Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем
Член редколлегии журнала заведующий отделом методологии и социологии науки Центра исследований научно-технического потенциала и истории науки им. Г.М.Доброва доктор философских наук, профессор В.И.Оноприенко продолжает брать интервью у известных ученых Украины и России. На этот раз его собеседником...
Збережено в:
| Опубліковано в: : | Наука та наукознавство |
|---|---|
| Дата: | 2010 |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Російська |
| Опубліковано: |
Центр досліджень науково-технічного потенціалу та історії науки ім. Г.М. Доброва НАН України
2010
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/30824 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем // Наука та наукознавство. — 2010. — № 2. — С. 108-115. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859655662753021952 |
|---|---|
| citation_txt | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем // Наука та наукознавство. — 2010. — № 2. — С. 108-115. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Наука та наукознавство |
| description | Член редколлегии журнала заведующий отделом методологии и социологии науки Центра исследований научно-технического потенциала и истории науки им. Г.М.Доброва доктор философских наук, профессор В.И.Оноприенко продолжает брать интервью у известных ученых Украины и России. На этот раз его собеседником стал Валерий Павлович Кухарь — академик НАН Украины (1985), специалист в области химии полигалогеноорганических и фосфороорганических соединений, академик-секретарь Отделения химии АН Украины (1978—1988), вице-президент АН Украины (1988—1993), заслуженный деятель науки и техники Украины (1997), лауреат Премии им. А.И.Киприанова (1989), с 1987 г. директор Института биоорганической химии и нефтехимии НАН Украины.
|
| first_indexed | 2025-12-07T13:38:53Z |
| format | Article |
| fulltext |
Science and Science of Science, 2010, № 2108
Член редколлегии журнала заведующий от-
делом методологии и социологии науки Центра
исследований научно-технического потенциала
и истории науки им. Г.М.Доброва доктор фило-
софских наук, профессор В.И.Оноприенко про-
должает брать интервью у известных ученых
Украины и России. На этот раз его собеседни-
ком стал Валерий Павлович Кухарь — академик
НАН Украины (1985), специалист в области
химии полигалогеноорганических и фосфоро-
органических соединений, академик-секретарь
Отделения химии АН Украины (1978—1988),
вице-президент АН Украины (1988—1993), за-
служенный деятель науки и техники Украины
(1997), лауреат Премии им. А.И.Киприанова
(1989), с 1987 г. директор Института биооргани-
ческой химии и нефтехимии НАН Украины.
Валерий Павлович, я многие годы хорошо знаю
Ваш институт, здесь много моих добрых знакомых.
В течение полутора десятилетий мы неоднократно
обращались к Вам и Вашим сотрудникам в связи с
проведением социологических исследований и всегда
встречали отклик, за что Вам очень благодарны.
Сейчас я работаю над серией интервью с
учеными Украины и России с условным девизом
«Наука как призвание». Это интервью с людьми,
у которых «исследовательская пружина» явля-
ется одной из главных доминант их жизни. По
моим наблюдениям, таких людей не так уж мно-
го, поскольку в научной деятельности существу-
ет немало и других мотиваций, которые нередко
затмевают стремление к научного поиску. Тем
не менее в моем поколении исследователей такие
люди встречаются, но их становится меньше в
нынешнем поколении ученых. Я полагаю, что при
всех проектах реформирования науки в ней долж-
ны оставаться прежде всего люди, для которых
наука стала призванием (понятно, что в ней бу-
дут и люди с другими мотивациями). Мне грустно
видеть, когда из науки вытесняются именно они, а
остаются другие. Мне кажется, что рассказать о
таких исследователях и актуально, и в этом есть
и исторический контекст, учитывая современную
ситуацию.
Вот в связи с этим я и обращаюсь в очередной
раз к Вам. Надеюсь на Ваш отклик и буду очень
признателен за искренность ответов.
Был ли во время Вашего студенчества кто-то,
повлиявший на жизненный выбор в пользу науки?
Вероятно, я пришел студентом в институт
уже с намерением далее работать в науке, хотя мне
сейчас уже трудно утверждать. В школе в стар-
ших классах меня действительно влекла к себе
химическая наука, геохимия и ядерная физика.
В то время (1958 г.) «грянул» пленум «по химии»,
что и склонило меня в химическую «сторону». Я
решил стать инженером-технологом в области
полимеров, которая только начинала активно
развиваться и манила интересными перспекти-
вами. Я считал, что инженерная специальность
позволит мне быть востребованным всегда. Но
уже на 2-м курсе первые лекции по органиче-
ской химии увлекли меня, и я пришел к доценту
Елене Александровне Абражановой с просьбой
поработать в ее лаборатории. Она согласилась
подключить меня к своим исследованиям, и я
стал приходить после занятий в ее лабораторию.
Это уже четко сформировало мое желание и да-
лее посвятить себя химической науке.
Но я никогда не жалел и даже благодарен тому,
что я стал инженером. Нас тогда учили быть насто-
ящими инженерами — то есть знать много и уметь
все, от строительного дела до деталей машин, метал-
лургии и электротехники. Освоив все инженерные
Интервью с академиком
НАН Украины В.П.Кухарем
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Наука та наукознавство, 2010, № 2 109
науки, мы становились инженерами-технологами,
готовыми ко всему комплексу химической техно-
логии. Полученные сведения помогали и помогают
мне быстрее понять проблемы и задачи других сфер
производственной деятельности, помогают нахо-
дить «общий язык» с другими специалистами.
Была ли у Вас альтернатива по окон чании ин-
ститута: идти в науку или другую сферу деятельно-
сти? Если ее не было, то почему?
Бесспорно, альтернатива была: я окончил
вуз с «красным» дипломом и имел право выби-
рать будущее место работы в числе первых, но
я уже твердо решил поступать в аспирантуру и
далее заниматься органической химией. К это-
му времени я был соавтором статьи в «Журнале
общей химии», тогда ведущем журнале в СССР
в области химии. Мне было очень интересно за-
ниматься органическим синтезом, разбираться
в результатах превращений органических ве-
ществ. Е.А.Абражанова порекомендовала мне
поступать в аспирантуру Института органиче-
ской химии АН УССР к академику Александру
Васильевичу Кирсанову, ученицей которого она
была сама. И я сразу согласился с ее рекоменда-
цией. Так я и стал аспирантом ИОХ.
Как складывался начальный период Вашего
вхождения в сферу исследований: были трудности
в определении тем, осуществлении эксперимен-
тов, публикации результатов, признании коллег и
руководителей?
Очевидно, что в большинстве случаев в на-
чале научной деятельности темы предлагают
твои руководители. В студенческое время тему
исследований определила Е.А. Абражанова в
рамках общего направления исследований кафе-
дры органической химии ДХТИ во главе с проф.
А.Е. Кретовым, заведующим кафедрой.
Первая предложенная тема исследований в
аспирантуре не «пошла» (потом стало ясно, что
она возникла на незнании истинной природы
таких соединений фосфора). Тогда я предложил
«свою» тему, которая меня тогда интересова-
ла, но вновь первые опыты не принесли четких
результатов. Тогда В.И. Шевченко, в группе
которого я работал в лаборатории академика
А.В. Кирсанова, предложил новую тему, которая
и стала предметом моей кандидатской диссер-
тации. После защиты кандидатской диссерта-
ции я был уже практически свободен в поиске и
«перепробовал» ряд идей. В целом в лаборатории
А.В. Кирсанова царил дух творчества, поощря-
лась инициатива, смелость идей и помощь в про-
ведении экспериментов, совместные работы.
Конечно, существовали и трудности, кото-
рые и сейчас особенно ощутимы, — отсутствие
нужных реактивов, существующих в каталогах
фирм и доступных быстро и легко в других стра-
нах. Узкий ассортимент реактивов заставлял
идти к нужному вам для работы химическому
веществу длительным путем, тратить много
времени и усилий, что, бесспорно, сказывалось
на темпах работы. Да и сейчас отсутствие до-
статочных (в разумных пределах, конечно) фи-
нансов, дороговизна реактивов и длительность
их поставки (если вы нашли нужные деньги)
сказываются весьма ощутимо. Для выделения и
установления структуры веществ применяются
современные импортные приборы, стоимость
которых часто высока, и они остаются малодо-
ступными для большинства исследователей в
вузах да и в Академии. Во времена начала моей
научной деятельности таких приборов просто не
было, тогда многое базировалась на интуиции
самого исследователя.
Трудностей в публикации результатов у
меня практически не было, если результаты за-
служивают публикации, изложены четко, ясно
и аргументировано, то нет и проблем с публи-
кациями. Так было всегда и остается теперь.
Единственным затруднением, существовавшим
во времена СССР, была необходимость публи-
коваться в отечественных журналах, которые из-
за языкового барьера «не читались» за рубежом.
Поэтому наши работы далеко не всегда получали
должную известность.
То же могу сказать и об отношениях с колле-
гами и руководителями — интересные и аргумен-
тированные результаты были определяющими в
наших отношениях, не возраст или должность.
В целом я сразу попал в яркую, творческую
и очень доброжелательную атмосферу Кирса-
новской школы, где было приятно и радостно
работать, где ощущались взаимное уважение
и поддержка друг друга. Это были прекрасные
годы как для творчества, так и для личного «вос-
питания». Такие же отношения у меня сложи-
лись с моими коллегами из других лабораторий
института.
А.В. Кирсанов поддерживал контакты со
многими ведущими химиками страны и благо-
даря этому мы, сотрудники его лаборатории, и я
в том числе, быстро стали членами этого сооб-
щества. Мы принимали участие во многих все-
союзных конференциях и съездах, начали ездить
за рубеж, конечно, вначале в страны Восточной
Европы на международные мероприятия. У нас
тогда сформировался некий круг коллег-друзей,
многие из которых стали известными в мире уче-
ными и продолжают работать в науке.
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Science and Science of Science, 2010, № 2110
Кто конкретно оказал на Вас доминирующее
влияние при утверждении в профессии?
Вероятно, окружавшие меня учителя и кол-
леги. Я не могу выделить кого-либо более. Я ду-
маю, что уже маленькие успехи в ходе исследо-
ваний привели к «самоутверждению» в правиль-
ном выборе и личной способности заниматься
органической химией.
Когда и в связи с какими реальными события-
ми Вы почувствовали, осознали свою профессио-
нальную зрелость?
Первые ощущения осознания «про фессио-
нальности» появились с участием в националь-
ных и международных конференциях, где пред-
ставлялись результаты наших исследований.
Я относительно рано начал выступать с пленар-
ными докладами на этих форумах, читал лекции
на всесоюзных школах по химии фосфора. От-
личный стимул — появление ссылок на твои ра-
боты и письма коллег из-за рубежа. Эти чувства
появились у меня где-то в середине 70-х годов.
В это же время (1976 г.) академик Ф.С. Бабичев,
заведующий кафедрой органической химии Ки-
евского университета, предложил мне читать
спецкурс по химии элементоорганических соеди-
нений для студентов 5-го курса. Очевидно, тогда
и пришло ощущение уверенности в своих силах.
К тому времени было сформировано не-
сколько направлений исследований, которые мы
в моей лаборатории активно развивали. Наши
результаты получали высокую оценку коллег,
и мы радовались этому, стараясь не «опускать
планку».
На протяжении уже многих лет мы публику-
ем свои работы и результаты в международных
журналах, где они подвергаются подчас жестко-
му рецензированию. Мне также присылают на
рецензии статьи из этих журналов. Все это тре-
бует поддержки «качества» и достойного уровня
ваших собственных работ. Индекс цитируемо-
сти также в определенной степени позволяет
оценить ваше место.
Ваша карьера в науке складывалась круто.
Вы быстро достигли высот признания, стали ру-
ководителем и организатором науки, обнаружили
незаурядные способности в области научного ме-
неджмента. Как Вы сами оцениваете разумные
пропорции между исследовательской и организа-
торской, административной деятельностью? Не
идет ли расширение второй в ущерб первой. Или,
наоборот, не расширяет ли служебная карьера ис-
следовательские возможности?
Бесспорно, административная деятельность
отвлекает, забирая часть времени, часто — зна-
чительную. Особенно печально тратить время на
борьбу с бюрократическими «идеями» и «прави-
лами», часто бессмысленными. В то же время без
административной деятельности не обойтись,
если вы хотите организовать и работу лаборато-
рии, института, и даже свою индивидуальную. О
разумных пропорциях между исследовательской
и административной деятельностью говорить
сложно, но они, вероятно, оптимальны, когда
вместе с вами работает слаженная группа людей,
каждый из которых способен самостоятельно
решить порученные вопросы и которым вы до-
веряете полностью. Но это относится к «вну-
тренней жизни» коллектива. Сложнее выпол-
нять «внешние» бюрократические правила.
Служебная карьера далеко не всегда рас-
ширяет исследовательские возможности, хотя в
нашем обществе и помогает иногда. Служебное
положение у нас, скорее, помогает «защитить»
ваш коллектив от надуманных претензий.
В то же время я думаю, что важной состав-
ляющей деятельности ученого должна быть
активная общественная позиция, обществен-
ная деятельность. Это добровольные функции,
выполнять которые вы способны в силу своих
знаний и интересов. На них не жалко затратить
время. И я думаю, что именно активная обще-
ственная деятельность помогает и «улучшить»
исследовательские возможности, а не столько
ваша служебная карьера или занимаемая долж-
ность.
Пригодился ли Вам опыт работы на посту
вице-президента Академии наук для руководства
институтом в трудные времена кризиса 90-х го-
дов?
Конечно, да! Я старался быть открытым и
понятным как директор, переживать трудности
того времени наравне с рядовыми сотрудника-
ми, консолидировать коллектив. В то же время
«выживание» требовало гибкости и определен-
ной смелости в организации деятельности ин-
ститута. Мы тогда много экспериментировали
в организации работы, например, использовали
контрактную систему, внутренний хозрасчет и
многое другое (что теперь практически запре-
щено «мудрым» руководством страны). Мягким
и гибким «налогообложением» мы стимулиро-
вали инициативу сотрудников в «привлечении»
средств в институт. Мы не расформировали
небольшие по численности лаборатории, дав
почувствовать самостоятельность и ответствен-
ность их руководителям.
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Наука та наукознавство, 2010, № 2 111
Биоорганическая химия — относительно но-
вая отрасль в нашей Академии наук до создания
Вашего института. Кто способствовал ее инсти-
туциализации и были ли Вы сами готовы к работе
в этой сфере исследований?
Я бы не отнес «биоорганическую химию»
к совершенно новым направлениям в НАН
Украины. Определенные направления химии
природных соединений и химия биоактивных
веществ были предметом исследований ранее в
ряде учреждений академии. Наш институт, ско-
рее, стал концентратором ряда исследователей,
посвятивших себя этим проблемам. Я рассма-
триваю «биоорганическую химию» как симби-
оз химии природных и биологически активных
соединений, органического синтеза с биохи-
мией и химической биологией. В нашей стране
инициатором появления термина «биооргани-
ческая химия» стал академик Юрий Анатолье-
вич Овчинников, который стал и инициатором
создания нашего института. Сейчас это опреде-
ление области исследований стало достаточно
распространенным, используется в названиях
многих кафедр университетов у нас и за рубежом.
Сейчас мы являемся свидетелями масштабного
«проникновения» химической науки в различ-
ные сферы биологической науки, что приносит
и новые знания, и новые возможности.
В то время, когда мне было предложено ор-
ганизовать новый институт, я был готов только
отчасти. В нашей лаборатории мы также вели
поиск биологически активных веществ, регуля-
торов роста растений и пестицидов. Кроме того,
настоящий химик-синтетик должен уметь син-
тезировать и сложные природные соединения.
Конечно, этого было недостаточно, и я принялся
знакомиться с биохимией, биофизикой, энзимо-
логией, уделяя осо бое внимание отдельным на-
правлениям, которые развивали ученые нового
института. Общение с ними, учеными Москвы,
Новосибирска, Минска, Риги и других центров
позволило глубже понять и сформировать «мою»
биоорганическую химию.
Симбиоз биоорганической химии и нефте-
химии в целом можно считать случайным, но, по
моим наблюдениям, он помогал Вам выжить во
времена кризиса и по-настоящему упрочился. Рас-
скажите об этом.
Я обычно шучу, что, как сказал выше, «био-
органическая химия» для меня сформировалась
как химия природных соединений, а нефть — дар
природы, так что такое объединение не является
случайным. На момент нашего объединения для
многих это было «волей случая», хотя никого
не смущает совмещение разных направлений
химической науки под крышей, например, «ин-
ститута химии».
Сохраниться в кризисные времена нам по-
мог не столько союз биоорганики и нефтехи-
мии, как сплочение сотрудников, построенное
на уважении и взаимопомощи, желание вместе
преодолеть трудности. Бесспорно и взаимное
влияние исследований друг на друга, вызываю-
щее рождение новых идей или использование
новых методов. Тем более, что в коллективе
нефтехимиков, влившимся в единый институт,
велись исследования в области биоактивных
соединений, исследовались микробиологиче-
ские про цессы и т.д.
Мы довольно быстро стали единым коллек-
тивом, в котором формально сохранены «старые
рамки» биоорганики и нефтехимии.
Из разговоров с Вами мне запомнилась Ваша
высокая оценка профессионального сообщества
химиков в нашей Академии наук. Не изменилась ли
Ваша оценка в наши трудные времена, когда воз-
растают соперничество, конкуренция, ревность
между научными учреждениями?
Химическая наука так широка, столько ин-
тересных и перспективных направлений, тре-
бующих своего развития, что в ней легко найти
свою «нишу», где конкуренция будет только
подстегивающим стимулом. С годами каждый
химический институт академии сформировал
свои собственные главные направления иссле-
дований, которые корректируются в соответ-
ствии с новыми тенденциями в мировой хими-
ческой науке.
Мне представляется, что наше академиче-
ское химическое сообщество живет достаточно
дружно, помогая друг другу. Совместные ис-
следования и публикации ученых из разных ин-
ститутов говорят о «химической дружбе». Даже
если в разных институтах и ведутся отдельные
исследования в близких направлениям, то это
не вызывает раздражения или негодования кол-
лег. А совместные работы и обмен результатами,
идеями только благотворно сказываются на ре-
зультативности.
Совместное использование дорогостоящих и
уникальных приборов также уже характерная осо-
бенность работы наших учреждений. Стали часты-
ми конференции молодых исследователей, про-
водимые нашими институтами, в которых всегда
участвуют ученые из других организаций и вузов.
Мне представляется, что между нашими
институтами нет признаков ревности или кон-
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Science and Science of Science, 2010, № 2112
куренции. Мы стараемся обмениваться друг с
другом событиями и действиями, которые стре-
мимся реализовать у себя в институтах для улуч-
шения или облегчения работы.
Я также уже многие годы не замечал при-
знаков резкой ревности, зависти или неприязни
между учеными Отделения химии.
Сейчас в мире происходит переориентация
на новые приоритеты в науке: вместо физико-
технических отраслей вперед выходят биоме-
дицинские и их доля в общем финансировании
неуклонно растет. Мне кажется, что Ваш инсти-
тут как раз относится к этим новым приоритет-
ным отраслям. В связи с этим у меня такой вопрос:
делается ли в Академии наук, в научной системе
Украины что-то в организационном плане, в плане
проведения научной политики, чтобы как-то под-
крепить эти новые научные приоритеты?
Если говорить серьезно, то по-настоящему
ничего не делается в этом направлении. Сейчас
фактически во всех странах есть специальные
государственные программы по биотехнологи-
ям. У нас такой нет, даже нет какого-то органа,
который бы как-то координировал эти работы.
Есть только общественная комиссия по биотех-
нологиям, для создания которой многое сделал
покойный академик НАН Украины Валерий
Смирнов. В то же время Украина имела и имеет
достаточно сильный научный потенциал по этим
направлениям, который просто требует своего
развития. Многие проблемы нашего сельского
хозяйства связаны с низкой культурой, отсут-
ствием современных технологий. Я уверен, что
с помощью биотехнологий мы смогли бы до-
биться здесь определенного прорыва. Затем это
переработка продуктов питания. И здесь био-
технологии помогли бы решить существенные
проблемы.
Более того, современные биотехнологии,
если говорить о них очень широко, связыва-
ют в наши дни с решением сырьевых проблем.
Это источник нового сырья. В мире немцы на-
чали первыми использовать рапсовое масло как
топливо для тракторов. Сейчас США, особенно
южные штаты, переходят на такие же техноло-
гии. Здесь перспектива очень велика. В мировой
практике появились и новые «старые» задачи —
использовать сырье растительного происхожде-
ния для производства продуктов химической
промышленности, так как в в этом случае они
могут не быть такими чуждыми окружающей
среде и впоследствии ассимилироваться ею. Это
еще один вектор биотехнологий — с экологиче-
ской направленностью. Но самое главное, акту-
альное для нашей страны, это все-таки решение
проблемы зависимости от сырьевой базы, от
нефти как единственного (пока!) сырья.
И третий момент, связанный с перспекти-
вами биотехнологии, это производство меди-
цинских препаратов. Если за последние полгода
в мире с помощью биотехнологий произведено
продукции на более чем 50 млрд. долларов, то
львиная доля приходится как раз на медицин-
ские препараты. К нам тоже приходят зарубеж-
ные фирмы с заказами на разработку приори-
тетных препаратов. В Украине два больших за-
вода — Ладыженский и Трипольский — предна-
значались также для этих целей. Но в настоящее
время они, кроме пищевых дрожжей, ничего
не производят. Надо вспомнить, что пеницил-
лин — это была чистая биотехнология. До сих
пор биотехнологически производят аминопе-
нициллиновую кислоту. Мы также могли бы за-
крепить наши некоторые научные достижения
в промышленном производстве.
Я помню в наших прежних разговорах в начале
1990-х годов, в трудное для науки время, у Вас, у нас
всех была такая надежда, возможно, иллюзия, что
в Вашей области науки можно будет поправить
дела в связи с задачами создания национальной фар-
мацевтической промышленности. Как теперь Вы
могли бы оценить эти наши тогдашние взгляды?
Тут тоже, на мой взгляд, все получилось
не так, как следовало бы. Дело в том, что наша
фармацевтическая промышленность подня-
лась, включившись в производственный цикл
лишь на самом последнем его этапе, а основное
действующее начало для фармакологических
средств на 90% вырабатывается за рубежом. Этот
последний этап производственного цикла сейчас
организован по самым передовым в мире техно-
логиям. На той же «Дарнице» Вы увидите сейчас
самые совершенные технологические линии,
работающие без человека, все очень стерильно,
все продумано, даже температура в складе под-
держивается на таком уровне, чтобы препараты
не портились при погрузке. Однако производ-
ство основного действующего начала у нас так и
не получило развития. Я все время опасаюсь, что
если вдруг нам обрубят какие-то каналы получе-
ния его из-за рубежа, установят неприемлемые
барьеры, мы окажемся в очень трудном поло-
жении. Конечно, в глобализируемом мире мож-
но будет найти какой-то выход: не покупать во
Франции, так в Испании. Но проблема зависи-
мости все равно остается. Хотя мы вполне могли
бы перейти на отечественное основное действу-
ющее начало. Да, ныне любой препарат нужно
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Наука та наукознавство, 2010, № 2 113
проводить через сложные и дорогостоящие ис-
пытания и проверки. Наша фармацевтическая
промышленность, закупая основное действую-
щее начало за рубежом, естественно, не желает
вкладывать средства в подготовку и испытания
новых препаратов. Тем более полный цикл под-
готовки такого основного действующего сред-
ства займет 10—15 лет. Сейчас в мире стоимость
разработки нового медицинского препарата уже
поднялась до 500 млн. долларов.
Но тем не менее мы могли и можем что-то
делать. Проблема — нет связки между нашими
разработками и производителем. Нет заинте-
ресованности у последнего в наших инноваци-
ях. Но, тем не менее, даже в условиях жесткого
рыночного прессинга, на мой взгляд, возможны
определенные прорывы в этом отношении. Во
всяком случае я не теряю надежды.
Есть ли вообще какие-то шансы в отвоевании
своей ниши в нынешней рыночной структуре? Ведь
уже всё переделено.
В Советском Союзе из 150 пестицидных пре-
паратов, которые производились, лишь 3 были в
полном смысле слова отечественными, осталь-
ные были так или иначе «содраны» с зарубежных
аналогов. Поэтому эта проблема имеет давние
корни. Тем не менее, я считаю, что мы можем
создавать новые патентно чистые препараты, не
хуже зарубежных аналогов, например японских.
Конечно, мы не сможем заполнить ими весь ры-
нок, но отвоевать в нем какие-то ниши возмож-
но, но для этого, естественно, нужна поддержка
государства, определенный протекционизм с его
стороны.
Сейчас делаются широковещательные заяв-
ления о переходе к инновационной модели развития
экономики. Мне кажется, что инновационные
возможности Академии наук все-таки в последние
трудные для науки годы были существенно порас-
теряны, но даже при всем при том они есть, а то,
что есть, теперь уже никак нельзя потерять.
Как говорил Киса Воробьянинов, «должно
быть взаимное влечение полов». Должно быть
взаимное движение навстречу друг другу науки
и государства в связи с потребностями иннова-
ционного роста экономики. Приведу пример. У
нас была работа по контракту с Израилем. Перед
нами стояла задача создать полностью патентно
чистый препарат. Фирма была заинтересована,
чтобы пустить его в производство, и это было
главным условием контракта. Мы потратили на
эту работу полтора года. Шли двумя путями и
получили по сути два патентно чистых метода.
Выплатили нам за это порядка 50 тысяч долла-
ров. Все хорошо. Работа сложная, интересная.
Если Вы берете 1 килограмм исходного сырья,
то в конце процесса получаете около 50 грамм
конечного продукта.
После этого у меня была встреча с нашими
фармацевтами. Они были воодушевлены этим
моим сообщением, но когда разговор дошел до
возможностей заключения отечественного кон-
тракта, они предложили мне 40 тысяч гривен. Я
им объясняю, что я не навязываю какую-то не-
мыслимую калькуляцию. Речь идет о реальной
стоимости работ: расходы на закупку материа-
лов, на какие-то приборы, без которых невоз-
можно провести весь цикл работ, и, конечно,
добавляются расходы на зарплату и т.д. Запла-
тите нам 50 тысяч долларов, сделаем вам третий
патентно чистый препарат. Не заплатите, не сде-
лаем. Они отвечают, мы к этому не готовы. Ну,
так о чем может быть речь.
Сейчас самая большая проблема — это го-
товность вложить немалые средства в оборудо-
вание технологической линии, которая даст в
перспективе большие доходы. Но беда нашего
государства и нашего бизнеса в том, что никто не
хочет ждать, доходы хотят получить немедленно,
что, конечно, нереально. Вот сейчас Украина
имеет хорошие позиции для выхода на рынок
катализаторов, это страны Восточной Европы,
арабские страны. Никто не хочет понять и при-
нять, что завоевание этого рынка даст большие
доходы, но произойдет это не завтра, а через не-
сколько лет.
Я не знал, что есть такие контракты в на-
ших институтах. В России такие институты и
фирмы при них зарабатывают немалые деньги.
Например, знакомый Вам Институт химической
физики в Черноголовке, некоторые институты в
Новосибирском академгородке. Но о такого рода
контрактах в нашей Академии наук я не знал.
Сейчас возникли фирмы, в которых гото-
вят библиотеки веществ для испытаний. Вот в
Черноголовке одна из таких фирм, которая за-
нимается этим и продает эти библиотеки по все-
му миру. Работа не всегда интересная, потому
что это работа без обратной связи: вы не полу-
чаете ответа, работает ли ваш препарат. Вы про-
даете вещество и на этом ваша миссия окончена.
Контракты сейчас заключить несложно. Такие
зарубежные контракты есть и в других академи-
ческих институтах.
У нас есть еще контракты с зарубежными
фирмами. В общем есть в мире люди, которые
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Science and Science of Science, 2010, № 2114
понимают, что у нас труд явно дешевле, в том
числе и в науке. Но в то же время достаточно ре-
зультативен при должной поддержке. Они пони-
мают, что для получения эффекта необходимы
вложения.
Произошли ли в последние годы существенные
подвижки в структуре исследований в институ-
те, изменилось ли соотношение фундаментальных,
прикладных, целенаправленных фундаментальных
исследований?
Что точно изменилось, так это наша готов-
ность работать по любым темам и проектам, по
которым мы можем получить какие-то средства.
Эта готовность существенно возросла. Многие
наши сотрудники, типичные каталитики, зани-
мавшиеся самыми фундаментальными иссле-
дованиями, стали останавливать плывуны, ра-
ботать над проблемами очистки воды и т.д. Мы
вынуждены браться за реальные проблемы, при
решении которых мы можем применить наши
знания и получить какое-то финансирование.
По академическим отчетам в последние годы
как будто происходит рост хоздоговорной тема-
тики, но можно ли сравнить эти договорные рабо-
ты с договорами 1980-х годов?
Я не знаю общей суммы по Академии наук.
Возможно, в количественном отношении по-
шел некоторый рост хоздоговорной тематики
в институтах, но нынешние договора никак
нельзя сравнить с теми, что были ранее: объемы
средств, которые мы получали по ним в преж-
ние годы, были несравнимо выше. До 1991 г. в
институте договорная тематика и финансиро-
вание составляли 70—80%. Сейчас эта доля не
превышает 25%. Так что говорить о каком-либо
реальном значении нынешней хоздоговорной
тематики в академических институтах пока не
приходится. А вообще после развала экономи-
ки, полного отсутствия перспективы наладить
связи с производством люди перестали искать
договора. Наши традиционные заказчики —
нефтехимическая промышленность и сельское
хозяйство. Руководители нефтехимических
предприятий заявили нам: никаких ваших ин-
новаций нам не нужно, если остро нам что-то
понадобится, мы закупим готовую лицензию
за рубежом. Сельское хозяйство просто непла-
тежеспособно, не в состоянии сейчас думать об
инновациях. О биотехнологиях мы уже говори-
ли. В итоге потеряна связь с заказчиками из на-
родного хозяйства.
Влияет ли как-то расширение международ-
ных контактов на изменение методологии, мето-
дики исследований, изменения спектра исследова-
ний?
У меня сложилась так ситуация, что и в
прежние годы, и ныне около 30—40% всех пу-
бликаций были в зарубежных журналах, поэтому
информированность и встроенность в мировую
науку у нас особенно не претерпела больших из-
менений в последние годы. Я не могу сказать,
что произошли какие-то существенные пере-
мены из-за международных контактов. Но даже
в тех направлениях, по которым нашим сотруд-
никам по разным причинам труднее опублико-
вать свои результаты за рубежом, например по
катализу, я могу сказать твердо, что они выпол-
няются на высоком уровне. Иное дело, что мы
лишены возможности сделать какие-то резкие
скачки вперед из-за состояния нашего оборудо-
вания и ресурсного обеспечения. Поэтому отно-
сительно изменений в методологии и методике
исследований можно сказать, что они напрямую
связаны в наших отраслях науки с состоянием
лабораторной базы, с ресурсами. Поскольку в
массе своей здесь изменения идут только в худ-
шую сторону, то говорить о каком-то прогрессе
не приходится.
Помню в начале 1990-х годов я присутство-
вал на институтской годичной конференции и
рассматривал там плакаты со статистикой пу-
бликаций. Тогда был резкий скачок публикаций за
рубежом. А недавно я видел график, на котором
действительно отмечен этот скачок. Но в после-
дующие годы уровень таких публикаций снизился
и стабилизировался. Как Вы могли бы это про-
комментировать?
Я бы не сказал, что количество публикаций
снизилось. Хотя, возможно, Вы и правы, резкого
снижения числа публикаций не произошло, но
их количество как бы стабилизировалось.
Я когда-то проинтерпретировал это так: в
начале 1990-х годов была массовая волна соросов-
ских малых грантов. Одним из условий их полу-
чения были публикации за рубежом. Это вызвало
такой массовый подъем. Затем же всё сошло на
круги своя.
Отчасти это верно. Могу только добавить,
что сейчас выросло качество наших публикаций
за рубежом, поэтому, возможно, сократилось их
количество.
ИНТЕРВЬЮ С АКАДЕМИКОМ НАН УКРАИНЫ В.П. КУХАРЕМ
Наука та наукознавство, 2010, № 2 115
На это у меня тоже есть своя гипотеза. В
начале 1990-х годов за рубеж пошел вал наших пу-
бликаций, в которых были представлены резуль-
таты прошлых лет. Он неизбежно должен был
сократиться со временем. Это, видимо, и произо-
шло. Теперь же идет меньший поток, но с резуль-
татами последних лет, к тому же полученными
в условиях кризиса научной системы. Поэтому их
меньше.
Ну что ж, это похоже на правду и даже инте-
ресно. Тем не менее снижение количества их все
же не столь значительно, порядка на 10—15%. Тут
надо учитывать и такое обстоятельство. Я когда-
то смотрел публикации 1920-х годов, там публи-
ковались результаты исследований, полученные
в течение месяца. Сейчас такое нереально. Даже в
самых лучших условиях это многомесячные экс-
перименты. А если у нас есть постоянные перебои
то с приборами, то с реактивами, естественно, что
это ведет и к сокращению публикаций.
А как насчет качества наших отечественных
научных журналов. По-моему, это одна из острых
и насущных проблем?
К сожалению, мы здесь повторяем ошибку
Франции, которая настаивает на публикациях
в журналах на французском языке. Но статус
французского языка все-таки не такой, как
у украинского, хотя и там возникают многие
проблемы в связи с международным сотруд-
ничеством. Часть французских ученых стала
публиковать свои статьи в канадских журна-
лах. Канада со своим двуязычием становится
как бы мостом между Францией и остальным
международным научным сообществом. У нас
же публикации научных статей на украинском
языке сразу же отодвигают нас в резервацию.
Публикации на украинском и русском языке
могут заинтересовать лишь считанных ученых.
У нас велики циклы публикации научных
статей. Например, в «Украинском химическом
журнале» этот цикл составляет больше года.
Поэтому мне просто удобнее публиковаться за
рубежом. Теперь с электронной почтой эта про-
цедура тоже упростилась. К тому же наши пу-
бликации уже известны в зарубежных журналах,
к ним уже привыкли рецензенты.
Я помню, мы говорили с Вами об активизации
Ваших сотрудников в отношении преподаватель-
ской деятельности в вузах. Я еще тогда отмечал
это как некий перелом по сравнению с советскими
временами, когда, несмотря на частые призывы,
участие академических ученых в преподаватель-
ской деятельности все-таки было ограниченным.
Идет ли этот процесс сейчас?
Ученые института работают в университе-
тах. Отчасти на это повлиял кризис академиче-
ской науки и поиски хоть какого-то заработка.
Правда, из Университета имени Т.Г.Шевченко
нам, в том числе и мне, пришлось уйти, но наши
сотрудники преподают в Педагогическом, Ави-
ационном университетах. Если же Вы хотите
спросить мое мнение о переводе академических
институтов в университеты, то я — противник
этой бредовой идеи и откровенный сторонник
академической формы фундаментальных иссле-
дований.
Я тоже. Но, тем не менее, эти идеи так или
иначе продолжают муссироваться. Я считаю, что
они столь же далеки от того, чтобы у нас была
правильная и эффективная организация науки, как
и требование, чтобы в каждом вузе велись иссле-
дования. Ведь даже в США, где различных универ-
ситетов значительно больше, чем умножившихся
у нас за последнее время, исследовательские уни-
верситеты можно пересчитать по пальцам.
Это верно. Вместе с тем готовить кадры для
науки должны именно исследовательские уни-
верситеты, иначе качество подготовки неизбеж-
но снижается.
Валерий Павлович, искренне признателен за
постоянный отзыв на наши докучливые просьбы,
за открытость, которая дорогого стоит. Желаю
Вам и институту, с которым я сроднился за труд-
ные для науки годы, больших перспектив и ста-
бильности в развитии.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-30824 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 0374-3896 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T13:38:53Z |
| publishDate | 2010 |
| publisher | Центр досліджень науково-технічного потенціалу та історії науки ім. Г.М. Доброва НАН України |
| record_format | dspace |
| spelling | 2012-02-14T19:23:35Z 2012-02-14T19:23:35Z 2010 Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем // Наука та наукознавство. — 2010. — № 2. — С. 108-115. — рос. 0374-3896 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/30824 Член редколлегии журнала заведующий отделом методологии и социологии науки Центра исследований научно-технического потенциала и истории науки им. Г.М.Доброва доктор философских наук, профессор В.И.Оноприенко продолжает брать интервью у известных ученых Украины и России. На этот раз его собеседником стал Валерий Павлович Кухарь — академик НАН Украины (1985), специалист в области химии полигалогеноорганических и фосфороорганических соединений, академик-секретарь Отделения химии АН Украины (1978—1988), вице-президент АН Украины (1988—1993), заслуженный деятель науки и техники Украины (1997), лауреат Премии им. А.И.Киприанова (1989), с 1987 г. директор Института биоорганической химии и нефтехимии НАН Украины. ru Центр досліджень науково-технічного потенціалу та історії науки ім. Г.М. Доброва НАН України Наука та наукознавство Вчені та наукові спільноти Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем Інтерв’ю з академіком НАН України В.П.Кухарем Article published earlier |
| spellingShingle | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем Вчені та наукові спільноти |
| title | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем |
| title_alt | Інтерв’ю з академіком НАН України В.П.Кухарем |
| title_full | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем |
| title_fullStr | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем |
| title_full_unstemmed | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем |
| title_short | Интервью с академиком НАН Украини В.П.Кухарем |
| title_sort | интервью с академиком нан украини в.п.кухарем |
| topic | Вчені та наукові спільноти |
| topic_facet | Вчені та наукові спільноти |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/30824 |