«Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма
Збережено в:
| Опубліковано в: : | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Дата: | 2012 |
| Автори: | , , |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Російська |
| Опубліковано: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2012
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/46141 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма / В.Г. Дрюк, Е.С. Ножко, Т.Г. Пономарева // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 230. — С. 176-182. — Бібліогр.: 10 назв. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1860241561973948416 |
|---|---|
| author | Дрюк, В.Г. Ножко, Е.С. Пономарева, Т.Г. |
| author_facet | Дрюк, В.Г. Ножко, Е.С. Пономарева, Т.Г. |
| citation_txt | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма / В.Г. Дрюк, Е.С. Ножко, Т.Г. Пономарева // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 230. — С. 176-182. — Бібліогр.: 10 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Культура народов Причерноморья |
| first_indexed | 2025-12-07T18:30:30Z |
| format | Article |
| fulltext |
Дрюк В.Г., Ножко Е.С., Пономарева Т.Г.
«КЛИНИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ» СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ В КОНТЕКСТЕ ИДЕЙ ПОСТМОДЕРНИЗМА
176
Дрюк В.Г., Ножко Е.С., Пономарева Т.Г. УДК 316.74.37
«КЛИНИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ» СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ
В КОНТЕКСТЕ ИДЕЙ ПОСТМОДЕРНИЗМА
Можно лишь удивляться такому парадоксу: систему образования Украины лихорадит от попыток
правительственных и общественных структур модернизовать формы и методы взаимодействия субъектов
образовательного процесса, а преподавателя, оказавшегося в центре круговорота событий, не оставляет
беспокойство о том, что система пребывает в состоянии, близком к состоянию "клинической смерти".
К такому выводу приводит, прежде всего, угрожающая тенденция перманентного снижения в последние 10
– 15 лет уровня интеллектуального развития выпускников как средней, так и высшей школы. Наблюдаемое
при этом снижение способности обучаемых к креативному, аналитическому мышлению во многом
обусловлено тотальной формализацией информационных потоков и процессов обучения, которая
выхолащивает логику и причинно-следственные связи в системе знаний. Эти явления в высокой степени
обусловлены неблагоприятными процессами социально-экономических преобразований в стране.
Подобные процессы реализуются и в России, что позволило функционерам ЮНЕСКО оценить
сценарий построения постсоветского общества как «вялотекущую национальную катастрофу» [1],
признаками которой являются распад морали, криминализация сознания и общественного поведения,
алкоголизация и наркоманизация. Эти особенности нашей новейшей истории со всепроникающей
коррумпированностью всех сфер жизни тормозят создание фундаментальных основ развитого
гражданского общества. Чтобы выйти в таких условиях на новые цивилизационные рубежи, необходимо
принять крайне радикальные меры в стиле постмодернизма, направленные, прежде всего, на коренное
изменение общественной психологии и социального поведения граждан, особенно рельефно отражающихся
в сфере образования. Каковы же основные принципы постмодернизма как социокультурного феномена?
Постмодернизм – это зарождающееся в социокультурной матрице модерна (современности) новые
явления и тенденции, способные внести радикальные изменения в общественное сознание [2, кн. 4, с.407-
420; 3]. Постмодернизм проявляется в различных сферах креативной деятельности человека:
в изобразительном искусстве, литературе, архитектуре, философии и т. д. Характерно, что в этих сферах
инновационные парадигмы обычно полностью не устраняют уже сложившиеся концепции,
а взаимодействуют с ними, образуя сложную амальгаму восходящих и нисходящих тенденций и процессов.
Что же касается педагогики и философии образования, то они в гораздо большей степени подвержены
разрушительному воздействию идей постмодернизма, связанных с отказом от универсальности и
обязательности норм практического разума [3, 4]. Постмодернизм находит своё выражение в неприятии
всей предшествующей теории и практики педагогики, в атаке на разум, в разрыве с европейской духовной
традицией и проектами модерна [5]. Г. Мертенс связывает постмодернизм с нигилизмом, который проник
во все сферы интеллектуальной жизни, стремится разрушить традиции Просвещения и основанные на нем
педагогические концепции [4].
Идеи нигилистического отношения к научно- техническому прогрессу, модернистскому
логоцентризму, истории и культуре, культивируемые постмодернизмом, восходят к философии Ф. Ницше,
который на первый план выдвигал бессознательную субъективность, эмоциональные и телесные
потребности человека, довлеющие над его социально приобретенными качествами [6, 7]. Наиболее
радикальные сторонники новой парадигмы отвергают необходимость воспитания и образования, которые,
якобы, ведут к деперсонализации, заключают в себе элементы насилия и террора, требуют подчинения
личности чуждым нормативным установкам.
Постмодернистская педагогика исповедует принцип спонтанной автономии обучаемого: он сам
определяет цель, содержание и методы образовательного процесса. Во имя симметричности отношений
между учителем и учеником постмодернисты стремятся отказаться от «педагогического отношения», в
котором одна из сторон (педагог) призван передать свой опыт молодому поколению, сформировать его
мироощущение в соответствии с определенными целями и идеалами. Постмодернисты абсолютизируют
роль в системе образования аудиовизуального восприятия. В аудиовизуальных средствах они усматривают
путь к созданию новой культуры потребления и наслаждения, не требующей каких-либо усилий со стороны
потребителя. Традиции западноевропейской аналитической философии, в частности, логического
позитивизма, оказывают сдерживающее воздействие на восприятие парадоксальных идей постмодернизма.
По мнению многих теоретиков и практиков, имплементация идей постмодернизма в педагогику могло бы
разрушить всю систему воспитания и образования в Европе.
Многое из того, что лежит в основе представленной выше антипедагогики, вызывает неприятие хотя бы
потому, что система образования, по нашему глубокому убеждению, призвана выполнять социальный заказ
на воспитание субъекта интенсивно развивающегося логоцентристского мира, а не обитателя пещеры
Платона [8]. И все же, несмотря на экзотический характер постмодернистской философии, она выражает
некое общее умонастроение современного мира: нацеливает познающего субъекта на критическое
переосмысление ситуации в культуре, оказывает влияние на концептуальный аппарат педагогики и
установки сознания педагогов, в частности, на философско-теоретические ориентации [4].
Критическое осмысление состояния системы образования Украины актуализирует некоторые идеи
постмодернизма, например, принцип спонтанной автономии субъектов образовательного процесса,
устранение или, по крайней мере, значительное ослабление прессинга нормативных установок со стороны
ТОЧКА ЗРЕНИЯ
177
чиновников и в целом – достижение общей либерализации творческой и морально-психологической
атмосферы в учебном заведении.
Важнейшей проблемой на пути достижения нашей страной новых социально-экономических рубежей
является радикальное изменение духовных и морально-психологических структур общественного сознания.
Возникающие при этом трудности обусловлены тем, что общественное сознание народа Украины, 20 лет
тому назад обретшего независимость, все еще пребывает под воздействием устойчивых идеологем и
стереотипов мышления, сформировавшихся в атмосфере насилия, страха и лжи ушедшей в небытие эпохи
«развитого социализма» [9]. В условиях возрождения капиталистического строя новые социальные
приобретения пробуждают у значительной части населения худшие черты человеческой сущности:
криминогенное мышление, жажду власти и обогащения, агрессивность, жадность и т. п. Все это получает
зеркальное отражение в сознании подрастающего поколения и накладывает отпечаток на учебно-
воспитательный процесс всех уровней.
По организационным формам система образования за период независимости Украины не претерпела
существенных изменений. Как и прежде, по отработанному сценарию осуществляется выдача аттестатов
зрелости в средней школе, наборы абитуриентов и выпуск специалистов в вузах. Однако новые реалии,
обусловленные коренным изменением социально-экономической и демографической ситуации, не привели
к адекватным изменениям содержания традиционных форм. Господствующие в средней школе дух и
характер интерсубъективных отношений в треугольнике «ученик – учитель – семья» формируют, к
сожалению, у обучаемого субъекта аномальные стереотипы мышления, связанные со стремлением
схитрить, соврать, обойти установленные нормы требований. Такие социальные приобретения в раннем
возрасте трансформируются на последующих этапах жизни в неправовые мышление и социальное
поведение, сопровождая человека в вузе, бизнесе, на государственной службе, в выборных органах и в
силовых структурах. Ведь не случайно Украина по международным меркам входит в число самых
коррумпированных государств в мире. Итак, необходима коренная ломка всей стратегии методов и
приемов школьного образования. Первое, с чего надо начать – ввести образовательный процесс в
правовое русло, или, говоря более понятным языком, перестать, наконец, врать самим себе и всей стране,
выдавая желаемое за действительное. Именно на пути поиска истины и справедливости в учебной,
дисциплинарной и духовной практике можно сформировать в учебных заведениях более благотворный
морально-психологический климат и здоровую мотивацию к качественному обучению.
Для достижения этой цели надо, прежде всего, отказаться от установившейся традиции выдавать
аттестат зрелости всем без исключения выпускникам школы, в том числе и тем, кто оказался по
объективным критериям далеким от состояния зрелости и в своем развитии не превзошел уровень ученика
7 – 8 класса. Аттестаты зрелости должны получить только хорошо успевающие учащиеся, например, при
среднем балле не ниже 10. Ученики со слабой подготовкой и не аттестованные по ряду предметов
(математике, физике, химии и др.) должны получать свидетельство (сертификат) об окончании 11-летней
школы с реальными оценками по проблемным дисциплинам. Важно, чтобы уже в младших классах ученик
понял, что только высокая успеваемость открывает путь в высшую школу (!). В противном случае для
продолжения обучения ему придется задуматься о среднем специальном образовании или рабочей
профессии.
Особенно актуально это для сельских и периферийных школ, которые в ряде случаев существенно
отличаются от городских и материальной базой, и сравнительно низким уровнем подготовки выпускников.
Можно приводить доводы о плохой материальной обеспеченности школ, о нехватке квалифицированных
педагогов, о демографических проблемах. Однако это не может служить поводом для выдачи ученикам
аттестата как компенсационного подарка. Существенные резервы повышения качества подготовки следует
искать в плоскости морально-психологических и дисциплинарных отношений в упомянутой системе
«ученик – учитель – семья». Образование предполагает, прежде всего, самообразование и самодисциплину,
и решающую роль в этом процессе принадлежит отнюдь не компьютерным играм и интернету, а
классическому, проверенному временем методу – работе с книгой и другими источниками информации.
Дифференциация сертификатов об окончании средней школы позволит, с одной стороны, усилить
мотивацию ученика к эффективному обучению, а с другой – контролировать и перераспределять потоки
абитуриентов в высшие и средние специальные учебные заведения в соответствии с потребностями
экономики. Подобный подход предполагает возможность формировать группы наиболее подготовленных
учеников, способных осваивать усложненные программы обучения. Для этой цели необходимо создавать
специализированные классы (физико-математические, химико-биологические и др.) или учебные центры
типа существующих в настоящее время Малых академий при ведущих университетах и НИИ.
Необходимо преодолеть весьма укорененный в школьной практике представление о том, что хорошо
успевающие ученики в классе подтягивают к своему уровню отстающих. Фактически же в такой среде
сильные ученики несут большие потери в интеллектуальном развитии, страдая от "недогрузки" мозга. Сам
факт существования в школе специального класса для обучения по усложненным программам будет
служить моральным стимулом для учеников, желающих повысить свой статус.
В современном обществе востребованным становятся новый интеллект, креативная элита, способная
адекватно реагировать на вызовы времени. О наличии такой элиты и, в целом, об эффективности системы
образования в развитом обществе, например, в США, свидетельствует ряд социально-экономических
показателей, в частности:
– Высокое качество жизни граждан страны и уровень социальной защищенности человека; широкий
спектр демократических свобод.
Дрюк В.Г., Ножко Е.С., Пономарева Т.Г.
«КЛИНИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ» СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ В КОНТЕКСТЕ ИДЕЙ ПОСТМОДЕРНИЗМА
178
– Выдающиеся научные достижения как в совершенствовании традиционных жизнеобеспечивающих
технологий, так и в развитии суперсовременных нанотехнологий.
– Высокая производительность труда во всех сферах производства.
Весьма показателен тот факт, что по количеству Нобелевских лауреатов США успешно конкурирует со
всем остальным миром.
Если качество системы образования рассматривать в контексте общих социально-экономических
достижений страны, то обнаруживается, что Украина существенно отстает от европейских стран. Так, по
доле ВВП на одного человека (ВВП/чел., долларов США) Украина (1040 долл.) превосходит лишь
Молдавию (445 долл.) [10]. В Болгарии этот показатель равен 2672 долл., в России – 4001 долл., в Эстонии
– 6099 долл., в Польше – 6275 долл., а в развитых странах Западной Европы – 30 000 долл. и более.
Такое положение дел вызывает удивление, так как Украина обладает, в отличие от стран Восточной
Европы и Прибалтийских республик, значительным научно-техническим потенциалом. В Украине
сравнительно развиты металлургическая, химическая и пищевая промышленности, машиностроение,
ядерная энергетика. В стране производятся мирового класса образцы высокотехнологической техники
(ракет, самолетов, танков, бронетранспортеров и др.) Украина занимает одно из ведущих мест в мире по
производству зерновых культур. И это естественно – Украина обладает уникальными плодородными
землями. Однако правящие силы страны за 20 лет независимости не смогли предотвратить начавшуюся
после распада СССР деградацию деревни и превратить агропромышленный комплекс в мощный источник
благополучия страны. В этой сфере требуются большие инвестиции как для внедрения новейших
технологий, так и для создания жизненных условий для привлечения специалистов.
Очевидно, что научно-технический потенциал Украины не работает на страну, а обогащает кланы
мультимиллионеров и топ-менеджеров. По разрыву между доходами между богатой и бедной прослойками
общества Украина превосходит все страны Европы.
Такие социально-экономические реалии страны объясняются непрофессионализмом и постсоветским
криминальным мышлением правящего класса, погрязшего в политических разборках в борьбе за власть и
не способного (или не желающего) противостоять тотальной коррупции и теневой экономике. Эти
особенности становления нашей государственности вскрывают коренные недостатки образовательного
процесса в прошлые десятилетия. Стратегической целью такого процесса в любой стране, как известно,
является создание разумного потенциала сообщества людей и каждого его члена в отдельности. Однако
важно при этом помнить о суровой закономерности как императиве выживания социума: разум,
лишенный морали и нравственности, превращается в свою противоположность – безумие. В гротескном
виде мы видим проявление этой устрашающей закономерности на примере деятельности таких одиозных
исторических личностей как Гитлер и Сталин.
Еще Кант утверждал, что краеугольным камнем всего здания практического разума является свобода,
неразрывно связанная с моральным законом, предписывающим человеку ориентироваться на
общезначимые нравственные принципы и основания [2, кн. 2]. Мыслям Канта созвучна гегелевская
философия, проникнутая глубочайшим почтением к человеческому разуму, к науке и научности мышления
[2]. В структуре философской системы Гегеля приоритет разума неразрывно связан с самопознанием и
нравственностью, вырастающей до масштабов "всеобщей разумной воли".
Несостоятельность системы государственного управления так называемой социалистической, а теперь
и младокапиталистической экономикой проявилась в том, что в Украине функционирует в условиях
острого недостатка финансирования и слабой материальной базы на 400-450 вузов больше, чем требуется
для нужд народного хозяйства. Выпуск невостребованных специалистов, в частности, экономистов и
юристов, порождает в обществе социальную напряженность.
Возвращаясь к вопросу об интеллектуальном уровне обучаемых в школах и вузах, следует
подчеркнуть, что в это понятие вкладывается способность к творческому, то есть логическому,
абстрактному, индуктивному, дедуктивному, аналоговому и другим видам мышления, создающим
предпосылки для решения учебных, а впоследствии и реальных проблем. Вырабатывать такие качества
призван, прежде всего, цикл естественных наук: физики, химии, отдельных разделов биологии. При этом
инструментом логического мышления мыслящего субъекта вооружает математика. К сожалению, в
специализированных вузах зачастую недооценивается тот факт, что именно фундаментальные дисциплины
закладывают основы аналитического мышления.
Указанные дисциплины буду, однако, достигать этих целей лишь при одном непременном условии –
структурное построение и методика изложения учебного материала должны научить ученика и студента
видеть в явлениях причино-следственные связи, находить в них общие и специфические закономерности,
формирующие креативное мышление. Однако именно это условие на практике не соблюдается, вследствие
чего сформировались крайне опасные тенденции в развитии учебного процесса, связанные со
всепроникающей формализацией как в изложении учебного материала, так и в формах контроля знаний.
В принципе, формализация является в современном компьютеризованном мире закономерным
признаком обработки, хранения и трансляции информации. Это находит выражение в формулах, таблицах,
алгоритмах, моделях, типовых инструкциях и др. Однако гипертрофированная формализация в
преподавательской деятельности наносит непоправимый ущерб учащемуся, так как при этом главный
акцент в учебном процессе делается на механическую память. Но механическая память, как известно,
коротка и не позволяет формировать устойчивые структуры логического мышления.
ТОЧКА ЗРЕНИЯ
179
Чтобы не быть голословными, спроецируем указанные общие закономерности кризиса системы
образования в стиле case-study на конкретную область знаний – химию. Как профессиональные химики,
отметим, что в традиционных школьных и вузовских учебниках (в том числе и переводных – американских
и английских), а также в соответствующих программах обучения химия представляется как эмпирическая
наука – свод брутто-формул и предельно формализованных реакций. Практически элиминированы
электронные и пространственные представления, тесно связанные с закономерностями химических
явлений.
Авторы этих строк встречают в начале учебного года в аудиториях агротехнологического университета
несколько сот выпускников школ, четыре года изучавших химию в школе. Вводное тестирование
обнаруживает полное непонимание элементарных понятий и определений, знание которых составляет
основу химического мировоззрения образованного человека и, несомненно, должно после весьма
внушительного школьного курса химии "выжить".
Совершенно необъяснимо, почему школьная химия начинается не со строения атома и молекул, как
основы всего сущего, а подменяется механическим заучиванием символов элементов и числового значения
их валентности в соединениях. 95-98% опрошенных не знают, что вода состоит из молекул, а кусок графита
– из атомов углерода. Каково строение атома и какую валентность он может проявить в связи с положением
элемента в таблице Д. Менделеева? Что такое химическая связь? Почему молекула H2SO4 проявляет
свойства кислоты, а NaOH – основания? Какой фактор обусловливает их способность к диссоциации?
Почему в воде растворяется ионное соединение – поваренная соль (NaCl) и ковалентное соединение –
сахар?
На эти и другие стандартные вопросы, касающиеся той химии, которая поистине вокруг и внутри нас,
вчерашние школьники не отвечают. Большие затруднения у студента вызывает простейшая из проблем –
найти в учебнике ответ на поставленный вопрос. И уж совсем непосильная задача – написать аннотацию
(0,5 стр.) по тексту объемом 4-5 страниц. К сожалению, господствующие в школе репродуктивные методы
обучения способны научить ученика только писать диктанты и переписывать какие-либо методические
заготовки.
В школе ученики решают большое множество задач чисто арифметического характера по составу
отдельных молекул и смесей веществ, хотя такие упражнения в целях развития интеллекта столь же
эффективны, как и попытки осилить страницы справочника химика. В то же время студент не может
составить обычную пропорцию и выполнить необходимые расчеты для приготовления раствора заданной
концентрации вещества или для определения рН раствора.
В рамках школьных и вузовских программ обсуждаются физические свойства веществ без понимания
природы химических связей, строения молекул и межмолекулярных связей. Выстраиваются, таким
образом, верхние этажи знания без возведения фундамента.
Примером классической формализации химической информации может служить описание реакции
гидратации оксида серы (VI):
SO3 + H2O = H2SO4
Представленный подобным образом химический процесс ничего кроме механического запоминания не
предполагает. Более целесообразно было бы показать электронное и пространственное строение реагентов,
что позволило бы объяснить, почему и как они взаимодействуют, то есть механизм реакции. При этом
можно показать, что подобным образом с водой реагирует и ряд других оксидов (углерода, азота, кремния и
др.), а вместо воды в реакции с оксидами в качестве реагентов могут выступать другие основные
(нуклеофильные) соединения: аммиак, спирты, фенол и др. При таком подходе очерчивается совокупность
реакций, объединенных общими закономерностями протекания. Именно понимание (а не механическое
запоминание!) общих закономерностей формирует у учащегося логическое химическое мышление.
По сути, преподавание химии в вузе начинается «с нуля», и требуются большие усилия (как правило, не
достигающие успеха), чтобы преодолеть школьные стереотипы мышления, довести до сознания студента
основополагающие положения химии и сформировать у него устойчивые структуры химического
мировоззрения.
Обращаясь к физике, следует отметить сильную перегруженность школьных и вузовских учебников
громоздким математическим аппаратом в ущерб пониманию физического смысла явлений на качественном
уровне. Математические модели призваны дополнять, а не вытеснять модели физические. Ведь ясно, что
прежде чем описывать геометрическую фигуру, например, шар (
3
3
4
RV
), необходимо осознать ее
физическую сущность. Мозг ученика, перегруженный объёмной информацией множества дисциплин,
просто не в состоянии осилить предложенное ему обилие физических величин и формул.
Существенно завышены объемы учебного материала по предметам описательного характера: биологии,
географии, истории и др. Часто уровень сложности его изложения неадекватен возрастным ментальным
возможностям ученика. Обратимся, например, к теме «Водоросли» или «Пресмыкающиеся» в учебнике
биологии (6-7 классы). Невольно возникает вопрос: «Что это – программный материал для студентов-
медиков или для сдачи кандидатского минимума?» Материалы такого типа 95-97% учеников не усваивают.
А степень усваиваемости учебного материала, как известно, является объективным критерием оценки
соответствия его уровня сложности ментальным способностям аудитории.
Учебник по биологии должен отражать современные тенденции в развитии цивилизационного процесса
познания, поскольку XXI век является веком биологических наук, несущих перспективу новых прорывов в
познании тайн сущности и существования человека в единстве с био-, социо- и техносферой.
Дрюк В.Г., Ножко Е.С., Пономарева Т.Г.
«КЛИНИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ» СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ В КОНТЕКСТЕ ИДЕЙ ПОСТМОДЕРНИЗМА
180
Следовательно, традиционно обширные разделы ботаники и зоологии должны быть оптимизированы и
сокращены в пользу развития тем, связанных с основами жизнедеятельности человека, таких как строение и
функции клеток, проблемы биогеоценоза, генетики и селекции, пищевые взаимоотношения организмов и
др.
Неудачи в постижении учебного материала вызывают у учащихся реакцию отторжения, неприятия
трудных дисциплин, а со временем формируют у них психологию человека неспособного и нежелающего
работать. Потери психологического плана дополняются еще и тем, что проникновение компьютеризации в
быт ученика породило новые формы его праздного времяпровождения. Выпускники школы с такими
аномальными по сути морально-психологическими установками и слабым интеллектом различными путями
попадают в высшие учебные заведения, чему, несомненно, способствуют непомерно широкая сеть вузов и
неблагоприятная демографическая ситуация в стране.
Общий итог образовательных усилий средней школы, к сожалению, таков, что значительная часть
студенческой аудитории не в состоянии осилить вузовские учебные программы, которые, естественно,
должны соответствовать мировым критериям. Более того, многие студенты просто не способны
сформулировать и выразить свои мысли. И не только потому, что они лишены логического мышления – у
них нет навыков предметного дискурса и обычной разговорной речи. Живое общение с преподавателем и
коллегами вытеснено предельно формализованным изложением учебного материала и тестирования.
Следует при этом подчеркнуть, что тестирование, основанное на использовании упрощенных,
формализованных заданий с выбором одного правильного ответа из нескольких предложенных,
продуктивно только в точных, математизированных науках.
Для дисциплин же, связанных с изучением закономерностей и причинно-следственных связей в
явлениях (химии, биохимии, генетики и др.), типовая методика тестирования, связанная с "погружением"
обучаемого в обширный банк правильных и неправильных (по сути – дезинформирующих) ответов на
вопросы не только не продуктивна, но и вредна. Здесь незаменимой остается традиционная форма
тестирования – учащийся должен давать обстоятельные ответы на поставленные проблемные, наполненные
логическим смыслом вопросы.
Но вот, что важно отметить – у преподавателя нет проблем в оценке знаний студента по любой (5-ти
или 12-ти бальной) системе. Беспокойство вызывает более сложная морально-психологическая проблема,
во многом определяющая успех средней и высшей школы, – как привести обучаемого субъекта к
осознанию необходимости учиться системно и качественно? К сожалению, у многих наших студентов нет
действенной мотивации к результативному обучению. Существует единственный, сугубо прагматичный
стимул, – с минимальными затратами получить диплом о высшем образовании, открывающий широкие
перспективы в социальном плане. Ведь без диплома нельзя ни фирму учредить, ни поступить на
государственную службу, ни баллотироваться в выборные органы.
Общий вывод из выше изложенного таков: назрела настоятельная необходимость в коренной
рациональной реконструкции системы образования всех уровней, в создании новой концепции
воспитания интеллекта с учетом всех реалий сегодняшнего дня: информационного прессинга, социально-
экономических и экологических вызовов, нервных перегрузок субъектов образовательного процесса,
устаревшей материально-технической базы учебных заведений. Успех такой поистине революционной
реконструкции не мыслим без радикальных преобразований, прежде всего, в средней школе. Для этого
необходимо:
– Принять комплекс мер, направленных на повышение ответственности учащегося за результаты своего
труда и формирование в его сознании действенной мотивации к эффективному обучению.
– При активном участии психологов оптимизировать учебные планы и программы, нацелив их на
развитие у учащегося логического, креативного мышления и научного мировоззрения в контексте с
экономическими, экологическими и социальными проблемами современности.
– Шире осуществлять специализацию обучения учащихся, например, по естественно-научному и
гуманитарному направлениям. Практиковать использование двухуровневых программ, разграничив
программу-минимум и программу для углубленного изучения предмета. Сократить число обязательных
дисциплин, предоставив ученику право выбора в зависимости от специализации.
– Углубить дифференциацию выпускников школ по успеваемости. Повысить требования к качеству
усвоения учебного материала и ввести наряду с аттестатами сертификаты (свидетельства) об окончании
средней школы с указанием реальных (в том числе и неудовлетворительных) оценок по проблемным
дисциплинам. Аттестаты зрелости получают только успевающие ученики со средним баллом не ниже 10.
– Формировать в школах элитные классы для наиболее успевающих учеников, способных усваивать
усложненные программы по отдельным дисциплинам. Создавать на базе ведущих университетов и НИИ
учебных центров и лицеев для одаренных учеников.
– Обеспечить переподготовку корпуса учителей, связанную с усвоением новых концепций
программного и методологического обеспечения учебного процесса. Практиковать при этом наряду с
самостоятельным изучением учителем новых программ и учебников централизованное повышение
квалификации на региональных семинарах и курсах.
Еще более радикальные меры должны быть предприняты в сфере высшего образования. Каким
должен быть университет? Для оценки вероятного объема и характера предстоящих нам преобразований
обратим свой взор на один из лучших университетов Европы – Оксфордский университет, где один из
ТОЧКА ЗРЕНИЯ
181
авторов настоящей статьи проходил научную стажировку. В настоящее время тысячи молодых граждан
Украины, естественно, из обеспеченных семей стремятся получить образование именно в Оксфорде.
В современном высокотехнологичном мире образование, интеллект – это дорогостоящий товар.
Уплатив за образование, студент Оксфордского университета стремится получить его сполна. При этом он
осознает, что оплачиваются в этой акции не оценки и, соответственно, не диплом, а совокупность
профессиональных знаний. Подобный взгляд, к сожалению, не согласуется с менталитетом многих
студентов Украины. Студент Оксфордского университета в высокой степени законопослушен: он не
списывает на экзамене и не ищет неформальных путей преодоления рубежей текущего и сессионного
контроля. Соотношение «преподаватель – студент» составляет примерно 1:5, а учебная нагрузка
преподавателя – 400 – 500 часов. В отдельные периоды преподаватель вообще может не иметь учебной
нагрузки и занимается только научно-исследовательской деятельностью.
Оксфордский университет отличается высокой степенью самостоятельности студента – учебный год
состоит из трех двухмесячных семестров. При этом учебные программы соответствуют мировым
стандартам и требуют от студента значительных усилий. Цикл практических работ не распыляется, а
проводится сессионно, то есть компактно в течение нескольких недель. Рабочие программы вместе с
планом практических работ и графиком текущего контроля (собеседование с преподавателем) доводятся до
сведения студента и вывешиваются на доске объявлений. К услугам студентов обширная библиотека
учебной и методической литературы, а также специальные сайты в интернете.
Никаких документов о планировании и отчетности в угоду чиновнику преподаватель не оформляет.
Именно ученый является безоговорочным авторитетом, ответственным за качество подготовки
специалиста. Об уровне доверия ректората университета к ученому свидетельствует тот факт, что защита
аспирантом кандидатской диссертации (степени доктора философии) происходит в режиме 2-х часового
собеседования соискателя с научным руководством и одним оппонентом.
В Великобритании нет Академии наук как научно-исследовательского института. Фундаментальная и
прикладная наука разрабатывается в университетах, политехниках и в мощных научно-исследовательских
центрах предприятий. Научные исследования в Оксфордском университете проводят вместе с учеными
(при достаточном финансировании) соискатели ученой степени магистра (4-й год обучения студента) и
степени доктора философии (в 2-х летней аспирантуре).
Европейский уровень высшего образования в нашей стране может быть достигнут лишь в результате
коренной структурной реорганизации системы, либерализации условий функционирования
университетов и значительного увеличения финансирования. К числу важнейших преобразований следует
отнести следующие меры:
– В течение 5-7 лет необходимо сократить число высших учебных заведений до 400-450. Часть
второстепенных вузов и отдельных их подразделений переводятся в разряд колледжей, готовящих
специалистов со средним специальным образованием и квалифицированных рабочих, нехватка которых
остро ощущается уже сегодня.
– При сохранении численности преподавательского состава в условиях сокращения числа вузов будут
доведены до оптимальных значений следующие макропоказатели:
а) Соотношение студент – преподаватель = 5: 1 – 7:1 против 13:1 сегодня.
б) Годовая учебная нагрузка преподавателя составит 400-500 часов против 900 в настоящее время.
Высвободившееся время будет использовано для интенсификации научно-исследовательской работы, тесно
связанной с учебно-воспитательным процессом.
В методическом плане необходимо:
– Оптимизировать программы подготовки бакалавра и магистра с учетом бюджета времени,
физических и психических возможностей студента. Предоставить ему право выбора основополагающих
дисциплин по специальности.
– Повысить роль теоретических основ при изложении учебного материала в пособиях и учебниках. В
курсах фундаментальных дисциплин (физика, химия, биология и математика) усилить профессиональную
ориентацию, прикладные и мировоззренческие аспекты.
– Практиковать издание разных по стилю и методике изложения материала учебников и учебных
пособий с обязательной апробацией их в классах и в университетских аудиториях. Это исключит
формальный (чиновничий) подход к методологическому обеспечению учебного процесса по одному
шаблону. Мировая практика показывает, что разные, возглавляемые видными учеными школы
преподавания отдельных дисциплин со своими традициями, стилем и учебниками, могут успешно
сосуществовать, дополняя друг друга.
– Повысить требовательность к уровню подготовки студентов по конкретным дисциплинам и
эффективность естественного отбора по результатам сессии, не связывая отсев неуспевающих студентов с
численностью штата кафедр. С целью развития здоровой конкуренции среди студентов практиковать
сверхплановый (10-15%-ный) набор слушателей-соискателей, способных компенсировать закономерный
отсев после сессии.
– Упразднить фиктивный, связанный с бумаготворчеством, контроль за деятельностью кафедры и
ученого, являющегося центральной фигурой учебно-воспитательного процесса. Для успешного
преподавания дисциплины требуется доведенные до сведения студентов программа, планы лекций,
практических и семинарских занятий, график текущего контроля знаний.
– Рационализировать процесс тестирования как метода оценки уровня подготовки студента по схеме,
разработанной кафедрой с учетом специфики дисциплин.
Дрюк В.Г., Ножко Е.С., Пономарева Т.Г.
«КЛИНИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ» СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ В КОНТЕКСТЕ ИДЕЙ ПОСТМОДЕРНИЗМА
182
– Практиковать слияние вузовских кафедр с лабораториями профилирующих научно-
исследовательских институтов. Учебные курсы специальных дисциплин и научные исследования студентов
и магистров необходимо переносить в лаборатории этих институтов.
Резюмируя выше изложенное, следует констатировать, что столь масштабная реконструкция системы
образования требует поистине парадигмального сдвига в сознании нации и огромных инвестиций. Имеются
ли в стране источники необходимых средств? Да, имеются!
За 20 лет независимости Украины многомиллиардные капиталы, благодаря симбиозу неправедных
законов и беззакония, были выведены через офшоры в зарубежные банки. Проведенной в стиле модерна
антинародной блиц-приватизации государственной собственности следует безотлагательно
противопоставить постмодернистскую реприватизацию теневых капиталов, которая создала бы
предпосылки для инвестирования экономики и, в частности, системы образования.
Необходимо ликвидировать коррупционные схемы, пронизывающие все сферы деятельности общества,
и вывести экономику из тени, сделав прозрачными все её финансовые потоки. Особого государственного
контроля требует мониторинг доходной части предприятий, связанных с разработками сырьевых ресурсов,
базовых отраслей экономики и отраслевых банков, что позволит принять жесткие меры по предотвращению
незаконного оттока капиталов за рубеж и реализации теневых схем. Важно при этом установить
ограничения в использовании прибыли, полученной в сфере производства, для личного обогащения
крупных собственников и коррумпированных чиновников, а также ввести систему прогрессивных налогов
на доходы, недвижимость и роскошь.
Путем нормализации правовых основ общества и укрепления демократических свобод в целом
улучшить инвестиционный климат в стране.
Обречена ли Украина ожидать «второго пришествия» Ленина для реализации стратегического проекта
оздоровления нашего общества? Такой вопрос возникает в связи с тем, что ныне действующий Верховный
Совет, погрязший в омуте борьбы за власть, является Советом миллионеров и не способен на
революционные социально-экономические преобразования, ущемляющие их интересы. Только
прозревший народ может решить свою судьбу, избрав дееспособный парламент.
Источники и литература:
1. Пугачев В. П. Микрополитика как фактор социальной деградации в современной России /
В. П. Пугачев // Полигнозис. – 2002. – № 4. – С. 48-67.
2. История философий Запад – Россия – Восток : кн. 2, 4 / ред.: Н. В. Мотрошилова, А. М. Руткевич. – М. :
Греко-латинский кабинет Ю. А. Шичалина, 2000. – С. 407-420.
3. Пелипенко А. А. Постмодернизм в контексте переходных процессов / А. А. Пелипенко // Человек. –
2001. – № 4. – С. 5-17.
4. Огурцов А. П. Постмодернистский образ человека и педагогика / А. П. Огурцов // Человек. – 2001. – №
3 – С. 5-17; № 4 – С. 18-27.
5. Rapp-Wagner R. Postmoderne Denken und Padagogie: eine kritische Analyse aus philosophisch –
futurologischer Perspektive / R. Rapp-Wagner. – Bern, Stuttgart, Wien, 1997. – S. 353.
6. Брюнинг В. Философская антропология. Теоретические предпосылки и современное состояние /
В. Брюнинг // Западная философия. Итоги тысячелетия / ред. А. В. Перцев. – Екатеринбург, Бишкек,
1997. – С. 209-410.
7. Дрюк М. А. Химическая теория резонанса и проблемы формирования философской рациональности
нового типа / М. А. Дрюк. – М. : Изд-во Ун-та Дружбы народов, 2004. – С. 181.
8. Таранов П. С. Платон / П. С. Таранов // 120 философов. Жизнь, судьба, учение : т. 1. – Симферополь :
Таврия, 1996. – С. 227.
9. Дрюк В. Г. Проблемы соотношения социального и национального в социокультурной матрице СССР и
Украины / В. Г. Дрюк // Культура народов Причерноморья. – 2009. – № 169. – С. 148-153.
10. Большой атлас мира / гл. ред. рус. изд. Н. Ярошенко. – Лондон : ЗАО «Изд. Дом Ридерз Дайджест»,
2007. – 400 с.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-46141 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1562-0808 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T18:30:30Z |
| publishDate | 2012 |
| publisher | Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Дрюк, В.Г. Ножко, Е.С. Пономарева, Т.Г. 2013-06-27T20:08:41Z 2013-06-27T20:08:41Z 2012 «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма / В.Г. Дрюк, Е.С. Ножко, Т.Г. Пономарева // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 230. — С. 176-182. — Бібліогр.: 10 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/46141 316.74.37 ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Точка зрения «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма «Клінічна смерть» системи освіти України в контексті ідей постмодернізму “Clinical decease” of she Ukraine education system in the context of postmodernism ideas Article published earlier |
| spellingShingle | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма Дрюк, В.Г. Ножко, Е.С. Пономарева, Т.Г. Точка зрения |
| title | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма |
| title_alt | «Клінічна смерть» системи освіти України в контексті ідей постмодернізму “Clinical decease” of she Ukraine education system in the context of postmodernism ideas |
| title_full | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма |
| title_fullStr | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма |
| title_full_unstemmed | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма |
| title_short | «Клиническая смерть» системы образования Украины в контексте идей постмодернизма |
| title_sort | «клиническая смерть» системы образования украины в контексте идей постмодернизма |
| topic | Точка зрения |
| topic_facet | Точка зрения |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/46141 |
| work_keys_str_mv | AT drûkvg kliničeskaâsmertʹsistemyobrazovaniâukrainyvkonteksteideipostmodernizma AT nožkoes kliničeskaâsmertʹsistemyobrazovaniâukrainyvkonteksteideipostmodernizma AT ponomarevatg kliničeskaâsmertʹsistemyobrazovaniâukrainyvkonteksteideipostmodernizma AT drûkvg klíníčnasmertʹsistemiosvítiukraínivkontekstíídeipostmodernízmu AT nožkoes klíníčnasmertʹsistemiosvítiukraínivkontekstíídeipostmodernízmu AT ponomarevatg klíníčnasmertʹsistemiosvítiukraínivkontekstíídeipostmodernízmu AT drûkvg clinicaldeceaseofsheukraineeducationsysteminthecontextofpostmodernismideas AT nožkoes clinicaldeceaseofsheukraineeducationsysteminthecontextofpostmodernismideas AT ponomarevatg clinicaldeceaseofsheukraineeducationsysteminthecontextofpostmodernismideas |