Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме

Представлен обзор литературы по проблеме артериальной гипертензии и ее связи с метаболическим синдромом. Рассмотрены механизмы, обусловливающие постоянное повышение АД, особенности гемодинамики и поражения органов−мишеней при изучаемой патологии. The authors review the literature on the problem of a...

Повний опис

Збережено в:

Бібліографічні деталі
Опубліковано в: :	Международный медицинский журнал
Дата:	2008
Автори:	Герасимова, А.С., Олейников, В.Э., Елисеева, И.В.
Формат:	Стаття
Мова:	Російська
Опубліковано:	Інститут проблем кріобіології і кріомедицини НАН України 2008
Теми:	Кардиология
Онлайн доступ:	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/53888
Теги:	Додати тег Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
Назва журналу:	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
Цитувати:	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме / А.С. Герасимова, В.Э. Олейников, И.В. Елисеева // Международный медицинский журнал. — 2008. — Т. 14, № 3. — С. 22-29. — Бібліогр.: 60 назв. — рос.

Репозитарії

Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine

_version_	1860045878593585152
author	Герасимова, А.С. Олейников, В.Э. Елисеева, И.В.
author_facet	Герасимова, А.С. Олейников, В.Э. Елисеева, И.В.
citation_txt	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме / А.С. Герасимова, В.Э. Олейников, И.В. Елисеева // Международный медицинский журнал. — 2008. — Т. 14, № 3. — С. 22-29. — Бібліогр.: 60 назв. — рос.
collection	DSpace DC
container_title	Международный медицинский журнал
description	Представлен обзор литературы по проблеме артериальной гипертензии и ее связи с метаболическим синдромом. Рассмотрены механизмы, обусловливающие постоянное повышение АД, особенности гемодинамики и поражения органов−мишеней при изучаемой патологии. The authors review the literature on the problem of arterial hypertension and its association with metabolic syndrome. The mechanisms responsible for constant increase of AP, peculiarities of hemodynamics and involvement of the target organs at the investigated pathology are featured.
first_indexed	2025-12-07T16:57:36Z
format	Article
fulltext	22 Международный Медицинский журнал № 3’2008 В XXI в. по-прежнему первое место среди основных причин смертности и потери трудоспо- собности занимают сердечно-сосудистые заболева- ния (ССЗ), связанные с атеросклерозом (артери- альная гипертония, инфаркт миокарда, инсульт). Заболеваемость и смертность от ишемической болезни сердца (ИБС), осложнений артериальной гипертонии (АГ) связаны с наличием и уровнем факторов риска их развития [1], которых насчиты- вается более 200. Среди них наиболее значимыми считаются АГ, дислипидемия, ожирение, сахарный диабет (СД) и гиперинсулинемия (ГИ), часто со- четающиеся, причем при сочетании двух и более факторов риска возрастает частота развития ин- фаркта миокарда и внезапной смерти [2]. Наличие связи между АГ, ожирением, наруше- нием углеводного обмена и подагрой было отмече- но еще в начале прошлого века Г. Ф. Лангом [цит. по 3] и Е. Kylin [4], а в последующем А. Л. Мяс- никовым, Д. М. Гротелем и М. П. Кончаловским. В 1956 г. J. Vague отметил повышенную частоту возникновения ССЗ у больных с абдоминальным ожирением (АО) [5], а Е. Gamus [6] назвал соче- тание этих факторов «метаболическим трисиндро- мом». В 1989 г. N. M. Kaplan [7] назвал сочетание АО, нарушения толерантности к глюкозе (НТГ), гипертриглицеридемии и гипертонии «смертель- ным квартетом», имея в виду чрезвычайную ате- рогенность этого сочетания. В 1988 г. G. Reaven [8] на основании анализа литературных и собственных данных в знамени- той бантингтонской лекции высказал предполо- жение, что инсулинорезистентность (ИР) и ГИ являются решающими в патогенезе не только СД 2-го типа, но и АГ и ИБС. Он предложил термин «синдром Х» для обозначения кластера метаболических факторов, аккумулирующихся у одного человека,— АГ, дислипидемии (повыше- ния концентрации в крови триглицеридов — ТГ, сопряженного со снижением уровня липопротеи- нов высокой плотности, ЛПВП), ИР и СД 2-го типа. Позднее к этим факторам добавилось АО. В дальнейшем, систематизируя критерии мета- болического синдрома (МС), G. Reaven назвал его открытой системой, при которой к основным метаболическим изменениям могут присоеди- няться другие нарушения [9]. С 1988 г. критерии МС подверглись существенным изменениям. Ряд исследователей дополнили понятие МС новыми характеристиками, такими как гиперурикемия, микроальбуминурия (МАУ), гипертрофия левого желудочка (ГЛЖ), гиперфибриногенемия, склеро- кистоз яичников и др. [10]. В течение последних десятилетий МС стали называть «эпидемией высокоразвитых стран» из- за большой распространенности. В мире среди населения старше 30 лет частота его достигает 15–25 % [11], в России среди больных АГ — 74 %, при НТГ и СД — до 90 % [12]. В классическом понимании, согласно Между- народной Федерации Диабета, МС подразумевает сочетание АО, ИР, гипергликемии, дислипидемии, удк 616.12-008.331.1:616.1/.37-008.6/.9-07 ОсОбеннОсти течения артериальнОй гипертензии и пОражения ОрганОв-мишеней при метабОлическОм синдрОме Канд. мед. наук А. С. ГЕРАСИМОВА, проф. В. Э. ОЛЕйНИКОВ, И. В. ЕЛИСЕЕВА The peculiariTies of arTerial hyperTension course and involvemenT of The TargeT organs in meTabolic syndrome A. S. GeRASIMoVA, V. e. oleINIKoV, I. V. YelISeYeVA Медицинский институт Пензенского государственного университета, Российская Федерация представлен обзор литературы по проблеме артериальной гипертензии и ее связи с метаболическим синдромом. рассмотрены механизмы, обусловливающие постоянное повышение ад, особенности гемодинамики и поражения органов-мишеней при изучаемой патологии. Ключевые слова: артериальная гипертензия, метаболический синдром, инсулинорезистентность, по- ражение органов-мишеней. The authors review the literature on the problem of arterial hypertension and its association with metabolic syndrome. The mechanisms responsible for constant increase of AP, peculiarities of hemodynamics and involvement of the target organs at the investigated pathology are featured. Key words: arterial hypertension, metabolic syndrome, insulin resistance, target organ involvement. кардиОлОгия 23 АГ, нарушения системы гемостаза и хронического субклинического воспаления, в основе которых ле- жат сложные нейрогуморальные и гормональные нарушения. De Fronzo [13] сравнил это состоя- ние с айсбергом, на поверхности которого лежат клинические проявления — ИБС, АГ, ожирение, СД и др. Пусковым механизмом МС является ИР, индуцирующая развитие этих состояний [9]. Сочетание метаболических нарушений при ИР приводит к ускоренному развитию атеросклероза и общему суммарному риску развития ССЗ, кото- рый у лиц с МС в 3–4 раза выше [14]. Под ИР подразумевают нарушение инсулин- опосредованной утилизации глюкозы в органах (скелетные мышцы и миокард, жировая ткань и печень), когда патофизиологические изменения зависят от природы действия инсулина в кон- кретном случае [15]. При этом для поддержания концентрации глюкозы в крови на нормальном уровне возникает компенсаторная ГИ. В после- дующем развивается НТГ с формированием МС. Причина развития ИР остается до конца не выяс- ненной. Даже у здоровых людей чувствительность к инсулину может колебаться в широких пределах, изменяясь в 3–4 раза. Причинами ИР могут быть мутация кодирующего гена (дорецепторный ме- ханизм), аутоиммунизация с выработкой антител к инсулину и инсулиновым рецепторам, измене- ние молекулы инсулина, уменьшение количества инсулиновых рецепторов, изменение их струк- туры и сродства к инсулину, а также механизмы пострецепторного действия инсулина (изменение структуры глюкозотранспортного белка GlUT 1) [16], гормональные и метаболические факторы. Известно, что инсулин — это анаболический гормон, основной функцией которого является утилизация глюкозы и синтез гликогена. Однако его роль в регуляции обмена веществ выходит за рамки только регуляции уровня глюкозы в кро- ви. Инсулиновые рецепторы находятся в разных тканях: скелетной мускулатуре и миокарде, где происходит утилизация глюкозы; адипоцитах жировой ткани, где под влиянием инсулина осу- ществляется торможение липолиза; гладкомы- шечных клетках сосудов, которые при ГИ под- вергаются пролиферации; эндотелии сосудов, где инсулин влияет на синтез простагландинов, оксида азота, брадикинина (вазодилатирующий эффект); почках, в которых инсулин, воздействуя на почечные канальцы, усиливает реабсорбцию натрия и воды; клетках симпатической нервной системы (СНС) — инсулин стимулирует СНС, увеличивая сердечный выброс и спазм перифе- рических сосудов. Таким образом, в условиях хронической ГИ происходит активный липолиз в жировых депо и повышение концентрации свободных жирных кислот (СЖК) в крови, увеличение толщины мы- шечного слоя сосудов и гипертрофия миокарда, стимуляция СНС, усиление реабсорбции и сни- жение экскреции натрия и воды [17], ослабление вазодилатирующего свойства инсулина за счет дефицита выработки оксида азота [18]. Поэтому ИР во многом обусловливает риск развития ССЗ, связанных с атеросклерозом — АГ, ИБС, инсуль- та, что доказано в многочисленных исследовани- ях [14]. артериальная гипертония как компонент ме- таболического синдрома, особенности ее разви- тия и течения. АГ при МС тесно связана с дру- гими его составляющими. В 1985 г. M. Modan et al. [19] выявили у больных АГ более высокий уровень инсулина в крови, нежели у лиц с нор- мотонией. Данная взаимосвязь не зависела от наличия ожирения и НТГ. Позднее то же самое с помощью «клэмп»-теста доказал Е. Ferrannini [20]. Больные АГ в среднем утилизируют на 40 % меньше глюкозы, чем лица с нормальным АД [21]. Взаимосвязь АГ и ГИ независимо друг от друга подтвердили и другие исследователи [22]. По мнению Е. Ferrannini, возможны три гипо- тезы, которые могут объяснить эту взаимосвязь. Предполагают, что ИР вызывает развитие АГ, АГ является причиной ИР, а также не исключено, что ИР и АГ являются параллельными следствиями общей причины. В исследовании ARIC установ- лено, что ГИ ассоциировалась с АГ и была ее предиктором при сочетании с метаболическими нарушениями [23]. Как показали другие экспери- ментальные исследования, постоянное повышение АД сопровождается снижением периферического кровотока и дисфункцией эндотелия, что может привести к уменьшению чувствительности скелет- ной мускулатуры к инсулину и развитию ИР [9]. Предположение, что ИР является результатом АГ, представляется маловероятным [24]. В частности, было показано, что симптоматическая гипертония не сопровождается ИР, а коррекция АД далеко не всегда приводит к снижению ИР [8]. В последние годы все больше сторонников приобретает гипоте- за, по которой АГ и ИР являются параллельными следствиями одной общей причины — генетиче- ски обусловленного нарушения ионотранспортной функции мембран клеток [24]. Было также замечено, что АГ и ИР с наи- большим постоянством отмечались у лиц с АО. Еще в 1956 г. J. Vaque обратил внимание на связь избыточной массы тела и характера распределе- ния жира с возможностью развития АГ, СД, ате- росклероза и подагры [5]. Взаимосвязь между АГ и ожирением подтверждена многочисленны- ми исследованиями. По данным Фрамингемско- го исследования впервые выявленная АГ в 70 % случаев сочетается с ожирением или избыточной массой тела [25]. Гетеборгское эпидемиологиче- ское исследование не только подтвердило роль ожирения как фактора риска развития ССЗ, но и продемонстрировало зависимость их от типа ожирения [26]. По данным В. А. Алмазова [27], в группе больных с АО АГ и СД 2-го типа встре- чались чаще, чем в группе с глютеофеморальным типом ожирения. Наличие абдоминального типа А. С. ГЕРАСИМОВА... ОСОБЕННОСТИ ТЕчЕНИя АРТЕРИАЛьНОй ГИПЕРТЕНЗИИ... 24 КАРДИОЛОГИя ожирения играет важную роль в ассоциации АГ и ИР. Этот факт можно объяснить высокой липо- литической активностью жировой ткани, локали- зованной в брыжейке и сальнике [28]. Активный липолиз в сальнике приводит к избыточному син- тезу СЖК, поступлению их в кровь и через во- ротную вену в печень, что может быть пусковым механизмом развития ГИ. Таким образом, на сегодняшний день не суще- ствует единого представления как об этиопатоге- незе АГ, ассоциированной с МС, так и о причинно- следственных связях АГ и ИР. Но не вызывает со- мнения тот факт, что в основе патогенеза АГ при МС лежит ИР и вызванная ею компенсаторная ГИ в сочетании с сопутствующими метаболическими нарушениями [29]. Хроническая ГИ воздействует на АД по следующим механизмам: стимулирует активность симпатико- адреналовой системы (САС), что приводит к по- вышению сосудистого тонуса, в том числе к по- чечной гиперсимпатикотонии [30]; стимулирует активность ренин-ангиотензин- альдостероновой системы (РААС) [31]; при со- четании АГ с ИР активность ангиотензинпревра- щающего фермента (АПФ) достоверно выше, чем у больных с АГ без ИР [28]; блокирует трансмембранные ионообменные механизмы (Na-K-АТФазы и Ca-Mg-АТФазы), повышая содержание внутриклеточного натрия и кальция и уменьшая содержание калия, что при- водит к увеличению чувствительности сосудистой стенки к прессорным воздействиям [24, 31, 32]; повышает реабсорбцию натрия в проксималь- ных и дистальных канальцах нефрона, способ- ствуя задержке жидкости и развитию гиперволе- мии и повышению содержания натрия и кальция в стенках сосудов [33]; стимулирует пролиферацию гладкомышеч- ных клеток сосудистой стенки за счет прямого и опосредованного митогенного действия, приво- дящую к сужению артериол и повышению ОПСС [31, 32]. В последнее время рассматриваются еще два механизма, имеющие большое значение в форми- ровании АГ при МС. Это роль лептина — синте- зируемого в адипоцитах жировой ткани гормона, который усиливает активность СНС [34]. Вто- рой механизм — влияние гипергликемии на экс- прессию гена ангиотензиногена в почечной ткани в условиях ИР, что приводит к усилению почеч- ной гиперсимпатикотонии. В норме инсулин по- давляет стимулирующее влияние гипергликемии на экспрессию гена ангиотензиногена в клетках проксимальных канальцев почек и препятствует увеличению секреции ангиотензиногена. При ИР подавление инсулином глюкозостимулируе- мой экспрессии гена ангиотензиногена в клетках проксимальных канальцев почек не происходит, экспрессия гена растормаживается и секреция ан- гиотензиногена усиливается [35]. Видимо, имен- но этот механизм лежит в основе увеличения продукции ангиотензина II (АТ II) в клубочко- вых и канальцевых клетках почечной ткани под влиянием гипергликемии. Воздействие АТ II на АТ1-рецепторы ведет к нарастанию ренальной гиперсимпатикотонии [29]. Под воздействием перечисленных выше ме- ханизмов постоянное повышение АД сопрово- ждается снижением периферического кровотока и дисфункцией эндотелия по принципу обратной связи, что усиливает явления ИР. Образовавшийся замкнутый круг приводит к нарушению гемодина- мики и структурно-функциональных параметров органов-мишеней [36]. Особенности гемодинамики и поражения «органов-мишеней» при аг ассоциированной с мс. Перечисленные выше особенности механиз- мов формирования АГ при МС предопределяют и особенности ее клинического течения. По ли- тературным данным, АГ при МС характеризует- ся более выраженными нарушениями суточного профиля АД за счет недостаточного снижения САД и ДАД в ночное время (в большей степени ДАД), более высокими показателями нагрузки давлением в ночные часы и повышенной вариа- бельностью АД по сравнению с больными АГ без метаболических нарушений [28]. Известно, что «среднестатистический» больной МС относится к категории «нон-диппер» (СИ = 0–10 %), а боль- ной с неосложненной АГ — к категории «диппер» (СИ = 10–20 %) [28, 37]. В многочисленных ис- следованиях было установлено, что нарушенный суточный ритм АД в виде недостаточного ночно- го снижения ассоциируется с увеличением массы миокарда и ремоделированием сердца, нарушени- ем диастолической функции левого желудочка, структурными изменениями резистивных сосудов, большей частотой атеросклеротического пораже- ния сонных артерий и выраженностью МАУ — наиболее раннего маркера поражения почек [38]. У «нон-дипперов» частота сердечно-сосудистых и цереброваскулярных осложнений выше, чем у «дипперов». У больных МС были выявлены более выраженные изменения суточного профиля АД, свидетельствующие о более тяжелом, небла- гоприятном течении АГ [36]. Это подтверждено положительной корреляцией между ИР и более высокими показателями дневного и ночного АД, индекса времени (ИВ) дневно го и ночного АД по данным суточного мониторирования АД (СМАД) [28]. Аналогичные данные получены и другими авторами [39]. При МС имеет место и другое нарушение суточного профиля АД — повышенный уровень пульсового АД (ПАД). Средний уровень ПАД у больных МС значительно превышает условную норму, предложенную Р. Verdecchia для стратифи- кации риска у больных АГ на основании СМАД,— 53 мм рт. ст. [40]. Об этом свидетельствует анализ данных исследования PIUMA: у больных МС, в отличие от неосложненной АГ, практически отсутствовало ночное снижение ПАД, что повы- 25 шало риск развития сердечно-сосудистых ослож- нений на 54 % [41]. Известно, что ПАД является индикатором повышенной ригидности крупных артериальных сосудов и выступает в качестве не- зависимого фактора риска сердечно-сосудистых осложнений [37]. По мнению исследователей, гемодинамиче- ское своеобразие МС состоит не только в нару- шении профиля АД, но и в специфических по- ражениях органов-мишеней — сосудов, сердца, почек, которые в дальнейшем самостоятельно выступают в качестве независимых факторов ри- ска [37]. Как было сказано выше, в поражении органов-мишеней важную роль играют большая вариабельность АД, нарушение циркадного ритма и высокое ПАД. Центральным патогенетическим механизмом является активация тканевого звена РААС и ИР, а при ожирении еще и гормон жиро- вой ткани — лептин [42]. Все это в большей сте- пени выражено при АГ, ассоциированной с МС. Страдают в первую очередь так называемые инсу- линопотребные ткани — мышечная (в том числе миокард), сосуды. Сосуды — один из главных органов-мишеней, который поражается при разных заболеваниях. Свойства артерий нарушаются при АГ, МС, СД, атеросклерозе и др. АГ сопровождается специфи- ческим поражением сосудов, что может служить терапевтической мишенью. Известно, что при АГ повышается ригидность и жесткость, снижается эластичность стенки крупных артерий как след- ствие повышения САД и ПАД, которые ускоря- ют повреждение артерий. Ригидность сосудистой стенки повышается в результате быстрой пролифе- рации клеток гладкой мускулатуры сосудов, эла- стических волокон и накопления межклеточного матрикса. Это приводит к увеличению толщины слоя интима-медия и уменьшению просвета сосу- да, к сосудистому ремоделированию. В процессе ремоделирования принимает участие и комплекс нейрогуморальных факторов (РААС, СНС, сосуди- стый эндотелий). Таким образом, ремоделирование сосудов — это адаптивный процесс. Однако при дальнейшем течении АГ оно приобретает патоло- гический характер. В процесс ремоделирования вовлекается микроциркуляторное русло, что при- водит к повышению ОПСС [43]. При МС процесс ремоделирования сосудистой стенки, помимо ге- модинамических и нейрогуморальных факторов, усугубляется ГИ и ИР [31, 32]. Одной из значимых характеристик сосудов эластического типа является жесткость. Жест- кость артерий — это интегральный показатель, определяющий сердечно-сосудистые риски. Из- вестно, что увеличение жесткости артерий прямо коррелирует с возрастом [44], повышением АД, уровнем инсулина и глюкозы в плазме крови [45], с выраженностью АО [44, 46], повышением уровня липопротеинов низкой плотности (ЛПНП) и сни- жением ЛПВП. Маркером жесткости, ригидности артериальной стенки является ПАД [47], но более надежный показатель — скорость распространения пульсовой волны (СРПВ). Величина этого по- казателя зависит от отношения толщины стенки сосудов к их радиусу и ее эластичности. Следо- вательно, СРПВ — это параметр, интегрирующий в себе геометрию артерий и их функциональные свойства. Он прямо связан с жесткостью артерий и имеет обратную зависимость от их эластичности [48]. чем ригиднее, толще сосуд и меньше его ра- диус, тем выше СРПВ. Она увеличивается с воз- растом, при повышении АД. Некоторые исследо- ватели отмечают более высокие показатели СРПВ у больных с АО [44]. Возможно, связь между АО и СРПВ опосредована через ИР. Инсулин сти- мулирует СНС, что приводит к учащению чСС и повышению АД, способствующих изменению артериальной стенки. В работе А. В. Стародубо- вой и соавт. [44] высказано предположение, что АГ и ожирение, независимо друг от друга, ока- зывают сопоставимое влияние на СРПВ. Исходя из выше изложенного, можно сделать вывод, что при МС из-за сочетания нарушений различных видов обмена ригидность артерий увеличивается и сердечно-сосудистые риски возрастают. Повышение жесткости артерий, приводя к ро- сту САД, ПАД и ОПСС, увеличивает нагрузку на левый желудочек. Гемодинамическая нагруз- ка в сочетании со специфическим влиянием ГИ и ИР на кардиомиоциты приводят к ГЛЖ, кото- рая представляет собой одно из важных проявле- ний АГ и является результатом адаптации сердца к увеличению постнагрузки. Имеющая в начале болезни компенсаторный характер, в дальней- шем она приобретает патологическое значение и становится независимым фактором риска ИБС, сердечной недостаточности и внезапной смерти. В частности, утолщение стенки левого желудочка на 1 мм увеличивает риск смертельных осложне- ний в 7 раз [43]. В настоящее время установле- но, что развитие ГЛЖ у больных АГ — результат воздействия различных факторов, среди которых выделяют фоновые (возраст, масса тела, генети- ческая предрасположенность), гемодинамические (уровень АД, объем циркулирующей крови, сосу- дистое сопротивление) и негемодинамические. При этом данные факторы оказывают синергический эффект в отношении активации процессов ремо- делирования сердца. Среди негемодинамических факторов важнейшая роль отводится катехола- минам, АТ II, инсулину и инсулиноподобным факторам роста, которые вызывают репликацию ДНК и гиперплазию кардиомиоцитов [49]; боль- шая роль принадлежит также альдостерону, повы- шение которого способствует развитию фиброза миокарда, увеличению его жесткости и ухудшению способности к релаксации [37]. Вопрос об ассоциации АГ и различных ком- понентов МС с ГЛЖ изучен недостаточно, а име- ющиеся сведения о роли инсулина в развитии ГЛЖ противоречивы [50]. По мнению одних ав- торов, АГ и ожирение, как составляющие МС, А. С. ГЕРАСИМОВА... ОСОБЕННОСТИ ТЕчЕНИя АРТЕРИАЛьНОй ГИПЕРТЕНЗИИ... 26 КАРДИОЛОГИя являются ведущими детерминантами ГЛЖ [49], что, по-видимому, обусловлено ГИ. В других ра- ботах в качестве доминирующего фактора рассма- тривается ожирение независимо от распределения жира [51]. Не исключается и предрасположенность к АГ, ожирению и ГЛЖ [49]. В ряде исследований было показано также, что АГ при МС сопровождается более выра- женной ГЛЖ, нежели АГ, протекающая на фоне нормального инсулинового обмена [28, 49, 52]. По мнению российских и зарубежных ученых [28, 37], МС характеризуется признаками кон- центрической ГЛЖ, т. е. увеличением индекса массы миокарда (ИММЛЖ) и относительной толщины стенок левого желудочка, которая яв- ляется неблагоприятным видом ремоделирования. В исследованиях Ю. В. Зимина [52] выявлена корреляционная связь ММЛЖ с АД и уровнем инсулина. Автор характеризует изменения мио- карда при МС как «концентрическую гипертро- фию с увеличением массы левого желудочка, нормальным минутным выбросом и увеличением ОПСС». Синергический эффект повышенного АД, ожирения и ИР в отношении ремоделирования и гипертрофии миокарда показан в работах М. Н. Мамедова [28, 37]. Почки — один из наиболее ранимых органов, страдающих как первично, так и вторично. АГ служит одной из главных причин терминальной хронической почечной недостаточности у 10–30 % больных [53]. Повреждения почек при АГ многооб- разны. Повышение системного АД сопровождается возрастанием давления в капиллярах клубочков, что обусловливает усиление фильтрации белка через базальную мембрану; повреждению эндо- телия, выбросу цитокинов и других медиаторов, приводя в итоге к замещению нормальной почеч- ной ткани фиброзной. При МС поражение почек, как и других органов-мишеней, связано прежде всего с действи- ем обменных нарушений — ИР, АО, гиперлипиде- мией, а также АГ. Начальные изменения в почках имеют бессимптомный характер. Наиболее ранним маркером повреждения почек (на стадии функцио- нальных нарушений) и неблагоприятным прогно- стическим признаком является МАУ (экскреция альбумина с мочой от 20–30 до 300 мг/сут). Она является фактором, отражающим дисфункцию эн- дотелия и поражения сосудистой системы в целом [54]. Некоторые исследователи считают факт по- явления МАУ событием критического значения, свидетельствующим о генерализованном пора- жении сосудистой системы и прогрессировании почечной недостаточности [55]. Существует и семейная предрасположенность к развитию МАУ, которая, возможно, сочетается с предрасположенностью к метаболическим нару- шениям. Тесная связь между МАУ и МС выяв- лена в обширных популяционных исследованиях NHANeS III и GeMINI, что дало основание рас- сматривать МАУ как важный симптом МС [56]. Доказано, что ожирение и гипергликемия способ- ствуют развитию МАУ [57]. Зависимость МАУ от уровня АД подтверж- дена как при «офисном» измерении, так и при СМАД [56]. частота МАУ значительно выше при «пограничном» (130–139/80–89 мм рт. ст.), чем при нормальном уровне АД, а при тяжелой АГ этот показатель достигает 35–40 % [58]. У боль- ных АГ МАУ встречается в 16 раз, а при СД в 21 раз чаще, чем у здоровых людей [59]. МАУ чаще встречается у пациентов с преимуществен- ным повышением ДАД, отсутствием адекватного снижения АД ночью, повышенным ПАД и индек- сом массы тела [58, 59], ГЛЖ и биохимическими признаками МС. Важными метаболическими факторами по- вреждения почек являются ГИ и ИР, которые реализуются через специфические механизмы [58, 59]: неферментативное гликирование белков почечных мембран, нарушающее их структуру и функцию; прямое глюкотоксическое воздействие через активацию протеинкиназы С, регулирующей сосудистую проницаемость, сократимость, процес- сы пролиферации клеток и активность тканевых факторов роста; активацию образования свобод- ных радикалов, оказывающих цитотоксическое действие; нарушение синтеза гепарансульфата, снижение содержания которого приводит к потере базальной мембраной важнейшей функции — за- рядселективности, что сопровождается появлением МАУ, а в дальнейшем при прогрессировании про- цесса и протеинурии. Определенную роль играет внутриклеточная гипергликемия. Другой мощный нефротоксический фактор — гиперлипидемия, которая способствует развитию нефросклероза аналогично механизму формиро- вания атеросклероза сосудов (структурное сход- ство мезангиальных и гладкомышечных клеток артерий, богатый рецепторный аппарат ЛПНП, окисленных ЛПНП в том и другом случае). К раз- витию МАУ предрасполагает и избыточная масса тела, а именно АО. В популяционном исследова- нии MoNICA установлено, что АО является не- зависимым, в том числе и от других компонен- тов МС, предиктором МАУ [60]. Считается, что при ожирении МАУ связана преимущественно с гиперфильтрацией. Определенную роль играет и повышенная эндокринная активность жировой ткани. Продуцируемый адипоцитами лептин уча- ствует в повреждении структур почечной ткани путем индукции фиброгенеза за счет увеличения экспрессии мезангиоцитами рецепторов к транс- формирующему фактору роста-b, продукции ими коллагена I типа, их пролиферации и пролифе- рации гладкомышечных клеток внутрипочечных сосудов. Кроме того, под действием лептина зна- чительно усиливается повреждение почечных эн- дотелиоцитов перекисями и свободными кисло- родными радикалами, увеличивается экспрессия эндотелина-1. Все указанные изменения приво- дят к нарушению внутрипочечной гемодинамики 27 и связанных с ним расстройств фильтрационной функции почек, появлению МАУ. В то же время МАУ оказывает локальный токсический эффект, приводящий к развитию асептического воспаления. В ходе его развития происходит стимуляция локального синтеза АТ II, избыток которого обусловливает еще больший спазм уносящей артерии, еще большую ишемию почечного фильтра и, как следствие, еще большую потерю белка через почечный фильтр. Таким образом, лежащие в основе развития МС многочисленные, но единые механизмы, при- водят к более тяжелому течению АГ и поражению органов-мишеней. Учитывая эту тесную связь, следует считать, что ранняя диагностика такой сочетанной патологии позволит выделять в общей популяции больных с неблагоприятным прогнозом для дифференцированного подхода к лечению. Ли т е р а т у р а 1. Prevention of coronary heart disease in clinical practice. Recommendations of the second joint task forse of eu- ropean and other societies on coronary prevention // eur. Heart J.— 1998.— № 19.— P. 1434–1503. 2. Assman G. The Prospective Cardiovascular munster Study: prevalence and prognostic significance of hy- perlipidemia in men vita systemic hypertension // Am. J. Cardiol.— 1987.— Vol. 59.— P. 96–176. 3. Метаболический синдром / И. Е. чазова, В. Б. Мычка, Е. Ф Дороднева и др. // Тер. архив.— 2002.— № 10.— С. 7–12. 4. Kylin E. Studien uber das hypertonie, hypeglykamie, hyperurikamie Syndrom // Z. Inn. Med.— 1923.— № 7.— P. 105–112. 5. Vague T. The degree of masculine differentiation of obe- sities. A factor determining predisposition to diabetes, atherosclerosis, goiti and nephric calculosis disease // Am. J. Clin. Mutr.— 1956.— № 4.— P. 20–34. 6. Gamus J. P. Goutte, Diabete, hyperlipemie un trisyndron metabolique // Rev. Rum.— 1966.— № 33.— 10 p. 7. Kaplan N. M. The deadly quartet: Upper body obesity, glucose intolerance, hypertriglyceridemia, and hy- pertension // Arch. Intern. Med.— 1989.— № 149.— P. 1514–1520. 8. Reaven G. M. Role of insulin resistance in human dis- ease // Diabet.— 1988.— P. 1595–1607. 9. Reaven G. M. Insulin resistance/compensatory hyper- insulinemia, essential hypertension, and cardiovascular disease // J. Clin. endocrin. Metab.— 2003.— № 88.— P. 2399–2403. 10. Haffener P. A., Valder R. A., Hazuda H. P. Prospective analysis of the insulin-resistance syndrome (Syn- drome X) // Diabetes.— 1992.— № 41.— P. 715–722. 11. Американская диабетологическая ассоциация. Кон- сенсус конференции по инсулинорезистентности 5–6 ноября 1997 г. // Междунар. мед. журн.— 1999.— № 1.— С. 66–70. 12. Мамедов М. Н. Алгоритмы диагностики и лечения метаболического синдрома в клинико-амбулаторных условиях // Кардиология.— 2005.—№ 5.— С. 92–100. 13. De Fronso R. A., Ferrannini E. Insulin resistance: A mul- tifaceted syndrome responsible for NIDDM, obesity, hypertension, dyslipidemia and atherosclerotic car- diovascular disease // Diabet. Care.— 1991.— № 14.— P. 173–194. 14. Тканевая инсулинорезистентность: степень выра- жения и взаимосвязь с факторами риска сердечно- сосудистых заболеваний / М. Н. Мамедов, А. М. Оль- ферев, А. Н. Бритов, Р. Г. Оганов // Рос. кардиол. журн.— 2000.— № 1.— С. 44–47. 15. Standi E. Aetiology and consenquences of the metabolic syndrome // european Heart Journal.— 2005.— № 7.— P. 10–13. 16. Pontiroli A. Genetic contribution of polymorphism of the GlUT 1 and GlUT 4 genes to the susceptifiling to the type II (non-insulin-dependent) diabetes mellitus in different population // Acta. Diabetol.— 1996.— № 33.— P. 193–197. 17. Ольбинская Л., Боченков Ю., Железных Е. Симпати- ческая гиперактивность в развитии артериальной гипертензии с метаболическими нарушениями: подходы к фармакотерапии // Врач.— 2004.— № 7.— С. 4–8. 18. Аметов А. С., Демидова Т. Ю., Смагина Л. В. Эндо- телий как мишень терапевтического воздействия антигипертензивной терапии у больных сахарным диабетом 2-го типа // Кардиоваскулярная терапия и профилактика.— 2004.— № 3 (5).— С. 81–87. 19. Modan M., Halkin H., Almog S. Hyperinsulinemia: a link between hypertension, obesity and glucose intoler- ance // J. Clin. Invest.— 1985.— № 75.— P. 809–817. 20. Ferrannini E., Buzzigal Y., Bonadonna R. Insulin resis- tance in essential hypertension // N. engl. J. Med.— 1987.— Vol. 317.— № 6.— P. 350–357. 21. Мамедов М. Н., Метельская В. А., Перова Н. В. Метаболический синдром: пути реализации атеро- тромбогенного потенциала // Кардиология.— 2000.— № 2.— С. 83–89. 22. Bakris G. L. optimal management of hypertension and obesity in the metabolic syndrome.— Illinois: A mono- graph for contin. med. educ. credit, 2001.— 267 p. 23. elevated fasting insulin predicts incident hypertension: the ARIC Study. Atherosclerosis Risk in Communities Study Investigators / A. D. lise, e. J. Mayer-Davis, l. e. Chambless et al. // J. Hypertens.— 1999.— Vol. 17.— № 8.— P. 1169–1177. 24. Диденко В. А. Особенности патогенеза, клинического течения и терапии артериальной гипертонии, ассо- циированной с метаболическим синдромом: Автореф. дис. … д-ра мед. наук.— М., 2001.— 26 с. 25. Kannel W., Brand N., Skinner J. The relation of adipos- ity to blood pressure and development of hypertension: the Framingham study // An. Intern. Med.— 1967.— № 67.— P. 48–59. 26. Rosengren A., Wedel H., Wielhelmsen L. Body weight and weight gain during adult life in men in relation to coronary heart disease and mortality // eur. Heart J.— 1999.— № 20.— P. 269–277. 27. Алмазов В. А., Благосклонная А. В., Красильнико- ва Е. И. Роль абдоминального ожирения в патогенезе А. С. ГЕРАСИМОВА... ОСОБЕННОСТИ ТЕчЕНИя АРТЕРИАЛьНОй ГИПЕРТЕНЗИИ... 28 КАРДИОЛОГИя синдрома инсулинорезистентности // Тер. архив.— 1999.— № 10.— С. 18–22. 28. Мамедов М. Н. Артериальная гипертония в рамках метаболического синдрома: особенности течения и принципы медикаментозной коррекции // Кар- диология.— 2004.— № 4.— С. 95–100. 29. Артериальная гипертензия и метаболический синд- ром Х / А. М. Шилов, М. В. чубаров, М. В. Мельник, Т. Е. Рыбкина // Русск. мед. журн.— 2002.— Т. 11, № 21 (1).— С. 1145–1149. 30. Оганов Р. Г., Александров А. А. Инсулин и артери- альная гипертония: роль гиперсимпатикотонии // Тер. архив.— 2002.— № 12.— С. 5–7. 31. Джанашия П. Х., Диденко В. А. Роль состояния ренин-ангиотензин-альдостероновой системы в фор- мировании артериальной гипертонии у лиц с синд- ромом инсулинорезистентности // Рос. кардиол. журн.— 1999.— №4.— С. 16–19. 32. Функциональное состояние клеточных мембран у больных гипертонической болезнью с гипер- и нор- моинсулинемией / Р. И. Стрюк, Ю. К. Токмачев, И. Г. Длусская, З. И. Левитская // Кардиология.— 1997.— № 10.— С. 34–37. 33. Di Bona G. F. Sympathetic nervous system and the kidney in hypertension // Curr. opin. Nephrol. Hy- pertens.— 2002.— № 11.— P. 197–200. 34. Взаимосвязь уровня лептина с гемодинамическими показателями и постпрандиальной гликемией у па- циентов с ожирением и артериальной гипертонией / А. Н. Бритов, О. В. Молчанова, М. М. Быстрова и др. // Кардиоваск. терапия и профилактика.— 2004.— № 3 (2).— С. 27–30. 35. Zang S. L., Chen X., Hsien T. J. Hyperglycemia induced insulin resistance on angiotensinogen gene expression in diabetic rat kidney proximal tubular cells // J. en- docrinol.— 2002.— № 172.— P. 333–344. 36. Мамедов М. Н., Горбунов В. М., Джахангиров Т. Ш. Суточный профиль артериального давления при метаболическом синдроме: сравнительный анализ эффективности монотерапии эналаприлом и не- контролируемой гипотензивной терапии // Рац. фармакотерап. В кардиологии.— 2006.— № 1.— С. 11–17. 37. Особенности структурно-функциональных изме- нений миокарда и гемодинамических нарушений у больных с метаболическим синдромом: вклад ар- териальной гипертонии в формирование суммарного коронарного риска / М. Н. Мамедов, В. М. Горбунов, Н. В. Киселева, Р. Г. Оганов // Кардиология.— 2005.— № 11.— С. 11–16. 38. Суточный ритм артериального давления и состояние органов-мишеней у больных с мягкой и умеренной формами гипертонической болезни / П. А. Зелве- ян, Е. В. Ощепкова, М. С. Буниатян и др. // Тер. архив.— 2001.— № 2.— С. 33–38. 39. Fagard R., Van Den Enden M., Leeman M. Survey on treatment of hypertension and implementation of World Health organization / International Society of Hypertension risk stratification in primary care in Belgium // J. Hypertens.— 2002.— Vol. 20, № 7.— P. 1297–1302. 40. Verdecchia P. Prognostic value of ambulatory blood pressure. Current evidence and clinical implications // Hypertension.— 2000.— № 35.— P. 844–851. 41. Verdecchia P., Reboldi G., Angeli F. Circadian rhythm of pulse pressure in hypertension: prognostic impli- cations // J. Hypertens.— 2003.— Vol. 21, № 4.— 220 p. 42. Gunter W., Sheldon C., Han D. leptin and renal disease // Am. J. Kidney Dis.— 2002.— № 39.— P. 1–11. 43. Маколкин В. И. Микроциркуляция и поражение органов-мишеней при артериальной гипертонии // Кардиология.— 2006.— № 2.— С. 83–85. 44. Влияние ожирения на скорость распространения пульсовой волны у женщин в постменопаузе / А. В. Стародубова, О. А. Кисляк, Г. И. Сторожаков и др. // Рос. кардиол. журн.— 2004.— № 5 (49).— С. 34–38. 45. Filipovsky J., Ticha M., Cufkova R. large artery stiffness and pulse wave reflection: results of population-based study // Blood press.— 2005.— Vol. 14, № 1.— P. 45– 52. 46. Sutton-Tyrrel K., Newman A., Simonsick E. M. Aortic stiffness is associated with visceral adiposity in older adults // Hypertension.— 2001.— № 38.— 429 p. 47. Asmar R., Rudnichi A., Blacher J. Pulse pressure and aortic pulse wave are markers cardiovascular risk in hypertensive populations // Am. J. Hypertens.— 2001.— Vol. 14 (2).— P. 91–97. 48. Орлова Я. А., Агеев Ф. Т. Жесткость артерий как ин- тегральный показатель сердечно-сосудистого риска: физиология, методы оценки и медикаментозной кор- рекции // Сердце.— 2005.— № 2 (5).— С. 65–69. 49. De Simone G., Paganisi S., Contaldo F. linc of nonhe- modynamic factors to hemodynamic determinants of left ventricular hypertrophy // Hypertension.— 2001.— № 38.— P. 13–18. 50. Аничков Д. А., Шостак Н. А. Гипертрофия левого желудочка у женщин с метаболическим синдромом: взаимосвязь с показателями суточного мониториро- вания артериального давления и уровнем инсули- немии // Кардиология.— 2004.— № 6.— С. 49–50. 51. Александров А. А., Поддубская Е. А. Геометрия левого желудочка, артериальная гипертония и ожирение: поиск новых путей профилактики // Проф. за- болеваний и укреп. здоровья.— 2003.— № 5.— С. 6–11. 52. Структурно-функциональные изменения миокарда, систолическая и диастолическая функция левого желудочка сердца у больных с метаболическим ва- риантом гипертонической болезни / Ю. В. Зимин, Л. И. Козлова, Т. В. Родоманченко, Л. В. Кольцова // Кремл. медицина.— 1999.— № 2.— С. 28–31. 53. Селективная микропротеинурия как маркер началь- ного поражения почек у больных с артериальной гипертензией / Ю. Н. Еремина, М. В. Леонова, Ю. Б. Белоусов, А. В. Тарасов // Кардиология.— 2004.— № 10.— С. 71–77. 54. Микроальбуминурия: клиническое и прогностическое значение при артериальной гипертонии / А. А. Ара- келянц, Н. В. Жукова, А. С. Рязанов, А. П. Юренев // 29Международный Медицинский журнал № 3’2008 КАРДИОЛОГИя Тер. архив.— 2003.— № 12.— С. 81–83. 55. Шестакова М. В. Поражение почек при сахарном диабете: диагностика, профилактика, лечение // Русск. мед. жур.— 1998.— № 6 (12).— С. 38–46. 56. Palaniappan L., Carnethon M., Formanh S. Association between microalbuminuria and the metabolic syndrome: NHANeS III // Am. J. Hypertens.— 2003.— Vol. 16, № 11.— P. 952–958. 57. Формирование поражения почек у больных ожире- нием / Е. А. Сагинова, Е. Ю. Федорова, В. В. Фомин и др. // Тер. архив.— 2002.— № 5.— С. 36–41. 58. Хирманов В. Н. Факторы риска: микроальбумину- рия // Тер. архив.— 2004.— № 9.— С. 78–84. 59. Арутюнов Г. П., Чернявская Т. К. Проблемы не- фропротекции у пациентов с артериальной гипер- тонией. Значение показателя микроальбуминурии для врача общей практики // Медицина.— 2005.— С. 2–7. 60. Liese A. D., Hense H. W., Brown A. A. Microalbuminuria, central adiposity and hypertension in the nondiabetic urban population of the MoNICA Augsburg survey 1994/95 // J. Hum. Hypertens.— 2001.— Vol. 15, № 11.— P. 799–804. Поступила 20.08.2008
id	nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-53888
institution	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
issn	2308-5274
language	Russian
last_indexed	2025-12-07T16:57:36Z
publishDate	2008
publisher	Інститут проблем кріобіології і кріомедицини НАН України
record_format	dspace
spelling	Герасимова, А.С. Олейников, В.Э. Елисеева, И.В. 2014-01-28T18:45:29Z 2014-01-28T18:45:29Z 2008 Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме / А.С. Герасимова, В.Э. Олейников, И.В. Елисеева // Международный медицинский журнал. — 2008. — Т. 14, № 3. — С. 22-29. — Бібліогр.: 60 назв. — рос. 2308-5274 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/53888 616.12-008.331.1:616.1/.37-008.6/.9-07 Представлен обзор литературы по проблеме артериальной гипертензии и ее связи с метаболическим синдромом. Рассмотрены механизмы, обусловливающие постоянное повышение АД, особенности гемодинамики и поражения органов−мишеней при изучаемой патологии. The authors review the literature on the problem of arterial hypertension and its association with metabolic syndrome. The mechanisms responsible for constant increase of AP, peculiarities of hemodynamics and involvement of the target organs at the investigated pathology are featured. ru Інститут проблем кріобіології і кріомедицини НАН України Международный медицинский журнал Кардиология Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме The peculiarities of arterial hypertension course and involvement of the target organs in metabolic syndrome Article published earlier
spellingShingle	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме Герасимова, А.С. Олейников, В.Э. Елисеева, И.В. Кардиология
title	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме
title_alt	The peculiarities of arterial hypertension course and involvement of the target organs in metabolic syndrome
title_full	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме
title_fullStr	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме
title_full_unstemmed	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме
title_short	Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме
title_sort	особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме
topic	Кардиология
topic_facet	Кардиология
url	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/53888
work_keys_str_mv	AT gerasimovaas osobennostitečeniâarterialʹnoigipertenziiiporaženiâorganovmišeneiprimetaboličeskomsindrome AT oleinikovvé osobennostitečeniâarterialʹnoigipertenziiiporaženiâorganovmišeneiprimetaboličeskomsindrome AT eliseevaiv osobennostitečeniâarterialʹnoigipertenziiiporaženiâorganovmišeneiprimetaboličeskomsindrome AT gerasimovaas thepeculiaritiesofarterialhypertensioncourseandinvolvementofthetargetorgansinmetabolicsyndrome AT oleinikovvé thepeculiaritiesofarterialhypertensioncourseandinvolvementofthetargetorgansinmetabolicsyndrome AT eliseevaiv thepeculiaritiesofarterialhypertensioncourseandinvolvementofthetargetorgansinmetabolicsyndrome

Особенности течения артериальной гипертензии и поражения органов-мишеней при метаболическом синдроме

Репозитарії

Схожі ресурси