Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности
Рассмотрены особенности поведения урана в системе: докембрийские ураноносные альбититы и вмещающие их породы Кировоградского мегаблока — мезокайнозойская зона гипергенеза — современные подземные и поверхностные воды. На основе проведенного исследования, а также сравнения этого района Украинского щит...
Saved in:
| Published in: | Збірник наукових праць Інституту геохімії навколишнього середовища |
|---|---|
| Date: | 2010 |
| Main Authors: | , , |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Інститут геохімії навколишнього середовища НАН України та МНС України
2010
|
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/32278 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности / Ю.А. Фомин, Ю.Н. Демихов, Е.Г. Сущук // Збірник наукових праць Інституту геохімії навколишнього середовища. — К.: ІГНС, 2010. — Вип. 18. — С. 31-49. — Бібліогр.: 24 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1860251266288975872 |
|---|---|
| author | Фомин, Ю.А. Демихов, Ю.Н. Сущук, Е.Г. |
| author_facet | Фомин, Ю.А. Демихов, Ю.Н. Сущук, Е.Г. |
| citation_txt | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности / Ю.А. Фомин, Ю.Н. Демихов, Е.Г. Сущук // Збірник наукових праць Інституту геохімії навколишнього середовища. — К.: ІГНС, 2010. — Вип. 18. — С. 31-49. — Бібліогр.: 24 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Збірник наукових праць Інституту геохімії навколишнього середовища |
| description | Рассмотрены особенности поведения урана в системе: докембрийские ураноносные альбититы и вмещающие их породы Кировоградского мегаблока — мезокайнозойская зона гипергенеза — современные подземные и поверхностные воды. На основе проведенного исследования, а также сравнения этого района Украинского щита со сходным ураноносным районом Канадского щита оценены перспективы формирования в пределах блока поверхностных урановых концентраций. Полученные данные предлагается использовать для прогнозирования и поисков поверхностных месторождений и изучения техногенных рисков.
Розглянуто особливості поведінки урану у системі: докембрійські ураноносні альбітити та вміщуючі їх породи Кіровоградського мегаблоку — мезокайнозойська зона гіпергенезу — сучасні підземні і поверхневі води. На основі проведеного дослідження та порівняння цього району Українського щита зі схожим ураноносним районом Канадського щита проведено оцінку перспектив утворення у межах блоку поверхневих уранових концентрацій. Отримані дані пропонується використовувати для прогнозування і пошуку поверхневих родовищ та вивчення техногенних ризиків.
The peculiarities of uranium behavior at the system: Precambrian uranium-bearing albitites and host rocks at Kirovograd mega block — Meso-Cainozoic zone of hyper genesis — present-day underground and superficial waters were examined. On the base of prasent investigation and comparison of this region of Ukrainian Shield with like uranium-bearing region of Canada Shield the perspectives of surficial uranium deposit forming were estimated. The received data should be used for prognosis and search of surficial deposits and researching of technogene safety.
|
| first_indexed | 2025-12-07T18:43:45Z |
| format | Article |
| fulltext |
31
УДК 553.2: 553. 495
Ю.А. Фомин, Ю.Н. Демихов, Е.Г. Сущук
Институт геохимии окружающей среды НАН и МЧС Украины
СИСТЕМА УРАНОВОРУДНЫХ АЛЬБИТИТОВ КАК ПОТЕНЦИАЛЬНЫЙ
ИСТОЧНИК ПОВЕРХНОСТНЫХ МЕСТОРОЖДЕНИЙ УРАНА И/ИЛИ
ТЕХНОГЕННОЙ ОПАСНОСТИ
Рассмотрены особенности поведения урана в системе: докембрийские ураноносные альбититы
и вмещающие их породы Кировоградского мегаблока — мезокайнозойская зона гипергенеза —
современные подземные и поверхностные воды. На основе проведенного исследования, а также
сравнения этого района Украинского щита со сходным ураноносным районом Канадского щита
оценены перспективы формирования в пределах блока поверхностных урановых концентраций.
Полученные данные предлагается использовать для прогнозирования и поисков поверхностных
месторождений и изучения техногенных рисков.
Введение
Эволюция урановорудных альбититов, генерированных в раннем докембрии, как
эндогенные гидротермально-метасоматические системы и испытавших затем транс-
формацию, включая гипергенез в мезокайнозое (формирование коры выветривания и
позднюю окислительно-восстановительную минерагению), позволяет отнести их к уни-
кальной природной лаборатории. Помимо совершенствования теории рудообразования
и всестороннего учета влияния техногенных факторов, исследование этих месторожде-
ний позволяет рассматривать их как потенциальный источник новых (природных и/или
техногенных) поверхностных концентраций урана и сопутствующих элементов, а также
как естественную модель долговременного «хранилища» радиоактивных веществ.
Поверхностными концентрациями (месторождениями) U принято называть
молодые, не древнее третичных, или даже современные ураноносные осадочные породы и
почвы, сформированные грунтовыми водами вблизи поверхности или на небольшой глу-
бине [10]. Судя по мировому опыту [2, 8, 10, 15], они не обязательно связаны с переотло-
жением более древних руд, как правило, их источниками становятся породы с фоновыми
или близкими к фоновым содержаниями урана. При их образовании существенное зна-
чение имеют ландшафтно-геохимические условия, хотя, как подчеркивает Д.Р. Бойл [2],
климат определяет «не сам факт образования месторождения, а скорее тип его», поэтому
«наиболее важным для направления поисков (таких концентраций) является определение
с генетических позиций благоприятных обстановок рудообразования (именно) в данной
климатической зоне». Важно отметить значительную (10–15%) и все возрастающую долю
таких месторождений в мировых запасах металла и высокую их рентабельность [10].
В статье рассматриваются закономерности поведения урана в системе альбититы и
вмещающий их эдукт → зона их гипергенеза → гидросфера и проводится сравнение райо-
на украинских объектов со сходным районом Канадского щита [8]. На этой основе дела-
ется попытка оценить раннедокембрийский урановорудный район Кировоградского ме-
габлока с точки зрения перспективного источника поверхностных концентраций урана.
Объектами исследования являются месторождения урана альбититовой формации,
расположенные в пределах наиболее продуктивных тектоно-метасоматических зон Ки-
ровоградского блока Украинского щита [3, 7]. Кировоградская зона представлена Севе-
риновским, Мичуринским (включая рудопроявление Обгонное), Северо-Коноплянским
и Юрьевским месторождениями. Звенигородско-Анновская зона показана на примере
Ватутинского месторождения. В качестве самого представительного примера Централь-
ноукраинского района дано Новоконстантиновское месторождение.
32
Краткая характеристика объектов
Изученные тектоно-метасоматические зоны (и месторождения) отличаются своим
пространственным положением относительно гранитно-купольной структуры Кирово-
градского мегаблока. Месторождения Кировоградской зоны находятся в восточной кра-
евой части купола и локализованы в гетерогенной гранито-мигматито-гнейсовой толще
(Мичуринское месторождение), иногда с преобладанием мигматитов (Севериновское
месторождение) или гнейсов с аплит-пегматоидной лейкосомой (Северо-Коноплянское,
Юрьевское месторождения), вблизи относительно небольших массивов порфировидных
или аляскитовых гранитов кировоградского комплекса. Ватутинское месторождение
расположено симметрично предыдущим в западной части купола в толще переслаива-
ния мигматитов и аляскитовидных гранитов типа кировоградских, с участием отдельных
пластов гнейсов. Новоконстантиновское месторождение залегает непосредственно в
трахитоидных гранитах Новоукраинского массива, которые в составе эдукта доминиру-
ют; отмечаются также аплит-пегматоидные граниты и останцы гнейсов.
Исходные породы на всех месторождениях представлены существенно биотитовыми
гнейсами с кордиеритом, гранатом, графитом и сульфидами железа, которые в зависи-
мости от интенсивности ультраметаморфизма имеют различную степень сохраннос-
ти, но изначально относятся к одному литолого-стратиграфическому уровню в рамках
ингуло-ингулецкой серии [21]. Общим для месторождений является также проявление
сингранитизационного кремне-калиевого метасоматоза в виде широких ореолов микро-
клинитов или узких линейных кварц-микроклиновых зон пегматоидного облика и связь
щелочного метасоматоза с зонами объемного и линейного катаклаза и сопровождавше-
го их диафтореза как структурной основой. Среди альбититов, которые накладываются
на диафториты, отмечаются эпидот-хлоритовые, эгирин-рибекитовые, а также (на Но-
воконстантиновском месторождении) диопсид-гранатовые с волластонитом [3] типы.
Урановая минерализация связана, в основном, с минералами железа (феррибиотитом,
анкеритом, гематитом, иногда пиритом) в составе продуктивных ассоциаций, которые
развиваются по альбититам и отделяются от них локальными проявлениями хрупких де-
формаций.
Изотопный возраст альбититовых месторождений по данным Д.Н. Щербака [3] со-
ставляет 1835–1750 млн лет. Важно отметить, что богатое комплексное Bi-U оруденение
рудопроявления Обгонного (северный фланг Мичуринского поля) тем же автором дати-
ровано как 350 млн лет, что может свидетельствовать о неоднократной постальбититовой
регенерации вещества, включая уран и его спутники.
Древняя (мезозойская) кора выветривания в этой части щита имеет хорошо развитое
трехчленное строение [3, 5, 16] с выделением в вертикальном профиле (сверху вниз) зон
полной каолинизации или каолиновой; частичной каолинизации или гидрослюдисто-
каолиновой и начального выщелачивания или дезинтеграции. Размытая поверхность
коры перекрыта песчано-глинистыми, с обилием углефицированных растительных остат-
ков, отложениями бучакской свиты среднего эоцена (речные фации) и более молодыми
неоген-четвертичными осадками. Общая мощность мезо-кайнозойских отложений ме-
няется в широких пределах, например, в районе Новоконстантиновского месторождения
составляет 20–120 м, при мощности четвертичных суглинков 5–8 м.
Кора выветривания альбититовых месторождений имеет свою специфику, но, как
правило, с сохранением указанного строения. Так, на Мичуринском месторождении
она маломощна (не более 5–10 м), а эрозионные окна в перекрывающих ее бучакских
терригенно-углистых отложениях способствовали проникновению кислородсодержа-
щих вод, и соответственно окислению, на значительные глубины. Наиболее детально
процессы гипергенеза изучены на Новоконстантиновском месторождении [3, 12]. Каоли-
новая зона здесь имеет мощность 5–7 м; на границе ее с бучакским горизонтом отчетливо
проявлена вторичная сульфидизация с замещением углистого материала дисульфидами
Fe (содержание S достигает 18%). Гидрослюдистая зона мощностью 8–9 м фиксируется
постепенной сменой каолинита монтмориллонитом, но специфической особенностью
этой зоны является присутствие сидерита (CO2 0,6–0,8%). Важно отметить также примесь
33
минералов Fe и S в разных формах: пирит, марказит, магнетит, мартит, вюстит, радиобарит.
Зона дезинтеграции мощностью 1–13 м с горизонтом структурного элювия в основании
представлена измененными альбититами, в составе которых, наряду с реликтами исходных
породообразующих и акцессорных минералов, а также новообразованных каолинита и
монтмориллонита, встречаются всё те же сидерит, радиобарит, пирит, вюстит, магнетит.
Нижняя зона постепенно переходит в трещиноватые альбититы с сохранением щелочных
темноцветных минералов, а также с хлоритом, гидрослюдой, монтмориллонитом, сидери-
том, которые могут распространяться на значительные глубины — до 200 м и более.
Окислительно-восстановительные условия гипергенного минералообразова-
ния на изученном месторождении неоднократно менялись. Профиль допалеогеновой
коры выветривания, вероятно, имел типичный окислительный характер. Вследствие
перекрытия коры терригенно-углистыми отложениями среднего эоцена обстановка из-
менилась на восстановительную, по всему ее профилю сформировались соответствую-
щие ассоциации, включая минералы Fe2+: дисульфиды, карбонаты и оксиды. Последу-
ющее изменение базиса эрозии с выведением верхнего уровня коры в зону циркуляции
грунтовых вод способствовало наложению на восстановленные породы более молодого
(четвертичного) окисления, что подтверждается находками сульфатов (гипса, радио-
барита, англезита), фосфатов, ванадатов, гидроокислов железа. Интерес в этой связи
представляет заключение И.Г. Минеевой, изучавшей зону гипергенеза альбититовых
месторождений [3]: если предположить, что весь свинец во вторичных минералах урана
радиогенный, то приблизительный расчет возраста уранильной минерализации дает зна-
чение не древнее олигоцена.
Современные ландшафтно-геохимические условия района ураноносных альбити-
тов определяются их расположением в зоне перехода между лесостепью и степью с про-
явлением нейтральной окислительной гидрокарбонатно-кальциево-магниевой и ней-
тральной окислительной сульфатно-кальциево-натриевой геохимических обстановок
соответственно [13].
Уран в альбититах и зоне их гипергенеза
Содержание урана в рудной массе. На изученных месторождениях альбититовой фор-
мации уран ведет себя, в общем, одинаково (табл. 1).
Таблица 1. Среднее содержание урана (г/т) в урановых рудах и вмещающих породах
альбититовых месторождений Украинского щита (в скобках приведены вариации)
Месторождение Вмещающие
породы
Альбититы
безрудные
Непромышлен-
ные руды
Промышленные
руды
Севериновское 6,4 (1–22) 13,0 (1–57) 197,7 (101–288) 2409,6 (341–11128)
Мичуринское 10,0 (5–15) 20,3 (7–52) 80,3 (20–180) 835,0 (325–1670)
Северо-
Коноплянское 9,2 (1–27) 15,6 (1–48) 138,8 (57–258) 1060,5 (350–2041)
Юрьевское 14,2 (1–40) 25,1 (7–57) 90,1 (37–167) 1092,0 (355–3506)
Ватутинское 15,9 (3–53) 17,9 (5–65) 142,2 (52–293) 2060,4 (377–5140)
Новоконстанти-
новское 4,8 (0,5–14) 20,8 (0,4–56) 151,0 (51–248) 1449,4 (568–4470)
Примечание. Содержание урана приведено: для Мичуринского и Новоконстантиновского место-
рождений — по результатам опробования ГГП «Кировгеология» с использованием материалов
В.Ф. Лапусты; для остальных месторождений — по данным Ю.А. Фомина.
Во вмещающих породах, куда отнесены гнейсы, мигматиты и граниты, как
неизмененные, так и микроклинизированные и окварцованные, а также диафториты,
количество урана варьирует от первых г/т до 40–53 г/т; такие содержания зачастую уже на
порядок и более превышают фоновые для пород метатерригенной формации Украинского
щита [1]. В альбитизированных породах и безрудных альбититах внешних частей рудных
34
зон содержание урана в среднем по объектам возрастает в 1,3–4,3 раза (максимально
для Новоконстантиновского месторождения). В качестве границы между оруденелыми
и рудными альбититами (бортовое содержание) принята концентрация урана в 300 г/т.
Наиболее высокими его содержаниями (в среднем по объектам 0,08–0,24; в отдельных
образцах до 0,5–1,11%) характеризуются альбититы с наложенными продуктивными
минеральными ассоциациями, включая феррибиотит, анкерит, гематит и минералы U.
Контрастность руд (соотношение средних содержаний урана в рудах и вмещающих поро-
дах) по нашим данным изменяется от 77–84 (Юрьевка и Мичуринка) до 115–130 (Северо-
Коноплянка и Ватутинка), достигая 302–376 (Новоконстантиновка и Севериновка). Со-
гласно расчетам Ю.П. Егорова [7], по степени концентрации урана (К.к. U = 72) руды
Мичуринского месторождения относятся к числу рядовых. Можно предположить, таким
образом, что альбититы с непромышленным содержанием урана (20–300 г/т) окажутся в
отвалах со всеми вытекающими экологическими последствиями.
Особо следует подчеркнуть наличие в рудных зонах регенерированных локальных
проявлений урана и сопутствующих элементов, не связанных с альбититами (рудопрояв-
ление Обгонное). В Bi-U рудах этого проявления содержание U в тектонической глинке
достигает ураганного — около 15,5%, в полосе 10–20 см от рудной жилы количество U
составляет 0,03–0,05% [1], т.е. соизмеримо с промышленным.
Рассмотрение элементов-спутников урана выходит за рамки этой статьи, отметим
лишь высокие (вплоть до промышленных значений) концентрации в альбититах Th, Pb,
V, Be, Ni, Mo, Zr, Ba, Sr, Zn, а также (в некоторых объектах) Au, Ag и Bi [20].
Формы нахождения урана в рудной массе. В соответствии с существующими представле-
ниями [17] можно выделить уран в форме собственно урановых (первичных и вторичных)
и высокорадиоактивных акцессорных минералов, рассеянный в породо- и рудообразую-
щих минералах, а также мобилизованный вторичными процессами.
Собственно урановые минералы. В рудах большинства месторождений основная мас-
са урана связана с браннеритом и уранинитом разной степени изменения и разного соста-
ва [3, 6, 7]. Первичная природа браннерита, как будто, сомнений не вызывает, но если на
Ватутинском месторождении его состав близок к стехиометрическому (TiO2 29,5–33,0%),
то на Новоконстантиновском, Мичуринском и особенно Севериновском месторождени-
ях содержание TiO2 в нем повышенное (33,4–38,3%). Это, по мнению авторов [3], может
быть связано с развитием оксидов титана при разрушении минерала, что подтверждается,
в частности, тем, что на Севериновском месторождении браннерит часто образует тонко-
кристаллические агрегаты в ассоциации с оксидом урана (настураном). Из других ком-
понентов в браннерите всех объектов установлено повышенное содержание PbO (1,6–
11,2%) и CaO (0,3–14,0%).
Уранинит в рудах Ватутинского и Новоконстантиновского месторождений также со-
держит Pb (PbO 17,4–20,5%). На Севериновском месторождении он (часто в ассоциации
с гематитом) представлен кальциевой бессвинцовой разновидностью (CaO 11,5–11,6%;
PbO 1,2–2,8%) и, согласно И.Г. Минеевой [3], является продуктом постальбититового
восстановительного эпигенеза. Характеризуя Новоконстантиновское месторождение,
Ф.И. Ракович (1985) отдает приоритет именно ураниниту, выделяя, как минимум, две его
генерации: раннюю в виде идиоморфных кристаллов в связи с альбитом, апатитом, цир-
коном и более позднюю (и главную) в виде вкрапленности и гнездообразных выделений в
срастании с карбонатами, альбитом, эгирином, сфеном, флогопитом. Подчеркивая близ-
кое во времени формирование основной массы уранинита и браннерита, она отмечает
также обычное для рудных зон замещение уранинита уранатами, силикатами и гидроо-
кислами уранила. На Мичуринском месторождении уранинит не установлен; предпола-
гается, что он замещен настураном, который, в свою очередь, в условиях зоны окисления
легко переходит в гидронастуран. Отметим присутствие настурана и на других объектах.
Особо следует сказать о ненадкевите, который описан в составе руд Мичурин-
ского, Северо-Коноплянского и Ватутинского месторождений как первичный сили-
кат U с существенной примесью Ti. Детальные исследования [9] показали, однако, что
35
«ненадкевит» является смесью нескольких фаз — оксидов и силикатов U6+, включая ги-
дронастуран, ургит, коффинит, болтвудит-казолит, реликтовый уранинит, а также анатаз,
рутил, малакон, гематит, галенит и самородный свинец. Предполагается [3], что это про-
дукт «древнего окисления браннерита, не только неоднократно замещенного гидрокси-
дами шестивалентного урана, но и испытавшего воздействие древних восстановительных
процессов». Нет единого мнения и по поводу другого силиката урана — коффинита, при-
сутствующего на всех объектах. На Мичуринском месторождении коффинит считают
самостоятельным гипогенным минералом, образовавшимся одновременно с ненадкеви-
том и браннеритом (в ассоциации с флогопитом, гидробиотитом, эпидотом) и предше-
ствующим ураниниту. На Новоконстантиновском месторождении, как отмечалось выше,
коффинит вместе с другими вторичными минералами урана замещает уранинит. Весьма
показательным является тот факт, что уранинит и коффинит являются главными минера-
лами переотложенных руд молодого проявления Обгонного.
Типично гипергенные минералы U представлены на альбититовых месторождени-
ях весьма широко и разнообразно: окислы и гидроокислы (урановая чернь, гидронасту-
ран, ургит, масюит, ураносферит, фурмарьерит); силикаты (уранофан, болтвудит, казо-
лит, бетауранотил); фосфаты (нингиоит, отенит, дюмонтит, парсонсит, фосфуранилит);
ванадаты (карнотит, тюямунит, сенжьерит, франсвиллит).
В заключение подчеркнем два существенных момента. Во-первых, на всех изученных
месторождениях проявлена как первичная, так и вторичная урановая минерализация. Во-
вторых, одни и те же минералы образуют разные генерации в составе новообразованных и
регенерированных минеральных ассоциаций.
Высокорадиоактивные акцессорные минералы. На всех месторождениях развиты цир-
кон, циртолит, монацит, сфен, апатит, распространен также U-содержащий ильменит
(давидит), эпизодически отмечаются ортит, ксенотим, торит.
Для Новоконстантиновского месторождения особенно характерны циркон, арши-
новит, малакон. Уран в этих минералах в количестве от десятков и первых сотен г/т до
первых % (коэффициент концентрации 10–100) изоморфно замещает Zr, Y, Th, т.е. вхо-
дит в кристаллическую решетку. Считается, что он прочно удерживается в решетке при
разрушении минералов. Вместе с тем, исследованиями М.С. Ходоровского [3], показа-
на возможность перераспределения этих элементов, в частности урана, в «сквозных» ак-
цессориях с возможным нарушением кристаллической решетки минералов и частичным
переходом их в растворенное состояние. Сравнение реликтовых и новообразованных
генераций апатита и циркона демонстрирует различную тенденцию (табл. 2): в апатитах
содержание урана возрастает от реликтовых генераций в гранитах к новообразованным в
альбититах; в цирконах, сингенетичных альбититам, наоборот, оно снижается.
Наибольшие концентрации монацита установлены в новоукраинских гранитах Но-
воконстантиновского месторождения, а также в исходных породах и альбититах Юрьев-
ского и Ватутинского месторождений. Поведение урана в монаците метасоматической
колонки, на примере Новоконстантиновского месторождения [3], аналогично таково-
му в цирконе; в генерациях альбититов промежуточных и внутренних зон концентрация
элемента существенно ниже, чем в монацитах ощелоченных гранитов внешних зон. Пере-
распределение, по мнению авторов, могло происходить между генерациями акцессорных
минералов, либо даже приводить к интенсивному формированию собственно минералов
U, например, на границах участков с поздними (постальбитовыми) карбонатами и слю-
дами, играющими роль физико-химических барьеров.
Давидит описан в составе руд Мичуринского и Ватутинского месторождений [3, 7].
Обычно он рассматривается как первичный минерал урана, хотя содержание элемента
в нем относительно невысокое, во всяком случае, для собственно урановых минералов
(UO2 7,1–12,3%). Зато он характеризуется наиболее высокой концентрацией титана
(TiO2 49,1–53,7%) и железа (Fe2O3 26,6–30,3%), а также повышенным количеством свин-
ца (PbO 3,3–5,6%).
36
Таблица 2. Содержание урана в акцессорных минералах щелочных метасоматитов Ново-
константиновского месторождения (по М.С. Ходоровскому и др. [3])
Апатит Циркон Монацит
1 2 1 2 1 2 3
6–40 30–70 350–2000 120–1200 0,79–1,40 0,19–0,31 0,36
Примечание. Концентрации U определялись: в апатите и цирконе (г/т) с помощью рентге-
нофлюоресцентной установки АРФ-6; в монаците (UO2, %) рентгеноспектральным мето-
дом. Апатит, циркон: 1 — реликтовый (сингенетичный гранитам); 2 — новообразованный
(сингенетичный альбититам). Монацит: 1 — в альбитизированных гранитах и альбит-
микроклиновых метасоматитах внешних зон; 2 — в рибекит-эпидотовых альбититах
промежуточных зон; 3 — в пироксен-гранатовых альбититах внутренних зон.
Уран, рассеянный в породообразующих и некоторых акцессорных минералах. В плаги-
оклазах, микроклине, кварце, как показали многочисленные, в том числе наши, иссле-
дования [17, 19], уран присутствует в форме относительно равномерного, в той или иной
степени диспергированного (атомарного, по В.И. Вернадскому, или молекулярного) рас-
сеяния. Что касается биотита, амфиболов и пироксенов, то, по крайней мере, для части U
в этих минералах предполагается сорбционная форма; в биотите, кроме того, возможны
тонкие включения акцессориев и различные варианты изоморфизма. Наиболее простым
объяснением повышенного количества U в магнетите и гематите является предположение
о механическом захвате его атомов. Эти формы вхождения U в минералы могут иметь су-
щественное значение, исходя из значительных объемов вмещающих («пустых») пород, не
менее половины всего его количества, из них 15–25% — это U вполне подвижный [19].
Уран, мобилизованный вторичными процессами. Во-первых, сюда следует отнести так
называемый «сорбированный» (легкоподвижный) уран, присущий всем урановым место-
рождениям. В частности, широким распространением пользуются сорбционные накопле-
ния урана на Мичуринском и Новоконстантиновском месторождениях, где они связаны
с гидроокислами железа (гематитом, гидрогетитом, гидрогематитом), цоизитом, гидро-
биотитом, лейкоксеном, хлоритом и гидрослюдами (вероятно и с карбонатами) [7, 12].
Весьма характерны сорбционные образования урана и в связи с сульфидной минера-
лизацией — с пиритом [17]. Наши исследования с помощью трековой ƒ-радиографии
подтвердили этот вывод также для альбититов и вмещающих пород Севериновского
и Ватутинского месторождений. Во-вторых, очень важно обратить внимание на участ-
ки проявления предальбититовых хрупких деформаций и диафтореза с замещением
исходных минералов новообразованиями хлорита, эпидота, клиноцоизита, кальцита,
гематита, лейкоксена с учетом следующих обстоятельств: 1) такие образования широко
развиты на всех изученных месторождениях ураноносных альбититов, где играют роль
структурно-литологической основы; 2) будучи безрудными, диафториты, тем не менее,
часто содержат уран в повышенных количествах — первые десятки г/т, причем уран таких
зон характеризуется увеличением доли подвижных форм [20].
В целом сорбционная форма урана с высокой миграционной способностью харак-
терна для вторичных минералов во всех блоках пород, подлежащих эксплуатационной
выемке, с учетом вмещающих пород, диафторитов и альбититов (безрудных, слаборудных
и рудных). В гипергенных условиях уран в такой форме может легче всего переходить в
подвижное состояние, становясь источником загрязнения подземных и поверхностных
вод и почв, прежде всего, в участках, прилегающих к отвалам и горным выработкам. Но
он может извлекаться, увеличивая полезный выход рудного урана, например, при ис-
пользовании технологий выщелачивания, а также, на путях миграции, формировать
поверхностные рудные концентрации, вплоть до промышленных месторождений.
Поведение урана в процессах выветривания. Наиболее детально процессы гипергенеза
урановорудных альбититов описаны И.Г. Минеевой [3, 12] для Новоконстантиновского и
Мичуринского месторождений, но, как видно из приведенных выше материалов по фор-
37
мам нахождения урана, они проявлены на всех объектах. Например, в пределах Мичурин-
ского месторождения первичных руд в чистом виде, без следов окисления, не встречено,
хотя в приповерхностных частях рудных залежей вполне могут присутствовать первичные
минералы [7]. Ниже приведена краткая характеристика различных по морфологии, вре-
мени и условиям формирования проявлений зоны гипергенеза, в основном на примере
названных месторождений.
Древняя (мезозойская) составляющая (кора выветривания) в изученных участках
имеет трехчленное строение. Верхняя часть может сохранять реликты приповерхностных
зон уранового обогащения, но обычно интенсивно преобразована поздними (неоген-
четвертичными) процессами окисления и выщелачивания с замещением браннерита и
продуктов его разложения гидроокислами Fe. Промежуточная часть характерна для всех
альбититовых месторождений и представлена гидроксидно-силикатными урановыми
рудами. Браннерит, уранинит и настуран по краям рудных тел замещаются вторичными
минералами: браннерит — смесями оксидов (гидроксидов) U6+, Pb, Ti (анатаз) и опала,
вторичного уранинита, кварца, гематита, галенита; уранинит и настуран при дальней-
шем окислении гидратируются с образованием гидронастурана и ургита. В нижней части
по гидроксидам U развиваются силикаты уранила — бета-уранотил либо уранофан. Со-
гласно экспериментальным данным И.Г. Жильцовой и др. [3], все гидроксиды U, бета-
уранотил и уранофан максимально устойчивы в растворах с pH 5–7, но уранофан может
быть также устойчивым и в щелочных средах, более характерных для больших глубин.
Вообще же урановые минералы, относимые к зоне гипергенеза, описаны на глубинах до
1000–3500 м.
Участки (послесреднеэоценового) приповерхностного уранового обогащения в коре
выветривания сохранились на единичных объектах. В пределах Новоконстантиновского
месторождения отмечаются два уровня концентрации U. Верхний уровень с настуран-
коффинитовыми рудами (U 0,2–0,4%) расположен в подошве углистых отложений пале-
огена над зоной сульфидного обогащения. Нижний уровень с менее богатыми нингиоит-
настуран-коффинитовыми рудами расположен в подошве коры выветривания, на
выщелоченных альбититах, в участках, сложенных сидеритом и монтмориллонитом.
Типоморфными минералами здесь являются оксиды, силикаты и фосфаты U4+ (на-
стуран, коффинит и нингиоит); оксиды и карбонаты Fe2+ (магнетит, вюстит, якобсит и
сидерит); сульфиды (пирит, марказит, галенит); самородные элементы (медь, висмут, зо-
лото); оксиды Zr (тажеранит) и глинистые минералы (каолинит, монтмориллонит, ги-
дрослюда). Реликтовые минералы представлены браннеритом, цирконом, ильменитом,
кварцем, полевыми шпатами, хлоритом. Такой комплекс минералов в сочетании с орга-
ническим гумусовым веществом, свидетельствует о проявлении интенсивного восстано-
вительного эпигенеза, связанного с углеродсодержащими отложениями палеогена. Этот
вывод, по мнению И.Г. Минеевой, подтверждается находками нингиоита и вюстита. Для
образования нингиоита, в частности, требуются условия, сочетающие восстановительную
обстановку и кислую среду, и возникающие только при наличии органического вещества
и сульфидов. Парагенезис нингиоита с марказитом свидетельствует о достаточно кислой
среде, сильным восстановителем служит углефицированное растительное вещество. В со-
став этого минерала входят также P и TR, их поставляют (при выветривании) альбититы с
содержанием P до 0,3–0,45%, за счет апатита и монацита, т.е. эти акцессорные минералы
вполне подвергаются разрушению. Вюстит в срастании с якобситом образовался при раз-
рушении магнетита также в восстановительных условиях.
Неоген-четвертичные зоны окисления проявлены на всех месторождениях
ураноносных альбититов, хотя и имеют специфику в зависимости от строения и состава
последних. Наиболее полно они изучены на Мичуринском месторождении [3] в пределах
открытой пологозалегающей рудной залежи на небольшой (60 м) глубине. Окислению
с формированием силикатно-слюдковой минерализации подверглись руды участка при-
поверхностного уранового обогащения с сульфидами и органическим веществом типа
описанных выше. Молодая зона окисления содержит фосфаты, ванадаты, силикаты и
оксиды U6+, а также ванадинит, гидроокислы Fe3+ (гидрогетит, гетит), сульфаты (гипс,
38
радиобарит, англезит по галениту) и глинистые минералы (каолинит, гидрослюда).
Реликты раннего восстановительного эпигенеза представлены оксидами и силиката-
ми U4+ (настуран и коффинит), сульфидами (пирит, марказит), а также органическим
веществом. Доля сульфидов относительно урановых минералов довольно высока. Фор-
мирование зоны окисления начинается отложением вторичных фосфатов — растворы
повышенной кислотности активно воздействуют на ранние фосфаты (апатит и нингиоит)
с последующим осаждением U (вместе с P) в окисленной форме. При повышении pH до
7,0–8,5 вслед за фосфатами в пустотах выщелачивания альбититов отлагаются ванадаты,
которые, в свою очередь, замещаются силикатами уранила.
Характерной чертой приповерхностных руд является смешение парагенезисов
урановых минералов всех зон на одном уровне (телескопирование), что может свиде-
тельствовать о быстром и недавнем перемещении уровня грунтовых вод как препятствии
формированию хорошо проработанной зоны окисления. Полного окисления в припо-
верхностной зоне нет; наряду с типичными представителями зоны окисления, наблюда-
ются минералы-индикаторы предшествующих процессов восстановительного эпигенеза.
Восстановление урана в связи с сероводородными и карбонатными барьерами (в верхней
и нижней частях коры соответственно), по-видимому, происходило на всех месторожде-
ниях альбититов. Следствием же воздействия неоген-четвертичных процессов окисления
и эрозии зачастую было разрушение углистых отложений среднего эоцена и зоны урано-
вого обогащения.
Преобразование минерального состава урановых руд в гипергенных условиях, со-
гласно И.Г. Минеевой [12], хорошо увязывается с зональным распределением в разрезе
рудных залежей (по вертикали) U, Ra и 206Pb. В приповерхностной части рудных тел в за-
висимости от сохранности отложений среднего эоцена (бучакский горизонт) может про-
явиться восстановительный эпигенез, приводящий к обогащению пород ураном (U>Ra, в
единицах активности), или окислительный с выносом урана (U<Ra). Преобладает вынос
U, отношение Ra/U сдвинуто в пользу Ra (>2). Радиогенная добавка 206Pb >50 г/т. Глуб-
же (на уровне альбититов фундамента) устанавливается равновесное, или близкое к рав-
новесному, соотношение радиоэлементов (Ra/U~1). Радиогенная добавка свинца может
иметь положительное или отрицательное значение; возможен как вынос, так и привнос
урана. С увеличением глубины отношение Ra/U постепенно сдвигается в пользу U (от 1
до 0,85–0,77); радиогенная добавка свинца характеризуется высокими отрицательными
значениями (206Pb от -94 до -800 г/т). Автор связывает это изменение с увеличением кон-
центрации урана с глубиной за счет привноса его с верхних уровней месторождения. Уве-
личение его содержания при этом не компенсируется радиогенным свинцом.
В качестве примера неравномерного распределения U и радиогенного Pb в
урановорудных альбититах, связанного с нарушением равновесия между этими
элементами, приводим фрагмент разреза Мичуринского месторождения (табл. 3).
Жирным шрифтом выделены промышленные руды. Таблица демонстрирует присутствие
в разрезе рудной зоны альбититов с равновесными и нарушенными U-Pb отношения-
ми. При этом отмечаются сближенные участки с дефицитом как U (207–209 м), так и Pb
(199–200 м), что свидетельствует о перераспределении в зоне рудного вещества в посталь-
бититовое время.
Таблица 3. Распределение U, Th, Pb и его изотопов в альбититах рудной зоны Мичурин-
ского месторождения (скв. 593, данные опробования ГГП «Кировгеология»)
Глубина,
м
Pb206 Pb207 Pb208 Pb204 U Th Pb
% г/т
48–72 27,6–30,1 19,8–21,2 47,3–51,6 1,0–1,4 7–12 0,8–1,4 15–28
72–95 32,5–41,0 17,6–20,1 40,0–46,4 1,0–1,4 21–28 1,3–2,0 16–32
101–106 66,6 13,4 19,4 0,6 80 0,9 34
110–111 44,0 17,3 37,7 1,0 22 1,1 15
39
Глубина,
м
Pb206 Pb207 Pb208 Pb204 U Th Pb
% г/т
111–113 83,3 10,6 5,9 0,2 89 1,2 177
113–117 61,7–62,0 14,5–14,7 22,7–23,2 0,6 61–62 1,0–1,6 21–24
119–120 80,8 9,7 9,3 0,2 360 3,8 94
120–122 85,1 9,8 4,9 0,2 890 2,8 180
139–154 31,8 20,2 46,7 1,3 18 1,6 24
161–169 45,2–46,3 16,9–18,2 34,3–36,8 1,1–1,2 16–48 1,5–1,8 7–28
169–174 33,4 19,3 46,1 1,2 12 1,7 14
183–188 34,3 15,1 49,7 0,9 52 0,7 13
191–193 87,0–87,2 9,4–10,3 2,6–3,3 0,1 1490–1670 2,8–3,8 240–575
195–197 76,5–86,4 8,5–11,6 4,9–11,2 0,2–0,7 710–840 1,7–4,3 129–139
199–200 82,1 9,7 7,6 0,6 325 2,0 49
200–202 79,0–82,3 10,7–11,9 6,4–8,6 0,5–0,6 480–750 2,1–2,4 158–191
204–207 73,4 10,1 16,1 0,4 180 1,5 30
207–208 76,2 11,1 12,2 0.5 42 1,3 810
208–209 78,1 11,6 9,9 0,4 20 2,0 194
209–210 73,9 11,2 14,3 0,6 140 2,0 31
211–217 43,8–52,0 16,4–17,9 30,9–37,3 0,7–1,0 17–29 1,0–2,2 6–30
223–225 63,6 13,2 22,4 0,8 97 1,4 23
227–229 60.6 13,2 25,3 0,9 32 1,0 6
256–258 40,0 18,6 40,3 1,1 16 1,0 5
261–289 33,4–36,8 17,8–19,4 42,7–47,6 1,1–1,2 7–10 0,5–1,7 5
290-297 29,6 19,5 49,5 1,4 13 1,6 11
Примечание: жирным шрифтом выделены образцы кондиционных урановых руд.
С учетом взаимосвязи U и CO2, как важнейшего геохимического фактора гидро-
термального урановорудного процесса [14], перераспределение урана в условиях гипер-
генеза И.Г. Минеева также связывает с карбонатной системой. Отмечая цикличность
процессов концентрации и выщелачивания урана, как и фунционирования буферной
карбонатной системы, влияющей на подвижность, перенос, осаждение, растворение и
переотложение элемента, автор предполагает проявление своеобразного круговорота или
цикла урана, который проявлялся неоднократно, начиная с протерозоя, и, вероятно, свя-
зан с закономерным поднятием щита и снижением уровня грунтовых вод. «Наблюдаемые
в настоящее время концентрации урана и сопутствующих компонентов… неоднократно
преобразованы и продолжают преобразовываться, способствуя формированию (новых)
рудных залежей».
Это подтверждается тем, что на Украинском щите установлено несколько эпох короо-
бразования, начиная с позднего протерозоя, чему способствовали относительно стабильный
тектонический режим, палеогеографические условия, а также сводовая структура централь-
ной части щита. Последующие многоэтапные эрозионные процессы этого свода препят-
ствовали накоплению мощных толщ элювия, и в настоящее время кристаллическое осно-
вание перекрывают главным образом мезозойские коры, а реликты остаточных кор более
древнего возраста сохранились лишь на склонах щита и в некоторых депрессионных струк-
турах. В центральной части щита, помимо площадных кор выветривания, распространены
линейные коры, сформированные в зонах тектонических нарушений, благоприятных для
циркуляции и глубокого проникновения поверхностных вод.
Характер распределения U в коре выветривания чудново-бердичевских гранитов
и мигматитов юго-западной части Украинского щита [5], не только дает представление
40
о поведении его в коре в аналогичных условиях, но и позволяют оценить количествен-
ную сторону его миграции. По данным упомянутых авторов, для верхней зоны коры
характерны окислительные слабокислые (рН = 6,0–6,5) условия; для нижних, начиная с
низов гидрослюдисто-каолиновой зоны, которая часто совпадает с зеркалом трещинных
вод, более восстановительные щелочные (рН = 7,5–8,0). Поведение урана, как и других
элементов с переменной валентностью (Mn, Mo, V, Be), характеризуется сходными чер-
тами: выносом из зоны окисления и относительным временным накоплением на восста-
новительном барьере в промежуточных зонах. Наши расчеты (табл. 4) показывают, что
при этом U во всех зонах ведет себя, как элемент подвижный, склонный к рассеянию,
по величине коэффициента геохимической подвижности он, действительно, близок к
Mn, Ni, Co, Cr, V, Mo, а также Ba [16]. Доля вынесенного из разных зон урана составляет
25–42% (0,11–0,19 г/м3), будучи в абсолютном выражении максимальной в каолиновой
зоне, хотя динамика выноса, скорее всего, от нижней зоны к верхней изменялась. Харак-
тер геохимических показателей, а также соотношение вынесенного урана определяется
также частичным (временным) осаждение элемента в нижних зонах коры на фоне общего
выноса.
Таблица 4. Поведение урана в коре выветривания гранитов Украинского щита (в основу
расчетов положены данные Ю.Г. Герасимова и др. [5])
Зоны коры
выветривания
Объемный
вес, г/см3
Содержание
U, 10-4% Кк Ki Вынесенный
U, г/м3
Вынесенный
U, %
1 1,58 0,07 0,58 2,37 0,19 41,7
2 1,81 0,09 0,75 1,89 0,14 25,0
3 2,35 0,08 0,67 1,75 0,11 33,3
4 2,50 0,12 1 1 – –
Примечание. Зоны коры выветривания: 1 — каолиновая; 2 — гидрослюдисто-каолиновая; 3 — де-
зинтеграции; 4 — материнских пород. Кк — коэффициент концентрации или отношение средне-
го содержания элемента в той или иной зоне коры выветривания к среднему содержанию этого
элемента в исходных кристаллических породах; Ki — коэффициент геохимической подвижности
элемента относительно Ti, согласно [16].
Степень насыщенности глинистых минералов ураном различна, как различны и
формы вхождения элемента в эти минералы [23]. Основное количество малоподвижного
(катионного по В.В. Щербине) U содержится в каолинитах и каолинизированных гидрос-
людах с рН среды 5,0–6,5. Подвижный (анионный) U концентрируется гидрослюдами и
галлуазитами, которые развиваются в условиях слабощелочной и близкой к нейтральной
среде с рН 6,0–9,0. Адсорбция соединений (гидроокислов) урана гидроокислами железа
определяется знаком заряда последних [24]. Если гидроокись железа заряжена положи-
тельно, она активно осаждает электроотрицательные гидроокислы U6+ и Mn4+. Если же
гидроокись железа на поверхности имеет преобладающие OH– анионы, т.е. коллоидная
частица гидроокиси Fe несет отрицательный заряд, такие лимониты уран не содержат.
Поведение U в водах. Проведенное Ю.Н. Демиховым и Н.А. Викторовой (июль 1978)
опробование водных источников (самоизливающихся скважин, колодцев, родников
и малых водотоков) района Кировограда (северная степная зона), показало, что 19 ис-
точников из 31 характеризуются гидрокарбонатным либо гидрокарбонатно-сульфатным
составом вод (в одном колодце вода определена как гидрокарбонатно-хлоридная). Воде
остальных 12 источников присущ сульфатный, хлоридный или смешанный состав. Из ка-
тионов преобладающим развитием пользуется Ca (17 источников), менее характерен Na
(10), Mg установлен только в 4 (в 3 из них воды хлоридные). Эти материалы подтвержда-
ют проявленность в этом районе черт как лесостепного, так и степного ландшафтов [13].
Значения pH вод лесостепной и степной зон (в границах, показанных Б.Ф. Мицкевичем)
определены Ю.Н. Демиховым для 89 проб в пределах 5,0–8,0. В среднем pH вод степного
ландшафта несколько выше по сравнению с лесостепью: 6,6 по 42 источникам и 6,1 по
41
47 источникам соответственно. Щелочные воды с pH 7,5–8 установлены в реках Южный
Буг, Черный Ташлык, Ингулец и ряде колодцев по южному (более засушливому) обрам-
лению урановорудного района, а также вблизи Ватутинского месторождения, всего 8 ис-
точников.
Содержание дейтерия, судя по измерениям δD воды 167 источников района, меня-
ется в очень широком диапазоне (-101…-54, в среднем -82,7‰). Установленная тенден-
ция облегчения воды по дейтерию в ряду поверхностные водотоки – колодцы глубиной
2–35 м — скважины глубиной до 350 м может быть объяснена двумя эффектами: испаре-
нием части влаги на поверхности и/или запаздывающим водообменом на глубине. То и
другое следует учитывать при гидрогеохимическом мониторинге района. Важно отметить
отличие щелочных вод по изотопному составу водорода. Так, среднее значение δD H2O
(‰) указанных 8 источников с pH 7,5–8 равно -74,7 (-88…-62). Нейтральные и кислые
воды (pH 5–7) остальных 78 источников характеризуются в среднем более легкой (по во-
дороду) водой: -82,6 (-101…-54); разница между нейтральными (6–7) и кислыми (4,5–5)
водами несущественна.
Интерес представляет изотопное сравнение современных вод с водой флюидных
включений урановорудных альбититов (на примере Новоконстантиновского месторожде-
ния [22]), которое демонстрирует значительную эволюцию последней в сторону усиления
ее метеорности. Значения δ18О изменяются в пределах: от +2,8…-2,6 до -12,0…-25,2‰ при
значениях δD -90…-40‰. Температура гомогенизации включений в минералах альбити-
тов при этом существенно снижается: от 420–350 до 116–53° С. Тем самым, возможно,
подтверждается общая тенденция эволюции урановых систем с усилением гипергенных
факторов. Иными словами, вода, которая (в составе флюида) участвовала в формирова-
нии ураноносных альбититов, затем становится одним из основных факторов их разру-
шения.
Концентрация U в подземных и поверхностных водах окрестностей Кировограда,
по данным тех же исследователей, варьируется в пределах 1–34∙10-6 г/л с двумя исклю-
чениями. В пробе из водотока в верховьях р. Ингул (с. Подгайцы) количество U снижа-
ется до 0,6; в пробе из скв. 1016 (г. Кировоград) оно повышается до 228 (2,28∙10-4 г/л).
Полученные результаты соответствуют сведениям о фоновой радиоактивности трещинных
вод Украинского щита, опубликованным ранее А.Б. Туктаровой [7], согласно которым
содержание урана (10-6 г/л) повышается от 1–5 в Полесье до 10–50 в центральной час-
ти щита и далее до 50–100 в Среднем Приднепровье и Приазовье. Основные факторы,
определяющие такую закономерность, это условия питания подземных вод (снижение
количества атмосферных осадков и увеличение испарения) и изменение их состава (от
гидрокарбонатно-кальциевого с общей минерализацией 0,1–0,5 г/л через сульфатно-
гидрокарбонатный с минерализацией 1–2 г/л до хлоридно-сульфатного с минерализа-
цией 2–5 г/л). При этом отмечается отсутствие четкой количественной зависимости со-
держания урана в водах от таковых в породах. Тем не менее, судя по отдельным графикам
А.Б. Туктаровой, на наш взгляд, можно говорить об отчетливом повышении количества
U в водах, связанных с графит-содержащими гнейсами центральной части щита (в райо-
не урановых месторождений) по сравнению с Полесьем и Приднепровьем. Весьма слабо,
но проявлено увеличение содержания U и в водах мигматизированных серых гранитов, а
также кировоград-житомирских гранитов этого района.
Важнейшей гидрогеологической особенностью района урановорудных альбити-
тов является формирование грунтовых вод в пределах главного водораздела систем рек
Днепр – Южный Буг с питанием водоносных горизонтов палеогена водами четвертичных
(плиоценовых) песчано-глинистых отложений. Содержание U в водах четвертичных
отложений степной ландшафтной зоны достаточно высокое (в среднем 12∙10-6 г/л, данные
В.А. Шумлянского, Е.Г. Сущук и др. [3]). В трещинных водах количество урана увеличи-
вается по мере продвижения вод от водораздельных участков (10∙10-6) к областям тран-
зита и местам разгрузки (30∙10-6 г/л). В участках развития коры выветривания, особенно
по породам с повышенным содержанием урана, концентрация его в трещинных водах
42
повышается в среднем до 70∙10-6, достигая (150–300)∙10-6 г/л; т.е. возрастает в 6–25 раз по
сравнению с содержанием в водах четвертичных отложений.
Исследование форм нахождения урана в пластовых водах с pH 5,8–8,36, Eh от -0,07
до +0,5 в и общей минерализацией 0,6–3,7%, при температуре от 0 до 30° C, циркулирую-
щих среди гранитов, известняков и терригенных осадочных пород, свидетельствует, что в
обычных слабокислых, нейтральных и слабощелочных подземных водах разного характе-
ра минерализации преобладают анионные формы нахождения урана в виде ди- и трикар-
бонатуранила [UO2(CO3)2(H2O)2
2–] и [UO2(CO3)3
4–] [11]. Количественно такие комплексы
составляют от 84 до 100%; в песках и гранитах заметную роль (9–16%) может играть ги-
дроксокомплексное соединение [UO2OH+]; в других примерах количество его ничтож-
но (0–5%). Концентрации сульфатных и хлоридных комплексных ионов в таких водах
не имеют заметного значения — их можно не учитывать даже в сульфатных и хлоридных
водах.
Осаждение урана из пластовых вод происходит при разрушении уранилкарбонатных
комплексов в результате окислительно-восстановительных реакций. Величина Eh на-
чала осаждения колеблется от 0 до -0,2 в в зависимости от концентрации урана в ра-
створе, величины и характера общей минерализации воды, а также от величины pH и
концентрации HCO3-иона. Смена окислительных условий восстановительными сопро-
вождается резким уменьшением Eh подземных вод от высоких положительных значений
(+0,5…+0,07 в) до отрицательных (-0,08 в) и таким же резким снижением в воде коли-
чества урана. Расчетная величина Eh (равновесная с твердой фазой UO2) при этом везде
отрицательная (-0,03…-0,2 в) [11]. По данным И.Г. Минеевой [12], аналогичным образом
изменяется окислительно-восстановительный потенциал современных подземных вод
урановорудных альбититов. Среди рудничных вод, которые находятся в контакте с ми-
нералами, содержащими элементы переменной валентности (в основном Fe), по величи-
не Eh выделяются: окислительные (+0,05…+0,25 в); восстановительные (-0,05…-0,24 в)
и переходные — от слабоокислительных (0…+0,05 в) до слабовосстановительных
(0…-0,05 в).
Хорошими сорбентами урана, как отмечалось выше, являются глинистые минералы,
органические вещества (в том числе в почвах), фосфориты (например, внесенные в почвы
соответствующие минеральные удобрения), сульфиды, а также электроположительные
гидроокислы железа. Прекрасно трассирует структурные ловушки, резервуары накопле-
ния урана, карбонатное вещество.
Поверхностные месторождения урана
Ландшафтно-геохимические условия локализации. Урановорудный район Кирово-
градского мегаблока, располагаясь в области перехода между лесостепной и степной
ландшафтно-геохимическими зонами [13], в климатическом и геоморфологическом отно-
шении приближается к «сухому поясу» Канады (долина Оканаган), где широко развиты
единственно рентабельные в Канаде (из числа поверхностных) «молодые» месторожде-
ния урана [8]. Сравниваемые районы характеризуются переходом от постгляциальных
условий с повышенной обводненностью к относительно сухим условиям семиаридного
ландшафта со скудной растительностью и всхолмленным долинным рельефом. В Канаде
молодые месторождения урана найдены на площадях как семиаридного климата, так и
вечной мерзлоты; известны такого рода месторождения и рудопроявления и в различных
частях Кировоградского блока [3, 7].
Гидрогеохимические характеристики ураноносных вод обоих районов также близ-
ки. Значения pH различных водных источников южной лесостепной и северной степной
зон Украинского щита по нашим данным (всего 90 источников) составляют 5,0–8,0; для
речных вод изученных канадских площадей они равны 6,0-8,8 [8]. Фоновые содержания
U (10–5 г/л) в водах оцениваются величинами: для канадских площадей — 0,002–4,38; для
центральной части Украинского щита — 0,1–5,0 [7]. Воды «сухого пояса» Канады чаще
характеризуются щелочной реакцией со значениями pH > 7,5 при повышенном содер-
жании бикарбонатов, а также аномально высокими концентрациями U — как правило,
43
0,5–30∙10-5 г/л и более. В пределах Кировоградского блока pH вод степного ландшафта (в
среднем 6,6) повышается по сравнению с лесостепью (6,1); щелочные же воды с pH = 7,5–8,
как отмечалось выше, установлены в источниках по южному (более засушливому) обрам-
лению урановорудного района. Существенно гидрокарбонатный или гидрокарбонатно-
сульфатный состав вод в районе г. Кировограда (Севериновское, Мичуринское место-
рождения) преобладает. Концентрация U (10–5 г/л) в источниках этого района составляет
0,06–3,4, достигая 22,8 в подземных водах месторождения. Значительный интерес пред-
ставляют, тоже указанные выше, факты увеличения количества урана в трещинных во-
дах по мере их продвижения от водораздельных участков к областям транзита и местам
разгрузки, а также в водах коры выветривания ураноносных пород. Справедливо отме-
тить, что содержание U в водах района ураноносных альбититов соответствует таковому
вод большинства урановых месторождений, как эндогенных, так и экзогенных [18], как и
указание на наличие ураноносных поверхностных и грунтовых вод во всех климатических
зонах [2].
Источники урана. В районе ураноносных альбититов докембрийский фундамент
Украинского щита сложен, в основном, новоукраинскими и кировоградскими гранита-
ми, вмещающими их гнейсами ингуло-ингулецкой серии, а также различными продукта-
ми их гранитизации (мигматиты, аплит-пегматоидная лейкосома и др.). В северной час-
ти района широко проявлены граниты рапакиви Корсунь-Новомиргородского плутона.
Содержание U (г/т) в этих породах составляет в среднем от 2,1 в гнейсовых толщах до
3,2–3,5 в продуктах их гранитизации, кировоградских гранитах и гранитах рапакиви; но-
воукраинские граниты характеризуются пониженной ураноносностью (1,9) [1]. По другим
данным [4] первично кластогенным породам нижнего протерозоя на Украинском щите
присущи повышенные и дифференцированные концентрации урана: в среднем 4,4 г/т
при кларке для Кировоградского блока — 2,7 г/т. Количество легкоизвлекаемого урана в
породах амфиболитовой фации метаморфизма изменяется от 10–12% в метатерригенных
разностях (гнейсах) до 20–25% в гранитоидах. Непосредственно в урановорудных полях
(при общей значительной зараженности ураном) концентрация его в кристаллических
породах (табл. 1) варьируется в самых широких пределах — от первых г/т до промышленно
значимых (0,03–1,11% по нашим образцам). Доля подвижного урана, судя по формам его,
охарактеризованным выше, также может быть весьма изменчивой. Особенно высокой
она может быть в участках эпигенеза — диафтореза (зеленосланцевая фация метаморфиз-
ма), щелочного метасоматоза и гипергенеза. В частности, количество урана, вынесенного
из разных зон коры выветривания гранитов и мигматитов района, оценивается в 25–42%
(табл. 4). Степень тектонической нарушенности кристаллических пород, сопровожда-
емой глубинной циркуляцией подземных вод, достаточно высока, особенно в пределах
урановорудных тектоно-метасоматических зон. Карбонатная составляющая также фик-
сируется, начиная от присутствия в составе гнейсового эдукта скарноидной (мергелис-
той) составляющей и заканчивая участием карбонатов в диафторитовых, альбититовых,
продуктивных и пострудных ассоциациях.
Молодые ураноносные отложения Канады [8], в основном, перекрывают интру-
зивные породы докембрийского фундамента типа гранодиоритов — порфировидных гра-
нитов (U 2,3–7,3 г/т). Обогащены ураном (14,6–18,8 г/т) сиениты, аляскиты, некоторые
разновидности гранитов, а также небольшие рудные зоны с содержанием U в несколько
сот г/т и выше. Количество подвижного урана в указанных разновидностях пород со-
ставляет 0,009–0,451 г/т или 0,4–2,4% от общего содержания. Важно отметить нали-
чие молодых концентраций урана также в отложениях, перекрывающих гранодиориты,
кварцевые диориты, монцониты с низким содержанием как общего (0,4–1,8 г/т), так и по-
движного (доля 0,2–1,3%) урана. Значимыми факторами формирования таких месторож-
дений исследователи [8] считают степень тектонической нарушенности кристаллических
пород; наличие глубоко проникающих систем циркуляции подземных вод и карбонатно-
го изменения, способствующего обогащению подземных вод бикарбонат-ионом.
44
Таким образом, в обоих сравниваемых районах оказываются налицо все факторы,
способствующие мобилизации, переносу и возможной концентрации урана.
Типы поверхностных месторождений. Согласно исследованиям кайнозойских
покровных отложений Украинского щита с точки зрения их ураноносности (В.А. Шум-
лянский, Е.Г. Сущук и др. [3]), большинство поверхностных концентраций приурочено
к обогащенным растительной органикой отложениям бучакской свиты среднего эоцена.
Бучакский горизонт, как показано выше, также контролирует положение участков ура-
нового обогащения и в зоне гипергенеза Новоконстантиновского месторождения.
В составе отложений бучакской свиты выделяется речной, озерно-болотный и
лагунно-лиманный фациальные комплексы. Наиболее распространены (и ураноносны)
аллювиальные фации, выполняющие эрозионно-тектонические палеодолины и
представленные гравийно-песчано-глинистым материалом с линзами бурого угля общей
мощностью 2–20 м. Почти всегда они "запечатаны" сверху лиманно-лагунными отложе-
ниями, которые более продуктивны в восточной части щита. Озерно-болотные фации
(наименее ураноносные), наоборот, характерны для северо-западной части щита.
В качестве важнейших факторов «молодого» уранового рудообразования отмечают-
ся: гидрогеологический режим грунтовых вод и содержание урана в кристаллических поро-
дах и коре выветривания областей питания; проявление гидрогеохимической зональнос-
ти, согласно которой кислородсодержащие ураноносные воды вниз по потоку сменяются
сероводородными с количеством U на порядок ниже и с которой связано формирование
эпигенетической зоны окисления; распространение урановых залежей до абсолютных
отметок, соответствующих урезу воды основной водной артерии, что свидетельствует о
формировании этих залежей именно потоком грунтовых вод. Эпигенетическая зональ-
ность, имеющая не только генетическое, но и прогнозно-поисковое значение, в полном
виде представлена тремя зонами: (1) окисления (поверхностного, грунтового, пластово-
го), (2) уранового оруденения — ниже зоны грунтового окисления или на выклинивании
грунтово-пластового окисления и (3) неизмененных пород. Рудные залежи имеют фор-
му пластов, линз, роллов. Содержание U в системе серые (неизмененные) песчани-
ки и пески, обогащенные органикой → желто-бурые пески зон грунтового и грунтово-
пластового окисления → черные (рудные) пески, песчаники, глины составляет 2,0–8,5;
1,6–12,0 и 13,3–355,5 г/т соответственно. Концентратором U в рудах в основном является
углистое и глинистое вещество; в небольших количествах установлены урановая чернь,
U-содержащие лейкоксен и гидроокислы Fe, а также сульфиды – марказит, пирит, мель-
никовит, бравоит, виоларит, иордизит. Элементы-спутники U представлены Mo, Re, Se,
V, Ni, Co, Zn, Cu, Pb.
Из числа проявлений урана в аллювиальных отложениях бучакской свиты, развитых
по южному обрамлению ураноносных альбититов, т.е. вдоль южного склона главного во-
дораздела, важнейшими являются Сафоновское (25 млн лет), Братское (от 1–2 млн до
10–20 тыс. лет), Христофоровское, Садовое месторождения, а также Вербовецкое рудо-
проявление (2,4 млн лет); изотопный возраст урановых руд приведен по данным ГГП «Ки-
ровгеология». Начало эпигенетических инфильтрационных процессов относится к пред-
киевскому и предсарматскому (миоценовому) времени; наиболее широкое их развитие
приходится на конец плиоцена — начало четвертичного периода. Исследование совре-
менной гидрогеохимической зональности указывает на формирование U оруденения и в
настоящее время [3]. Наблюдаются также и обратные явления (разрушения), связанные с
окислением рудных тел при понижении базиса эрозии в процессе поднятия щита и фор-
мирования современной речной сети, не совпадающей с палеодепрессиями.
В районе долины Оканаган (Канада) установлены озерно-плайевые и аллювиальные
месторождения [8].
Озерно-плайевые концентрации связаны с солеными озерами, замкнутыми (окис-
лительной и восстановительной фаций) либо циклично замыкающимися. Фундамент
указанных месторождений сложен интрузивными породами, а накопление урана контр-
олируется рельефом и уровнем испарения. Окислительные фации формируются в мелких
45
бассейнах щелочных вод с высокой концентрацией солей; уран (до 2000 г/т) накаплива-
ется на поверхности; периодическое (летом) высыхание способствует ветровой эрозии.
Восстановительные фации отличаются гиперсоленым профилем. На границе поверхност-
ной сульфатной рапы с подстилающими глинами с гипсом и мергелистых песков на глу-
бине 2–4 м проявлены бактерии, фиксирующие серу. Уранил-карбонатные комплексы,
содержащиеся в подземных водах, быстро разрушаются при подкислении среды и/или
в условиях восстановления бактериями; в результате происходит сравнительно гомоген-
ное обогащение ураном (до 1000 г/т) осадков по всей толще, но преимущественно в ниж-
ней части профиля. В циклично замыкающихся (соленых и солоноватых) бассейнах, т.е.
в щелочных условиях, периодические поступления пресных вод приводят к появлению
слоев, обогащенных органическим веществом, глиной и мергелем. Уран в них не всегда
связан с прослоями, обогащенными органикой, возможно, в большей степени он контр-
олируется восстановительными условиями в поровых водах, возникающими в процессе
созревания органического материала. В некоторых случаях, в заболоченных водоемах,
отмечаются признаки латерального движения грунтовых вод через определенную (геохи-
мическую) ловушку. Количество урана при неравномерном распределении по профилю
повсеместно повышено (50–1000 г/т).
Аллювиальные концентрации относятся к речным долинам и поймам. Среди
ураноносных отложений выделяется несколько типов. Отложения бассейновых коллекто-
ров в верховьях долин или у их бортов; насыщение их ураном происходит в местах разгруз-
ки восходящих грунтовых вод, именно в зонах обогащенных органикой почв за счет испа-
рения или катионного поглощения. Наиболее высокие содержания урана (более 1000 г/т)
сосредоточены в поверхностном горизонте (до глубины 3 м). Болотные фации форми-
руются в результате частичного подпруживания долины или как следствие ледниковой
деятельности при отсутствии дренажа. Уран привносится грунтовыми водами (пресными
или щелочными) и фиксируется, главным образом, органическим веществом в виде за-
лежей, имеющих форму языков или роллов, в нижних частях профилей. В пойменных
отложениях (русла, старицы, прирусловые валы, пойменные луга, дельтовые фации) как
крупных зрелых рек, так и небольших меандрирующих, обнаружены значительные, но
довольно рассеянные концентрации урана. Везде уран привносится грунтовыми водами
в профиль обломочных осадков (алеврит, песок, гравий), обогащенных органическим ве-
ществом, с последующим осаждением этим веществом (+ катионный обмен). Содержа-
ние урана во всех перечисленных типах достигает 1000 г/т.
По имеющимся данным [8] ни в одном поверхностном месторождении долины Ока-
наган не установлено урановых минералов, скорей всего уран свободно связан с органи-
кой и глинами и поэтому легко повторно мобилизуется. Кроме U, в большинстве случаев
отмечаются концентрации Mo, в отдельных месторождениях — Se, но характерно отсут-
ствие V.
Значения коэффициента радиоактивного равновесия на ряде объектов Канады и за-
падной части США свидетельствуют о молодом возрасте месторождений — 0,1–0,75 млн.
лет, часто они моложе 12 тыс. лет [15].
В генетическом плане общим для всех поверхностных месторождений урана
(Украины, Канады и других районов мира) является непрерывность процесса их фор-
мирования [3, 15]. Перенос урана на путях транзита от источника до вмещающих пород
происходит в окислительной обстановке (в основном в форме карбонат-уранильных
комплексов) с возможным фиксированием в виде временных концентраций, напри-
мер, в определенных горизонтах коры выветривания на восстановительных барьерах, и
повторной мобилизацией. Для этих условий вообще характерны эпигенетические кон-
центрации урана, контролируемые кислородной геохимической зональностью — плас-
товой в осадочном чехле или трещинной в породах фундамента, в том числе в урановых
альбититах. В осадочных породах чехла накопления урана могут образоваться уже в ходе
седиментогенеза и раннего диагенеза, впоследствии разрушаясь или преобразуясь с пере-
мещением вниз по водному потоку. В породах фундамента такие образования характеризу-
ются сложной вертикальной геохимической зональностью, определяемой особенностями
46
тектонических зон, а также базисом древней и современной эрозии. Они трудноотличимы
от эндогенных гидротермальных продуктов, в частности, если их проявления простран-
ственно совпадают с альбититовыми месторождениями.
Основные причины осаждения урана из грунтовых вод (разрушения карбонат-
уранильных комплексов) это: наличие восстановительных барьеров (уровень грунтовых
вод, смена эдукта или расходование кислорода во время транзита), проявление эффектов
испарения на поверхности или смешения вод, а также сорбционные процессы в
благоприятных породах (зрелая органика, глинистые минералы, фосфориты, гидро-
окислы железа).
Некоторые прогнозно-поисковые рекомендации. Подчеркнем, что мы рассматриваем
поверхностные (молодые) накопления урана в современном научном понимании [10].
Более древние эпигенетические его концентрации в настоящей разработке не анализи-
руются. В соответствии с поставленной целью, нами также ограничен район возможного
образования таких концентраций районом развития ураноносных альбититов Кирово-
градского блока.
Важнейшей особенностью таких концентраций является то, что «молодой»
уран почти не сопровождается дочерними продуктами и, следовательно, не проявлен
радиоактивными аномалиями [8]. Авторы называют некоторые исключения из этого
правила: резкое поверхностное обогащение, сопровождающееся обезвоживанием; пря-
мое осаждение из природных водных источников. Хотя при поверхностном обогаще-
нии ураном до 2000 г/т даже менее 2% равновесия с дочерними продуктами оказывается
достаточным для обнаружения урановых руд сцинтиллометрами, тем не менее, в боль-
шинстве случаев при поисках молодых концентраций требуется применение нестандарт-
ной методики.
Основные региональные критерии их поисков включают: наличие ураноносных
пород в областях питания пластовых вод; широкое развитие U-содержащих трещинно-
грунтовых вод и направленный их сток от источников питания к местам разгрузки; на-
личие в фундаменте палеодепрессий, содержащих отложения благоприятных литолого-
фациальных комплексов пород и водоупорных отложений, их перекрывающих;
размещение этих отложений выше уровня региональных дрен.
С точки зрения климатических, геоморфологических, гидродинамических и гидро-
геохимических условий, а также потенциальных источников урана Кировоградский блок
представляется весьма перспективным именно для поисков поверхностных молодых его
концентраций. Этот вывод вполне подтверждается сопоставлением материалов по Канад-
скому и Украинскому щитам. Перспективной зоной поисков таких концентраций можно
считать южное обрамление района альбититовых месторождений, а именно, левобережье
Южного Буга в сочетании с его левыми притоками — Синюхой, Ингулом и Ингульцом.
Эта гидрогеологическая система определяет участки, где благоприятно сочетаются мес-
та разгрузки обогащенных ураном подземных вод, степень аридности климата со щелоч-
ной реакцией грунтовых вод и наличие среди покровных фаций пород-осадителей. Мы
имеем в виду не только бучакские отложения в сочетании с региональным водоупором —
глинами киевской свиты, но также и другие возможные ловушки, от черных лагунно-
озерных песков аптского водоносного горизонта (на южном склоне Украинского щита)
до современных кокколитовых илов, где содержание U может превышать количество его
в воде на несколько порядков. Протяженность зоны транзита здесь достигает десятков
километров, что является весьма благоприятным фактором; разгрузка подземных вод мо-
жет происходить по разрывным нарушениям, в том числе, например, в среднем течении
р. Ингул с урезом воды +20 м (абсолютная отметка).
47
Выводы
1. Содержание урана на изученных месторождениях приблизительно одинаковое
(в среднем, г/т): от 4,8–15,9 во вмещающих породах и 13,0–25,1 в безрудных альбити-
тах до 80,3–197,7 в слаборудных альбититах и 835,0–2409,6 в кондиционных рудах. Раз-
личие концентрации урана в оруденелых и рудных альбититах (бортовое содержание)
взято по величине 300 г/т, т.е. значительное количество металла при разработке место-
рождений уйдет в отвалы. Особо следует подчеркнуть возможное наличие в рудных зо-
нах регенерированных локальных проявлений урана и сопутствующих элементов, не
связанных с альбититами, например рудопроявление Обгонное на северном фланге Ми-
чуринского поля. Здесь в Bi-U рудах содержание U в тектонической глинке достигает
ураганного — около 15,5%, в полосе 10–20 см от рудной жилы количество U составляет
0,03–0,05%, т.е. соизмеримо с промышленным. Учитывая ориентированность поисково-
разведочных и эксплуатационных работ на альбититы, такие концентрации могут также
попадать в отвалы.
2. Среди форм нахождения U в рудной массе выделены: уран собственных
(первичных и вторичных) минералов, высокорадиоактивных акцессорных минералов,
рассеянный в породообразующих минералах и мобилизованный вторичными процессами.
Обращают на себя внимание два обстоятельства. Во-первых, среди перечисленных форм,
отсутствуют те, в которых U сохранял бы полную инертность: даже такие акцессорные
минералы как циркон и монацит обнаруживают признаки регенерации с перераспреде-
лением урана. Во-вторых, значительная часть урана во всех блоках пород, подлежащих
эксплуатационной выемке, может быть отнесена к «подвижной», т.е. обладает достаточно
высокой миграционной способностью. Эта форма может быть источником загрязнения
подземных и поверхностных вод и почв. Но она может извлекаться, увеличивая полезный
выход рудного урана, при использовании технологий выщелачивания, либо формировать
вторичные (молодые) концентрации.
3. Гипергенез, проявленный на всех изученных объектах, сопровождается как
выносом урана (до 42%) из каолиновой зоны коры выветривания, так и накоплением его
в зоне обогащения. На Новоконстантиновском месторождении установлено два таких
участка (обогащения): в подошве бучакских покровных (угленосных) отложений и в по-
дошве коры выветривания ниже уровня грунтовых вод вместе с сидеритом. Поведение
урана и других элементов с переменной валентностью характеризуется сходными черта-
ми, а именно: выносом из зоны окисления и относительным временным накоплением
на восстановительном барьере в промежуточных зонах, чаще в каолин-гидрослюдистой.
Показательным для участков проявления гипергенных процессов является нарушение
равновесия U-Pb систем: верхним зонам присущ избыток радиогенной добавки Pb, тогда
как с глубиной, за счет привноса урана сверху из зоны окисления, все более растет дефи-
цит 206Pb.
4. Содержание урана в подземных и поверхностных водах района Кировограда
варьирует от 0,6 до 228∙10-6 г/л; максимальное его количество определено в пробе воды
из самоизливающейся скважины в самом Кировограде. Значения pH вод южной лесос-
тепной и северной степной зон блока по нашим данным составляет 5,0–8,0. Щелочные
воды с pH 7,5–8 установлены по южному обрамлению урановорудного района; эти воды
в среднем отличаются повышенным содержанием дейтерия: δD = -74,7‰. Среднее зна-
чение δD нейтральных и кислых вод (pH 5–7) составляет -82,6‰. Преобладающими
формами миграции U в водах разного характера минерализации, по-видимому, являются
анионные формы в виде ди- и трикарбонатуранила [UO2(CO3)2(H2O)2
2–] и [UO2(CO3)3
4–].
Существенно гидрокарбонатный состав вод непосредственно в районе г. Кировограда за-
фиксирован в большинстве источников.
5. С точки зрения климатических, геоморфологических, гидродинамических и ги-
дрогеохимических условий, а также потенциальных источников урана Кировоградский
блок представляется весьма перспективным для поисков поверхностных молодых концен-
траций урана. Этот вывод вполне подтверждается сопоставлением материалов по Канад-
скому и Украинскому щитам. Перспективной зоной поисков таких концентраций можно
48
считать южное обрамление района альбититовых месторождений, а именно, левобережье
Южного Буга в сочетании с его левыми притоками — Синюхой, Ингулом и Ингульцом.
Эта гидрогеологическая система определяет участки, где благоприятно сочетаются места
разгрузки обогащенных ураном подземных вод, степень аридности климата со щелочной
реакцией грунтовых вод и наличие среди покровных фаций пород-осадителей. При этом,
имеются в виду не только отложения бучакской свиты, но также и другие ловушки, с уче-
том отечественного и зарубежного опыта. В работе с поверхностными концентрациями
следует учитывать, что «молодой» уран почти не сопровождается дочерними продуктами
и, следовательно, может не проявиться радиоактивными аномалиями. Поэтому для по-
исков таких концентраций может потребоваться применение нестандартной методики.
1. Белевцев Я.Н., Егоров Ю.П., Титов В.К. и др. Средние содержания урана и тория в главнейших типах
горных пород Украинского щита // Геол. журнал. — 1975. — 35, вып. 4.
2. Бойл. Д.Р. Генезис поверхностных месторождений урана. Материалы по геологии урановых месторож-
дений зарубежных стран. Москва: 1987. — Вып. 38. — С. 64–83.
3. Генетические типы и закономерности размещения урановых месторождений Украины. Отв. редакторы
Я.Н. Белевцев, В.Б. Коваль. Киев: Наук. Думка,1995. — 396 с.
4. Геология и генезис месторождений урана в осадочных и метаморфических толщах. Москва: Недра,
1980. — 270 с.
5. Герасимов Ю.Г., Сонкин Л.В., Завьялова Н.Н. Распределение радиоактивных и малых элементов в коре
выветривания чудново-бердичевских гранитов Украинского щита. Радиоактивные элементы в горных
породах. Часть I. Новосибирск, 1972. — С. 49–50.
6. Ємець О.В., Пономаренко О.М., Кюні М. та ін. Мінералого-геохімічні особливості та вік уранового зру-
деніння альбітитів Кіровоградського блоку на прикладі Новокостянтинівської урановорудної ділянки
(Новоукраїнський гранітний масив, Український щит) // Мінерал. журн. — 2007. — 29, № 2. — С. 102–
110.
7. Закономерности образования и размещения урановых месторождений Украины. Отв. редактор Я.Н. Бе-
левцев. Киев: 1968. — 763 с.
8. Калберт Р.Р., Бойл. Д.Р., Левинсон А.А. Поверхностные месторождения урана в Канаде. Материалы по
геологии урановых месторождений зарубежных стран. Москва: 1987. — Вып. 38. — С. 83–105.
9. Копченова Е.В., Авдонин А.С., Сидоренко Г.А. и др. К вопросу о ненадкевите // Зап. Всесоюз. минерал.
о-ва. — 1977. — Ч. 106, вып. 4. — С. 387–395.
10. Кудрявцев В.Е., Корнеева Н.П., Титова Р.С. Поверхностные месторождения урана. Материалы по гео-
логии урановых месторождений зарубежных стран. Москва: 1987. — Вып. 38. — С. 9–37.
11. Лисицин А.К. О формах нахождения урана в подземных водах и условия его осаждения в виде UO2 //
Геохимия. — 1962. — № 9. — С. 763–769.
12. Минеева И.Г. Минералого-геохимические аспекты формирования ураноносных альбититов докембрия
// Сов. геология. — 1986. — № 3. — С. 87–93.
13. Міцкевич Б.Ф. Геохімічні ландшафти Українського щита. — Київ: Наук. думка, 1971. — 174 с.
14. Наумов Г.Б. Основы физико-химической модели уранового рудообразования. Москва: Атомиздат
1978. — 213 с.
15. Оттон Дж. К. Поверхностные месторождения урана: обзор и выводы. Материалы по геологии урановых
месторождений зарубежных стран. Москва: 1987. — Вып. 38. — С. 38–49.
16. Почтаренко В.И., Фомин Ю.А., Войновский А.С., Боев Н.И. Временные методические рекомендации
по проведению глубинных литохимических поисков (применительно к условиям Украинского щита).
Изд-во МИНГЕО Украины. Киев. 1985. — 60 с.
17. Смыслов А.А. Уран и торий в земной коре. Ленинград: Недра, 1974. — 231 с.
18. Токарев А.Н., Куцель Е.Н., Попова Т.П. и др. Радиогидрогеологический метод поисков месторождений
урана. — Москва: Недра, 1975. — 255 с.
19. Фомин Ю.А. Некоторые закономерности распределения радиоактивных элементов в минералах вулка-
нических пород // Геол. журн. — 1988. — 48. — № 6. — С. 79–83.
20. Фомин Ю.А. Генетическое соотношение золотого и уранового оруденения Кировоградской тектоно-
метасоматической зоны. Геохімія та екологія. — Київ. — 2006. — Вип. 12. — С. 11–18.
21. Фомин Ю. А., Демихов Ю. Н. Изотопный состав углерода и серы раннепротерозойских пород централь-
ной части Украинского щита // Доп. НАН України. — 2008. — № 7. — С. 123–129.
22. Фомин Ю.А., Демихов Ю.Н., Лазаренко Е.Е. Особенности рудообразующего флюида Новоконстанти-
новского месторождения урана (Украинский щит) // Доп. НАН України. — 2009. — № 4. — С. 130–136.
23. Шалмина Г.Г. Естественные радиоактивные элементы в профилях выветривания каолинитового и ги-
дрослюдистого типов гумидного пояса (на примере Урала и Сибири). Автореферат кандидатской дис-
сертации. Новосибирск, 1971. — 23 с.
24. Щербина В.В. Основы геохимии. Москва: Недра, 1972. — 296 с.
49
Фомін Ю.О., Деміхов Ю.М., Сущук К.Г. СИСТЕМА УРАНОНОСНИХ АЛЬБІТИТІВ ЯК
ПОТЕНЦІЙНЕ ДЖЕРЕЛО ПОВЕРХНЕВИХ РОДОВИЩ УРАНУ ТА/АБО ТЕХНО-
ГЕННОЇ НЕБЕЗПЕКИ.
Розглянуто особливості поведінки урану у системі: докембрійські ураноносні альбітити
та вміщуючі їх породи Кіровоградського мегаблоку — мезокайнозойська зона гіпергенезу —
сучасні підземні і поверхневі води. На основі проведеного дослідження та порівняння цього
району Українського щита зі схожим ураноносним районом Канадського щита проведено
оцінку перспектив утворення у межах блоку поверхневих уранових концентрацій. Отримані
дані пропонується використовувати для прогнозування і пошуку поверхневих родовищ та вив-
чення техногенних ризиків.
Fomin Yu.A., Demikhov Yu.N., Sushchuk K.G. SYSTEM OF URANIUM-BEARING
ALBITITES AS SOURCE OF POTENTIAL SURFICIAL URANIUM DEPOSITS AND|OR
TECHNOGENOUS DANGER.
The peculiarities of uranium behavior at the system: Precambrian uranium-bearing albitites
and host rocks at Kirovograd mega block — Meso-Cainozoic zone of hyper genesis — present-day
underground and superficial waters were examined. On the base of prasent investigation and comparison
of this region of Ukrainian Shield with like uranium-bearing region of Canada Shield the perspectives
of surficial uranium deposit forming were estimated. The received data should be used for prognosis
and search of surficial deposits and researching of technogene safety.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-32278 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | XXXX-0098 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T18:43:45Z |
| publishDate | 2010 |
| publisher | Інститут геохімії навколишнього середовища НАН України та МНС України |
| record_format | dspace |
| spelling | Фомин, Ю.А. Демихов, Ю.Н. Сущук, Е.Г. 2012-04-16T09:23:44Z 2012-04-16T09:23:44Z 2010 Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности / Ю.А. Фомин, Ю.Н. Демихов, Е.Г. Сущук // Збірник наукових праць Інституту геохімії навколишнього середовища. — К.: ІГНС, 2010. — Вип. 18. — С. 31-49. — Бібліогр.: 24 назв. — рос. XXXX-0098 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/32278 553.2: 553. 495 Рассмотрены особенности поведения урана в системе: докембрийские ураноносные альбититы и вмещающие их породы Кировоградского мегаблока — мезокайнозойская зона гипергенеза — современные подземные и поверхностные воды. На основе проведенного исследования, а также сравнения этого района Украинского щита со сходным ураноносным районом Канадского щита оценены перспективы формирования в пределах блока поверхностных урановых концентраций. Полученные данные предлагается использовать для прогнозирования и поисков поверхностных месторождений и изучения техногенных рисков. Розглянуто особливості поведінки урану у системі: докембрійські ураноносні альбітити та вміщуючі їх породи Кіровоградського мегаблоку — мезокайнозойська зона гіпергенезу — сучасні підземні і поверхневі води. На основі проведеного дослідження та порівняння цього району Українського щита зі схожим ураноносним районом Канадського щита проведено оцінку перспектив утворення у межах блоку поверхневих уранових концентрацій. Отримані дані пропонується використовувати для прогнозування і пошуку поверхневих родовищ та вивчення техногенних ризиків. The peculiarities of uranium behavior at the system: Precambrian uranium-bearing albitites and host rocks at Kirovograd mega block — Meso-Cainozoic zone of hyper genesis — present-day underground and superficial waters were examined. On the base of prasent investigation and comparison of this region of Ukrainian Shield with like uranium-bearing region of Canada Shield the perspectives of surficial uranium deposit forming were estimated. The received data should be used for prognosis and search of surficial deposits and researching of technogene safety. ru Інститут геохімії навколишнього середовища НАН України та МНС України Збірник наукових праць Інституту геохімії навколишнього середовища Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности Система ураноносних альбітитів як потенційне джерело поверхневих родовищ урану та/або техногенної небезпеки System of uranium-bearing albitites as source of potential surficial uranium deposits and|or technogenous danger Article published earlier |
| spellingShingle | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности Фомин, Ю.А. Демихов, Ю.Н. Сущук, Е.Г. |
| title | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности |
| title_alt | Система ураноносних альбітитів як потенційне джерело поверхневих родовищ урану та/або техногенної небезпеки System of uranium-bearing albitites as source of potential surficial uranium deposits and|or technogenous danger |
| title_full | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности |
| title_fullStr | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности |
| title_full_unstemmed | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности |
| title_short | Система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности |
| title_sort | система урановорудных альбититов как потенциальный источник поверхностных месторождений урана и/или техногенной опасности |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/32278 |
| work_keys_str_mv | AT fominûa sistemauranovorudnyhalʹbititovkakpotencialʹnyiistočnikpoverhnostnyhmestoroždeniiuranaiilitehnogennoiopasnosti AT demihovûn sistemauranovorudnyhalʹbititovkakpotencialʹnyiistočnikpoverhnostnyhmestoroždeniiuranaiilitehnogennoiopasnosti AT suŝukeg sistemauranovorudnyhalʹbititovkakpotencialʹnyiistočnikpoverhnostnyhmestoroždeniiuranaiilitehnogennoiopasnosti AT fominûa sistemauranonosnihalʹbítitívâkpotencíinedžerelopoverhnevihrodoviŝuranutaabotehnogennoínebezpeki AT demihovûn sistemauranonosnihalʹbítitívâkpotencíinedžerelopoverhnevihrodoviŝuranutaabotehnogennoínebezpeki AT suŝukeg sistemauranonosnihalʹbítitívâkpotencíinedžerelopoverhnevihrodoviŝuranutaabotehnogennoínebezpeki AT fominûa systemofuraniumbearingalbititesassourceofpotentialsurficialuraniumdepositsandortechnogenousdanger AT demihovûn systemofuraniumbearingalbititesassourceofpotentialsurficialuraniumdepositsandortechnogenousdanger AT suŝukeg systemofuraniumbearingalbititesassourceofpotentialsurficialuraniumdepositsandortechnogenousdanger |