Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе
Целью данной статьи стало рассмотрение нового видения дихотомии «грек-турок» в романах греческих писателей второй половины ХХ века.
Gespeichert in:
| Veröffentlicht in: | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Datum: | 2012 |
| 1. Verfasser: | |
| Format: | Artikel |
| Sprache: | Russian |
| Veröffentlicht: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2012
|
| Schlagworte: | |
| Online Zugang: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/56031 |
| Tags: |
Tag hinzufügen
Keine Tags, Fügen Sie den ersten Tag hinzu!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Zitieren: | Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе / Л.С. Банах // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 226. — С. 54-56. — Бібліогр.: 9 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| id |
nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-56031 |
|---|---|
| record_format |
dspace |
| spelling |
Банах, Л.С. 2014-02-10T07:48:09Z 2014-02-10T07:48:09Z 2012 Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе / Л.С. Банах // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 226. — С. 54-56. — Бібліогр.: 9 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/56031 821.14’06-3.09 Целью данной статьи стало рассмотрение нового видения дихотомии «грек-турок» в романах греческих писателей второй половины ХХ века. ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Проблемы современного литературоведения Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе Толерантний підхід до теми греко-турецьких взаємовідношень в новітній грецькій прозі The tolerant approach to the theme of Greek-Turkish relationships in the new Greek prose Article published earlier |
| institution |
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| collection |
DSpace DC |
| title |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе |
| spellingShingle |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе Банах, Л.С. Проблемы современного литературоведения |
| title_short |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе |
| title_full |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе |
| title_fullStr |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе |
| title_full_unstemmed |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе |
| title_sort |
толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе |
| author |
Банах, Л.С. |
| author_facet |
Банах, Л.С. |
| topic |
Проблемы современного литературоведения |
| topic_facet |
Проблемы современного литературоведения |
| publishDate |
2012 |
| language |
Russian |
| container_title |
Культура народов Причерноморья |
| publisher |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| format |
Article |
| title_alt |
Толерантний підхід до теми греко-турецьких взаємовідношень в новітній грецькій прозі The tolerant approach to the theme of Greek-Turkish relationships in the new Greek prose |
| description |
Целью данной статьи стало рассмотрение нового видения дихотомии «грек-турок» в романах греческих писателей второй половины ХХ века.
|
| issn |
1562-0808 |
| url |
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/56031 |
| citation_txt |
Толерантный подход к теме греко-турецких взаимоотношений в новейшей греческой прозе / Л.С. Банах // Культура народов Причерноморья. — 2012. — № 226. — С. 54-56. — Бібліогр.: 9 назв. — рос. |
| work_keys_str_mv |
AT banahls tolerantnyipodhodktemegrekotureckihvzaimootnošeniivnoveišeigrečeskoiproze AT banahls tolerantniipídhíddotemigrekoturecʹkihvzaêmovídnošenʹvnovítníigrecʹkíiprozí AT banahls thetolerantapproachtothethemeofgreekturkishrelationshipsinthenewgreekprose |
| first_indexed |
2025-11-25T09:01:06Z |
| last_indexed |
2025-11-25T09:01:06Z |
| _version_ |
1850508632386437120 |
| fulltext |
Банах Л.С.
ТОЛЕРАНТНЫЙ ПОДХОД К ТЕМЕ ГРЕКО-ТУРЕЦКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В НОВЕЙШЕЙ
ГРЕЧЕСКОЙ ПРОЗЕ
54
Банах Л.С. УДК 821.14’06-3.09
ТОЛЕРАНТНЫЙ ПОДХОД К ТЕМЕ ГРЕКО-ТУРЕЦКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ
В НОВЕЙШЕЙ ГРЕЧЕСКОЙ ПРОЗЕ
В истории Греции, начиная с середины XV века, одним из наиболее острых вопросов были
взаимоотношения с Турцией, что нашло отражение в литературном творчестве, как народном, так и
авторском. Греческие историки отмечают, что в сознании греков-обывателей сложился «миф» о восприятии
турка как «кровожадного убийцы, злодея, угнетателя» [7]. Однако в произведениях греческой литературы,
являющейся частью греческой исторической действительности, представлен объективный взгляд на
проблему греко-турецких взаимоотношений посредством переосмысления образа «турка», что позволяет
говорить о формировании более толерантного подхода к проблеме сосуществования двух народов разных
вероисповеданий, к той проблеме, которая является актуальной для многих регионов нашей планеты.
Целью данной статьи стало рассмотрение нового видения дихотомии «грек-турок» в романах греческих
писателей второй половины ХХ века. Для реализации поставленной цели ставятся следующие задачи:
1) проследить греческую фольклорную традицию отражения толерантных отношений между греками и
турками; 2) раскрыть проблему двойственной идентичности центральных персонажей романов Реи
Галанаки «Жизнь Измаила Ферика паши» (1989) и Маро Дука «Невинные и виновные» (2004);
3) определить сущность нового видения образа «турка» в греческой прозе.
Среди греческих народных песен, большинство из которых описывают жестокие столкновения между
греками и турками («Το ανακάλημα της Κωνσταντινόπολης» («Плач по погибшим в Константинополе»),
«Αγιά Σοφία» («Святая София»)) встречаются песни, повествующие о смешанных браках или о любви
молодых людей разных вероисповеданий. Так, например, в народной фракийской песне сообщается: «Η
Σούσα ήταν όμορφη/ της Χώρας το καμάρι/ κι αγάπα τον Σερίφ-Μπέη/το τουρκοπαλληκάρι», «..αδελφός της
Σούσας μαθαίνει τον έρωτά της για τον Τούρκο, τη σφάζει σαν το αρνί...» («Суса была красавица…гордость
всей деревни, но влюбилась Суса в Сериф-бея, юношу турка», «узнав о любви сестры к турку, брат Сусы ее
зарезал, как барашка» [3, 47]). В акритской песне XVI века (понтийская версия) «Ο αιχμάλωτον»
(«Пленник») рассказывается о том, что греческий ребенок, рожденный в плену, воспитывается иноверцем
сарацином миром ли, а затем отпускается на родину. Сараци ны (греч. Σαρακηνός – «восточные люди») –
народ, упоминаемый древнеримским историком IV века ммианом Марцеллином и греческим ученым I - II
вв. н.э. Птоломеем по отношению к кочующему разбойничьему племени бедуинов, живших вдоль границ
Сирии. Со времени крестовых походов европейские авторы стали называть сарацинами всех мусульман
(арабов, турок и др.). В песне подчеркивается хорошее отношение мусульманина к ребенку христианину:
«Εμέν ατός πεσλέεβεν (έτρεφε) με το μέλ`, με το γάλαν, με το μέλιν, με το γάλαν και με τη αρνί το κρέας. Στα
φανερά ταντάνιζεν…» («Меня растил он, и кормил медом, молоком и мясом ягненка. При всех на колени
меня он брал…» [9, 35]. Возмужав, пленник бежал в Ромею (Грецию), где нашел отца ндроника и брата
Константина, вместе с которыми отправился сражаться с войсками, которыми управлял мир ли. При
встрече на поле боя «пленник» принимает решение не убивать своего благодетеля-сарацина: «Οπίς`, οπίς`
Εμίρ Αλή, οπίς` κι εσέν μη κρούγω./ Τ`ομμάτια μ`εθαμπούρωσαν και το σπαθί μ`έχ άφναν. /Αν κρούγω και
σκοτώνω σε, θα λέγετ`εν φονέας./`κι κρούγω, `κι σκοτώνω σε, θα λέγνε εφοβέθεν. / Καλλίον `κι σκοτώσω σε, κι ας
λέγνε εφοβέθεν» [9, 37] («Назад, мир ли, назад, чтоб не ударил я тебя./
В глазах вдруг помутнело, держу как дым я саблю. / Если ударю и убью, то стану я убийцей, / а если не
решусь, то трусом прослыву. / Нет, лучше не убью, пусть прослыву я трусом») (перевод мой.- Л.Б.).
Исследователь-фольклорист Константинос Демердзис отмечает, что в народных сказках области Ионии
в качестве отрицательного персонажа никогда не упоминается Турок, возможно, потому, что в
действительности не было повода для чего-то подобного. Если бы повод был, это нашло бы непременное
отражение в народных сказках, поскольку с их помощью простой народ воплощает свои страхи, выражает
свои надежды и желания [4, 56]. Однако в романе Дидо Сотириу «Οι νεκροί περιμένουν» («Мертвые ждут»,
1959) женщина из города идини (греческое население города было практически уничтожено турками во
время катастрофы в Малой зии) рассказывает детям сказки, в которых Турок представлен как жестокий
угнетатель, убийца.
В греческой авторской литературе первым писателем, который с явной симпатией относился к своему
центральному персонажу – турку, был Йоргос Визиинос (1849-1896). В повести Визииноса «Ποίος ήτον ο
φονεύς του αδελφού μου» («Кто был убийцей моего брата», 1883) турок, убив по причине рокового случая
брата повествователя, душевно страдает, и, желая искупить свое преступление, становится рабом у матери
убитого. В рассказе «Μοσκώβ Σελήμ» («Москов Селим», 1895), признанном шедевром творчества писателя,
повествуется о жизни Селима, благородного турка, солдата, который встречает гуманное и добродушное
отношение к себе в плену у русских. За любовь к русским родные и соотечественники считают его
сумасшедшим и дают ему кличку «Москов».
В раскрытии проблемы личности, находящейся на маргинесе между греческой и турецкой культурами,
пытающейся национально и религиозно идентифицироваться, век спустя идею произведений Йоргоса
Визииноса продолжает Рея Галанаки. Она пишет роман «Ο βίος του Ισμαήλ Φερίκ πασά» («Жизнь Измаила
Ферика паши», 1989) [2], где речь идет об историческом, трагическом персонаже, который оказывается в
ситуации культурной маргинальности (пленный грек, воспитанный мусульманами, исламизированный,
ПРОБЛЕМЫ СОВРЕМЕННОГО ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЯ
55
ставший главнокомандующим египетской армией). Измаил Ферик объединил в себе роли завоевателя и
завоеванного. В 1866 году на Крите (откуда сам Ферик был родом) вспыхнуло восстание, вдохновителем
которого стал родной брат Измаила, однако Ферик паша, как министр обороны, вынужден был отправиться
во главе египетского войска подавлять восстание. В разгаре сражения он дал своим войскам приказ об
отступлении, пытаясь спасти хоть какую-то часть греков. тот приказ, по одной из версий о смерти Ферика,
был расценен как предательство и стоил ему жизни. Роман Реи Галанаки заставляет читателя задуматься
над вопросом: «И кто же мы: греки или турки? К чему все эти кровопролития, если наши дети общие?»
Возможно, впервые в греческой литературе ставится вопрос о том, что в наследие Греции включается и ее
история в качестве провинции османской империи.
На проблемно-тематическом уровне роман Реи Галанаки имеет много общего как с народной песней
«Пленник» (добродушное отношение к пленному ребенку, архетип противостояния двух братьев, проблема
выбора между чувством благодарности и долгом перед родиной), так и с рассказом «Москов Селим»
(тяжелый процесс самопознания личности, зыбкие грани «национального», сравнение «своих» и «чужих», в
основе сюжета внутренний психологический конфликт центральных персонажей).
Сложность и разнообразие в греко-турецких отношениях находят подтверждение в произведениях
литературы, где образ «бесчеловечного и дикого» Турка сосуществует с образом Турка, друга и брата.
Свидетельства этому находим в романах Илиаса Венезиса «Το νούμερο 31328» («Номер 31328», 1931), Дидо
Сотириу (Ματωμένα χώματα» («Земли, обагренные кровью», 1962), «Μέσα στις φλόγες» («Среди языков
пламени», 1978), посвященных Малоазиатской катастрофе и судьбам греков, прошедших через «рабочие
батальоны» (Τάγματα Εργασίας). В романе Марии Иорданиду «Λωξάντρα» («Локсандра», 1963) описывается
двойственное отношение героини-гречанки к туркам: «Турки для Локсандры были понятием очень
запутанным. Турки были бичом человечества, стихийным бедствием, чем-то вроде холеры, землетрясения,
молнии. Но что общего было у этих понятий с ли или с торговцем яйцами Мустафой, который, когда
доставал из ногтя ногтоеду, просил у нее святую воду из Балукли» («…οι Τούρκοι για τη Λωξάντρα ήταν μια
έννοια πολύ μπερδεμένη. Οι Τούρκοι ήτανε μια μάστιγα της ανθρωπότητας, μια θεομηνία. Σαν να λέγαμε χολέρα,
σεισμός, κεραυνός. Τι σχέση είχανε όμως αυτά τα πράγματα με τον Αλή ή με τον αυγουλά της το Μουσταφά, που
όταν έβγαζε στο νύχι του καλαγκάθι ερχότανε και της γύρευε αγίασμα απ’ το Μπαλουκλί» [8, 46].
Позитивное и сочувственное отношение к образу турка встречаем в романе Маро Дука «Αθώοι και
φταίχτες» («Невинные и виновные», 2004), где писательница выбирает необычный способ организации
материала, через восприятие «Другого», роль которого отведена рифу Каурису, потомку мусульман-
критян, переехавших в Турцию после присоединения Крита к Греции. Причастность рифа к иному
культурному коду, диктующему соответствующие мировоззренческие, ценностные и поведенческие нормы,
обуславливает его чужеродность в обществе греков. Выбор представителя мусульманского
вероисповедания в качестве основного повествователя, через восприятие которого изображается прошлое и
настоящее города г. Ханья, позволяет писательнице заострить проблему «конфликтизации культур» [1, 3],
происходящей из неизбежного противопоставления двух обществ: греческого и турецкого. Как отмечает
двард Саид в своей книге «Ориентализм»: «…развитие и поддержание любой культуры требует
существования отличающегося и конкурирующего alter-ego…. Каждая эпоха и каждое общество воссоздает
своих «Других» [1, 14]. Именно на место «Другого» и попыталась встать Маро Дука для увеличения
объективизации повествования: «Сначала мне надо было встать на место другого, который родился и вырос
в этом городе и кого стечения обстоятельств истории вынудили покинуть родные места» («Θα έπρεπε πρώτα
να μπω στη θέση ενός άλλου, που γεννήθηκε και μεγάλωσε σ’αυτήν την πόλη και που οι ιστορικές συγκυρίες τον
ξερίζωσαν [5, 180]»). риф, стремится избавиться от внешней религиозности, приведшей его семью к
трагедии, и найти путь к примирению. Для этого ему, прежде всего, необходимо преодолеть миф о
коллективном восприятии «Другого» в современном греческом обществе. Для рифа этим «Другим»
является он сам, его отец и дед, тетя йше, поэтому ему приходится менять сложившиеся стереотипы
личным примером, обращаться к историческим фактам, к свидетельствам очевидцев, архивным
документам.
Личные характеристики рифа идут в разрез с коллективным восприятием турка в современном
греческом обществе. риф (на турецком означает «мудрый») получил европейское образование («Хоть и
турок, выпускник Кембриджа» («αν και Τούρκος, απόφοιτος κολεγίου του Κέμπριτζ [6, 375]»)), защитил
диссертацию по творчеству греческого поэта Йоргоса Сефериса (выбор именно этого поэта позволяет
сопоставить равноценность трагедий семьи Сефериадисов, пережившей малоазиатскую катастрофу,
вынужденной покинуть турецкие земли, и семьи Каурдзаде, не по собственной воле оставившей свой дом
на Крите). рифа оскорбляет остро негативное отношение к туркам, и он стремится рассеять создавшиеся
предубеждения: «Василий, думай, что хочешь, о турках и Турции. У меня нет никакого намерения касаться
твоих мифов» («Βασίλη, πίστευε ό,τι θέλεις για τον Τούρκο και για την Τουρκία. Δεν έχω καμιά πρόθεση να
πειράξω τους μύθους σου [6, 430]»). Чтобы развенчать миф-стереотип о турке как о жестоком,
необразованном шовинисте ему приходится искать подтверждений в истории, культуре, в документальных
фактах, опираясь на идеи веротерпимости своего деда: «он никогда не позволял фанатизму ослеплять себя,
никогда не делал различий между християнином и мусульманином» («ποτέ δεν είχε αφήσει τον φανατισμό να
τον τυφλώσει, ποτέ του δεν ξεχώρισε τον χριστιανό από τον μουσουλμάνο [6, 171-172]»), исповедуя принцип
религиозного равноправия («Они говорят о правах христиан, а турок? Разве он не человек? У него нет
прав?» («...μιλούν για του χρισθιανού τα δικαιώματα, και ο Τούρκος; Δεν είναι άνθρωπος αυτός; Δεν έχει
δικαιώματα; [6, 100]»)), и доброго отношения к ближнему: «Хорошие и плохие дела – это не одно и то же.
Ответь на зло добром, и тот, кто был врагом твоим, станет тебе любимейшим другом» («Οι καλές και οι
Банах Л.С.
ТОЛЕРАНТНЫЙ ПОДХОД К ТЕМЕ ГРЕКО-ТУРЕЦКИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ В НОВЕЙШЕЙ
ГРЕЧЕСКОЙ ПРОЗЕ
56
κακές πράξεις δεν είναι το ίδιο. Ανταπόδωσε το κακό με το καλό, και αυτός που είναι εχθρός σου θα γίνει ο πιο
αγαπημένος σου φίλος [6, 376]»). Чтобы понять первопричину возникновения мифа-стереотипа рифу
необходимо изучить историю взаимоотношений греков и турок, отразившуюся на судьбе его семьи, и
обрести возможность отделить «миф о Другом», созданный предубеждениями, страхами, ложью, от
реальности. риф лучше понял события прошлого, внимательно прочитав дневниковые записи своего деда
и отца, переписав их по-гречески, детально изучив город Ханья, который вынуждена была покинуть его
семья, изложив в форме дневника-письма свои мысли и ощущения от всего происходящего в современном
ему городе. риф помогает своим родственникам-христианам (Панарису, леоноре, Виргинии, а в их лице
и всем православным грекам) взглянуть на проблему взаимоотношений между греческим и турецким
народами как на общую трагедию, повторения которой нельзя допустить.
Таким образом, в народном творчестве воплощено двойственное вѝдение проблемы греко-турецких
отношений: вражда и боязнь сосуществуют параллельно с симпатией, дружбой и благодарностью.
Новейшие прозаики Греции приходят к видению образа «турка» («Другого») как равного «греку»
(«Своему»), как одинаково страдавшего от идеологии и политики двух государств, как того, с кем часто
роднят кровные узы, и того, с кем можно и нужно искать взаимопонимания.
Источники и литература:
1. Сотов . . «Ориентализм» : постколониальная критика дварда Саида / . . Сотов. – СПб. : Центр
изучения современного Ближнего Востока, 2006. – 23 с.
2. Γαλανάκη Ρέα. Ο βίος του Ισμαήλ Φερίκ πασά / Ρέα Γαλανάκη. – Αθήνα : Άγρα, 2000. – 203 σ.
3. Δέδε Μιχαήλ. Δημοτικά Τραγούδια / Μιχαήλ Δέδε. – Αθήνα : Μπογιάτη, 1994. – 245 σ.
4. Δεμερτζής Κ. Π. Παραμύθια της Σμύρνης / К. П. Δεμερτζής. – Αθήνα : Πατάκη, 1987. – 137 σ.
5. Δούκα Μάρω. Τα μάυρα λουτρίνια / Μάρω Δούκα. – Αθήνα : Πατάκη, 2006. – 201 σ.
6. Δούκα Μάρω. Αθώοι και φταίχτες / Μάρω Δούκα. – Αθήνα : Κέδρος, 2004. – 586 σ.
7. Δρίτσα Ιωάννα. Οι σχέσεις Ελλήνων και Τούρκων μετά την απόβαση του Ελληνικού Στόλου στη Σμύρνη τον
Μάιο του 1919 / Δρίτσα Ιωάννα. – Θεσσαλονίκη : Α.Π.Θ/Α. Ε. Μ., Ιούνιος 1999. – 34 σ.
8. Ιορδανίδου Μαρία. Λωξάντρα / Μαρία Ιορδανίδου. – Αθήνα : Βιβλιοπωλείο της Εστίας, 1963. –247 σ.
9. Κείμενα Νεοελληνικής λογοτεχνίας : σε 3 τόμους / Επιμ.έκδοσης Πολυτίμη Γκέκα. – Αθήνα : Οργανισμός
εκδώσεως διδακτικών βιβλίων, 2003. – Τ. 3. – Σ. 35-37.
|