Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді

Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді

Публікація ознайомлює з рукописом спогадів про талановитого одеського художника Киріака Костянтиновича Костанді (1852–1921) його учня, відомого портретиста Бориса Ісаковича Егіза (1869– 1947). The article introduces the publication of memoirs (recollections) about a talented Odessa artist Kiriak Kon...

Повний опис

Збережено в:
Бібліографічні деталі
Опубліковано в: :Студії мистецтвознавчі
Дата:2011
Автор: Сторчай, О.
Формат: Стаття
Мова:Ukrainian
Опубліковано: Інститут мистецтвознавства, фольклористики та етнології iм. М.Т. Рильського НАН України 2011
Теми:
Архів
Онлайн доступ:https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/39394
Теги: Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
Назва журналу:Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
Цитувати:Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді / О. Сторчай // Студії мистецтвознавчі. — К.: ІМФЕ НАН України, 2011. — № 4(36). — С. 130-143. — Бібліогр.: 19 назв. — укр.

Репозитарії

Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
id nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-39394
record_format dspace
spelling Сторчай, О.
2012-12-15T20:14:04Z
2012-12-15T20:14:04Z
2011
Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді / О. Сторчай // Студії мистецтвознавчі. — К.: ІМФЕ НАН України, 2011. — № 4(36). — С. 130-143. — Бібліогр.: 19 назв. — укр.
1728–6875
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/39394
7.071.1:929(477.74)(0.032)
Публікація ознайомлює з рукописом спогадів про талановитого одеського художника Киріака Костянтиновича Костанді (1852–1921) його учня, відомого портретиста Бориса Ісаковича Егіза (1869– 1947).
The article introduces the publication of memoirs (recollections) about a talented Odessa artist Kiriak Konstantinovich Kostandi (1852–1921) from his student, a well-known portrait-painter Boris Isaacovich Egiz (1869– 1947).
uk
Інститут мистецтвознавства, фольклористики та етнології iм. М.Т. Рильського НАН України
Студії мистецтвознавчі
Архів
Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
Materials on Creative Biography of Kyriak Kostandi
Article
published earlier
institution Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
collection DSpace DC
title Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
spellingShingle Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
Сторчай, О.
Архів
title_short Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
title_full Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
title_fullStr Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
title_full_unstemmed Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді
title_sort матеріали до творчої біографії киріака костанді
author Сторчай, О.
author_facet Сторчай, О.
topic Архів
topic_facet Архів
publishDate 2011
language Ukrainian
container_title Студії мистецтвознавчі
publisher Інститут мистецтвознавства, фольклористики та етнології iм. М.Т. Рильського НАН України
format Article
title_alt Materials on Creative Biography of Kyriak Kostandi
description Публікація ознайомлює з рукописом спогадів про талановитого одеського художника Киріака Костянтиновича Костанді (1852–1921) його учня, відомого портретиста Бориса Ісаковича Егіза (1869– 1947). The article introduces the publication of memoirs (recollections) about a talented Odessa artist Kiriak Konstantinovich Kostandi (1852–1921) from his student, a well-known portrait-painter Boris Isaacovich Egiz (1869– 1947).
issn 1728–6875
url https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/39394
citation_txt Матеріали до творчої біографії Киріака Костанді / О. Сторчай // Студії мистецтвознавчі. — К.: ІМФЕ НАН України, 2011. — № 4(36). — С. 130-143. — Бібліогр.: 19 назв. — укр.
work_keys_str_mv AT storčaio materíalidotvorčoíbíografííkiríakakostandí
AT storčaio materialsoncreativebiographyofkyriakkostandi
first_indexed 2025-11-25T23:50:41Z
last_indexed 2025-11-25T23:50:41Z
_version_ 1850585916198879232
fulltext 130 МАТЕРІАЛИ ДО ТВОРЧОЇ БІОГРАФІЇ КИРІАКА КОСТАНДІ Оксана Сторчай УДК 7.071.1:929(477.74)(0.032) Публікація ознайомлює з рукописом спогадів про талановитого одеського художника Киріака Костянтиновича Костанді (1852–1921) його учня, відомого портретиста Бориса Ісаковича Егіза (1869– 1947). Ключові слова: К. Костанді, спогади Б. Егіза, Одеська живописна школа. The article introduces the publication of memoirs (recollections) about a talented Odessa artist Kiriak Konstantinovich Kostandi (1852–1921) from his student, a well-known portrait-painter Boris Isaacovich Egiz (1869– 1947). Keywords: K. Kostandi, memoirs (recollections) of Boris Isaacovich Egiz, Odessa school of art. Архів Arсhive «…главной задачей для художника, живописца должны служить утонченная и непосредственная передача той разнообразной красоты зрительных впечатлений, которые на каждом шагу поражают истинного и чуткого художника, поэта» К. Костанді Писемна спадщина очевидців повсякчас викликала і викликає неабиякий інте рес у науковців. Для мистецтвознавців найбіль- шу цінність мають спогади художників, літераторів, діячів культури, які дозволя- ють уточнити той чи інший факт або дату, містять характеристику творчої діяльності митців, описують їхні вчинки, обставини життя і творчості. Саме в мемуарах нерідко занотовано міркування художників, став- лення до них сучасників, розкрито особис- ті стосунки, подекуди висвітлено сімейний побут, навіть еволюцію релігійних поглядів відомих майстрів. Такі записи вирізняють- ся й особливою стилістикою, емоційністю викладу, подаючи оригінальну оцінку подій автором. З цього погляду надзвичайно цін- ним є текст «Спогадів про К. К. Костанді» його учня, талановитого портретиста Бориса Ісаковича Егіза (1869–1947) 1, що зберігається у наукових архівних фондах рукописів і фонозаписів Інституту мисте- цтвознавства, фольклористики та етнології ім. М. Т. Рильського НАН України 2. Киріак Костянтинович Костанді (1852– 1921) був талановитим, визнаним ще за життя, художником і педагогом. Про нього із захопленням писали сучасники: І. Рєпін, І. Айвазовський, І. Крамськой, В. Стасов, П. Нілус, А. Нюренберг та ін. Ґрунтовно ви- вчали творчість, життєвий шлях і педагогічну діяльність К. Костанді відомі мистецтвознав- ці В. Афанасьєв («Кириак Константинович Костанди. 1852–1921» та «К. К. Костанді. Нарис про життя і творчість») і А. Шистер («Кириак Константинович Костанди») 3. Неодноразово відбувалися персональні ви- ставки художника (у 1924, 1946–1947 і 1952 роках – в Одесі, 1977 року – в Києві), достат- ньо повно його творчість була репрезен- тована й у тематичних експозиціях 4. Слід згадати і про публікації останнього часу: А. Носенко «Киріак Костанді. Драматургія протиставлень», В. Данилейко «“Щирість, яка струменіє в усьому: в ідеї, кожному штриху, кожному мазку…”. До 150-річчя від дня народження одеського художника К. Костанді», М. Степанов «Тонко відчу- вав природу Причорномор’я», А. Васильєв «Міжнародний симпозіум художників. До 150-річчя з дня народження К. Костанді», 131 оксАнА сторЧАй. МАтерІАЛИ до тВорЧоЇ бІогрАФІЇ кИрІАкА костАндІ І. Голяєва «Пам’яті Кіріака Костанді» та ін. 5 На особливу увагу заслуговує цікаве, бага- то ілюстроване наукове видання «Кириак Костанди и художники-греки в Одессе. Конец ХІХ – начало ХХ веков» 6, до якого уві- йшли переважно прижиттєві публікації про художника: П. Нілус «К. К. Костанди (к се- годняшнему юбилею)», ТЕД [Т. Д. Едуардс (?)] «У К. К. Костанди», І. Антонович «Наши художники-южане К. К. Костанди» та ін., а також статті Є. Голубовського «Цвет одес- ского мифа» та М. Костанді «Воспоминания об отце». На жаль, до цього видання не були включені спогади про художника йо- го учнів і знайомих: А. Гонзаля, В. Горба, В. Цимпакова, М. Котляра та ін., які й досі залишаються маловивченими рукописни- ми матеріалами 7. Нині відома лише одна публікація подібного архівного матеріа- лу – нарис про К. К. Костанді професора Новоросійського університету, літературо- знавця В. Мазурського, із вступною стат- тею і коментарями В. Абрамова 8. Зважаючи на сказане, публікація спога- дів Б. Егіза є особливо актуальною, адже вони належать до першоджерел і викли- кають неабиякий науковий інтерес. Текст рукопису висвітлює період від часу навчан- ня Б. Егіза в Одеському художньому учили- щі (1886–1890) і до смерті К. Костанді 1921 року. У мемуарах Б. Егіз розповідає про методи і принципи викладання свого улюб- леного вчителя 9, доповнює його біографію цікавими фактами, розкриває особливості «мистецької кухні» живописця, подає ха- рактеристику творчості. Б. Егіз розглядає і питання впливу імпресіоністів на творчість К. Костанді, розмірковуючи, чи можна взага- лі вважати його художником-імпресіоністом. Автор «Спогадів» зазначає, що К. Костанді близькими були погляди художників бар- бізонської школи, він захоплювався їхнім умінням відтворювати найрізноманітніші стани природи, вібрацію світла й повітря; досвідом у вирішенні таких завдань, як взає модія світла і кольору, предмета і про- стору; досягненнями в тональному маляр- стві, багатому вальорами, світлотіньовими і колірними нюансами; точністю фіксації без- посередніх вражень. Таке зацікавлення ху- дожніми методами барбізонців було цілком виправданим, адже свого часу К. Костанді у творчих пошуках наблизився до вирішення подібних завдань. Б. Егіз розповідає також, як К. Костанді, прагнучи досягти колорис- тичної виразності робіт, ішов паралельним шляхом з імпресіоністами, не будучи навіть знайомим з новаціями останніх. Принагідно зазначимо, що питання, чи є імпресіонізм питомо французьким явищем або ж загальноєвропейським і загально- світовим художнім рухом, спрямованим на оновлення живопису і позбавлення його віджилих канонів, і сьогодні залишається дискусійним. Утім, відомо, що імпресіонізм став заключною стадією розвитку реаліс- тичного мистецтва, розпочатого в добу Ренесансу, а розповсюдження його в об- разотворчості різних країн було проявом загальної закономірності, яка на певному етапі розвитку культури того чи іншого на- роду призводить до появи саме цієї стадії. Згадана течія виявилася не у формі пря- мого запозичення чужої художньої мови, а як взаємодія, діалог культур, визначений тенденціями розвитку національного мис- тецтва. При цьому типологічна схожість імпресіонізму в різних художніх школах не виключає наявності національної специфі- ки, що проявляється у розмаїтті пластич- ного вирішення творів. Імпресіонізм став популярною течією у багатьох національ- них мистецьких школах, подекуди значно відрізняючись від класичного французько- го варіанта. На жаль, у віт чизняному мис- тецтвознавстві проблема існування імп- ресіонізму як окремого напряму розвит ку українського живопису вивчена недостат- ньо, відсутні й монографії, присвячені ви- світленню цього питання. Винятком став альбом «Імпресіонізм і Україна» 10, у яко- му вдало вибудуваний експозиційний ряд подіб них творів. Н. Асєєва зазначає: «В останній чверті ХІХ ст. в українському мистецтві складається національний варі- ант художнього напрямку – імпресіонізму. Імпресіонізм в українській художній культу- рі, виявляючись як типологічна тенденція, має низку специфічних рис» 11. Стосовно ж творчості К. Костанді, то він пройшов шлях від передвижництва до пле- нерного живопису, отримавши чудовий ви- 132 АрХІВ шкіл у Петербурзькій Академії мистецтв, де був учнем П. Чистякова та І. Рєпіна. Гарна академічна підготовка відчутна в усіх його творах, у картині чи етюді, присутня вона і в імпресіоністичних за вирішенням роботах майстра. Запропонований для публікації архівний матеріал – це рукопис, написаний чорнила- ми на восьми аркушах, розмір документа приблизно ¼ ватманського аркуша. Назва рукопису умовна, надана співробітниками архіву. [СПОГАДИ ПРО К. К. КОСТАНДІ] * Борис Егіз Первый*раз я встретился с К. К. Костанди в 1887-м году, когда я поступил в Од[ес- скую] Рис[овальную] Шк[олу] Общ[ества] Из[ящных] Ис[кусств] 12 [«Одновременно со мной тогда учились там и некотор[ые] из нынешних проф[ессоров] одесской Ак[адемии] Из[ящных] Ис[кусств] и мно- гие из проживающих теперь в Одес[се] ху- дожников» закреслено автором. – О. С.]. Я помню, как дорогой К. К. очаровал нас с первых же дней своим удивительным даром не стеснять индивидуальность в учащихся. Никогда и ничего им не навязывая, он очень тонко истолковывал им художествен[ную] сущность изображаемого и вселял любовь к непосредствен[ному] и внимат[ельному] изучению природы и исполнению своих работ; он предостерегал нас от манернос- ти, от всего вычурного, крикливого и по- верхностного [«отношения к живописи и рисованию» закреслено автором. – О. С.]. Указания его были всегда меткими, ясными и значительными, при чем особенное вни- мание, с первых же дней обучения было им обращено, главн[ым] образ[ом], не столько на сухую академич[ескую] выучку, сколько на художественную сторону наблюдения и исполнения, что клонилось к [«широкому» закреслено автором. – О. С.] развитию вку- са у учащихся. Очень трогало нас также его особен[ное] внимание к каждой из наших работ. Много лет спустя он вспоминал наши ученич[еские] работы и помнил до мелочей все то, что было в них удачно и неудачно исполнено. Все мы его горячо любили и за его сердечность, отзывчивость, за [«его * Текст друкується зі збереженням оригінальної орфографії за винятком окремих випадків. возвышенную» закреслено автором. – О. С.] натуру, необычайную скромность, прямо- ту, бескорыстие и доступность. Он всегда очень заботливо относился к нуждающимся из нас, доставал для нуждающ[ихся] краски и ходатайствовал об освобож[дении] их от платы за учение и т. д. Он не был сухим од- носторонним педагогом, любил беседовать со своими учениками по различным вопро- сам искус[ства], всегда очень охотно отве- чая на все волновавшие наши запросы. Эти беседы много способствовали развитию по- нимания и оценке художественной сущнос- ти в произведениях искус[ства] 13. Наконец когда мы поехали в Академ[ию] Худ[ожеств] в Петерб[ург] для продолж[ения] наш[его] худ[ожественного] образов[ания], то там с особенной гордостью выслушивали мнение о нем таких авторитетов, как [«знаменитых художников» закреслено автором. – О. С.]– Чистякова и Репина. Чистяков говорил, что Ваш дорогой учитель, судя по его ученикам приезжающим в академию, учит [«их» за- креслено автором. – О. С.] беседовать с при- родой, открывает им тайны очарования ею и тонко истолковывает ее художествен[ную] сущность. И. Е. Репин им же говорил: «У Вас в Одессе есть такой исключительный ху- дожник как К. К. Костанди, который может дать Вам не только не менее любого из нас, но даже в некот[орых] отнош[ениях] больше. Никто из нас его Вам заменить не сможет, так что Вам собственно и не было особенной необходим[ости] приез[жать] сюда только для того чтобы учиться у нас. Работы его учеников, появлявшиеся на годичных отчетных выставках в залах Петербург[ской] Акад[емии] Худ[ожеств], по- ражали художест[венный] совет Акад[емии] 133 оксАнА сторЧАй. МАтерІАЛИ до тВорЧоЇ бІогрАФІЇ кИрІАкА костАндІ и всех обозревателей этой выставки своей свежестью, любовным исполнением, отсут- ствием рутины и чисто художест[венной] непосредствен[ностью] [«исполнения» за- креслено автором. – О. С.], в отличие от произведений других школ, тут же выставленных. Его впоследствии неодно- кратно приглашали занять место профессо- ра в Петерб[ургской] Ак[адемии] Худ[ожеств] и в школу жив[описи] и ваян[ия] в Москве, но он каждый раз отклонял эти предложения, не желая расставаться со своей любимой школой и с южным солнцем и природой – источниками своих вдох новений. Его дивно исполнен[ные] произв[едения], появлявшиеся сначала на выст[авке] Т-ва пер[едвижных] выст[авок] в Одессе, а впо- следствии и на выст[авках] Т-ва Ю.Р.Х. еще более способствовали нашему развитию [«и мы на них также многому учились» за- креслено автором. – О. С.]. Я помню, какое неотразимое на нас впечатл[ение] произве- ли первые виден[ные] нами произвед[ения] нашего дорогого учителя на Передвиж[ной] выст[авке] в Одессе. Это были «Гуси», кот[орые] наход[ятся] в наст[оящее] вре- мя в бывш[ем] муз[ее] Алек[сандра] III в Петерб[урге], и «Выздоравливающая» в гал[ерее] Терещенко в Киеве. Мы сразу почувствовали, какой это замечательный художн[ик] и какое исключит[ельное] мес- то он должен занимать среди рус[ских] худож[ников] того времени. Восторгам нашим и изумлениям перед его великолепн[ыми] произвед[ениями] не было пределов и мы с нетерпением ждали увидеть нов[ые] произведен[ия] на следую- щих годичных выставках. В 1891 году мне посчастливилось про- вести несколько летних месяц[ев] в семье дорогого Кир[иака] Конст[антиновича] в окрестн[остях] Винницы. Семья его была тогда еще малочисленной и состояла из 3-х лиц – из него, его супруги и грудно- го младенца их дочери. Дорогой учитель мой со всей свойственной ему любо- вью и энтузиазмом, все свободное вре- мя от многочисленных семейн[ых] забот, вызван[ных] болезнью дочери, посвящал живописи. Тут я впервые наблюдал доро- гого К. К. за его работой. Он писал тогда картину «Идиллия», переделывал фон на картине «Варка варенья» и написал целую серию небольших изумительных этюдов. Палитра его была до чрезвычайности про- стой и состояла из 6–7 красок, но он ими достигал удивительного разнообразия ко- лорита. Он меня поражал [той] влюблен- ностью и настойчивостью с [ко]тор[ой] он исполнял свои произведения так, напр[имер], в картине небольш[ого] разме- ра «Варка варенья» он бесконечное число раз переписывал ветку черешни, приходив- шуюся в центре картины, на втором плане на фоне неба, постоянно соскабливая ее до тех пор, пока не добился того, что по- ставил себе задании, и так он поступал всегда. Картину «Идиллия» он писал на холсте без предварительной подмалевки и начал ее с центрального места на задн[ем] плане, ежедневно дописывая ее как бы приемом мозаики. Он ее проработал 2 ½ месяца, достигнув великолепных резуль- татов и впоследствии всегда гордился ею, считая ее особенно удавшейся. Нередко мы отправлялись с ним на этюды и по- пути любовались природой. Он писал свои этюды в маленьком карманном ящичке и большею частью, несмотря на малый их размер, писал их по несколько сеансов. По вечерам мы беседовали с ним по вопросам искусства, а беседовать с ним было сущим счастьем, так как он говорил всегда очень просто ясно с увлечением [«и с особенной влюбленностью» закреслено автором. – О. С.], обладая очень большой художе- ственной эрудицией. Он часто вспоминал свои годы, проведенные в Петербурге, ког- да он учился в Акад[емии] Худ[ожеств], с особенной любовью вспоминал своих дру- зей художников Дубовского, Кудрявцева и Афанасьева, с последним он жил. Всех их троих он изобразил на своей картине «У больного товарища» находящ[ейся] в гал[ерее] Третьякова в Москве. И они [«все четверо» закреслено автором. – О. С.] не столько работали в стенах чуждой ему по духу академии, сколько дома, где он пи- сал свои первые картины, и устраивали совмест[ное] рисов[ание]. Он рассказывал, что в то время, когда он учился в академии, там господствовал так 134 АрХІВ называемый академический высокий стиль, который довольно упорно навязывался ее воспитанникам, и что он вынужден был ид- ти своим самостоятельным и независимым путем, так как не мог согласиться ни с ка- ким ограничением и стеснением свободы творчества. Лишь один профессор того време- ни, знаменитый П. П. Чистяков, состав- лял исключение, он был против акаде- мической рутины и только у него одного из акад[емических] профес[соров] и мог учиться К. К. Он о нем всегда вспоминал с особенной любовью и благодарностью. П. П. Чистяков, пламенный поклонник мас- теров эпохи возрождения, с восторгом го- ворил о них и истолковывал их дорогому К. К., и впервые К. К. благодаря П. П. Ч. узнал о всем величии их произведений. Он с особенным упоением стал копировать в Эрмитаже Тициана и Рубенса Венеру и порт рет и внимательно осматривал и изучал богатые сокровища живописи Эрмитажа. По его словам, это много способствовало развитию его художественного вкуса, тех- ники и понимания красоты глубокого тона и интенсивности колорита. К. К. всегда го- ворил, что главной задачей для художника живописца должны служить утонченная и непосредствен[ная] передача той разно- образной красоты зрительных впечатлений, которые на каждом шагу поражают истин- ного и чуткого художника поэта. И действи- тельно, он всю свою жизнь, начиная с ака- демической скамьи, был неподражаемым певцом этой красоты. С особым удоволь- ствием он вспоминал и то время, когда пи- сал свои первые картины, что также отно- сится к его академическим годам. Это были картины «У больного товарища», «В люди» и «Свидание». Мы знаем о том, какое впе- чатление произвели эти картины на нахо- дившихся в то время в зените своей славы знаменит[ых] наш[их] худож[ников] Репина и Крамского, как их поразили его картины блестящим колорит[ом] и техникой. Они часто стали посещать [«на дому» закресле- но автором. – О. С.] дорог[ого] К. К. и своими советами много способствовали развитию его таланта. К. К. выставив эти свои первые произведения на передвиж[ной] выст[авке] в Петерб[урге], сразу занял на ней исклю- чительное место, резко выделяясь из всей среды русских худож[ников] того времени. Впоследствии мы, его ученики, поняли, какое значит[ельное] место должно быть отведе- но дорогому нашему учителю в истории русской живописи. Он был несомненно од- ним из первых русских художников, истин- ным поэтом plain’air’истом и импрессио- нистом и замечательно то, что он в своих произведениях прекрасно разрешал те за- дачи колорита, котор[ые] были поставлены, неведомые ему до-толе, плеядой славных импрес[сионистов] в Париже. С ними ему удалось познакомиться лишь впоследствии во время его 3-е кратного путешествия в главн[ые] центры Европы, после котор[ого] он еще с большим великолепием стал пере- давать яркость вибрирующего солнечного света и изменнyю игру рефлексов в тенях, возбуждая своими [«прекрас[ными]» закрес- лено автором. – О. С.] произв[едениями] еще до того времени почти никем в России не испытан[ными] зрительн[ыми] художест[венными] эмоциями. В этом отно- шении, тогда с ним рядом можно было по- ставить лишь одного Серова, с котор[ым] он был связан впоследствии личной дружбой, которого он оч[ень] любил и произведения которого очень высоко ценил. К. К. одна- ко никогда и впоследствии не подражал импрес[сионистам] запада и резко отли- чался от них тем, что не ставил себе их излюбленных задач – передачу быстро пре- ходящих, мимолетных впечатлений и дви- жений, а в отличие от них всегда старался давать более доведенную и закончен[ную] форму, не ограничиваясь лишь передачей первого светового и цветового впечатления. Он большею частью по долгу создавал свои произведения и некоторые из них писал 2 и даже 3 летних сезона, совершенствуя их и усиливая углубляя в них художествен[ную] сущность. Так он, напр[имер], писал [«свои» закреслено автором. – О. С.] «Сирень» и «Весной» с фигурой идущ[его] монаха на фоне монаст[ыря]. Эти замечательные свои небольш[ие] картины находятся теперь в одесских музеях. Все то, что дорогой К. К. написал после 1891 года, т.е. после того лета, что я провел с ним в окрестн[остях] 135 оксАнА сторЧАй. МАтерІАЛИ до тВорЧоЇ бІогрАФІЇ кИрІАкА костАндІ Винницы, было уж[е] создано на моих гла- зах, так как стал часто бывать в его семье. Картины свои он писал главным образом двумя манерами: одна, о которой я упоми- нал, […] о картине «Идиллия» т.е. манера этюдная à la prima без предварит[ельной] подмалевки и другая – это по предвари- тельной подмалевке, которую он заготов- лял большею частью на загрунт[ованных] досках в зимнее время по этюдам и за- тем на лоне природы доводил их, наблю- дая самую действительность, так между проч[им] были написаны и его Осень и Весна и мног[ие] друг[ие]. Ведя свою рабо- ту 2 и даже 3 летн[их] сезона, он бесконеч- ное число раз переписывал почти каждое место, то соскабливая то накладывая слой на слой, но обладая изумительной техни- кой и чувством меры, произведения его не- смотря на это никогда не носили характера вымученности, сухости и были удивитель- но свежими и очаровательными. Он всегда говорил, что его влечет больше к писанию этюдов, когда он занят непосредствен[ной] передачей волнующих его в данный мо- мент впечатлений, предпочитая их карти- нам, где ему приходится суммировать свои отдельные впечатления и многое дополнять интуитивным путем. Интуиция и зрительная память у дорогого учителя также были по- разительно развиты, так, напр[имер], свои картины «Цветущая акация», «Сирень» и «Весной», где изображены быстро прехо- дящие моменты весны, он писал в течение почти всего лета, когда уж от весны и по- мину не оставалось, продолжая наблюдать форму в природе и заканчивал их, дополняя наблюдения воображением. Но, чтобы он не писал, он все черпал [«непосредствен- но» закреслено автором. – О. С.] из своих наблюдений над природой, наблюдений длительных и глубоких и непосредствен- но с натуры. Вот чем можно объяснить то обстоят[ельство], что он не писал ни ночей, ни капризного, часто сменяющегося моря, за небольш[им] исключ[ением] «Штиль», ни гроз[у] и т.п. По той же причине, вероятно, он не изображал и зимы, так как зиму он проводил в городе и поэтому мало ее на- блюдал. Он предпочитал живопись на лоне природы или plain aire перед живописью в домашн[ей] обстановке т.е. interieur’a. Им написано также несколько великолепных портретов, [«но этого рода живопись то- же его» закреслено автором. – О. С.] то- же меньше влекло. Часто говорил он, что после великих мастеров возрождения и особен[но] эпохи до Рафаэля, он особен- но любил интимную группу художников, так назыв[аемых] барбизонцев Коро, Добиньи, Диаза, Миле, Тройона и др., котор[ые] были ему особенно по душе, которых он копиро- вал и изучал в прекрасном Кушелевском собрании картин, находившихся в залах академии. Любил он в них непосредствен- ность, скромность в выборе задач, лю- бовное отношение к природе, отсутствие напыщенности, хвастливости, крикливых эффектов и сухой фотографичной про- токольности. И в нем самом, безусловно, можно отметить прекрасное сочетание любовного искания формы и тона барби- зонцев, с исканием вибрирующего света [и] воздуха импрессионистов, этих двух за- мечательнейших моментов в истории жи- вописи [на] протяжении 19-го века и интен- сивного и яркого колорита – неоимпрессио- нистов более позднего времени. Он часто вспоминал также и те 2 лета, что он про- вел в Мариановке еще до женитьбы в име- нии худож[ника] Кузнецова в Херсон[ской] губер[нии], где он и 2 брата Кузнецова очень дружно жили и работали. Там был написан и оч[ень] похожий портрет дорого- го К. К. Дмитрием Кузнецовым. Вспоминал он и о совместном рисовании в обществе художников Врубеля, Серова и Кузнецова в Одессе. В последнее время краски на его картинах были особенно интенсивны и выразительны и в этом отношении замечательны его картины «Цветущая акация», «Симфония» и «Размолвка». Особенного внимания также заслужива- ют его великолепные эскизы и картины, написанные на сюжеты из евангелия [«между кот[орыми] есть незакончен[ный]» закреслено автором. – О. С.] – он был по природе религиозным человеком и в по- следние годы жизни с особенной любовью отдавался творчеству в религиозном духе. В 1910 году минуло 25 лет его художествен[ной], педагог[ической] дея- 136 АрХІВ тельности [...], буквально вся Одесса в течение [нес]кольких дней с гордостью празд[но]вала юбилей своего любимца. Для [на]с же художников, обожавших сво- его дорог[ого] учителя, эти дни никогда [не] сотрутся в памяти. Это были для нас исключительные праздничные дни в нашей жизни. Чествование было очень удачным, дорогому юбиляру был оказан триумф, в котором приняла участие не только вся Одесса, но на котор[ый] отозвалась и вся Россия. Во всех более или менее крупных органах печати появились прекрасные о нем отзывы в самых теплых и восторжен[ных] выражениях с репродукц[иями] его произ- ведений и его портретами 14. Со всех концов России были присланы приветствен[ные] телеграм[мы] и письма, как от выдающихся художников, художествен[ных] обществ, его бывших учеников, так и от других почи- тателей его таланта. Из [«многочисленных замечательных» закреслено автором. – О. С.] полученных писем особенно выделя- лось письмо И. Е. Репина, он писал: «От Ваших картин всегда веет теплотой, жизнью и красотой! Все, что Вы изображаете, полно прелести и технического очарования. С пер- вого взгляда это скромное, бесконечно ми- лое создание художника. Но стоит остано- виться и эта небольшая по обыкновению [ка] ртина начинает увеличиваться в [раз]мере, расцветает в прелестных [то]нких блестках колорита и все [пластич]нее и пластичнее выступает форма [всех] организмов. Вот искусство! Стоишь и не хочется расставать- ся, [втягиваешься] в истинное созерцание природы, и [той] ее красоты, которую видит толь[ко] художник!» 15. Дорогой К. К. Костанди не только [«у нас» закреслено автором. – О. С.] в России но и на западе изумля[л] знатоков своей блестящей и в то же время утонченной тех- никой и колористическим дарованием. Он был награжден на всемирно[й] выставке в Париже медалью. Худож[ник] Дм[итрий] Кузнецов рассказывал, как в Париже были поражены тем, что у нас в России есть такие тонкие худож[ники] как К. К., когда он там показал эскиз к его картине «Старички». Талант его был неувядаем и его по- следние этюды, написанные им за 2 меся- ца до смерти в бытность его в санатории, также свежи, прекрасны и значительны, как и все то, что выходило из под его мас- терской кисти до сего времени. Уже став- ши самостоятел[ьными] художниками, мы всегда нуждались в его указаниях и со- ветах и он с радостью находил для этого [время….] [н]аши студии. Дорогой К. К., не- смотря на [«свое» закреслено автором. – О. С.] исключительное дарование и на свою известность, всегда, благодаря своей скромности, нуждался, и это заставляло его, к сожалению, перегружать себя уро- ками. – Кроме художест[венной] академии, он много времени уделял частным урокам и урокам в гимназиях, котор[ые] его особен- но тяготили. Много времени он уделял так- же художественно обществе[нной] работе, где он был [«также» закреслено автором. – О. С.] незаменим [«его всюду избирали на такую работу» закреслено автором. – О. С.]. Он был одним из самых деятельных и добросовестн[ых] участников всяких ко- миссий, [«он» закреслено автором. – О. С.] был [«организатор[ом]» закреслено авто- ром. – О. С.], вдохновителем и учредителем Т-ва Южно Рус[ских] Худож[ников] и очень любимым и несменяемым председателем этого Т-ва. Был деятельн[ым] членом и правил Общ[еством] Из[ящных] Иск[усств] и чл[еном] Т-[ва] передв[ижных] выст[авок] и т. д. дирек[тор] Музея в [Одессе]. [Оче]нь много времени ему приходилось [т]акже уделять заботам о многочислен[ной], [гор]ячо им любимой, испытывав[ш]ей час- тую нужду семьи своей. Если ко всему [э]то му прибавить особенно тяжелые [п]ере- живания его за последние годы его жиз- ни, в которых особенно выделяется тоска по дорогом сыне своем, скончавшемся в 1920 году в красной армии, и если вспом- нить все душевные волнения и всякие лишения, котор[ые] он переносил в эти последние годы своей жизни, то для нас станет понятным, почему от нас ушел в вечность преждевременно этот человек, обладавший от природы прекрасным здо- ровьем, при других обстоятельствах он мог бы еще многие годы жить среди нас и творить свои прекрасн[ые] произведения. Переутомленный физическим трудом и 137 оксАнА сторЧАй. МАтерІАЛИ до тВорЧоЇ бІогрАФІЇ кИрІАкА костАндІ моральными страданиями, он еще год то- му назад серьезно захворал. По настоянию врачей и друзей, он лето провел за горо- дом и хорошо оправился, но вернувшись в город и опять попав в водоворот тяжелых условий жизни он вскоре снова захворал и на этот раз еще серьезнее. Силы его все убывали, страдания его были очень тяжелы [«он задыхался и не находил себе места» закреслено автором. – О. С.] и вот один раз, предчувствуя свою близкую кончину, он задыхаясь с большими паузами начал мне, впервые рассказывать свою биогра- фию, начав с мытарства [сво]их юных лет и обещая продолжать [...] излагать в следу- ющий раз – но положе[ние] его настолько ухудшилось, что его [из] [...] дому перевели в универ[ситетскую] клинику и он больше к [свое]му [...] изложению не возвращался, к сожалению. В клинике, где он [...] стал поправлять- ся, [...] через [ «несколько» закреслено автором. – О. С.] месяцев когда его пере- вели в санаторий, он почувст[во]вал себя возродившимся и с большим наплывом энергии и жаждой к творчеству [немед]ля [...] приступил к писанию этюд[ов] и писал по целым дням. Я никогда не забуду одно- го из моих посещений дорог[ого] К. К. в са- натории, когда он меня радостно встретил, чувствуя себя здоровым, и мы отправи- лись к обрыву, где он должен был продол- жать начатый этюд. Вечер был чудесный, дорогой учитель писал этюд, поминутно прерывал живопис[ь] и выражая свои вос- торги по поводу великолепных часто сме- нявшихся моментов освещения, окидывая своим взором весь горизонт вокруг, он с восторгом говорил: вот бы что еще сле- довало изобразить [«поминутно говорил дорогой учитель» закреслено автором. – О. С.], чувствуя в себе большой наплыв энергии как бы захлебываясь. Я ушел от него, счастливым [«его выздо- ровленем» закреслено автором. – О. С.] и под впечатлением всего пережитого в этот вечер обож[аемого] дорогого К. К. и он мне казался уже вполне вы[здо]ров[евшим]. Но, к сожалению, такое его состояние длилось недолго и спустя 3–4 недели его пребыв[ания] в санатории силы его стали убывать, его снова уложили в постель [«и запретили работать, но он все же украд- кой делал наброски…» закреслено авто- ром. – О. С.]. Предчувствуя свою близкую кончину, К. К. продолжал интересоваться всем, [что] делается в худ[ожественном] мире, подробно меня обо всем и обо всех расспрашива[л] и скорбил, что оставляет свою [...]. [О]чень заботливо [… расспрашивал] об [у]спехах его последних учеников, [к]ото- ры ми я по его желанию в это время руково- дил. К. К. давал мне некотор[ые] указания по этому [по]воду, пригласил их к себе, про- сил показать свои работы. Очень интере- совался своим любимым музеем, беспоко- ился о том, что благодаря неисправ[ности] стеклян[ной] крыши и сильной течии, мо- гут пострадать ху дож[ественные] произ- вед[ения], и так почти до последн[его] дня он был всем этим озабочен. Наконец на- ступил последний роковой день. У его постели кроме членов его семьи были я и худож[ник] Стилиануди и мы были сви- детелями его самых тя желых страданий, начавшиеся еще до наш[его] прихода и продолжавшихся при нас еще 5 часов. Он трогательно со всеми нами прощался, не- сколько раз перецеловал каждого из нас и, мучаясь от тяжелых удуший, бросал на нас умоляющий взгляд об облегчении его страдании и ускорении кончины. И в 10 ч. вечера 20 октября он почил вечным сном. [«Мир твоему дорогому праху, мой дорогой учитель и друг. Не стало великого челове- ка» закреслено автором. – О. С.]. В его лице искусство во обще, [«вся» закреслено авто- ром. – О. С.] Россия и в особенности [«ее юг» закреслено автором. – О. С.] его родной край [«с Одессой во главе» закреслено ав- тором. – О. С.] понесли невознаградимую и самую тяжелую утрату. Он здесь создал це- лую эпоху, до него худож[ественная] жизнь в Одессе почти совс[ем] отсутс[твовала], а в настоящ[ее] время все профессора новой академии в Одессе и большинство местных художн[иков] его бывш[ие] учени- ки. Кроме того, [по] всей России и на запа- де не мало его [бы]вших учеников, занима- ющих почетное [м]есто в мире искусства. [Далі текст перекреслено. – О. С.]. 138 АрХІВ с октяб[ря] 99–го года 2го и 3го октября я и Стил[иануди] отно- сили к Костанди свои летн[ие] работы. Кладбище / этюд написан[ный] про- тирк[ой] / [«ему очень» закреслено ав- тором. – О. С.] понравился. Место по его мнен[ию] так интересно, что он с удовольст[вием] провел бы там цел[ое] ле- то, чтобы его напис[ать]. Способ протирка- ми заготовл[ять], он наход[ил] одним из луч- ших и говор[ил], что можно даже протирк[ой] закончить, но не будет той мягкости, какая получ[ается] от «густой живописи». Он наход[ил], что для того, чтобы закончить этот этюд, нужно было бы держаться этих же отношений и тона, но взять все в другом «аккорде», т.е. несколько сильнее. Этюд (последние лучи) «над рекой» ему понравился по его картинным достоинствам (в сравн[ении] с этюд[ом] Стил[иануди]) т.е. по передаче момента освещения, по мо- тиву (выбору места). (Излишняя чернота в стволах и ветках). Недостаток же этого этюда и вообще мой общий недостаток – это недостача жизнен- ного цвета (несколько мертво) (сравнение со Стил[иануди], у котор[ого] другая край- ность, т.е. излишняя раскрашен[ность]). Старушка. Сказал, что в общем недур- на, но тоже вяла и излишне отчеканены подробности фона (картины иконы лезут вперед). Голова хорошо нарисована. Он сам тронул кое где фон пастелью (облег- чил его) и посоветовал, когда приступить к живописи, то часть смыть, а с остальн[ой] ½-й соображаться. Этот способ он очень рекомендов[ал] (ручка мала) и движение рук неудачное. Вообще не хватает энергии цвета, вяло. Я расспрашивал его, когда нужно поль- зоваться скоблением? Скоблить Костанди по его словам по след[ующим] причинам: 1) если известное место нужно переписать светлее то, если не скоблить, то сколько не пиши оно все будет выступать и темнеть. (напр.: на его картине «Свидание» это было с деревьями, хотя он даже им дал хорошо высохнуть). Скоблить не всегда удобно (ножом), так как продавливается холст, а лучше дать высохнуть и оса сепией «ossa-sepia» по- шлифовать. Скоблить нельзя на местах нежных одноцветных, напр., если часть света лба выскоблить и потом сгармониро- вать ее с остальн[ой] частью, то это место выступит с очерченными границами. Когда Костанди сличал мои этюды со Стил[иануди], то ясно было видно что у него все цвета интенсивнее, и по слов[ам] Кост[анди], это главн[ым] образ[ом] происход[ит] от свойства абсербанта вы- зывать цвета (Когда я присмотрел[ся] к больш[инству] картин только написан[ных] на абсербанте, то я замет[ил], что он добил- ся таких цветов, каких почти невозмож[но] добыть на прост[ом] холсте (принять к све- дению у Ганского тоже). Костанди тоже держится моего мнения, что Тициан и вообще велик[ие] мастера до- стигали интенсивности цвета в ярких дра- пировках (синих, красн[ых] и др.) главным образом лесировками чистыми красками и часто даже подготовляли теплыми леси- ровками свои картины. (испробовать подготов[ить] холст белил[ами] как бел[ая] палитра и написать что ниб[удь] протирками). Я заметил, что в картинах Костанди: 1) всегда очень светлы и красивы тени; 2) различия между тень и свет небольшие; 3) вообще преобладает цвет над большим рельефом; 4) цвет живой, разнообразный, а не скучный и монотонный (это последнее он достигает тем, что не сбалтыв[ает] очень краски, а вызывает смешение цвета в гла- зу сопоставлением цветов более чистых на самом холсте (т. е. вибрацией)). Он, относясь к передаче природы очень полюбовно и добросовест[но], просижива- ет подряд за холс[том] по нескол[ько] ча- сов и пишет одно и то же место иногда 2–3 лета, когда все в природе успело слишком измениться. Я и спросил его, как он посту- ДНЕВНИК ЖИВОПИСИ 16 Борис Егіз 139 оксАнА сторЧАй. МАтерІАЛИ до тВорЧоЇ бІогрАФІЇ кИрІАкА костАндІ пает и как он наблюдает, соблюдая такую свежесть и правдивость. Он мне ответил, что во 1-х, он всегда озабочен тем, чтобы сохранить первые впечатления, впечатле- ние, какое производит природа в миг, ког- да на нее взглянешь вдруг, т.е. открыв гла- за или когда выходишь сразу из темн[ой] комнаты или смотреть через окно. Этот принцип им руководит все время и поэтому он очень осторожен при выписке [...] стара- ется несуществен[ное] пропуст[ить] [...] цвет выдвинуть, а не делать [...] таким, каким он кажется, когда начинаешь всматриваться в части, и вообще он все то, что видит, всма- триваясь в части, старается приноровить к тому, что он увидел в миг (для чего он от вре- мени до времени закрывает [глаза] и снова старается вдруг взглянуть на природу. Вот почему у него не бывает черных пятнышек, черн[ых] линий и грубого рельефа, что мы видим только всматриваясь. Вообще пер- вое наше впечатление рассеян[ное] и не по- хоже на то, когда мы фиксируем предметы. Во 2-х, он старается всю картину пригнать к удавшемуся пятну (напр. его Третьяков-я «у больн[ого] товарища») и это ему позво- ляет просиживать подолгу на одном мес- те (так напр [...]) писал несколько лет [...] [ра]зличные месяцы, когда природа [...] успевала измениться, изучая лишь ее формы, а цвет уже делая соображаясь с тем, какой есть в выходн. пятне на холсте. Отнoситeльно же того, что на картине не все должно быть напис[ано] с одинаков[ой] ясностью и аккуратностью, он сказал что рельефным прим[ером] может служить фотография, где то, что приход[ит] в фо- кус, гораздо отчетливее, а то что не в фо- кусе, расплывчато. То же должно быть и с нашей картин[ой]: именно, те места, куда главн[ым] образом упирается наше зре- ние, должно быть более ясно выражено, а остальное более «рассеянно» так мы по не- воле остальное видим рассеяннее, иначе говоря, что то, что находится вне главн[ой] точки наш[его] зрения, должно быть напи- сано менее рельефно, [«малые» закресле- но автором. – О. С.] «различия свет и тени должны быть еще меньшие» и в цветах и в свето тени и погранич[ные] конт[расты] особенн[о] соблюдены. Итак, значит, все можно выписывать, но только осмысленно, как напр.: Тербург 17, Даньян 18 и т. д., где вышесказ[анное] соблюден[о] с удивительной умеренностью. Если же одинаково все будет рельефно, то тоже неправильность наблюдения сооб- щится, и глазу зрителя все будет лезть в глаза (беспокойно) и он на картине увидит много точек зрения, что неправильно. Это главный недостаток жанристов во- обще, так как сама необходимость точной передачи форм лица и фигуры приводит его к этому. Пейзажисты же наблюдают правильнее. [Нотатки щодо методів викладання Киріака Костанді] 19 25) Костанди обратил внимание на мою слабость все выписывать с одинаковой ак- куратностью и отчетливостью и посовето- вал этого избегать. На картине должно быть более или менее отчетл[иво] выпис[ано] главное пятно, куда устремлены наши глаза как в фотограф[ическом] сним[ке] особ[енно] ясно выход[ит] то, что в фокусе и все остал[ьное] как и в фотогр[афии], так и в карт[ине] должно быть рассеяннее. (Это особенность нашего зрения и это оч[ень] важно). Это можно достигнуть соблюдени- ем «небольш[их] различий», которые уменьш[аются] к окружности от главн[ого] централ[ьного] пятна. 26) Нужно стараться (особенно «plaine aire») сохранить первое впечатл[ение]. (Костанди от врем[ени] до врем[ени] закрыв[ает] глаза и старается вдруг взглян[уть] на природу, чтобы воскресить в памяти 1-е впечатл[ение]). По первому впечатл[ению] мы многое видим рассеян- но, так как у нас одна главн[ая] точка зре- ния; а всматриваясь, мы начинаем видеть иначе и + если относиться «беспечно» и наблюдать всякое место с одинак[овым] вниман[ием], то получится неск[олько] то- чек зрения, что неправильно и нелогично, а все что делать, нужно пригонять к тому, что увидел при перв[ом] впечатл[ении]. 30) Костанди еще давно дал мне прекрасн[ый] совет, котор[ый] я постоянно забываю: 1) Соображаться с окружающи- 140 АрХІВ мися предметами, чтобы яснее понять (и вызывать подчеркнуть) цвета рефлексов. 2) Сообража[ться] при этом также с тем, куда обращ[ается] площадь формы, чтобы понять, какой рефлекс она мож[ет] воспри- нять (этим прекрасно владеет Браз). 1 Егіз Борис (Барух) Ісакович (1869–1947). Фахову освіту отримав в Одеському художньому училищі, учень К. Костанді (1886–1890). Навчався в Імператорській академії мистецтв у Санкт- Петербурзі, учень П. Чистякова (1890–1894); зго- дом – в Академіях Жюльєна і Колароссі в Парижі. Входив до складу Одеського товариства красних мистецтв, був членом правління і секретарем ТПРХ. Викладав у середніх навчальних закладах Одеси. У 1917 році разом з К. Костанді був обраний пред- ставником ТПРХ в Одеському Союзі працівників пластичних мистецтв. Від 1920 року жив і працював у Константинополі, з 1929 – у Парижі, пізніше – у Вільно (Вільнюсі). 2 Егіз Б. І. Спогади про К. К. Костанді. Б/д. Рукопис. Фонд Б. Егіза. – Наукові архівні фонди рукописів і фонозаписів Інституту мистецтвознавства, фольк- лористики та етнології ім. М. Т. Рильського НАН України (Далі: НАФРФ ІМФЕ ім. М. Т. Рильського НАНУ). – Ф. 38–3/31, 8 арк. Зазначимо, що почерк Б. Егіза дуже важкий для сприйняття, а сам документ має численні втрати основи з текстом, загорнуті краї і місця з пошкодженим текстом. 3 Афанасьев В. Кириак Константинович Костанди. 1852–1921. – М. : Искусство, 1953. Афанасьев В. К. К. Костанді. Нарис про життя і творчість. – К. : Мистецтво, 1955. Шистер А. Кириак Константинович Костанди : монография. – Ленинград : Художник РСФСР, 1975 –136 с.: ил. 4 Каталог посмертной выставки картин академика живописи К. К. Костанди. – О., 1924; Каталог творів К. К. Костанді, Т. Я. Дворнікова, Г. С. Головкова. – К., 1941; Выставка произведений художника К. К. Костанди (1852–1921) к столетию со дня рожде- ния : каталог. – О., 1952; Кириак Костанди, его уче- ники и другие художники-греки в Одессе. Конец XIX– начало ХХ вв. : каталог. – О., 1996; К. К. Костанди. Художественное общество им. К. К. Костанди : Каталог выставки. – О., 2003. 5 Носенко А. Киріак Костанді. Драматургія про- тиставлень // Образотворче мистецтво. – 2009. – № 1. – С. 10–12; Данилейко В. «Щирість, яка стру- меніє в усьому: в ідеї, кожному штриху, кожному мазку…». До 150-річчя від дня народження одесь- кого художника К. Костанді // Образотворче мисте- цтво. – 2003. – № 1. – С. 21; Степанов М. Тонко відчував природу Причорномор’я // Образотворче мистецтво. – 2002. – № 3. – С. 72; Васильєв А. Міжнародний симпозіум художників: До 150-річчя з дня народження К. Костанді // Одеські вісті. – 2002. – 18 вересня; Голяєва І. Пам’яті Кіріака Костанді: Про виставку, присвячену 150-річчю з дня народження художника // Одеські вісті. – 2002. – 24 грудня. 6 Кириак Костанди и художники-греки в Одессе: Конец ХІХ – начало ХХ веков : научное издание / Сост. О. М. Барковская, Л. А. Еремина, Т. В. Щурова. Пер. на англ. В. Ю. Сунцова; Греческий Фонд культуры. Одесский филиал, Одесская государствен- ная научная библиотека им. М. Горького, Одесский художественный музей. – О. : Друк, 2002. – 204 с. : ил. цв. ил.; Голубовский Е. Цвет одесского мифа // Там само. – С. 9–16. ; Костанди М. Воспоминания об отце // Там само. – С. 35 – 41. 7 А. Шистер у монографії «Кириак Константинович Костанди» посилається на ці рукописні спога- ди: «Горб В. А. К. К. Костанди. (Последние годы). Очерк. Рукопись. Хранится у В. А. Горба, Ленинград; Цымпаков В. А. Кириак Константинович Костанди и его метод преподавания. Рукопись. Хранится у А. Н. Шистера, Одесса; Гонзаль А. П. К. К. Костанди. Рукопись. – ОХМ, ф. Костанди, оп. 1, д. 3; Котляр М. С. К. К. Костанди. Рукопись. – ОХМ, ф. Констанди, оп.1, д. 1». (ОХМ – Одеський художній музей). 8 Абрамов В. Профессор В. Ф. Лазурский – первый биограф К. Костанди // К. К. Костанди. Художественное общество им. К. К. Костанди: Каталог выставки. – О.: Астропринт, 2003. – С. 47–48. Нарис В. Лазурського про К. Костанді (49 сторінок машинопису) зберігаєть- ся у науковому архіві Національного художнього му- зею України (Київ). 9 Досить ґрунтовно викладацька діяльність К. Костанді висвітлена в ІІ розділі монографії Абрама Шистера «Кириак Константинович Костанди». Див.: Шистер А. Кириак Константинович Костанди : моно- графия. – Ленинград : Художник РСФСР, 1975. – С. 25–38. 10 Імпресіонізм і Україна : альбом / Загальна ред. Л. Толстова. Автори статей Н. Асєєва, О. Денисенко, О. Жбанкова. Автори каталогу Д. Венглінська, Т. Мустафіна. Упорядник видання О. Жбанкова – К. : ПФ «Галерея», 2011. – 238 с. : іл. кол. іл. 11 Асєєва Н. Імпресіонізм в українському обра- зотворчому мистецтві та його зв’язки з іншими на- прямками і течіями кінця ХІХ – початку ХХ століття // Мистецтвознавство. Книга 2. ІV Міжнародний конгрес україністів. Одеса. 26 – 29 серпня. – О.; К. : Вид-во Асоціації етнологів, 2001. – С. 12. 12 Як відомо, засновником у 1865 році Одеського товариства красних мистецтв і рисувальної школи при ньому був архітектор-італієць Франц Йосипович Моранді. Моранді, Франческо (Франц) Йосипович (1811– 1894) – архітектор, з 1839 р. працював в Одесі. Від 1845 р. – академік архітектури. 13 Про історію Одеського художнього училища див.: Котляр М. 75-річчя Одеського художнього училища // Образотворче мистецтво. – 1940. – № 4. Квітень. – С. 15–21. Учні Костанді: Ю. Бершадський, Є. Буковецький, Т. Дворников, Б. Анісфельд, І. Бродський, І. Шуль га, П. Піскарьов, М. Греков, В. Синайський, Я. Чер ніхов, Г. Калмиков, П. Лихін, П. Волокидін, Д. Дєвінов-Ню- ренберг, Л. Мучник, П. Нілус, О. Стіліануді, В. Цимпа- ков, Б. Егіз, П. Васильєв, О. Браз, Н. Альтман, П. Шилін- го всь кий, В. Баталов, О. Глускин, О. Шовкуненко, 141 Борис Егіз. Світлина з НАФРФ ІМФЕ ім. М. Т. Рильського НАН України Борис Егіз у своїй майстерні в Стамбулі за написанням портрета «Мадам Еліаску» (?). Світлина з НАФРФ ІМФЕ ім. М. Т. Рильського НАН України 142 Киріак Костанді. У хворого товариша. 1883 р. Полотно, олія. Державна Третьяковська галерея, Москва Киріак Костанді з жінкою та дітьми. Світлина з НАФРФ ІМФЕ ім. М. Т. Рильського НАН України 143 оксАнА сторЧАй. МАтерІАЛИ до тВорЧоЇ бІогрАФІЇ кИрІАкА костАндІ Т. Фра єр ман, Я. Катал-Герман, А. Нюренберг, В. Синицький, Г. Іно земцев, О. Фойницький, С. Розенбаум. 14 Ардэ. О радостях художника // Одесский листок. – 1910. – 6 февраля; К 25-летию художественно-педагогической деятельности ака- демика Кирика Константиновича Костанди (1885 – 7 февраля 1910 г.) // Иллюстративное приложе- ние к «Одесскому листку». – 1910. – 6 февраля; Тэд. К. К. Костанди и общество // Одесский лис- ток. – 1910. – 7 февраля; Нилус П. К. К. Костанди. (К сегодняшнему юбилею) // Одесские ново- сти. – 1910. – 7 февраля; Чужанов Ив. Светлый день // Одесский листок. – 1910. – 9 февраля; Чествование К. К. Костанди // Одесские новости. – 1910. – 9 февраля; 25-летие художественной дея- тельности академика К. К. Костанди // Огонек. – 1910. – № 7. – С. 14; Нилус П. К. К. Костанди // В мире искусств [Киев]. – 1910. – № 1–3. – С. 37–41; К. К. Костанди (По поводу 25-летия художествен- ной и педагогической деятельности) // Нива. – 1910. – № 15. – С. 289, 290; Володченко С. Кириак Константинович Костанди // Волна [Одесса]. – 1910. – № 4–5. – С. 1, 2; Подоводский К. На сире- невой аллее. Посвящается К. К. Костанди. Стихи // Волна [Одесса]. – 1910. – № 4–5. – С. 5. 15 Б. Егіз не зовсім точно цитує І. Рєпіна. Витяг з листа Рєпіна звучить так: «….от них веет таким теплом, жизнью и красотой. Все, что вы ни изобразите – полно прелести и тех- нического очарования. С первого взгляда это скром- ное, бесконечно милое создание художника. Но стоит остановиться, вглядеться, как эта небольшая, по обыкновению, картина начинает увеличиваться в размерах, расцветает в прелестных тонких блестках колорита, и все пластичнее и пластичнее выступает форма всех организмов. Вот искусство! Стоишь, и не хочется расставаться; втягиваешься в истинное со- зерцание природы, той красоты, которую видит толь- ко художник». Див.: Кириак Костанди и художники– греки в Одессе: Конец ХІХ – начало ХХ веков : нау- чное издание / Сост. О. М. Барковская, Л. А. Еремина, Т. В. Щурова. Пер. на англ. В. Ю. Сунцов; Греческий Фонд культуры. Одесский филиал, Одесская госу- дарственная научная библиотека им. М. Горького, Одесский художественный музей. – О. : Друк, 2002. – С. 44. 16 Егіз Б. І. Нотатки та виписки про техніку і техно- логію живопису : Дневник живописи. Фонд Б. Егіза. – НАФРФ ІМФЕ ім. М. Т. Рильського НАНУ. – Ф. 38– 3/34, арк. 40 – 44. 17 Тербург – Герард Терборх (1617–1681) – гол- ландський художник, майстер жанрового живопису, портретист. 18 Даньян Ісідор (1794–1873) – французький худож- ник-пейзажист, представник барбізонської школи. 19 Егіз Б. І. Нотатки та виписки про техніку і техно- логію живопису : Дневник живописи. Фонд Б. Егіза. – НАФРФ ІМФЕ ім. М. Т. Рильського НАНУ. – Ф. 38– 3/34, арк. 18 – 19. РЕЗЮМЕ / SUMMARY У своїх спогадах про талановитого одеського художника Киріака Костянтиновича Костанді (1852–1921) його учень, відомий портретист Борис Ісакович Егіз (1869–1947) розповідає про методи і принципи викладання свого вчителя, особисте життя і творчу долю майстра, доповнює його біографію цікавими фактами, розкриває особливості мис- тецької праці, подає характеристику творчості К. Костанді. Ключові слова: К. Костанді, спогади Б. Егіза, Одеська живописна школа. The published paper introduces memoirs (recollections) about a talented Odessa artist Kiriak Konstantinovich Kostandi (1852–1921) from his student, a well-known portrait-painter Boris Isaacovich Egiz (1869–1947) about the methods and principles of tutor’s teaching, his private life and fate as an artist, he adds interesting facts about his biography, shows the peculiarities of his creative work and gives a characteristic to creative activity of K. Kostandi. Keywords: K. Kostandi, memoirs of Boris Isaacovich Egiz, Odessa school of art. В своих воспоминаниях о талантливом одесском художнике Кириаке Константиновиче Костанди (1852–1921) его ученик, известный портретист Борис Исаакович Егиз (1869– 1947) рассказывает о методах и принципах преподавания своего учителя, о личной жизни и творческой судьбе мастера, дополняет его биографию интересными фак- тами, раскрывает особенности работы художника, дает характеристику творчества К. Костанди. Ключевые слова: К. Костанди, воспоминания Б. Эгиза, Одесская живописная школа.

Схожі ресурси