоконтроль
личности. По словам К. Поппера, «как
пилот самость одновременно наблюдает
и предпринимает действия. Она — дей-
ствующая и страдающая, вспоминающая
прошлое и прогнозирующая будущее,
ожидающая и опровергающая. В бы-
строй смене и сразу все одновременно
она содержит желания, планы, надежды,
готовность действовать и живое созерца-
ние самой себя как бытия активной само-
сти, центра действия. Она владеет этим
свойством в значительной мере благода-
ря интеракции с другими личностями и
миром [75].
В отличие от физико-химических
процессов мозга самости свойственна
прочная связность опыта, его интегри-
рованность в изменяющуюся со вре-
менем программу действия. Этот опыт
включен в ожидания, теоретическое
моделирование внешнего мира и т.п.
Появившись на стыке биологиче-
ской, культурной и социальной детер-
минаций, самость (в контексте эво-
люционного подхода) манифестирует
способность к выживанию через осо-
знанную индивидуацию. А ее укоре-
ненность (на основе языка) в «мире 3»
обусловливает радикальную модифи-
кацию законов природной эволюции
и естественного отбора. Последний те-
ряет свой изначально насильственный
характер. Возникновение духовного
начала открывает перед человечеством
возможность ненасильственной куль-
турной эволюции, то есть использова-
ния метода проб и элиминации оши-
бок «без насильственной элиминации
нас самих».
При всей перспективности вклю-
чения самости, наделенной активно-
деятельностной интенцией, в метафи-
зическую онтологию,— биологицист-
ская трактовка К. Поппером философ-
В.Л. Храмова
Science and Science of Science, 2011, № 142
ских проблем не лишена некоторых
недостатков. Прежде всего отнюдь не
бесспорным является утверждение о
том, что актуальное субъективное и
объективное знание в качестве унасле-
дованных и приобретенных адаптаций
генетически связано с биологической
эволюцией, с запрограммированным
в генах врожденным (или инстинктив-
ным) знанием. Эта мысль пересекается
с установкой К.Г. Юнга на биологиче-
ское наследование исторически раз-
вивающихся архетипов коллективного
бессознательного. Юнг пишет: «Хотя
ребенок рождается, не обладая созна-
нием, его мозг — не «tabula rasa...», у
него есть своя история. Он развивался
на протяжении миллионов лет и вос-
производит историю, результатом ко-
торой является... Подобно тому как мы
обладаем одинаковой телесной струк-
турой — двумя глазами, двумя ушами,
одним сердцем и т.д., мы обладаем и
внутри определенным сходством, мы
все не индивидуальны, мы едины» [76].
Нужно сказать, что это положе-
ние подвергалось серьезной критике
со стороны биологов: оно возрождало
достаточно дискредитировавший себя
к тому времени ламаркизм. Юнг неод-
нократно оправдывался, отвергая об-
винения в ламаркизме. По его словам,
он вовсе не настаивает на наследова-
нии благоприобретенных признаков,
наследуются лишь априорные предпо-
сылки опыта рода. Архетипы — всего
лишь чистые формы, охватывающие
содержание сознательного жизненно-
го опыта. Как неотъемлемый компо-
нент психики они выражают только
предрасположенность создавать мифы
и вовсе не отягощены их содержанием.
Если архетип — костяк мифа, то мир —
живая плоть архетипа. И все же юн-
гианская аргументация не выглядела
вполне убедительной. Признав разви-
тие бессознательного с ходом истории,
ученый настаивает на «конденсирова-
нии» опыта человечества в архетипах.
Аналогично этому К. Поппер ак-
центуирует внимание на особой зна-
чимости уходящего корнями в биоло-
гическую эволюцию врожденного бес-
сознательного знания, на базе которого
сформирована унаследованная способ-
ность к использованию (и корректи-
ровке) приобретаемой информации.
В целом вопрос о соотношении в
коллективном бессознательном гене-
тически наследуемого компонента и
компонента, воссоздаваемого (рекон-
струируемого) на основе все более обо-
гащающейся культурно-исторической
памяти, — сложнейшая комплексная
проблема, решение которой возмож-
но только объединенными усилия-
ми этнологов, лингвистов, психоло-
гов, культурологов, философов и др.
В частности, прояснению механизмов
воспроизведения совершенствующих-
ся содержательных предпосылок по-
знания в психике индивида может
содействовать учет закономерностей
социокультурного наследования, что
не предусматривает в обязательном по-
рядке постулат о биологическом насле-
довании становящегося коллективного
бессознательного. Его воспроизводство
в историко-культурных модификациях
существенно обеспечивается механиз-
мами социокультурного наследования:
а) «опредмечиванием» субъективной
активности в процессе культуротвор-
чества и «распредмечиванием» ее в ходе
воспитания и образования новых по-
колений; б) практическим порождени-
ем и неосознанным «переоткрытием»
категориальных моделей отношений с
миром и другими людьми в конкретно-
индивидуальной жизнедеятельности;
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 43
в) интериоризацией в детстве, на под-
сознательном уровне, семейного стиля
жизни как репрезентанта традиций и
норм данной культуры в контексте об-
щечеловеческой и т.д.
Попперовская биологицистская
трактовка философских проблем, по-
добно физикалистской, подчас сужает
исходную постановку вопроса, игно-
рирует социокультурную обусловлен-
ность исследуемых феноменов, не-
оправданно придает биологическим
специально-научным категориям фи-
лософский статус универсальных ка-
тегорий бытия.
В силу признаваемого К. Поппе-
ром прессинга «мира 2» на «мир 3» его
позиция в решении дилеммы психоло-
гизм — антипсихологизм неоднозначна.
Он последовательно выступает против
психологизма, однако, заведомо сужая
его рамки, толкуя его ограниченно, —
только как тенденцию интерпретиро-
вать психологию в качестве фундамента
прочих наук. Правда, ученый постули-
рует «третий мир» в качестве объектив-
ного знания без познающего субъекта,
которое не зависит от чьего-либо стрем-
ления знать, веры или диспозиции со-
глашаться, утверждать, действовать.
Однако в своей эпистемологии крити-
ческого рационализма и теории роста
научного знания Поппер не может уйти
от вопроса о происхождении последне-
го, связанного с профессиональной ин-
дивидуальной деятельностью ученых,
художников, писателей и поэтов. Они
же всегда действуют, творят, руковод-
ствуясь собственным субъективным
убеждением. Оттого созданные ими
(скажем, в научной сфере) гипотезы и
последующий выбор из них научной
теории всегда — лишь рискованная до-
гадка, требующая критического обсуж-
дения. Ведь «история науки, подобно
истории всех человеческих идей, есть
история безотчетных грез, упрямства и
ошибок» [77].
Но приведенное толкование по-
знания как иррационального процес-
са с опорой на творческую интуицию,
предполагающую изначально задан-
ную направленность, ориентацию со-
знания конкретного исследователя,
исключает декларируемый Поппером
антипсихологизм, делает неизбежным
присутствие (а следовательно, и учет)
субъективного фактора в научном и
эстетическом освоении мира.
«Третий мир», по признанию фи-
лософа, наиболее близок универсу-
му объективного содержания мыш-
ления Фреге. Однако объективно-
содержательный мир Фреге — более
последовательная (нежели у Поппера)
реакция на субъективизацию и психо-
логизацию знания [78]. Это объясни-
мо иным способом задания истины.
В отличие от Поппера, Фреге стро-
го разделяет мысль и представление.
Мысль — феномен внечувственного
порядка. Она не зависит от представ-
лений человека и принадлежит осо-
бому миру объективно-истинного
знания. Ученые не создают мыслей, а
открывают их. «Тот, кто мыслит,— пи-
шет Г. Фреге,— не создает мыслей: он
должен признавать их такими, как они
есть. Они могут быть истинными, даже
не будучи еще никем сформулирова-
ны» [79]. В этом контексте психоло-
гический анализ в ситуации научного
открытия, конечно же, не нужен.
Фреге и Поппер едины только в
оценке результата познавательной де-
ятельности — как «знания без познаю-
щего субъекта». Но сам процесс полу-
чения этого результата толкуется ими
весьма различно. Потому-то Попперу,
в отличие от Фреге, и не удается после-
В.Л. Храмова
Science and Science of Science, 2011, № 144
довательно провести линию антипси-
хологизма.
Возникает вопрос: а так ли уж это
нужно? Ведь внутренний мир субъекта
познания, самость как самосознающее
сознание в конечном счете есть осо-
знание природой самое себя и пото-
му — объективно значимо, не уводит
от истины, а открывает ее. И постулат
Фреге о строгом разграничении мыс-
ли и представления, о пропасти между
феноменами внечувственного и чув-
ственного порядка, вероятно, не обя-
зателен при обосновании объективной
истинности знания.
Напоследок коснемся еще одно-
го вопроса: сходства идейно-кате го-
риального становления метафизик
К. Поппера и М. Хайдеггера. Эти
крупнейшие философы ХХ века, рабо-
тая в различных культурных традици-
ях, в общем не признавали друг друга,
подчас упрекая в невежестве. Однако,
как это ни парадоксально, творческая
мысль обоих на самом высоком уров-
не абстрагирования двигалась в одном
направлении. В частности, она моди-
фицировалась от гипостазирования
релятивного к органичному едине-
нию релятивного с абсолютным как
предельно-ценностной нормой миро-
освоения.
К. Поппер начинает с критического
рационализма в методологии естествен-
ных и социальных наук. Он предполага-
ет конвенционалистское истолкование
основоположных постулатов теории,
принципы фаллибилизма и фальсифи-
кационизма, определяющие рост науч-
ного знания как историю «перманент-
ных революций». И хотя эмерджентное
становление науки есть объективный
процесс, в котором нет места волюн-
таристскому произволу исследователя,
онтология любой теории является весь-
ма условной, относительной и может
быть отринута в любой момент времени
под напором контрпримеров. Этот под-
ход исключает возможность всеохват-
ной абсолютной истины в науке.
Однако в 70—80-е годы К. Поппер,
опираясь на биологицистскую эволю-
ционную парадигму, разрабатывает
свою метафизику — эмерджентную
космологию, включающую концеп-
цию вероятности как объективно су-
щей космологической предрасполо-
женности, теорию трех миров, которая
предполагает персоналистский фак-
тор — самость в качестве самосознаю-
щего сознания.
Особо интересна, как подчерки-
валось выше, концепция «мира 3» —
антисубъективистская и антипси-
хологистская «платоновская песнь»
культуре, ее уникальности и мощи.
Этот мир определяет творческий по-
тенциал человечества, некоторое объ-
ективное пространство соединенных
смыслов, отталкиваясь от которого,
человек осваивает реальность. Обита-
тели «мира 3», подобно платоновским
эйдосам, идеям-первообразам, объек-
тивны по своему содержанию и отто-
го абсолютно истинны. Это — «мысли
Бога», весьма отличные от аристоте-
левских форм — эйдосов как отобра-
жения идеи в материи.
Самость, в понимании К. Поппера,
хотя и опирается на ментальность, об-
ладает способностью к трансценден-
ции от психофизического уровня «мира
2» к «миру 3» и, тем самым, к освоению
абсолютного, преодолевающего порог
релятивного. В результате смысл абсо-
лютного раскрывается с ходом исто-
рии, через множество отграниченных
во времени релятивных значений, ре-
презентирующих имманентные умо-
постигаемые сущности 2-го порядка
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 45
(в духе «среднего платонизма», а также
архетипической предзаданности куль-
туротворчества К.Г. Юнга).
М. Хайдеггер (как и весь экзи-
стенциализм) в своем спекулятивно-
философском освоении реальности
движется примерно в том же направ-
лении. На раннем этапе своего твор-
чества он, как известно, разрабатывает
историческую герменевтику, с пози-
ций которой в поисках смысла бытия
анализирует структуру существова-
ния, экзистенции как эмоционально—
практически—понимающего сущего.
Вследствие «экстатической времен-
ности» существование разомкнуто на-
встречу миру и оттого способно к вос-
приятию смыслов. Однако постигнутая
истина, определяемая экзистенциаль-
но интерпретированной исторично-
стью, всегда релятивна (что, впрочем,
по мнению философа не предполагает
ее субъективизации). В этом контексте
Хайдеггер подвергает суровой критике
традиционный канон новоевропейско-
го мышления, восходящий к Сократу и
Платону, и, соответственно,— стремле-
ние мыслить бытие непосредственно,
не преломляя его через экзистенцию, а
следовательно, и через историю.
Однако в 30—60-е годы М. Хай-
деггер выходит за пределы анализа
онтической сферы существования.
От исторической герменевтики он
обращается к онтологической герме-
невтике, замещая прежний предмет
анализа — историчность существова-
ния — так называемой истиной бытия.
Отныне ее инициирует не временно-
историческая экзистенция, а само бы-
тие с присущим ему экзистенциалом
«открытости». Впрочем последняя —
весьма условна, ибо бытие открывает
себя как «сокрытое» и освещает себя
как «темное».
Адекватнее всего истина бытия за-
печатлена в искусстве, художественно
воспроизводящем постигаемый фено-
мен как целостность, которая исключает
аналитическое расчленение и, тем са-
мым, заведомое огрубление осваиваемой
реальности. В привычной для нас тер-
минологии можно было бы сказать, что
М. Хайдеггер от релятивно-историчной
экзистенциальной истины приходит к
объективной абсолютно-относительной
истине бытия как космоэтической реаль-
ности. Подобно К. Попперу, он соверша-
ет прорыв в сферу абсолютного. Только
приобщение к ней — либо в процессе ху-
дожественного творчества, обретающе-
го общезначимость, либо посредством
«улавливания бытия» в уже созданных
произведениях искусства — придает че-
ловеческой жизни осмысленность, кото-
рая очищает от скверны существования и
позволяет сказать о себе: «Я есть». Подоб-
ное подлинное человеческое бытие пред-
полагает коммуникацию на диалоговой
основе со всем сущим — будь то человек
или вещь. В коммуникативном процессе
взаимообогащения совершается прирост
абсолютных культурных ценностей как
высших идеалов и посвященностей чело-
вечества, упрочающих воссоединяющую
века незримую нить элементов абсолют-
ного.
Следует заметить, что эпатирую-
щая подчас читателя хайдеггеровская
мистическая «сокрытость» бытия, ска-
зание о котором есть «умолчание», не
является вовсе уж чуждой и рационали-
сту К. Попперу. Так в ХІІ диалоге книги
«Самость и ее мозг» Дж. Экклз утверж-
дает, что научный прогресс не властен
над великой тайной бытия — Mysterium
Tremendum. Поппер в общем не воз-
ражает. Он пишет: «мы действительно
должны себе ясно представлять наши
нынешние ограниченности, и то, что
В.Л. Храмова
Science and Science of Science, 2011, № 146
существуют определенные вещи, кото-
рые по меньшей мере сегодня выглядят
будто бы они — вечные тайны. Дальше
этого я не хочу идти... проблемы слиш-
ком велики для нас в настоящее время».
Однако мы обязаны стремиться «про-
никать в них средствами разума» [80].
Впрочем, при всем сходстве кате-
гориальной ориентации мышления
Поппера и Хайдеггера не следует за-
бывать и принципиального различия
их систем. Если английский ученый в
решении гносеологических проблем
опирается на восходящую к Платону
новоевропейскую традицию и пози-
тивное знание, то немецкий философ,
решительно от них отмежевываясь,
предлагает экзистенциальное толко-
вание Dasein, а мира — как нерасчле-
ненной целостности при опоре на до-
сократиков и гуманитарную сферу.
* * *
Таким образом, используя общие
идеи неодарвинизма и принцип эмер-
джентного развития, Карл Поппер раз-
работал (и обосновал) оригинальные
логико-методологическую и космологи-
ческую концепции. В логике и методоло-
гии науки его критический рационализм,
теория роста научного знания, фальси-
фикационизм, призванные решить про-
блему демаркации (отграничения науч-
ного знания от ненаучного), выступили
антитезой неопозитивизму с его поиском
абсолютно достоверной эмпирической
основы знания. Они содержали ряд про-
дуктивных идей, получивших дальней-
шее развитие в «критическом реализме»
Х. Альберта, в «методологии научно-
исследовательских программ» И. Лака-
тоса, в «рационалистической антрополо-
гии» Дж. Агасси и т.д.
В своей эмерджентной метафизике
философ разглядел некоторые онтоло-
гические идеи современной нелиней-
ной квантовой стратегии при анализе
космогенеза, в частности, сформули-
ровал гипотезу о реальности мира пред-
расположенностей. Она стала обосно-
ванием трактовки мира как становле-
ния, связанного в контексте биологи-
цистской парадигмы с возникновением
новых качеств, что преодолевало тра-
диционное представление о Вселенной
как каузальном механизме с жесткой
предопределенностью событий и вело к
ее осмыслению в качестве необратимо-
го процесса, реализующего одни воз-
можности и порождающего новые.
Кроме того, К. Поппер предложил
общую картину мироздания, пред-
ставленную «тремя мирами» и вклю-
чающую самость как самосознающее
сознание. Сознание, способное транс-
цендировать от психофизического
уровня «мира 2» к «миру 3» и, тем са-
мым, в относительном узреть — аб-
солютное, из потока субъективного
выделить объективное. Сознание как
высшую атрибутивную характеристику
материи, которая в своем спонтанно-
эмерджентном саморазвитии реально
располагает диспозицией к мироосво-
ению и самопостижению.
В попперовской теории «трех ми-
ров» особо интересен «мир 3» как
проверенная временем, объективно
значимая научно-художественная он-
тология. Идейно объемля мир, она
содержит то культурное пространство
соединенных смыслов, отталкиваясь
от которого, человек осваивает реаль-
ность. К Поппер, в сущности, разру-
шает восходящую к Локку гносеоло-
гическую парадигму новоевропейской
философии XVII—XIX в., опиравшую-
ся в основном на «вертикальную» мо-
дель постижения мира (от чувственно-
го созерцания к абстрактному мышле-
КРИТИЧЕСКИЙ ОЧЕРК ФИЛОСОФИИ КАРЛА ПОППЕРА. III
Наука та наукознавство, 2011, № 1 47
нию и от него к практике) и целиком
игнорировавшую культурное и экзи-
стенциальное измерения познаватель-
ного процесса.
Постулируя единство познания и
сознания как смысло-бытийной сфе-
ры самоудостоверяющейся реально-
сти, философ в «мире 3» открывает се-
мантическое поле культуры в качестве
пространства познавательных актов,
потенциально содержащего идейные
прообразы научных открытий, куль-
турные смыслы, которые наука са-
мостоятельно полагает основанием
знания, сохраняющимся и динамич-
но изменяющимся соответственно
культурно-историческому прогрессу.
Философия «в чистом виде» — вне
этого пространства. Это могло бы вы-
звать удивление, если бы не нарастаю-
щая убежденность ученых в том, что
философия — самодостаточный тип
мышления, созерцающий собственные
возможности, открывающий многомер-
ный континуум различных форм мыс-
лимости. Последние не отражают и не
преображают внешние реалии, но спо-
собны изменить устоявшийся способ
мышления, что становится возможным,
когда философский мир потенций ор-
ганически вписывается в попперовский
мир актуальностей — «мир 3», в объек-
тивно значимые концептуальные абри-
сы научной, политической, экономи-
ческой, этической, эстетической сфер
жизнедеятельности. Итогом этого вы-
ступает категориальный синтез новых
фундаментальных идей конкретного ис-
следования, открывающий перспективу
преобразования действительности.
Данный синтез осуществляется
экзистенцией, которая обладает ин-
туицией, продуктивным воображени-
ем, символическим и языковым со-
знанием, а искомую истину сопрягает
с благом и красотой, в результате чего
продукты творчества изначально впи-
сываются в ценностно-смысловую ре-
альность по параметрам, созвучным
человеческому естеству.
67. См. напр.: Ryle G. The Concept of Mind.— L., 1949.
68. Quine W. Word and Object.— Mass., 1960; Smart J.J. Philosophy and Scientific Realism.— L., 1963;
Armstrong D.A. Materialist Theory of Mind.— L., 1968.
69. Popper K., Eccles J. The Self and ist Brain. An argument for Interactionism.— B., L., NY., 1978.
70. «Средний платонизм» — этап эволюции античного платонизма (80 до н.э.— 220 н.э.), отрекшегося
от cкeптицизма Новой Академии и стремившегося восстановить учение Платона и Древней Академии.
71. Юлина Н.С. Эмерджентный реализм К. Поппера против редукционистского материализма
// Вопр. философии.— 1979.— № 8.— С. 103—108; ее же. О скрытом гегельянстве Карла Поппера //
Philosophia Naturalis.— 1984.— Bd. 21. Heft 2—4; ее же. Философия Карла Поппера: мир предрасполо-
женностей и активность самости // Вопр. философии.— 1995.—№10.— С. 56.
72. Храмова В.Л. Целостность духовной культуры.— К., 1999.— 2-е изд.
73. Юлина Н.С. Эмерджентный реализм К. Поппера против редукционистского материализма //
Вопр. философии.— 1979.— № 8.— С. 103.
74. Popper K., Eccles J. The Self and ist Brain. An argument for Interactionism.— B., L., NY., 1978.—
Р. 121.
75. Там же.— Р. 120.
76. Yung K.G. Uber Grundlagen der analytischen Psychologie.— Frankfurt, 1975.— S. 169.
77. Поппер К. Логика и рост научного знания.— М., 1983.— С. 330.
78. См.: Сорина Г.В. Философская позиция Карла Поппера в контексте проблем психологизма и
антипсихологизма в культуре // Вопр. философии.— 1995.— № 10.
Science and Science of Science, 2011, № 148
79. Фреге Г. Мысль: Логическое исследование // Философия, логика, язык.— М., 1987.— С. 47.
80. Popper K., Eccles J. The Self and ist Brain. An argument for Interactionism.— B., L., NY., 1978.—
Р. 563.
Получено 15.09.2010
В.Л. Храмова
Критичний начерк філософії Карла Поппера. ІІІ
Розглядається запропонована К. Поппером загальна картина світобудови, що представлена гене-
тично єдиними «трьома світами» (світ фізичних феноменів; світ ментальних, або психічних, станів;
світ об’єктивного змісту мислення та його продуктів) та містить самість як самосвідому свідомість.
Порівнюються погляди К. Поппера та Гегеля, Фреге, Хайдеггера. На завершення дано загальну оцінку
концепцій філософа.
В последнее время в кругах научной
общественности широко обсуждается
оригинальная концепция международ-
ной криминологии как отдельного на-
правления в криминологической науке
доктора юридических наук, заведую-
щего кафедрой международного права
Института международных отношений
Национального авиационного универ-
ситета В.Ф.Антипенко. Теоретическое
обоснование предложенная концепция
нашла в ряде монографий автора, вы-
шедших за последние десять лет [1—3],
а также в ряде последних публикаций в
профильных научных изданиях. В этом
году концепция была предметом дис-
куссии в рамках научно-практического
семинара по проблемам международной
криминологии на базе Одесской нацио-
нальной юридической академии, в ко-
тором приняли участие представители
научной юридической общественности
южного региона Украины, а также на
«круглом столе» «Международная кри-
минология: состояние и перспективы»,
который проходил на базе кафедры
международного права в Национальном
авиационном университете [4].
Направление в науке, которое ста-
ло предметом обсуждения, бесспорно,
претендует на принадлежность к клас-
су междисциплинарных исследований.
Прежде всего здесь предполагается
осмысление причинности международ-
ной преступности и слабой эффектив-
ности международного права в борьбе
с ней. Это проявляется в постановке
проблем исследования, в подходах к их
решению и даже в попытках оценки с
позиций теорий мирового развития. По
мнению В.Ф. Антипенко, оценка иссле-
дований проблем борьбы с терроризмом
даёт основание считать, что для квали-
фикации международных преступлений
© И.Д. Дячук, 2011
И.Д. Дячук
Международная криминология: ответ на
вызовы глобализирующегося общества
Рассматривается концепция международной криминологии
как отдельного направления в криминологической науке,
предложенная доктором юридических наук В.Ф. Антипенко.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-30739 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 0374-3896 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-01T08:12:18Z |
| publishDate | 2011 |
| publisher | Центр досліджень науково-технічного потенціалу та історії науки ім. Г.М. Доброва НАН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Храмова, В.Л. 2012-02-12T15:38:22Z 2012-02-12T15:38:22Z 2011 Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ / В.Л. Храмова // Наука та наукознавство. — 2011. — № 1. — С. 34-48. — Бібліогр.: 80 назв. — рос. 0374-3896 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/30739 Рассматривается предложенная К. Поппером общая картина мироздания, представленная генетически едиными «тремя мирами» (мир физических феноменов; мир ментальных, или психических, состояний; мир объективного содержания мышления и его продуктов) и включающая самость как самосознающее сознание. Сравниваются взгляды К. Поппера и Гегеля, Фреге, Хайдеггера. В заключение дана общая оценка концепций философа. Розглядається запропонована К. Поппером загальна картина світобудови, що представлена генетично єдиними «трьома світами» (світ фізичних феноменів; світ ментальних, або психічних, станів; світ об’єктивного змісту мислення та його продуктів) та містить самість як самосвідому свідомість. Порівнюються погляди К. Поппера та Гегеля, Фреге, Хайдеггера. На завершення дано загальну оцінку концепцій філософа. The model of the universe, offered by K.Popper, is discussed, which is represented by the generically uniform “three worlds” (the world of physical phenomena, the world of mental, or psychic, conditions, the world of the objective content of thought and its products), and contains “self” as a self-conscious consciousness. Views of K.Popper are compared with ones of Hegel, Frege, Heidegger. In conclusion, a general appraisal of K.Popper’s conceptions is given. ru Центр досліджень науково-технічного потенціалу та історії науки ім. Г.М. Доброва НАН України Наука та наукознавство Методологія та соціологія науки Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ Критичний начерк філософії Карла Поппера. ІІІ Critical Essay of Karl Popper’s Philosophy. III Article published earlier |
| spellingShingle | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ Храмова, В.Л. Методологія та соціологія науки |
| title | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ |
| title_alt | Критичний начерк філософії Карла Поппера. ІІІ Critical Essay of Karl Popper’s Philosophy. III |
| title_full | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ |
| title_fullStr | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ |
| title_full_unstemmed | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ |
| title_short | Критический очерк философии Карла Поппера. ІІІ |
| title_sort | критический очерк философии карла поппера. ііі |
| topic | Методологія та соціологія науки |
| topic_facet | Методологія та соціологія науки |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/30739 |
| work_keys_str_mv | AT hramovavl kritičeskiiočerkfilosofiikarlapopperaííí AT hramovavl kritičniinačerkfílosofííkarlapopperaííí AT hramovavl criticalessayofkarlpoppersphilosophyiii |