Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян
Цель статьи: выявить сюжетные мотивы восточнославянских фольклорных произведений и явления народной культуры, совпадающие с древнеегипетскими; проследить возможные пути коммуникации, с помощью которых могло осуществиться культурное воздействие....
Збережено в:
| Опубліковано в: : | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Дата: | 2012 |
| Автор: | |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Російська |
| Опубліковано: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2012
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/46015 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян / Е.В. Чернышева // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 229. — С. 150-155. — Бібліогр.: 30 назв. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859979017283698688 |
|---|---|
| author | Чернышева, Е.В. |
| author_facet | Чернышева, Е.В. |
| citation_txt | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян / Е.В. Чернышева // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 229. — С. 150-155. — Бібліогр.: 30 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Культура народов Причерноморья |
| description | Цель статьи: выявить сюжетные мотивы восточнославянских фольклорных произведений и явления
народной культуры, совпадающие с древнеегипетскими; проследить возможные пути коммуникации, с
помощью которых могло осуществиться культурное воздействие.
|
| first_indexed | 2025-12-07T16:25:06Z |
| format | Article |
| fulltext |
Чернышева Е.В.
ДРЕВНЕЕГИПЕТСКИЕ МОТИВЫ В ФОЛЬКЛОРЕ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН
150
Чернышева Е.В. УДК 008(620)”652”398(4-11)
ДРЕВНЕЕГИПЕТСКИЕ МОТИВЫ В ФОЛЬКЛОРЕ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН
Важнейшие векторы развития человеческого сообщества имели своим началом разнообразные
социальные и культурные явления далекого прошлого. Особую роль в становлении парадигмы
общечеловечески значимого сыграли цивилизации Древнего Востока. Множество религиозных идей,
получивших развитие в культурах более поздних, восходит к пониманию сверхъестественного и
сакрального в древнеегипетской культуре. Это идея реинкарнации, генетически восходящая к
первобытному тотемизму, умирающее и воскресающее божество как символ возрождения и вечности
жизни, личное бессмертие и посмертное воздаяние за добродетельное или греховное поведение.
Исследователи неоднократно обращались к проблеме воздействия мифологических систем Древнего
Египта на религиозные представления других народов [31]. Отмечалось, что в выработке идеологии раннего
христианства Египет принимал участие ничуть не меньшее, чем Малая Азия и Сирия [29]. Было
исследовано влияние древнеегипетской религии на Ветхий завет и отмечена возможность
коммуникативного воздействия на христианскую цивилизацию через коптов [15; с 274 – 275; с. 286].
В пространственно – временном континууме народная культура восточных славян и древнеегипетская
культура значительно отдалены. Сходство мотивов фольклорных произведений, принадлежащих древним
египтянам и славянам эпохи язычества объяснимо с помощью типологических аналогий. Однако при
исследовании народных традиций могут быть представлены факты этимологических и семиотических
совпадений; и в этих случаях определение аспекта фольклорного взаимодействия остается
проблематичным.
В ряде случаев совпадение просто констатируется без анализа происхождения последнего [25]. Поиск
решения указанной проблемы происходит также следующим образом:
- выдвигается гипотеза о миграции населения (как правило, слабо подтвержденная источниками) [28];
- глобальное сходство культовых представлений объясняется тем, что «мифы, фантастические образы,
нелепые и нередко изуверские обряды передавались от одного народа другому и воспринимались как некое
полезное знание» [9; с. 56]; т. е. чем оригинальнее мифологические представления, тем интенсивнее они
транслируются. Cледует отметить, что исследователи также приходят к выводу о беспрепятственности
культурно – исторического процесса на среднем Днепре [12; с. 95] и о едином социокультурном сообществе,
в пределах которого «существовал астральный культ древних цивилизаций Восточного Средиземноморья»
[12;с. 227].
Цель статьи: выявить сюжетные мотивы восточнославянских фольклорных произведений и явления
народной культуры, совпадающие с древнеегипетскими; проследить возможные пути коммуникации, с
помощью которых могло осуществиться культурное воздействие .
Универсальной чертой всех мифологий является изоморфизм человека и природы. По К. Леви –
Строссу, «антропоморфизм природы и физиоморфизм человека образуют постоянную составляющую,
меняется лишь их дозировка» [17; с. 288]. Мифологическое сознание стремится к идентификации
различных элементов мироздания. Основу всякого древнего лексикона, - говорится у С. А. Кошарной, -
составлял мифологический символизм, суть которого состоит в переносе образов конкретных предметов на
другие конкретные предметы, в связи с чем мифология становилась своеобразной знаковой системой, в
терминах которой воспринимался и описывался весь мир [16; с. 43].
Существовало древнеегипетское сказание о том, что Солнце и Луна – это два глаза небесного сокола [3;
с. 18]. Солнце представлялось правым оком Амона – Ра, а Луна – левым. «Прозрели люди, когда сверкнул
твой Правый глаз впервые, Левый же глаз твой прогнал тьму ночную» (Папирус № 3049 Берлинского музея)
[19; с. 43]. Аналогичные мифологические представления существовали у многих народов; обычно солнце
считалось правым глазом, а луна – левым. Сопоставим с украинской колядкой, в которой у божества
… в правім личку світле сонечко,
А в лівим личку ясен місяцю,
А в грудях йому ясна зоречка [12; с. 85]
В мифологических представлениях древних египтян солнечное око часто выступает в образе дочери
Солнца – Тефнут, Хатор, Сохмет (Табл. XV, 2), которая часто изображается львицей, змеей, львиноголовой
женщиной. Око, превращающееся в богиню, в украинской культуре можно сопоставить с Ладой – богиней
воды и месяца, символизирующей женское начало вселенной:
Гей, око Лада,
Леле Ладове,
Гей, око Ладове,
Ніч пропадає,
Бо око Лада
З води виходить
Ладове свято
Нам приносить
Гей, Ладо!
А ти, Перуне,
Отче над Ладом.
Гей, Перуне,
Дай дочекати
Ладе Купала
[14; с. 379]
Широко распространен сюжет индоевропейского мифа о похищении глаз у бога Грозы и последующем
их возвращении. Похититель – Змей, божество мира мертвых [13; с. 130]. Полагаем, что мотив похищения
глаз, а затем возвращения зрения, а вместе с ним и жизни, также восходит к древнеегипетской культуре. В
Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ
151
мифе Гор дал глаз Осирису, чтобы его воскресить. Затем Сет ослепил Гора, но богиня Хатор вернула
ослепленному жизнь, возвратив глаза.
Мотив змееборства в сочетании с борьбой за воду также восходит к древнеегипетскому сюжету, приняв
затем мировой характер. В соответствии с мифом, огромный Змей находится в центре земли, через который
ночью должна пройти ладья бога Ра. В полночь Ра под землей поражает Змея Апопа, который изрыгает воду
[ 19; с. 41-42].
Следует отметить типологическое совпадение: древнеиндийский Индра сразил Вритру, остановив
потоки воды.
Древнеегипетские Змеи – носители двух начал: доброго и злого; образ Змея в славянском фольклоре
достаточно сложен. Наряду с устойчивыми традициями змееборства в русском и украинском эпосе,
существует славяно – балканская фольклорная традиция, согласно которой Змей – мифический предок. Он
защищает покровительствуемую им общину от стихийных бедствий, охраняет посевы и ниспосылает на них
благодеятельную влагу [ 5; с. 35 - 36]. К примеру, в Сербии Змей причисляется к категории «чистых сил»,
близких богам, которые вместе со святыми Ильей и Георгием побеждают злых демонов, рассеивают
градовые тучи над хлебами и т. д. [ 5; с. 36].
Что касается образа бога Гора – внука Ра и воплощения Ра – то, как сообщает А. Голан, еще Н. Я. Марр
сопоставил лат. orbis с египетским hrt (небо) [ 18; с. 57]. По мнению ученого, это свидетельствует. что Гор –
бог неба, а круг – символ неба. Б. А. Рыбаков доказывал этимологическую и семантическую связь имени
славянского божества Хорс, созвучного с именем Гора с греческими и латинскими словами, обозначающими
круг [26; с. 434].
По свидетельству Геродота, идея бессмертия жизненного начала и вечного круговорота
перевоплощений была основой древнеегипетских представлений о мироздании. «Египтяне первыми стали
учить о бессмертии души. Когда умирает тело, душа переходит в другое существо, как раз рождающееся в
этот момент. Пройдя через (тела) всех земных и морских животных и птиц, она снова вселяется в тело
новорожденного ребенка. Это круговращение продолжается три тысячи лет». Учение о перевоплощениях, -
сообщал Геродот, -«заимствовали некоторые эллины как в древние времена, так и недавно» [ 8; с. 118 - 119].
Мотив перевоплощений, как отмечает Н. С. Ветлицкая, - запечатлен в «Книге мертвых» и в
древнеегипетских сфинксах, содержащих в одной скульптуре несколько последовательно сменяющих друг
друга образов животных, увенчанных образом человека [5; с. 31].
Идея извечного круговорота жизнь – смерть – жизнь, запечатленная в древних индоевропейских
памятниках,у восточных славян как мотив посмертных превращений прослеживается в волшебных сказках
и балладах. Умершие превращаются в птиц, растения, деревья. Объект перевоплощения при этом
наделяется человеческими качествами. Так в закарпатской балладе из ветки дерева текут капли
человеческой крови, тополь наделен человеческой речью:
Iшов синок молоденький
Тополю рубати
А із тої тополиці
Яла кровця лляти…
А як рубав у другий раз.
Вона допросилась:
Ой, не рубай, не обрубуй
Тоту галузочку
Бо не знаєш, що рубаєш
Мою головочку…
Ой, не рубай, не обрубуй
Тоті білі сучки,
Бо не знаєш, що рубаєш
Мої білі ручки…
[21; с. 18 - 19]
В соответствии с архаичными представлениями украинцев, души умерших могли продолжать свое
существование на земле под видами различных насекомых, птиц и животных. По утверждению
исследователя XІX ст. А. Н. Соболева, в Малороссии народ «до сих пор говорит, что человек после смерти
может быть муравьем, птицей, зверем» [20;с. 63]. В Херсонской губернии, - сообщает учёный, - до сих пор
утверждают, что если не будет роздана заупокойная милостыня, то душа умерших возвратится к родным в
виде ночной бабочки и будет виться вокруг зажженной свечки. На Волыни о душах умерших детей
рассказывают, что они. принимая вид ласточки, конопляночки и других певчих птиц, садясь по деревьям
возле отцовских изб, поют сладозвучные песни. В одной из украинских песен говорится, что душа убитого
мужа прилетала к плачущей вдове в образе павлина [20; с. 63 - 64].
Вера в бессмертие и непрерывную цепь перевоплощений после гибели человека не избавляла
расстающихся с ним близких от скорби, глубоких личностных переживаний. Умирающий и воскресающий
Осирис в религии древних египтян – магическое воплощение плодородия: этот бог подобен Таммузу,
Аттису, Адонису в мифологии других народов. Неизмеримо горе оплакивающих Осириса Исиды и
Нефтиды:
О прекрасный юноша, приди в свой дом!
Давно уже, давно мы не видим тебя!
О прекрасный сотрясатель Систра,
приди в свой дом!
Прекрасный юноша, ушедший безвременно,
Цветущим, не во время своё!...
…
Сливается небо с землею,
тень на земле сегодня
Пало небо на землю
о приди ко мне!
Чернышева Е.В.
ДРЕВНЕЕГИПЕТСКИЕ МОТИВЫ В ФОЛЬКЛОРЕ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН
152
(текст написан в начале большого папируса, хранящегося в Британском музее за IV 10188, I – XV, 12 и
известного также под названием папируса Бремнер – Ринд № 1) [19; с. 95 - 97].
Исследователь А. П. Знойко обратил внимание на сходство цитируемого произведения и отрывка из
«Слова о полку Игореве», повествующего о трагическом поражении главного героя:
Збыся Дивъ кличет вверху древа…
Тьма свътъ покрыла
…
Уже връжеся Дивъ на Землю [27; с. 21, с. 25]
А, П. Знойко полагает, что тексты практически идентичны; на современном украинском языке это
звучит так:
Падає Небо, кличе низько
Пітьма світло потьмарила.
Уже впало небо на землю [12; с. 61]
Однако идентичность указанных отрывков можно констатировать лишь в том случае, если установлено
соответствие «Див - Небо». С точки зрения автора, речь идет о боге неба Диве, имя которого сохранилось в
украинских обрядовых песнях:
Ой, Див, Див та Ладо,
Та повідай, Козле, правду! [14; с. 95]
В этом случае аналогом праславянского Дива, - считает исследователь, - можно считать халдейского
бога Небо [12; с. 60]. Однако, по мнению Т. А. Волошиной, в указанном отрывке речь идет не о
праславянском (индоевропейском) божестве, аналогичном Зевсу. Последнего славянские переводчики
именовали Дием или Диосом.
Див, который «кличет вверху древа», по всей вероятности, имел птичий облик [6; с. 167 - 168]. Следует
заметить, что в тюркской мифологии Див – дух земли и воды, предупреждающий о несчастье [1].
Срезневский истолковывал слово «Див» как «грифон» (gryphus) [6;с.160]; Д. Ворт связывает Дива с
Симарглом [7], обращаясь к иранскому мифологическому персонажу – птице Симург [23.; с. 7].
Т. о. Див – это мифическая птица, вестница бед и несчастий. Скорее всего, - считает Т. А. Волошина, -
произошло смешение имен «Див» и «Дий». К тому же, в некоторых редакциях «Слова» можно найти
женское соответствие Дия – Дивию:
«Овъ же Дию жъреть, а другий – Дивии» (Один Дию приносит жертвы, а другой - Дивии) [6;с. 169].
Итак, указанный отрывок следует воспринимать в контексте существования сразу нескольких
персонажей фольклора индоеропейских народов:
- Дий – Diaus pita, идентифицируемый как Зодиак или Сварог – бог неба;
- Див – волшебная птица Симург;
- Див – Злой дух.
К примеру, в персидской сказке «Живая вода» («Абе зендеги») фигурируют и див – волшебная птица и
див – злой дух [23;с. 7].
Полагаем, что в «Слове» автор имеет в виду и Дия – бога, и Дива – птицу. В первом случае можно
констатировать типологическое сходство текстов:
Сливается небо с землею
Тень на земле сегодня.
Пало небо на землю
(Папирус Бремнер – Ринд№ 1)
Падає небо, кличе низько
Пітьма світло потьмарила.
Уже впало небо на землю
(Слово о полку Игореве)
Как известно, типология органичным образом присуща народной культуре. Однако в решении вопроса
о взаимодействия древнеегипетской и восточнославянской культур следует учитывать: сходные сюжетные
мотивы и уникальные черты констатируются в сфере мифологии, обладающей минимальной
проницаемостью.
Полагаем, что исследование генетического аспекта фольклорного взаимодействия допустимо в
контексте гипотезы существования первоначальной общности языковых семей (возможно, всех языковых
семей).
Следует отметить, что название солнца Ра присуще не только Древнему Египту. Оно известно в Китае и
в Поленезии; в адыгских языках название Солнца – аmrа. Для этимологии имени и выяснения
происхождения этого божества А. Голан приводит следующие соображения: Атум -Ра – бог, способный
принимать облик Змея; hrt – «небо» в древнеегипетском языке; rt – «змея». Hora – «подниматься» в языке
ностратическом. «Не является ли Ра (или его воплощение - Гор) змеем, поднимающимся в небо?» -
предполагает исследователь [9.; с. 28 - 29].
Характерно наличие у западных славян божества с именем Рарог, у восточных – Сварог и Род.
Древнеегипетская культура сформировалась в эпоху энеолита. Закономерно, что в орбиту влияния этой
яркой и самобытной цивилизации попадают Элам, Сирия и Малая Азия.
Немаловажно, что египтяне, овладевшие способом изготовления бронзы, относительно рано пережили
этап поляризации простого народа и знати. Роль элиты – главным образом интеллектуальной – играли
жрецы, по Ю. М. Шилову, «первобытная интеллигенция».
На заре своей истории пережившее воздействие египтян население Малой Азии в VI тыс. до н. э.
перемещается вначале на Дунай, а затем – в V – IV тыс. до н. э. – на Правобережье Среднего Поднепровья,
где создает цивилизацию, известную как трипольская археологическая культура [30.; с. 615]. Язык и
Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ
153
культуру населения трипольской культуры, сыгравших роль субстрата для последующих индоевропейских
племен, соотносят с языком и культурой древних анатолийцев. Как отмечает Ю. А. Шилов, протоегипетские
традиции трипольцев могут быть также связаны со значительной ролью бореальных рудиментов, а также с
воздействием носителей археологической культуры Винча – также выходцев из Малой Азии [30.; с. 617].
Полагаем, что наиболее оригинальные, самобытные и творческие элементы народной культуры не
возникают типологически, а заимствуются одним народом у другого. При этом, чем более фантастичной
является информация, касающаяся космогенеза, антропогенеза, а также других природных явлений, тем
более охотно она транслируется, а затем – заимствуется.. Сходство особенностей развития психики у
представителей человеческого рода (Штейнберг) и совпадение этапов развития социума (А. Н. Веселовский,
В. М. Жирмунский) создают условия для готовности воспринимать те или иные тексты.
В связи с этим проблему преемственности (или сходства) явлений культуры Древнего Египта и
восточнославянской культуры следует рассматривать в контексте особенностей становления цивилизации
Среднего Поднепровья, начиная с эпохи ранней бронзы.
Характерно, что, как и Египет, цивилизация жителей Поднепровья была основана на ведении зернового
хозяйства, что было характерно для всех великих культур древности. В протогородах, служивших
политическими центрами, происходила, как указывает Ю. В. Павленко, не только концентрация и
распределение прибавочного продукта – там находились святилища. В семиотическом плане они
представляли собой комплекс медиаторов, концентрируя и транслируя информацию, текст которой
кодировал коллективные представления о космическом порядке [22.; с. 106 - 107].
В утверждении основ цивилизаций решающую роль сыграли усилия жрецов. Именно они, - полагает
Ю. А. Шилов, - создали мифы и письменность, разработали календари и обряды, построили святилища и
обсерватории. По мнению ученого, жреческие связи пронзали века и народности и не имели существенных
этнических и хронологических ограничений; в них преобладало не дифференцирующее, а интегрирующее
начало – прообраз современного интернационализма [30.; с. 619].
Т. о. существование «священной демократии» Триполья и Египетского государства с монопольной
властью жрецов стало предпосылкой возможного обмена информацией между представителями правящей
элиты.
В контексте этого факта следует воспринимать общность основ астральной идеологии, космического
восприятия жизни и смерти .Жители Поднепровья пользовались зодиакальной символикой уже в III тыс. до
н. э. Характерно, что с ядром формирования индоевропейской общности в целом была связана целая
система святилищ – обсерваторий конца V начала III тыс. до н. э. – от английского Стоунхенджа до
украинских Казаровичей [22.; с. 36].
Что касается египтян, то, по сообщению Геродота, они первыми открыли солнечный год и разделили его
на двенадцать частей… К этому деянию их привели наблюдения за движением звёзд. [8; с. 118; 119, абз.
123].
У славян продолжительное бытование представлений об устойчивой связи земных судеб с планетами
нашло отражение в летописных текстах. Так, в Суздальской летописи говорится: «явися знаменье в луне…
на утрия преставися». это сообщение о смерти человека под 1201 г. Под 1203 г. и 1207 г. сообщается: «…
Знамения бы многи на небеси: … течение звездное бы на небеси отторгаху до звезды на землю мнети вещия
я яко кончину, знаменья бо в небеси или во звездах или во сянци или в луне… не на добро бывает… или
…проявляють рати или глад или смерти» [ 24 ; с. 419].
Период т. н. Среднего царства(до 16 в.до н.э.), переживаемый Древним Египтом, в cеверном полушарии
совпал с усилением засушливости, с геоэкологическими катастрофами к. XVIII и XIV ст. Результатом
последних стал упадок трипольской культуры, переселение части населения Поднепровья на юго – восток и
установление связей с рабовладельческим Шумером. Своеобразным «ответом» на этот «цивилизационный
вызов» стало формирование ингульской культуры [30; с. 619 - 620]. Ингульцы достигли Кавказа и, в свою
очередь, установили связь с ближневосточными цивилизациями, что обусловило новые контакты и
миграции на Балканы и в Понепровье.
В Египте, начиная с периода Нового царства (16-11 вв. до н. э.), приобрело постоянный характер
взаимодействие с объединениями плмен, создавшими в XI в. до н. э. государство Израиль. Контакты
участились в царствование Давида и Соломона, взявшего в жены дочь фараона Египта, получив в приданое
Гезер.
Существуют убедительные доказательства влияния египетских текстов на Новый завет. Это влияние, в
частности, сказывается в библейской книге Притчей Соломоновых, в книге Иова и книге Эклезиаста [15.; с.
275 - 278]. Тождественны модели космогонии двух народов; в частности, это относится к гермопольскому
варианту. Посредством Ветхого Завета, - полагает М. А. Коростовцев, - элементы египетского влияния
проникали затем в эллинистическую идеологию.
С началом позднего, а затем и персидского периодов истории целые народы и государства по-прежнему
находились в орбите влияния великой древнеегипетской культуры. В эпоху эллинизма происходят
существенные перемены в миропонимании и мировоззрении людей. Кризис античной полисной системы и
умаление значимости номов совпали с появлением бюрократических патриархальных монархий. В эту
эпоху рушится нерасчлененность личности и общества, индивид начинает отделять свои интересы от
общественных.
Т. о. создаются предпосылки для преобразования полисных и номовых богов во вселенские. Однако
греческие боги, подобно другим языческим божествам, сами подчинились фатуму; египетские же боги
вершили судьбы людей и всего мира.
Чернышева Е.В.
ДРЕВНЕЕГИПЕТСКИЕ МОТИВЫ В ФОЛЬКЛОРЕ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН
154
Задолго до т. н. «осевого времени» в египетской религии были соотнесены осознание места человека в
этом мире и сакральная первооснова бытия, этот мир контролирующая. Религия Осириса сулила личное
бессмертие и посмертное воздаяние человеку, избирающему добро или зло, осознавая, что выбор этот
свободен, а человеческие поступки значимы для судеб земного мира. В философии эпохи эллинизма
формируются различные подходы к познанию природы и к морально – этической проблематике,
противопоставляются человеческое (как духовно – идеальное) и природное (как материальное,
вещественно-природное) [4.; с. 14]).
В контексте этого принципиально важным было, что именно египтяне первыми осознали трагедию
разрушения изоморфизма природного и социального: трагизм «Речения Ипусера» предвосхищает
гамлетовское «Мир раскололся».
Указанная эпоха положила начало не только синтезу и взаимодействию культур, но и взаимовлиянию
политических систем Предвосхищая события эпохи эллинизма, греческий философ Анаксагор провозгласил
идею единства и братства народов. Как отмечает О. Прицак, это означало, что могут существовать две
религии, два сакральных языка, идея перевода с одного языка на другой. Новые идеи стали основой для
формирования человечества как единого культурного сообщества [25; с. 132]. В творческой обстановке
эпохи появились новые пути для проникновения египетских традиций к народам Европы; эти традиции
могли быть переданы и через прямых наследников древнеегипетской культуры – коптов. Характерно, что
после того, как в IV в. н. э. христианство было превращено в государственную религию Римской империи,
на языке египтян велось богослужение в Александрийском патриархате.
Политическая система Римской империи также способствовала взаимопроникновению культур.
Примечательно, что Исида считалась покровительницей Лютеции. В одной из христианских церквей Кёльна
также находилась статуэтка этой богини [15.; с. 283].
Универсальность культа Исиды и выход последнего за рамки культа египетского божества были
закономерными. Исида чудесным образом получила власть над самим Ра, а, следовательно, над всем
мирозданием. Но, главное- заступничество этой богини сулило страждущим защиту и справедливость и при
жизни, и после смерти. Скрывающейся от врагов, спасая своего сына, богине сострадали, ее любили тысячи
людей, также жаждущих поддержки и сочувствия. «Мадонна с младенцем» эпохи бронзы олицетворяла
совершенно новое отношение к женственности и материнству.
Традиции органичного сочетания различных культов и различных языков, существующие еще в
Боспорском царстве, были продолжены Волжской Булгарией, а после – Хазарским каганатом. Как отмечает
О. Прицак, в евразийских степях эпоха эллинизма продолжалась до X – XI ст. и завершилась лишь с
завоеванием Тмутаракани Русью [25; с. 138].
Следует отметить, что с началом эпохи великого переселения народов (III – IX ст.) новые
обстоятельства, способствующие активизации межкультурных контактов, были связаны с началом
перемещения гуннов, а затем и других тюркских народов на запад. За кочевниками «стояли образованные
аристократичные путешествующие торговцы, которые сосредотачивались в оазисах и городах, владели
несколькими языками, интересовались философией и религией». Таким образом передавались не только
товары, но и разнообразные влияния [25.; с. 859]. Эту роль выполняли восточные иранцы или
эллинизированные евреи [25; с. 138].
Как представители древней восточной культуры, одной из первых испытавшей воздействие культуры
древнеегипетской и многое творчески усвоившей, еврейские торговцы оказались не только продолжателями
традиций эллинистического Боспора, но и носителями идеи религиозной терпимости.
После VII в. н. э. интенсивность международных экономических и культурных контактов в полной мере
зависела от представителей еврейской диаспоры, которые могли свободно путешествовать как по землям,
контролируемым Халифатом, так и по территории европейских государств. «Продолжение преисламской
еврейской торговли, - отмечает Ш. Д. Гонтейн, - имело беспрецедентное значение». Евреи, объединившие
временный политический нейтралитет с давними постоянными международными связями еще со времен
Римской империи, могли в первые столетия ислама легко пересекать границы между христианами и
мусульманами [11.; с. 105].
Создание евразийских кочевых империй положило начало многовековому славяно- тюркскому
взаимодействию, что приводило к возникновению новых возможностей для влияния цивилизаций Ближнего
Востока на население Поднепровья.
Выводы.
1. Определение возможных каналов социокультурной коммуникации – есть определение возможности
взаимодействия, а не точное установление факта последнего. Тем не менее, непрерывные контакты между
этносами превращали в реальность и воздействие древней и далекой географически Египетской
цивилизации на относительно «молодые» восточнославянские культуры.
2. Среди мотивов восточнославянского фольклора, совпадающих с древнеегипетскими, – мотивы
«небесные светила – глаза бога», «богиня – дочь и око бога», «похищение и возвращение глаз»; мотив
змееборства в сочетании с борьбой за освобождение воды.
3. С именами древнеегипетского бога Гора и славянского божества Хорса связана корреляция
мифологических мотивов в результате контакта между этносами; мотив «небесные светила - глаза бога»,
скорее всего, имеет типологическое происхождение, являясь отображением изоморфизма природного и
социального.
Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ
155
4. В период Древнего царства наиболее важными каналами культурной коммуникации являлись
контакты «Египет – Малая Азия - Правобережье»; «Правобережье – Шумер – Кавказ - Египет»; в период
Среднего царства –«Египет-Израиль»; в эпоху эллинизма – «Египет – Боспорское царство – Западная
Европа».
5. С возникновением тюркских кочевых империй в орбиту их влияния были вовлечены и восточные
славяне. Особую роль в социокультурном взаимодействии этого периода сыграли представители еврейской
диаспоры, с легкостью преодолевающие границы между мусульманским и христианским миром.
Источники и литература:
1. Адрианова-Перетц В. П. «Слово о полку Игореве» и памятники русской литературы XI XIII веков /
В. П. Адрианова-Перетц. – Л. : Наука, 1968. – 202 с.
2. Афанасьев А. Н. Народные русские сказки А. Н. Афанасьева : в 3-х т. / А. Н. Афанасьев; изд. подг. :
Л. Г. Бараг, Н. В. Новиков – М. : Наука, 1984. – Т. 1. – 511 с.
3. Бадж Эрнест Уолисс. Легенды о египетских богах / Эрнест Уолисс Бадж; сост. С. Л. Удовик; отв. ред.
А. В. Морозов; пер., послесл. изд-во «Ваклер». – М., К. : Рефи-бук; Ваклер, 1997. – 304 с.
4. Бычко А. К. У истоков христианского иррационализма / А. К. Бычко. – К. : Украина, 1984. – 140 с.
5. Велецкая Н. Н. Языческая символика славянских ритуалов / Н. Н. Велецкая. – М. : Наука, 1978. – 240 с.
6. Волошина Т. А. Языческая мифология славян / Т. А. Волошина, С. Н. Астапов. – Ростов н/Д. : Феникс,
1996. – 448 с.
7. Ворт Д. Див – Simurg / Д. Ворт // Восточнославянское и общее языкознание. – М. : Наука, 1978. – С.
127-132.
8. Геродот. История : в 9-ти кн.. / Геродот; пер. и примеч. Г. А. Стратановского; под общ. ред.
С. Л. Утченко; ред. пер. Н. А. Мещерский. – Л. : Наука, 1972. – 600 с.: ил.
9. Головацкий Я. Ф. Очерки старославянского баснословия и мифологии / Я. Ф. Головацкий. – Львов :
Тип. Ставропигийского ин-та, 1860. – 107 с.
10. Гонтейн Ш. Д. Евреи и арабы. Их связи на протяжении веков / Ш. Д. Гонтейн; [пер. с англ.]. – М.,
Иерусалим : Мосты культуры, 2001. – 288 с.
11. Знойко О. П. Міфи Київської землі та події стародавні / О. П. Знойко. – К. : Молодь, 2004. – 336 с.
12. Иванов В. В. Исследования в области славянских древностей. Лексические и фразеологические
вопросы реконструкции текстов / В. В. Иванов, В. Н. Топоров. – М. : Наука, 1974. – 344 с.
13. Ігри та пісні. Весняно-літня поезія трудового року / упоряд., передм. та прим. О. І Дея. – К. : Вид-во АН
РСР, 1963. – 672 с.
14. Коростовцев М. А. Религия Древнего Египта / М. А. Коростовцев. – М. : Ин. ред. вост. лит-ры изд-ва
«Наука», 1976. – 336 с.
15. Кошарная С. А. Миф и язык.Опыт лингво-культурологической реконструкции русской мифологической
картины мира / С. А. Кошарная. – Белгород, 2002. – 287 с.
16. Леви-Стросс К. Первобытное мышление / К. Леви-Стросс. – К. : Синто, 1999. – 372 с.
17. Марр Н. Я. Избр. работы : в 5 т. / Н. Я. Марр. – М. : ГАИМК, 1933. – Т. 1. –400 с.
18. Матье М. Э. Древнеегипетские мифы / М. Э. Матье; отв. ред. В. Д. Бонч-Бруевич. – М., Л. : Изд-во АН
СССР, 1956. – 173 с.: ил.
19. Соболев А. Н. Загробный мир по древнерусским представлениям (літературно-исторический опыт
исследования древнерусского народного миросозерцания) / А. Н. Соболев // Мифология славян. – СПб. :
Лань, 2000. – 272 с. – (Мир культуры, истории и философии).
20. Народні баллади Закарпаття / вступ. ст. П. В. Линтур. – Ужгород : Закарп. обл. вид-во, 1959. – 144 с.
21. Павленко Ю. В. Передісторія давніх русів у світовому контексті / Ю. В. Павленко. – К. : Фенікс, 1994. –
400 с.: іл.
22. Персидские сказки / пер.: Р. Алиева и др.; предисл. Д. С. Комиссарова; алл. В. А. Щапов. – М. : Изд-во
вост. лит., 1960. – 512 с.: ил.
23. Полное собрание российских летописей / под ред. акад. Е. Ф. Карского. – М. : Изд. вост. лит., 1962. –
Т. 1. – 578 с.
24. Пріцак О. Походження Русі / О. Пріцак. – К. : Обереги, 1997. – 1074 с.
25. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян / Б. А. Рыбаков. – М. : Наука, 1994. – 608 с.
26. Слово о полку Игореве : поэтич. переводы и переложения / под общ. ред.: В. Ржичи, В. Кузьминой,
В. Стелецкого. – М. : Гос. изд-во худ. лит-ры, 1961. – 364 с.
27. Ташкинов И. В. Древний Египет и Русь: некоторые вопросы истории, мифологии и языкознания :
[Электронный ресурс] / И.В. Ташкинов. – Режим доступа : http:// lah. ru /text /tashkinov /der. htm
28. Францов Г. П. Научный атеизм. Избр. труды / Г. П. Францов; ред.-сост.: П. Н. Федосеев и др. – М. :
Наука, 1972. – 628 с.
29. Шилов Ю. А. Прародина ариев: история, обряды и мифы / Ю. А. Шилов. – К. : Синбо, 1995. – 744 с.
30. Sayse A. H. The Egiptian Back-ground of Genesis. Studies Presented to Fr. L. Griffith : [Electronic resource] /
A. H. Sayse. – London, 1932. – Р. 419-423. – Mode of access : http://translate.googl.com.ua./translate
hl=upssl=fttp://ru54
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-46015 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1562-0808 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T16:25:06Z |
| publishDate | 2012 |
| publisher | Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Чернышева, Е.В. 2013-06-25T11:34:31Z 2013-06-25T11:34:31Z 2012 Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян / Е.В. Чернышева // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 229. — С. 150-155. — Бібліогр.: 30 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/46015 008(620)”652”398(4-11) Цель статьи: выявить сюжетные мотивы восточнославянских фольклорных произведений и явления народной культуры, совпадающие с древнеегипетскими; проследить возможные пути коммуникации, с помощью которых могло осуществиться культурное воздействие. ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян Давньоєгипетські мотиви у фольклорі східних слов'ян Ancient egyptian motifs in the folklore of the east slavs Article published earlier |
| spellingShingle | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян Чернышева, Е.В. Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ |
| title | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян |
| title_alt | Давньоєгипетські мотиви у фольклорі східних слов'ян Ancient egyptian motifs in the folklore of the east slavs |
| title_full | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян |
| title_fullStr | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян |
| title_full_unstemmed | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян |
| title_short | Древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян |
| title_sort | древнеегипетские мотивы в фольклоре восточных славян |
| topic | Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ |
| topic_facet | Вопросы духовной культуры – КУЛЬТУРОЛОГИЯ |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/46015 |
| work_keys_str_mv | AT černyševaev drevneegipetskiemotivyvfolʹklorevostočnyhslavân AT černyševaev davnʹoêgipetsʹkímotiviufolʹkloríshídnihslovân AT černyševaev ancientegyptianmotifsinthefolkloreoftheeastslavs |