Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа
Збережено в:
| Дата: | 2009 |
|---|---|
| Автори: | , , |
| Формат: | Стаття |
| Мова: | Російська |
| Опубліковано: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2009
|
| Теми: | |
| Онлайн доступ: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/7073 |
| Теги: |
Додати тег
Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Цитувати: | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа / Б.А. Bахрушев, Г.Н. Амеличев, В.Н. Дублянский // Культура народов Причерноморья. — 2009. — № 164. — С. 146-155. — Бібліогр.: 68 назв. — рос. |
Репозитарії
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859898884257480704 |
|---|---|
| author | Вахрушев, Б.А. Амеличев, Г.Н. Дублянский, В.Н. |
| author_facet | Вахрушев, Б.А. Амеличев, Г.Н. Дублянский, В.Н. |
| citation_txt | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа / Б.А. Bахрушев, Г.Н. Амеличев, В.Н. Дублянский // Культура народов Причерноморья. — 2009. — № 164. — С. 146-155. — Бібліогр.: 68 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| first_indexed | 2025-12-07T15:55:48Z |
| format | Article |
| fulltext |
Амеличев Г.Н.
СРЕДОФОРМИРУЮЩИЕ РЕСУРСЫ ПОДЗЕМНЫХ КАРСТОВЫХ ЛАНДШАФТОВ: ОБЗОР, ОЦЕНКА И ОХРАНА
146
14. Дублянский В.Н. Занимательная спелеология. – Екатеринбург: Урал-LTD, 2000. – 527 с.
15. Дублянский В.Н., Вахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Шутов Ю.И. Красная пещера: опыт комплексных
карстологических исследований. – М.: РУДН, 2002. – 170 с.
16. Дублянский В.Н., Соцкова Л.М. Фербей Г.Г. Микроклимат карстовых полостей Горного Крыма. – Деп.
УкрНИИНТИ, №2495. – Симферополь, 1989. – 132 с.
17. Дублянский В.Н., Шутов Ю.И., Амеличев Г.Н. Оценка химической денудации карстовых массивов
Горного Крыма // Геологический журнал. –1990. – №4. – С. 37-39.
18. Душевский В.П., Стенько Р.П. Летучие мыши карстовых полостей Горного Крыма и вопросы их охра-
ны// Проблемы изучения, экологии и охраны пещер. – К.: 1987. – С. 117-118.
19. Ена В.Г., Ена Ал.В., Ена Ан.В., Ефимов С.А., Слепокуров А.С. Научно-прикладные основы создания
природного национального парка «Таврида» и Большой Эколого-этнографической тропы в Крыму. –
Симферополь: Сонат, 2000. – 104 с.
20. Клейменов С.Ю. Энергетический обмен мокриц пещеры Красная // Проблемы изучения, экологии и ох-
раны пещер. – Киев, 1987. – С. 118-120.
21. Климчук А.Б., Амеличев Г.Н., Лукьяненко Е.А. Кадастр пещер: состояние и задачи. – Симферополь,
2007. – 24 с.
22. Коваль А.Г. Фауна Виллябурунской пещеры в Крыму // Пещеры, вып. 27-28. – Пермь, 2001. – С.129-
134.
23. Левушкин С.И. Пещерная фауна основных карстовых районов СССР. – Автореф. канд. дисс. – М., 1965.
– 20 с.
24. Маруашвили Л.И. Подземные ландшафты // Изв. ВГО, т.103, №6, 1971. – С.52-60.
25. Редкие растения и животные Крыма / Крюкова И.В. и др. – Симферополь: Таврия, 1988. – 176 с.
26. Реймерс Н.Ф. Охрана природы и окружающей человека среды. – М.: Просвещение, 1992. – 320 с.
27. Семенов-Тян-Шанский В.П. Район и страна. – М.-Л., 1928. – 148 с.
28. Соцкова Л.М. Некоторые аспекты изучения геофизики подземных ландшафтов Горного Крыма: Авто-
реферат дисс. … канд. геогр. наук. – М.: МГПИ, 1981.– 25 с.
29. Wink1er A. Ein neuer blinder Trechus aus der Krim // Col. Rundsch., Bd 1, 1912. – s. 24-36.
Bахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Дублянский В.Н.
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ НАУКА В ИЗУЧЕНИИ КАРСТА КРЫМА И КАВКАЗА
Введение
История изучения карста тесно переплетается с историей географических открытий, геологических ис-
следований, изучением археологии, этнографии, палеонтологии, биологии, краеведческими исследования-
ми. В данной работе будет раскрыта преимущественно история геолого-геоморфологических изысканий на
закарстованных территориях. Основные этапы изучения карста и пещер бывшего СССР рассмотрены Н.А.
Гвоздецким [6], Д.В. Рыжиковым [53], Д.С. Соколовым [58], А.В. Ступишиным [59], К.А.Горбуновой [10,
11]. Для Крымско-Кавказской горной страны этот вопрос частично рассматривался В.Н. Дублянским [25],
В.Н. Дублянским и А.А. Ломаевым [27], Б.Н. Ивановым и Т.И. Устиновой [30], М.В. Щербаковой [64], Л.И.
Маруашвили [49], Ш.Я. Кипиани [37, 38], З.К. Тинтилозовым [63] и др. Однако полная история изучения
карста региона до сих пор не воссоздана. Кроме того, крупные, мирового масштаба спелеологические от-
крытия украинских спелеологов, сделанные на рубеже третьего тысячелетия, также требуют их освещения
и внесения в анналы истории исследования карста.
Цели и задачи
За последнюю четверть века украинская карстолого-спелеологическая школа заняла достойное место
среди других подобных школ СНГ и за рубежом. Ее представителям принадлежат приоритетные разработ-
ки как в области теории (проблема карсто- и спелеогенеза, классификация подземных пространств, терми-
нология, гидрогеология и гидрология карста, микроклимат карстовых полостей и др.), так и в области прак-
тической карстологии и спелеологии (изучение высокогорных карстовых массивов, прохождение и иссле-
дование крупнейших в мире подземных лабиринтов, глубочайших карстовых систем, подготовка учебников
и методических руководств и пр.). Прошедшая смена поколений вызвала неизбежную потерю информации,
ее частичное искажение [15, 16]. Поэтому главная задача данной статьи - восстановление подлинной, доку-
ментальной истории зарождения и поступательного развития науки о карсте.
При историческом анализе развития и становления карстологии и спелеологии, выделении их различ-
ных этапов используется два подхода: содержательный и формальный. Содержательный принцип первым
использовал Д.В. Рыжиков [53], подразделивший историю изучения карста и пещер в СССР на три пе-
риода: накопления фактов и первого научного ознакомления с явлениями карста (XVIII-XIX вв.); широ-
кой дискуссии по вопросам гидрографии карста (1900-1917 гг.); наблюдений за режимом карстовых вод
(после 1917 г.).
М.В. Щербакова [64] для территории Украины также выделила три периода изучения карста: накоп-
ления фактических данных по геологическим и физико-географическим условиям закарстованных районов
(вторая половина XVIII - первая половина XIX вв.); освещения карстовых образований попутно с геологи-
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
147
ческими и физико-географическими исследованиями – переход от описательного к генетическому карсто-
ведению (вторая половина XIX в. - 1917 г.); систематического изучения карстовых районов (после 1917 г.).
Б.Н. Иванов и Т.И. Устинова [30] выделили для Горного Крыма три этапа изучения карста: изучения
отдельных карстовых явлений (1785-1909 гг.); изучения отдельных карстовых массивов (1909-1917
гг.); комплексного изучения карста в связи с инженерными исследованиями во внекарстовых районах (по-
сле 1917 г.). Эту схему периодизации использовали В.Н. Дублянский и А.А. Ломаев [27], выделив еще
два этапа: детального изучения геолого-структурных и геоморфологических условий развития карста
(1945-1956 гг.) и комплексного изучения поверхностного и подземного закарстования (после 1956 г.).
Два периода (дореволюционный и советский) с выделением нескольких этапов внутри каждого рас-
сматривают для территории Грузии Ш.Я. Кипиани [37, 38] и З.К. Тинтилозов1 [63]. Примерно такого же
разделения придерживается Т.З. Кикнадзе [36], рассматривая историю изучения карста Западной Абхазии.
На три периода делят историю изучения карста и спелеологических исследований Западного Кавказа
В.Н. Дублянский с соавторами [25]. По итогам первого этапа (1909-1946 гг.) установлено широкое развитие
карстующихся пород, их обводненность, существование многочисленных поверхностных и подземных
форм. Для второго этапа (1947-1968 гг.) характерно получение важных данных по гидрогеологии карста,
положено начало стационарным исследованиям, разработана методика комплексных исследований. Работы
третьего этапа (после 1968 г.) дали богатый материал, позволивший считать карстовые массивы Западного
Кавказа эталонными для всей Крымско-Кавказской карстовой страны.
При использовании содержательного подхода нередко возникает ряд трудностей, связанных с произ-
вольным выбором и субъективизмом авторов в выделении отдельных этапов (периодов), временным несов-
падением или перекрытием отдельных этапов и периодов на разных территориях даже одного региона и
другие. Поэтому в данной работе используется формальный подход. Выделяется три этапа: дореволюци-
онный, советский и современный. Первый этап разделяется на периоды: античный, средневековый, новой
истории; второй – довоенный и послевоенный.
Исторические этапы изучения карста
Первыми исследователями карстовых областей, изобилующих пещерами (использовались в качестве
жилья и убежищ), каньонами и обрывами (для загонной охоты), платообразными участками с котловинами
(для скотоводства), карстовыми источниками, были первобытные люди. Археологические находки свиде-
тельствуют, что привходовые части многих пещер Крыма и Кавказа были заселены уже в раннем (Киик-
Коба, Шайтан-Коба, Волчий грот, Цонская, Кударо IV) и позднем палеолите (Аджи-Коба, Чокурча, Девис-
хврели, Сакажиа, Мгвимеви), а также в мезолите - (Фатьма-Коба, Мурзак-Коба, Кён-Богаз, Джручульский
грот). В неолите в пещерах и гротах Крыма встречаются остатки лишь кратковременных, по-видимому - се-
зонных стоянок. В эпоху меди и бронзы (III-I тысячелетия до н. э.) люди предпочитали жить на открытых
местах, в плодородных и теплых долинах. Скальные навесы и пещеры посещались ими с культовыми целя-
ми. В эпоху раннего железа (VII-VI вв. до н. э.) пещеры использовались как святилища скотоводческо-
го (Ени-Сала-2, Малой академии и др.) и земледельческого (Красная пещера) культов.
Период с V по I вв. до н. э. не охарактеризован археологическими материалами из пещер Крыма. Оче-
видно, в это время у местного населения не было нужды искать пристанища в пещерах. В I в. н. э. неболь-
шие пещеры на горе Караул-Оба служили жилищем для одного из таврских племен, защищавших свою не-
зависимость от захвативших побережье римлян [27]. К этому же времени относится первое литературное
упоминание о пещерах Крыма, принадлежащее римскому поэту Овидию Назону (I в н. э.). В «Географии»
Страбона появляются первые описания горно-карстового рельефа Гераклейского полуострова, Балаклав-
ской бухты, Чатырдага, Южного берега Крыма [29]. Вслед за Страбоном и Назоном об искусственных и ес-
тественных пещерах Кавказа говорится в трудах Аполлония Радосского и в грузинских исторических лето-
писях [33]. На карту мира Клавдий Птолемей (II в н. э.) наносит изображение Кавказского хребта. В поздне-
античный период (III-IV вв. н. э.) многие пещеры региона использовались как хранилища разных продук-
тов (Красная пещера) или как места захоронения (Туакская, Бинбаш-Коба, Сарматская и др.).
Античный период геоморфологического изучения Крымско-Кавказской горной страны характеризовал-
ся низким уровнем представлений о карсте, отсутствием цельной картины его распространения, отсутстви-
ем морфометрических характеристик рельефа и генетического подхода к нему.
В раннем средневековье (V-Х вв. н. э.) в горно-карстовых районах в связи с вторжением в Крым готов,
гуннов, аваров, хазар и других племен-пришельцев возникают пещерные поселения (пещеры Басман, Да-
нильча, Сюндюрлю, Иограф и др.). В V в. были сооружены первые жилые постройки и кельи пещерных
городов Чуфут-Кале, Каламита, в VI в. – Эски-Кермен, Мангуп-Кале, Кыз-Кермен, Тепе-Кермен, в VIII в. -
Шулдан, в IX в. – Чилтер. Некоторые из них просуществовали до XVII в. (Мангуп-Кале) и даже до XVIII в.
(Успенский монастырь). В период развитого средневековья (XI-XV вв. н. э.) все мелкие и малопригодные
для жилья пещеры в Крыму заброшены. Лишь в наиболее крупных из них (Басман-5, Данильча) были со-
оружены храмы, разрушенные сильным землетрясением в конце XIV в. В позднее средневековье (XVI-
XVIII вв.) пещеры Крыма неоднократно посещались местными жителями. Это подтверждают находки в
Красной пещере поздне-средневековой посуды, покрытой глазурью, остатков кострищ и костей животных.
Средневековые исследования природы карстовых областей Кавказа отражены в трудах западноевропейских
путешественников Адама Олеария, Арканджело Ламберти, Жозефа Питтона Турнфора [7].
В целом этот отрезок истории характеризуется как описательный период, в который осуществлялся
первичный сбор весьма примитивных сведений о карстовом рельефе.
1 З.К. Тинтилозов в настоящее время носит фамилию Таташидзе.
Bахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Дублянский В.Н.
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ НАУКА В ИЗУЧЕНИИ КАРСТА КРЫМА И КАВКАЗА
148
Исследования карста в XVIII-начале XX вв. имели своей теоретической основой высказывания М.В.
Ломоносова о сущности карстового процесса и результаты академических экспедиций, участники которых
Н.П. Рычков, И.И. Лепехин, П.С. Паллас, И.П. Фальк, И.А. Гильденштедт описали ряд карстовых районов и
пещер России, Крыма и Кавказа. В 1883 г. Е.С. Федоров впервые в русской литературе употребил термин
"карст"; в 1888 г. о "карстовых явлениях" писал И. В. Мушкетов.
Начало очередного периода в изучении карстовых явлений Кавказа связывается с именем известного
грузинского ученого Вахушти Багратиони, оригиналы работ которого датируются 1735-1745 гг. В труде
«Описание Царства Грузинского» ему впервые удалось представить целостную картину орографического
строения Рачи и Имеретии, составить научную характеристику ряда пещер, привести данные об их хозяйст-
венном и оборонном значении. После Вахушти интересные сведения о некоторых пещерах (Язона, Шаори-
Шараула, Мгвимеви) и подземных источниках Кавказа дали И. Гильденштедт и Дюбуа де Монпере [65]. В
середине XIX в. в Грузии разворачиваются активные топографо-геодезические работы и геологические ис-
следования, которые послужили опорной базой для попутного проведения первых карстологических изы-
сканий. Так Г. Абихом на основе генетического подхода дано описание карстовых форм рельефа некоторых
частей Кавказа [7]. В 1866 г. Г. Радде описывает карстовый рельеф Мингрельских Альп и его влияние на
развитие гидрографии рек Риони, Цхенисцкали и Ингури. В 1873 г. Г. Кронгельм посещает одну из пещер в
окрестностях Сухуми, а в 1898 г. А.П. Иванов дает общее описание карстовых полостей этого района [63].
Н.М. Альбов, проводивший свои исследования в 1893 г., отмечает многочисленность карстовых воронок и
колодцев в Западной Абхазии, отмечая, что они «достигают чрезвычайной глубины… на дне которых
обыкновенно лежит снег…». О карстовой природе многочисленных источников в береговой полосе окрест-
ностей Гагр, об их температурном режиме писали А.Н Краснов и А.Н. Дьячков-Тарасов. Подробную харак-
теристику физико-химических свойств известняков, поверхностных карстовых форм и пещер массива Ара-
бика приводит М.В. Сергеев [36].
В 1903 г. в Западной Грузии побывал известный французский исследователь, основоположник спелео-
логии Э.А. Мартель, посвятивший итогам этого путешествия специальную монографию [67]. В 1911-1912
гг. К.А. Сатунин проводит свои исследования в пещерах Абласкира и Адзаба. В это же время появляются
работы А.А. Крубера «Поездка на Арабику» и другие, в которых он не только приводит подробную харак-
теристику карстового рельефа Западного Кавказа, но и осуществляет сравнительный анализ с крымским
карстом [45, 46]. Он же описывает карстовые источники Гагрского хребта и дает оценку роли снега в обра-
зовании и развитии пещер-ледников. Этим автором даны не потерявшие своей актуальности оригинальные
выводы о роли разных факторов в процессе развития карста. Характеризуя карстовую область Сухумского
округа, Л.К. Конюшевский отмечает интенсивное развитие карста на известняковых хребтах этого района,
описывает выходы карстовых источников (водопад Гега, верховья р. Мчишта и др.) [36].
Крымские исследования карстовых явлений в период с XVIII по XX в. начинаются работой К.И. Габ-
лица (1785 г.), который описывает привходовые части нескольких пещер Караби и Чатырдага [5]. Спустя 10
лет, П.С. Паллас упоминает о наличии на полуострове естественных шахт, содержащих многолетний лед и
снег. В 1803 г. П. Сумароков описывает привходовую часть пещеры Кизил-Коба, объясняя ее образование
тем, что "прокравшиеся потоки сильных дождей в ноздреватые скважины земли стремлением своим искали
пролазы, и, вливаясь туда, разрывали их более" [60, с.182]. В 1809 г. В.М. Севергин в замечательной гео-
графической сводке "Опыт минералогического землеописания Российского государства" упоминает о пе-
щерах-ледниках на крымских яйлах глубиной до 15 сажень (32 м) и о "бездонном колодце" на г. Агармыш
[55]. В 1821 г. П. Кеппен описывает Туакскую пещеру. В 1843 г. швейцарский путешественник Дюбуа де
Монпере дает научное описание геологических условий формирования пещеры Кизил-Коба и приводит
план ее верхнего этажа [65]. Это первый план естественной полости на Украине.
В 1883 г. В.Х. Кондараки [44] приводит не всегда достоверные сведения о пещерах Сюндюрлю, Ио-
граф, Кизил-Коба, Туакской, Бездонной и дает их первую классификацию (пещеры, полезные для скотины,
использующиеся для богослужения, испускающие обильные реки, недоступные по положению, известные
как обиталища злых духов). В этом же году любопытные сведения о пещере Кизил-Коба публикуют Г. Ка-
раулов и М. Сосногорова [32]. Они пишут, что пещера имеет 9 этажей и своим происхождением обязана
подземной реке. Через озеро в ближней части пещеры приходится переходить по деревянной кладке. Сле-
довательно, первые попытки благоустроить пещеру предпринимались более 100 лет назад. В 1887 г. Ю.
Листов разработал программу комплексного изучения пещер, состоящую из шести разделов (орография,
геология, климат, описание пещеры, сказы, выводы и заключения). В 1887 - 1888 гг. он провел первые гид-
ротермические наблюдения в пещерах Крыма [27].
В 1893 г. В. Дмитриев [13] составляет глазомерные планы пещер Суук и Бинбаш. В этом же году на Ча-
тырдаге усилиями членов Крымско-Кавказского Горного клуба был открыт первый в России приют по об-
служиванию посетителей пещер. Правление клуба арендовало часть плато, соорудило домик с койками и
подъемными нарами. Из приюта проводились экскурсии в пещеры Суук, Бинбаш, позднее - и в Учунжу, ко-
торая была оборудована деревянными лестницами. Особенно плодотворно работал Горный клуб в 1898 г.,
когда во время международного геологического конгресса на экскурсиях в горах и пещерах Крыма побыва-
ло около 400 ученых из разных стран [61]. В 1894 г. В. Дмитриев [13] описал пещеру Харанлых; в 1896 г. А.
Лебединцев и В. Бондарев [48] выполнили первый в России химический анализ воды из пещеры Суук; в
1897 г. В. Дмитриев описывает пещеру Данильча. В XIX в. пещеры Крыма использовались для добычи сне-
га (Трехглазка, Хар Хаир), селитры для производства пороха (искусственные полости внутренней гряды),
для туризма (пещеры Чатырдага, пещера на мысе Капчик). В 1900 г. Я. Лебединский описал пещеры Суук,
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
149
Бинбаш, Кизил-Коба, а в 1904 г. – Данильча, Аю-Тешик, Каплы-Кая, Иограф. В 1904 г. И. Педдакас [51] об-
следовал ледяные пещеры Бузлук и Б. Бузлук. Спустя два года Е. Лейст [66] провел первые электрометри-
ческие и радиометрические наблюдения в пещере Бинбаш. В 1906-1908 гг. А.М. Зайцев описал пещеры Ио-
граф, Бинбаш, Суук, Гугерджин, Учунжу, а также дал геологическое описание небольшой сингенетической
пещеры в урочище Кизил-Коба, вскрытой на землях князя Долгорукова при добыче известкового туфа. В
1909 г. П. Петров описал пещеры Гугерджин, Учунжу, а в 1911 г. - Харанлых и Иель, входящие как изоли-
рованные полости в систему Кизил-Коба. Им же выполнена их первая инструментальная съемка [12, 26]. В
1909-1911 гг. А.А. Крубер [45, 46] начал свои "странствия по Яйле". В их ходе им описаны пещеры Снеж-
ная, Трехглазка, Гугерджин, Бинбаш, Суук, Учунжу, Кизил-Коба, Ад-Сокмак, Аджих, Б. Бузлук, Кара-
Катык, Кара-Мурза, Карани, Килсе-Чех, Курюч-Агач, М. Бузлук, Монастыр-Чокрак, Одамыр, Орта-Кош,
Паско-Саван, Терпи, Туакская, Харчига, Хундук-Коса, Шан-Кая, Ябушхан, Бездонный колодец. В 1911 г. Н.
Соколовский дал первое описание пещеры Кой (ныне Ени-Сала-2). В 1912 г. Н. Лебедев посетил пещеры
Скельская и Мышиная; П. Петров - Аджи, Б. Бузлук, Карани, Килсе-Чех, Мамут-1 и 2; Н. Клепинин - Б.
Бузлук [11, 28]. В 1913 г. К.Д. Кельтсер, говоря о необходимости упорядочения водного хозяйства на Яйле,
намечает программу работ Партии Крымских Водных Изысканий в части изучения пещер. Она включает
расчистку и исследование провалов, воронок и трещин яйлинского плоскогорья в связи с определением те-
чения подземных вод [35]. В 1914 г. П. Лебедев описал пещеры Аю-Тешик, Берю-Тешик, Бештекне-1, Буз-
лу, Дубовая, Кара, Коккозская-1, 2, Мал-Кота, Мышиная, Скельская, Сюндюрлю, Талаканская, Текие-
Кош, Узунджа, Коплы-Кая, Суук, Бинбаш, Кизил-Коба, Кой; П. Двойченко - Данильча, Сюндюрлю, Бас-
манская, Бинбаш, Кизил-Коба, Туакская; Я. Лебединский - Б. Бузлук и Туакскую [10, 28].
В 1915 г. А.А. Крубер опубликовал монографию "Карстовая область Горного Крыма" [47], в которой
систематизировал все имевшиеся данные о пещерах Крыма. В монографии упоминается 31 пещера, боль-
шинство из которых расположено на Карабийском массиве.
Карстолого-спелеологические исследования последнего периода дореволюционного этапа продолжают
характеризоваться фрагментарностью. Однако накопление информации проходит более осознанно, осуще-
ствляется в основном попутно учеными-энтузиастами и образованными людьми в ходе географических, то-
пографических, геологических работ или краеведческих исследований. В конце периода прослеживается
необходимость в проведении специальных карстолого-спелеологических исследований в связи с широким
хозяйственным освоением закарстованных территорий, возникающими проблемами водоснабжения, строи-
тельства и пр.
После революции 1917 г. начинается советский этап карстолого-спелеологических исследований
Крымско-Кавказской горной страны. Понимая важное научное значение и ценные ресурсные качества кар-
стовых объектов, в Крыму и на Кавказе начинается движение по их охране и заповеданию. В 1921 г. прика-
зом Крымревкома пещера Кизил-Коба "со всем районом туфовых отложений" объявлена собственностью
Республики. В 1925 г. Н.И. Биндеман описал ближнюю часть Аянской пещеры на Чатырдаге. В 1927 г. этот
же район исследовала гидрогеологическая экспедиция П. Васильевского [3]. Ею были засняты и описаны 14
пещер, оценена роль карстового рельефа в питании подземных вод. Участник экспедиции (в то время сту-
дент, а позже академик АН УССР) О.С. Вялов спустился в шахту Бездонную на 100 м, но дна не достиг. В
том же году Н. Лебедев описал Аянскую пещеру и ее спелеофауну. В 1920 г. А. Слудский и А. Спасо-
Кукоцкий [56] спустились в Бездонный колодец на Агармыше. Выяснилось, что в летнее время со-
держание углекислоты в нем может достигать опасной для жизни людей концентрации. В 1932 г. С.Н. Ми-
хайловский и В.Ф. Пчелинцев обследовали пещеры Бештекне-1, 2, Бузлу, Спирада, Черкез, а К.П. Пирогов
выполнил описание пещер в конгломератах Казан-Дере, Спиталь, Текие-Бель [12]. В 1937 г. В.Н. Махаев
[50] произвел первое спелеологическое районирование Крыма, выделив карстовые, вулканические и антро-
погенные пещерные районы. По-видимому, он первым на Украине применил к исследованиям пещер тер-
мин "спелеология". В 1938 г. итальянец А. Саттиоди [68] выполнил спелеологическое районирование Кры-
ма (по горным массивам). В 1939 г. А.У. Мамин описал новую пещеру на Караби, позже получившую его
имя [28].
С начала советского этапа активные геоморфологические исследования на Кавказе проводит А.Л. Рейн-
гард, который изучает взаимосвязи карста и оледенения, вопросы геоморфологического районирования. В
1926 г. появляются на свет геоморфологический очерк Б. Кавказа И.С. Щукина и геолого-орографическое
описание Грузии А.Н. Джавахишвили. После организации в Грузии Геологического института (1925 г.),
Кавказского института минерального сырья (1927 г.), Грузинского политехнического института (1929 г.)
формируется грузинская геологическая школа, представители которой начинают активно заниматься кар-
стом. В 1929-1930 гг. геолого-геоморфологические исследования Гагрского района провел П.И. Желтов
[36]. Им оценены масштабы распространения карстующихся пород, их связь с выходами карстовых источ-
ников, в том числе субмаринных. Детальные исследования западной части известняковой полосы Кавказа
проводят с 1930 г. Г.Р. Чхотуа, В.Я. Эдилашвили и В.И. Курочкин. На геологических картах масштаба
1:42000, составленных ими, показаны области развития растворимых пород, а объяснительные записки к
картам содержат большой объем информации о карстовых явлениях. В 1938 г. впервые были открыты кар-
стовые пещеры в конгломератах Абхазии (Дурипшское плато; Я.А. Берштейн) и Одиши (Г.С. Девдариани).
В 30-е гг. публикуются детальные описательные материалы о таких пещерах как Сатаплиа, Абрскил,
Шромская, Ахалшенская, Адзаба и др. [63].
Довоенный период советского этапа характеризуется изучением физико-географических, геоморфоло-
гических, геологических и других аспектов карстообразования. Все ближе ученые разных специальностей
подходят к пониманию сущности карста, к выделению новой самостоятельной отрасли из цикла геолого-
Bахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Дублянский В.Н.
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ НАУКА В ИЗУЧЕНИИ КАРСТА КРЫМА И КАВКАЗА
150
геоморфологических наук. Кизеловская карстовая конференция, состоявшаяся в 1933 г. на Урале, была пер-
вым предвестником официального рождения карстоведения в СССР. Великая Отечественная война задер-
жала это событие. Только в 1947 г. состоялась вторая, уже Всесоюзная карстовая конференция в Перми, оп-
ределившая статус карстоведения как самостоятельной науки.
Парадоксально, но Великая Отечественная война послужила стимулом для развертывания в пределах
Крымско-Кавказской горной страны активных карстолого-спелеологических исследований и дала толчок
для послевоенного развития науки. В 1942 г. по инициативе академиков А.Е. Ферсмана и Д.И. Щербакова
при АН СССР была организована Экспедиция Особого Назначения (ЭОН), в задачи которой входило оп-
ределение возможностей использования естественных и искусственных полостей в военных и мирных це-
лях, подготовка географических описаний театров военных и мирных действий. В экспедиции работали
видные геологи В.П. Рентгартен и И.А. Ефремов, географы Я.С. Эдельштейн и Д.А. Арманд, биологи
Я.А. Бирштейн и Н.И. Бурчак-Абрамович. Деятельность ЭОН была засекречена, и лишь сейчас открыва-
ются ее исторические страницы [18].
В 1945 г. работы ЭОН были завершены, и на ее базе была создана Кавказская научно-
исследовательская карстово-спелеологическая станция (КНИКС, директор Е.А. Гаврилов), которая в 1946-
1949 гг. находилась в ведении Краснодарского пединститута. В ней работали Я.А. Бирштейн, В.В. Бори-
сов, М.В. Васильев, Н.А. Гвоздецкий, А.Г. Жилин, Е.А. Замятин, А.А. Ломаев, Е.С. Милановский, С.Д.
Переломов, Л.Н. Соловьев, М.В. Щербакова и др. Сотрудники КНИКС обследовали более 160 легкодос-
тупных пещер Черноморского побережья Кавказа (от пос. Лазаревское до р. Ингури), оборудовали спелео-
стационар в Воронцовской пещере на р. Кудепста.
В 1947 г. был создан Кавказский стационар (директор А.А. Ломаев), который начал работы по изуче-
нию пещер района. В 1950 г. КНИКС был переподчинен Московскому, а затем Киевскому госуниверсите-
ту. В последнем была создана лаборатория спелеологии (рук. Е.А. Гаврилов, сотрудники - М.П. Гонча-
ренко, Г.Ф. Приходько, М.В. Щербакова и др.). Оба ВУЗа привлекали к проведению экспедиций студентов.
Затем КНИКС был переподчинен Президиуму АН СССР, а в 1952 г. передан в Крымский филиал АН СССР
(Симферополь), где был организован отдел карстоведения и спелеологии (рук. С.А. Ковалевский). Продол-
жая исследования пещер Кавказа, отдел начал изучение карста Равнинного (в связи с проектированием и
строительством Северо-Крымского канала) и Горного Крыма. В 1956 г. Крымский филиал АН УССР
был преобразован в Институт Минеральных Ресурсов АН УССР (ИМР). В нем был создан отдел гидро-
геологии и карста (рук. С.А. Ковалевский, затем - Б.Н. Иванов).
В октябре 1958 г. по инициативе Б.Н. Иванова на базе Института Минеральных Ресурсов (ИМР, Сим-
ферополь) создана Комплексная Карстовая Экспедиция АН УССР (ККЭ, рук. Ю.Ю. Юрк). Она объедини-
ла специалистов институтов АН УССР: ИМР (шахтный отряд, рук. В.Н. Дублянский), геофизики (рук.
Б.М. Смольников), гидрологии (рук. Н.И. Дрозд), зоологии (рук. Г.А. Бачинский и М.А. Воинствен-
ский), археологии (рук. О.И. Домбровский), a также - института археологии АН ССCР (рук. О.Н. Бадер),
МГУ (зоологи Я.А. Бирштейн, В.Я. Бирштейн, Н.Т. Залесская, геофизики А.А. Огильви, Ю.И. Баулин),
МИНХиГП (геофизики В.Н. Дахнов, Э.И. Галимов и др.). Целью ККЭ было комплексное изучение карсто-
вых полостей Крыма, а затем – и всей Украины [17]. За 7 лет (1958-1964 гг.) работ в Горном Крыму было
обнаружено, снято и исследовано 704 карстовых пещеры и шахты (в том числе – 637 не упомянутых в ли-
тературе).
После 1964 г. Комплексная Карстовая Экспедиция практически прекратила существование, хотя доку-
ментально это нигде не зафиксировано. ИМР МинГЕО УССР продолжал работы по изучению карста
Крыма, но они носили в основном прикладной характер. Существенный вклад в развитие представлений о
карсте Горного Крыма внесли Н.И. Васильев, С.М. Зенгина, Т.И. Устинова, Ю.И. Шутов и др. В ИМР про-
должали обращаться за консультациями спелеологи всего СССР. На базе его полевых отрядов проводи-
лись различные спелеологические мероприятия - школы, сборы и пр. Большая часть материалов исследо-
ваний отдельных коллективов поступала в ИМР и систематизировалась В.Н. Дублянским и Ю.И. Шуто-
вым, которые продолжали курировать это направление [2].
С 1972 г. центр карстологических исследований в Крыму перемещается в Симферопольский госуни-
верситет (ныне Таврический национальный университет). Здесь была создана Лаборатория карстоведения и
спелеологии (ЛКС; рук. В.Н. Дублянский), начинает формироваться своя карстологическая школа, зани-
мающаяся в основном исследованиями карстовых массивов Западного Кавказа (Фишт, Ахун, Ахштырь,
Алек, Ахцу, Дзыхра) и Абхазии (Арабика, Бзыбский, Хипстинский, Ново-Афонский, Амткельский и пр.).
Одновременно продолжаются работы и в Крыму, носящие в основном тематический характер [2].
Важным шагом в развитии теоретических представлений о карсте была разработка морфолого-
генетической классификации подземных форм рельефа, основанной на крымском материале и прошедшая
успешную проверку на Кавказе. Комплексная характеристика карстовых процессов и форм для территории
Горного Крыма приводится в ряде специальных монографий [27, 24]. Накопленные за время работы ККЭ и
ЛКС сведения об естественных крупных карстовых полостях Крыма в 1987 г. были опубликованы в виде
тома регионального кадастра [20]. В него вошли топографические материалы и описания о 50 пещерах и
шахтах. В конце 80-х – начале 90-х гг. карстологические исследования с успехом применяются при изыска-
ниях по уточнению зон микросейсмического районирования Украины. На крымско-кавказском материале
украинскими и грузинскими специалистами готовится две монографии, анализирующие и систематизи-
рующие всю карстологическую и спелеологическую терминологию [19, 62]. В конце советского периода в
Крыму появляются первые спелеологические организации (Оникс-тур, Спасатель), которые занимаются не
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
151
только прохождением и изучением карстовых полостей, но и их оборудованием для туристско-
экскурсионной деятельности.
В начале послевоенного периода изучения карста на Кавказе появляется большое количество научных
публикаций, подводящих итоги предыдущего периода. Обстоятельные сводки по геологии верхнеюрских и
меловых известняков дают И.Р. Кахадзе (1947), С.Г. Букия (1953), А.Л. Цагарели (1954), М.С. Эристави
(1955) и другие [7].
К началу 1958 г. в Грузии было известно всего 59 пещер, суммарная протяженность которых достигала
7700 м, а глубина – 160 м. Это были небольшие, легкодоступные полости, которые не могли дать полного
представления о карсте территории.
В апреле 1958 г. в Тбилиси была создана Спелеологическая комиссия АН ГССР, в 1969 г. преобразо-
ванная в Спелеологический Совет. Им проведено около 20 научных сессий, более 100 экспедиций, опубли-
ковано 11 выпусков сборника «Пещеры Грузии», более 20 монографий и научно-популярных работ. Совет
проводил работу по координации исследований карста на территории Грузии [18]. В Институте Географии
им. Вахушти АН ГССР в это же время создается Лаборатория карстологии и спелеологии, сотрудники ко-
торой Ш.Я. Кипиани, Г.Д. Дондуа, К.А. Кавришвили проводят детальные работы по изучению подземных
и поверхностных форм горного карста на известняковых массивах Абхазии, Мегрелии, Верхней и Нижней
Имеретии, Рача-Лечхуми и Южной Осетии. Гидрологические особенности карстовых регионов Кавказа
изучаются Л.А. Владимировым и Г.Н. Гигинейшвили. Исследованиями Келасурских подрусловых пещер и
огромной Новоафонской пещерной системы положено начало изучению технически сложных карстовых
полостей [63]. Карстолого-спелеологическими экспедициями под руководством Л.И. Маруашвили и З.К
Тинтилозова (1960-1969) доказано существование в высокогорье глубинного карста и влияние четвертич-
ного оледенения на развитие карстовых форм. Выявлена обширная, сплошная полоса распространения кла-
стокарста от Гудаутского до Гегечкорского района с конгломератовыми и песчаниковыми пещерами
(Корцхели, Назоделаво) длиной до 1000 м. Установлено, что Цуцхватская пещера, выработанная подзем-
ным отрезком р. Шабатагеле, состоит из 11-12 этажей. В 1966 г. составлен первый кадастр карстовых по-
лостей Грузии, который к 1976 г. насчитывал 474 пещеры общей длиной 55431 м, а глубиной – 6690 м [63].
Большой вклад в изучение карстовых районов Кавказа внес профессор Н.А. Гвоздецкий, который посе-
тил многие пещеры региона, составил одну из первых схем районирования карста, провел сравнительные
исследования кавказского карста с карстом других областей мира, оценил его народнохозяйственное значе-
ние.
С начала 70-х гг. центр спортивно-спелеологических исследований переносится из Крыма на Кавказ,
где перспективы открытия глубочайших пещер обозначились более остро. Спортивные коллективы из Мо-
сквы, Киева, Симферополя, Новосибирска, Харькова сыграли огромную роль в развитии научных пред-
ставлений о карсте, пополнении региональных кадастров пещер. Были открыты крупнейшие карстовые по-
лости Кавказа и мира Снежная, Пантюхина, Илюхина и др. Материалы этих экспедиций составили основу
не одной монографии по карсту. Так на рубеже 70-80-х гг. появляются капитальные работы Т.З. Кикнадзе
[36], Г.Н. Гигинейшвили [9], К.В. Кавришивли [31], В.Н. Дублянского и Т.З. Кикнадзе [24], В.Н. Дублян-
ского с соавторами [25] и другие. В этих трудах на высоком научном уровне освещены проблемы методики
карстологических исследований, основных условий карстообразования, спелеогенеза, морфологии и воз-
раста карстовых форм, поднимаются вопросы выделения новых отраслей карстологической науки.
К началу работы IX Международного конгресса спелеологии (Барселона, 1986) был подготовлен ка-
дастр крупнейших карстовых полостей СССР (т.III. Спелеологические провинции Большого и Малого Кав-
каза), в который вошло свыше 150 кавказских пещер, каждая из которых имеет протяженность более 500 м
или глубину более 100 м [21].
Советский этап карстолого-спелеологических исследований Крымско-Кавказской горной страны явил-
ся самым плодотворным периодом, отличающимся как по охвату изучаемых явлений, так и по глубине по-
нимания их сущности. За этот период произошли существенные сдвиги в теоретическом карстоведении
(разработаны основы методики исследований, морфолого-генетические классификации поверхностных и
подземных карстовых форм, значительно обогащена и систематизирована терминология, обосновано выде-
ление ряда самостоятельных научных направлений: гидрогеология, гидрология карста и др.) и практиче-
ской спелеологии (новая техника и технологии прохождения сложных пещер и их исследования).
Современный этап изучения карста начинается с 1991 г. – времени распада СССР. Это политическое
событие сыграло на первых порах негативную роль в развитии карстоведения. Разрыв научных связей, за-
крытие границ перспективных районов и областей, военные конфликты резко уменьшили возможность по-
лучения необходимой информации, проведения международных карстолого-спелеологических экспедиций.
В 1992 г. в Киеве состоялась учредительная конференция Украинской Спелеологической Ассоциации
(УСА). В основу ее деятельности положена универсальная концепция спелеологического движения, подра-
зумевающая взаимосвязанное развитие и поддержку любых конструктивных направлений спелеологиче-
ской деятельности, включая разведывание и изучение пещер, спортивную и рекреационную активность, ох-
рану и рациональное использование карстовых полостей. Ассоциация активно включилась в исследования
подземного мира Крымских гор. В 1992 г. подготовлена монография Г.Н. и В.Н. Дублянских [14], в которой
предложены новые научно-методические подходы к картографированию, районированию и инженерно-
геологической оценке закарстованных территорий Украины, включая Горный Крым. В более поздней рабо-
те «Карстовая республика» этих же авторов приводится ряд проблем изучения крымского карста, даются
рекомендации по рациональному использованию закарстованных территорий от регионального до объект-
ного уровня [23]. В 1993 г. А.Б. Климчук и В.М. Наседкин публикуют результаты радиометрических съемок
Bахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Дублянский В.Н.
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ НАУКА В ИЗУЧЕНИИ КАРСТА КРЫМА И КАВКАЗА
152
в ряде пещер Крыма и Кавказа. Ими установлено, что концентрация радона в пещере Мраморная колеблет-
ся от 156 до 39300 Бк/м3. Содержание радиоактивных компонентов контролируется морфологией, составом
пещерных отложений и микроклиматом полости [41]. Эти приоритетные работы открыли новые возможно-
сти исследования пещер и выявили необходимость проведения в них радиометрического контроля. В 1997
г. усилиями крымских и московских спелеологов впервые в Крыму осуществлено прямое прохождение
гидрогеологической системы от области питания (шахта Голубиная) до области разгрузки (пещера Крас-
ная). При этом протяженность системы увеличилась с 13700 до 20100 м [57]. В этом же году при ЛКС орга-
низуется Крымский региональный центр УСА по учету и документации пещер (КРЦ), в задачи которого
входит сбор и систематизация карстологической информации, ведение кадастра карстовых полостей, коор-
динация исследовательских работ и проектов на территории Крыма и др. По данным центра на декабрь
2001 г. на полуострове насчитывалось более 1000 пещер общей протяженностью 90 и глубиной 27 км [1].
Темпы прироста новых спелеологических объектов в эти годы существенно увеличились, что связано не
только с активизацией спелеологической деятельности, но и улучшением организационной и методической
работы КРЦ, проведением регионального проекта по маркировке и инвентаризации пещер. Открыт ряд
крупных карстовых полостей: им. А. Григоряна (глубина -128 м), Трех именинников (106 м), Института
Географии НАНУ (115 м); Таврская (длина 508 м), Грифон (375 м), Капчик-2 (250 м), Ай-Никольская (165
м), Ялтинская (150 м) и др. В 2002 г. коллективом сотрудников ЛКС публикуются результаты полувековых
маршрутных и стационарных наблюдений по Красной пещере [22]. В книге охарактеризованы условия раз-
вития карста в пределах пещерного блока, поверхностные и подземные формы, изложена история изучения
Красной пещеры, описаны ее морфология, микроклимат, гидрология, отложения, определен возраст, приве-
дена схема эволюции карстового рельефа. На рубеже третьего тысячелетия мировой известности достигли
туристско-экскурсионные пещерные комплексы «Мраморная», «Эмине-Баир-Хосар», «Кизил-Коба», в ко-
торых созданы условия и для научных стационарных наблюдений за геолого-геоморфологическими, гидро-
геологическими, геохимическими и другими процессами карстообразования. В 2004 г. выходит в свет кол-
лективная монография «Печерна фауна України», в которой дается детальный обзор биоспелеологических
исследований и условий местообитания троглобионтных организмов в крымском регионе [52]. Несколько
новых эндемичных видов пещерных насекомых открывают в пещерах Горного Крыма А. Коваль (Москва) и
Б. Скет (Любляна, Словения).
Важной вехой в становлении и развитии украинской спелеологии стало открытие в 2006 г. Украинского
института спелеологии и карстологии (УИСК), созданного совместным приказом МОН и НАН Украины в
столице полуострова – Симферополе. Целью создания этой структуры явились развитие и координация на-
учных исследований карста и природных пещер на современном уровне, формирование организационных и
материальных условий для реализации потенциала украинских ученых в этой области и содействия их со-
трудничеству с зарубежными коллегами, раскрытие научного значения карстовых районов и пещер, науч-
но-методическое обеспечение рационального природопользования и охраны ресурсов карстовых регионов,
подготовка высококвалифицированных научных кадров и интеграция профильных украинских исследова-
ний в мировой научный процесс. Деятельность института значительно активизировала карстолого-
спелеологические исследования. В 2007 г. осуществлена оценка уязвимости карстовых вод юго-западного
Крыма к загрязнению, изучен субмаринный сток на ЮБК, подготовлены базы данных для ГИС «Карстовые
источники Горного Крыма». Сотрудниками УИСК обобщены и систематизированы кадастровые материалы
по 1200 крымским пещерам общей длиной более 90 км и глубиной около 26 км [40]. Значительный вклад в
создание Кадастра карстовых полостей внесли спелеологи Украинской спелеологической ассоциации. За
последние годы их усилиями протяженность Красной пещеры выросла до 21,5 км [54], глубина шахты Кас-
кадная достигла 400 м, а количество сифонов в ее пределах превысило 6. Развитие гипогенного направле-
ния в изучении карста позволило провести первую в независимой Украине научную конференцию «Карсто-
вые чтения: состояние и проблемы карстолого-спелеологических исследований» (Симферополь, 2008).
Творческие взаимоотношения и договоренности с ведущими научными центрами по абсолютной датировке
и палеотермометрии в США и Западной Европе позволили УИСК в 2009 г. приступить к созданию регио-
нальной палеоклиматической шкалы плейстоцена.
Начало современного периода изучения карста в пределах Кавказской горной провинции было омраче-
но грузино-абхазским военным конфликтом, который прервал карстолого-спелеологические исследования
этого региона на апогее их развития. Экспедиции украинских, российских, французских спелеологов летом
1992 г. срочно эвакуировались под огнем конфликтующих сторон. Крупные научные исследования были
свернуты вплоть до 2000 г. Однако и в период войны отдельные спелеогруппы периодически посещали
карстовые массивы Западной Абхазии. В результате были пройдены пещеры Хабю (длина 11 км), Дзоу
(глубина 1077 м) и др. Более спокойная и продуктивная в плане открытий обстановка наблюдалась на рос-
сийской части Кавказа. За последнее десятилетие на массивах Абишира-Ахуба, Дженту, Фишт открыт ряд
крупнейших пещер России Горло Барлога (глубина 585 м), Мория (580 м), Загеданская (550 м), Ольга (520
м) и др. Выявлены новые карстовые районы, определены области питания, транзита и разгрузки карстовых
вод ряда крупных гидрогеологических систем, объединяющих многие пещеры и шахты в единые подзем-
ные сети.
Заключение
Крупнейшим спелеологическим достижением 2000 г., осуществленным под эгидой УСА, было откры-
тие на массиве Арабика рекордной в то время для мира глубины 1710 м в пещере Крубера (Вороньей) [34].
Это возобновило интерес карстологов и спелеологов к этому району, политическая обстановка в котором
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
153
остается сложной. В 2000 г. организуется несколько экспедиций российских и украинских спелеологов на
Арабику, Бзыбский и Гумишхинский массивы. Институтом Географии АН Грузии под руководством И.В.
Бондырева подготовлена новая карта геоморфологического районирования Грузии, включающая обширные
закарстованные территории южного склона Кавказа [8]. Годом позже публикуется монография Б.А. Вахру-
шева с соавторами, посвященная многолетним карстологическим исследованиям Бзыбского хребта и кон-
центрирующая в себе систематизированные материалы многочисленных научных и спортивных коллекти-
вов, изучавших этот регион Кавказа [4]. По сообщению члена-корреспондента АН Грузии З.К. Таташидзе
на 01.01.2001 г. только в Грузии выявлено и частично исследовано 1200 карстовых полостей суммарной
длиной более 200 км и глубиной до 50 км [8]. Ежегодные спелеологические экспедиции УСА на массив
Арабика приводят к прогрессивному росту пещеры Крубера сначала до глубины 2000 м, а затем до отметки
2191 м (2007 г.). Перспективность карстовых массивов Западного Кавказа подтверждается открытием верх-
него входа в пещерную систему Меженного-Снежная на Хипстинском хребте. Это сразу вывело ее на вто-
рое место в мире по глубине (1735 м). Теоретическое осмысление столь грандиозных открытий выполнено
в ряде работ А.Б. Климчука [39, 42] и связывается с цепью палеогеографических событий, отправной точ-
кой которых явился Мессинский кризис в Средиземноморье (5,6-5,3 млн. лет назад). Выявленная в районе
Гагринского побережья подводная котловина с мощными очагами субмаринной разгрузки карстовых вод
подтверждает расчеты о более низком (до -150 м) положении базиса карстования (уровня Черного моря),
чем считалось ранее. Абсолютные датировки натеков из глубочайших пещер Кавказа свидетельствуют о
том, что как минимум 500 тыс. лет назад уже существовали объемные полостные пространства, освобо-
дившиеся от водных потоков и заполнявшиеся натеками [43].
Таким образом, современный этап ознаменовался возрастанием значения и широким признанием укра-
инской карстологии и спелеологии в современной науке. В настоящее время происходит переход этих наук
в ранг основных дисциплин, изучающих Землю. Впечатляющие итоги современного этапа сопровождаются
мощным потоком новой информации о морфологии, минералах и вторичных отложениях, биоте, палеозоо-
логическом и археологическом содержимом карстовых полостей. Этот прогресс обусловлен развитием но-
вых методов, возрастанием актуальности карстолого-спелеологических исследований в условиях интенси-
фикации природопользования и возрастания антропогенной нагрузки на окружающую среду.
Источники и литература
1. Амеличев Г.Н. Итоги и перспективы спелеологических исследований в Крыму // Природа, №1, 2001. –
С.8-14.
2. Амеличев Г.Н., Вахрушев Б.А. Наследие В.И. Вернадского и развитие науки о карсте в Таврическом
национальном университете им. В.И. Вернадского // Уч. Записки ТНУ, Т.17(56), №1. – Симферополь,
2004. – С.265-271.
3. Васильевский П.М., Желтов П.И. Гидрогеологические исследования г. Чатырдаг в 1927 г. // Тр. ВГРО,
вып. 142. – М.-Л., 1932. – 99 с.
4. Вахрушев Б.А., Дублянский В.Н., Амеличев Г.Н. Карст Бзыбского хребта. Западный Кавказ. – М.:
РУДН, 2001. – 150 с.
5. Габлиц К. Физическое описание Таврической области по ее местоположению и по всем трем царствам
природы. – Спб.: Изд-во Импер. Акад. Наук, 1785. – 198 с.
6. Гвоздецкий Н.А. Проблемы изучения карста и практика. – М.: Мысль, 1972. – 392 с.
7. Геоморфология Грузии. – Тбилиси: Мецниереба, 1971. – 654 с.
8. Геоморфология Кавказа: новые идеи и подходы. – Тбилиси, 2002. – 149 с.
9. Гигинейшвили Г.Н. Карстовые воды Большого Кавказа и основные проблемы гидрологии карста. –
Тбилиси: Мецниереба, 1979. – 224 с.
10. Горбунова К.А. История изучения пещер на территории СССР (до 1917 г.). – Деп. в ВИНИТИ, №4466-
В87. – Пермь, 1987. – 30 с.
11. Горбунова К.А. Из истории отечественной спелеологии (XIX-начало ХХ в.) // Пещеры. – Пермь, 1990. –
С.96-104.
12. Горбунова К.А., Дублянский В.Н. Из истории отечественной спелеологии (первая половина ХХ в) //
Пещеры, вып. 25-26. – Пермь, 1999. – С.116-126.
13. Дмитриев В.Н. Экскурсия на Чатырдаг к источнику Салгира и в пещеру Кизил-Коба // Записки Крым-
ско-Кавказского Горного клуба, №4. – Одесса, 1894. – С.71-94.
14. Дублянская Г.Н., Дублянский В.Н. Картографирование, районирование и инженерно-геологическая
оценка закарстованных территорий. – Новосибирск, 1992. – 144 с.
15. Дублянский В.Н. Карстология и спелеология на Украине // Физическая география и геоморфология. –
Киев: Вища школа, 1985. – С.3-10.
16. Дублянский В.Н. История украинской спелеологии должна быть восстановлена // Вестник УСА. – Ки-
ев, 1993, №4. – С.11.
17. Дублянский В.Н. Академические исследования карста Крыма и Украины // Материалы научно-
практической конференции «Развитие исследований Академии Наук Украины в Крыму». – Симферо-
поль, 1994. – 112 с.
18. Дублянский В.Н. Из истории отечественной спелеологии (вторая половина ХХ в) // Пещеры, вып. 25-
26. – Пермь, 1999. – С.127-156.
19. Дублянский В.Н., Андрейчук В.Н. Терминология спелеологии. – Кунгур, 1991. – 180 с.
Bахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Дублянский В.Н.
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ НАУКА В ИЗУЧЕНИИ КАРСТА КРЫМА И КАВКАЗА
154
20. Дублянский В.Н., Вахрушев Б.А. и др. Крупные карстовые полости СССР. Т.II. Крымская спелеоло-
гическая провинция // Рук. деп. в ВИНИТИ 18.02.87, № 1111-В87. – Симферополь, 1987. – 65 с.
21. Дублянский В.Н., Вахрушев Б.А. и др. Крупные карстовые полости СССР. Т.III. Спелеологические
провинции Большого и Малого Кавказа // Рук. деп. в ВИНИТИ 18.02.87, № 1112-В87. – Симферополь,
1987. – 215 с.
22. Дублянский В.Н., Вахрушев Б.А., Амеличев Г.Н., Шутов Ю.И. Красная пещера: опыт комплекскных
карстологических исследований. – М.: РУДН, 2002. – 170 с.
23. Дублянский В.Н., Дублянская Г.Н. Карстовая республика. – Симферополь, 1996. – 88 с.
24. Дублянский В.Н., Кикнадзе Т.З. Гидрогеология карста Альпийской складчатой области юга СССР. –
М.: Наука, 1984. – 128 с.
25. Дублянский В.Н., Клименко В.И., Вахрушев Б.А. Илюхин В.В. Карст и подземные воды горных масси-
вов Западного Кавказа. – Л.: Наука, 1985. – 150 с.
26. Дублянский В.Н., Козлова И.А. К истории изучения пещер Крыма // Известия Крымского краеведче-
ского музея. – Симферополь, 1994. – №8. – С.12-21.
27. Дублянский В.Н., Ломаев А.А. Карстовые полости Украины. – Киев: Наукова думка, 1980. – 180 с.
28. Дублянский В.Н., Мурзин О.Г. История спелеологии на Украине // Деп. в Киевском карстово-
спелеологическом центре 06.1995. – Симферополь, 1995. - 108 с.
29. Ена В.Г., Ена Ал.В., Ена Ан.В. «География» Страбона и Крым // Природа. – №3-4. – 1998. – С.3-7.
30. Иванов Б.Н., Устинова Т.И. История изучения карста Крымских гор // Изучение и освоение минераль-
ных богатств Крыма за годы Советской власти. – Симферополь: Изд-во АН УССР, 1957. – С.218-237.
31. Кавришвили К.В. Географический анализ и систематика горных ландшафтов. – Тбилиси: Мецниереба,
1979. – 227 с.
32. Караулов Г., Сосногорова М. Путеводитель по Крыму. – Одесса, 1883. – 457 с.
33. Картлис цховреба (История Грузии). – Тбилиси, 1959. – 568 с.
34. Касьян Ю.М. Крубера (Воронья) – 1710 м // Вiсник УСА, №1, 2001. – С.3-8.
35. Кельтсер К.Д. К вопросу об упорядочении водного хозяйства в Крыму. – Ялта, 1913. – 20 с.
36. Кикнадзе Т.З. Гидрогеология и карст массива Арабика. – Тбилиси: Мецниереба, 1972. – 214 с.
37. Кипиани Ш.Я. Географическая изученность карста Грузии в первой четверти ХХ столетия // Пещеры
Грузии, №3, 1965. – С. 34-46.
38. Кипиани Ш.Я. Географическая изученность карста Грузии в советский период (1921-1945) // Пещеры
Грузии, №4, 1966. – С.56-68.
39. Климчук А.Б. Глубочайшая пещера на Арабике и эволюция Черного моря // Свет, №2 (31), 2006. – С.33
– 36.
40. Климчук А.Б., Амеличев Г.Н. и др. Кадастр пещер Украины: методические материалы и перечень. –
Симферополь, 2008. – 75 с.
41. Климчук А.Б., Наседкин В.М. Радон в пещерах СНГ // Свет, 1992, № 4/6/. – С. 21-35.
42. Климчук А.Б., Самохин Г.В., Касьян Ю.М. Глубочайшая пещера Мира на массиве Арабика (Западный
Кавказ) и ее гидрогеологическое и палеогеографическое значение // Спелеология и карстология, №1,
2008. – С.100-104.
43. Климчук А.Б., Самохин Г.В., Чен Х., Эдвардс Л. Датирование натечных отложений из глубоких частей
глубочайшей пещеры мира – Крубера (массив Арабика, Западный Кавказ) // Спелеология и карстоло-
гия, №1, 2008. – С.105-108.
44. Кондараки В.Х. Универсальное описание Крыма. – Спб., 1883, т.2. – 343 с.
45. Крубер А.А. Пещеры и карстовые явления на Чатырдаге и Караби-яйле // Землеведение, 1909, т.16, №1.
– С.102-105.
46. Крубер А.А. Караби-яйла и массив Арабики // Землеведение, 1911, т.18, №3. – С.159-161.
47. Крубер А.А. Карстовая область Горного Крыма. – М., 1915. – 319 с.
48. Лебединцев А.А., Бондарев В.И. Химическое исследование образцов морской воды у Севастополя и
Ялты и воды из сталактитовой пещеры Суук-Коба // Записки Крымско-Кавказского Горного клуба, №1.
– Одесса, 1896. – С.13-19.
49. Маруашвили Л.И., Тинтилозов З.К. Результаты новейших спелеологических исследований в карстовой
полосе Западной Грузии // Землеведение, нов. серия, VI, 1963. – С. 45-57.
50. Махаев В.Н. Опыт спелеологического районирования Крыма // Изв. РГО, 1937, т.69, вып.2. – С. 276-
281.
51. Педдакас И.М. О некоторых ледяных пещерах яйлы в Крыму // Тр. Спб. Об-ва естествоиспытателей,
1904-1905, т.35, вып.1. – С. 435-436.
52. Печерна фауна України. – Київ, 2004. – 248 с. (http://kazhan.org.ua)
53. Рыжиков Д.В. Природа карста и основные закономерности его развития. – М.: Изд-во АН СССР, 1954.
– 154 с.
54. Самохин Г.В. Новые исследования в пещере Красная (Крым) // Спелеология и карстология, №1, 2008. –
С.119-120.
55. Севергин В.М. Опыт минералогического землеописания Российского государства. – Спб., 1809. – 176 с.
56. Слудский А.Ф., Спасо-Кукоцкий А.И. «Бездонный колодец» на горе Большой Агармыш около г. Старо-
го Крыма // Крым, 1928, №1, вып.2. – С.1-12.
Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ
155
57. Снетков Е., Цуриков К., Шелепин А. Пещера Голубиная: от открытия до соединения с Красной // Свет,
№1(16), 1997. – С.7-13.
58. Соколов Д.С. Основные условия развития карста. – М.: Госгеолтехиздат, 1962. – 322 с.
59. Ступишин А.В. Равнинный карст и закономерности его развития на примере Среднего Поволжья. –
Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1967. – 292 с.
60. Сумароков П. Досуги крымского судьи или второе путешествие в Тавриду. – Спб., 1803. – 226 с.
61. Суховей Л.Н. Столетний юбилей экскурсионного освоения пещер Крыма // Свет, 1993, №4. – С.41-42.
62. Тимофеев Д.А., Дублянский В.Н., Кикнадзе Т.З. Терминология карста. – М.: Наука, 1991. – 274 с.
63. Тинтилозов З.К. Карстовые пещеры Грузии. – Тбилиси: Мецниереба, 1976. – 275 с.
64. Щербакова М.В. Основные этапы изучения карста Украинской ССР // Тезисы докладов на совещании
по изучению карста, вып. 11. – М., 1956. – С.3-4.
65. Dubois de Montpereux F. Voyage autour du Caucase et en Crimee. – Paris, 1843, v. 6. – 461 p.
66. Leyst E. Luftelelectriscte Zerstreunug und Radioactivitat in der Hohle Bin-Basch-Choba in Krim // Бюлл.
МОИП, 1906, №1-2. – С. 191-200.
67. Martel E.A. La Cote d,Azur Russe. – Paris, 1909, chap. XVI. – 120 p.
68. Saggiodi A. Subdivisione della Crimea in region speleologiche // Bull. Soc. Geol. Hal. – Roma, 1938, sev.7,
vol.3, №8/9. – Р.70.
Дронова О.Л. УДК 504:61+911:3
НЕБЕЗПЕКИ І РИЗИКИ В ОЦІНЮВАННІ ЕКОЛОГІЧНОГО
СТАНУ ГЕОСИСТЕМИ
Поняття «небезпека» нерозривно пов’язано з людиною, однак, у широкому розумінні, ця категорія є
об’єктивною реальністю, оскільки середовищу, у якому виникла і існує людина, і яке вона значною мірою
перебудувала, внутрішньо притаманна небезпека. Вона притаманна як природним системам, так і техніч-
ним, нарешті, сама людина має внутрішню схильність до ризику [4].
Огляд наукових публікацій свідчить про те, що найбільше розповсюдження має такий підхід до визна-
чення ризику несприятливої події, який враховує не тільки ймовірність цієї події, але й також всі можливі її
наслідки. Ймовірність події, чи процесу при такому підході розглядається як один із компонентів ризику, а
міра наслідків (збитків) – як другий. Таке двомірне вираження ризику використовується у процесі кількіс-
ного оцінювання ризику.
Однак існує і інший підхід до визначення ризику – багатомірний. Він базується на численних факторах
людської особистості, що відповідальні за сприйняття ризику і впливають на прийняття пов’язаних з ризи-
ком рішень. Ці фактори виявлені психологами, мають якісний характер і покладені в основу психометрич-
ного підходу до ризику. Багатомірне визначення ризику корисне для виявлення пріоритетів у відношенні
людей до сукупності небезпечних явищ та процесів [3].
Небезпека – це загроза життю, людям і всьому тому, що має для них цінність. Вона є ймовірнісною ка-
тегорією, яка може змінюватися у просторі і в часі. Таким чином, під характеристикою небезпеки, що
пов’язана з конкретною подією чи процесом, варто розуміти ймовірність прояву цієї події чи процесу у пе-
вному місці та у певний час. Небезпеки різноманітних подій чи процесів порівнюють шляхом знаходження
середнього значення ймовірностей їх прояву за просторовими і часовими параметрами.
У деяких випадках просторову і часову залежності ймовірності прояву небезпеки можна розглядати
окремо одна від одної. Тоді, відповідно до теореми множення ймовірностей, ймовірність небезпеки Р мож-
на представити у вигляді добутку:
�3 = �3�6��̃3�7,
де PS і PT — є, відповідно, ймовірностями небезпеки, що залежать від просторових та часових характе-
ристик.
У інших випадках, небезпека проявляється у певних обставинах, при яких відбувається сукупність пев-
них подій S1, S2, ... , Sn. Тоді її ймовірність може бути виражена за допомогою формули повної ймовірності:
�3 = �3
�L
�¦ (�*/�6�L)��̃3(�6�L),
де P(G/Si) — умовна ймовірність небезпеки G, тобто ймовірність, яка проявляється при умові здійснен-
ня певної події Si; а P(Si) — ймовірність цієї події [3].
У противагу від небезпеки, ризик неможливо розглядати відокремлено від можливих наслідків прояву
даної небезпеки. Ризик – це кількісне мірило небезпеки з врахуванням її наслідків. Наслідки прояву небез-
пеки завжди наносять збиток, який може бути економічним, соціальним, екологічним і т.п. Отже, оцінка
ризику повинна бути пов’язана з оцінкою збитку. Чим більший очікуваний збиток, тим вище значення ри-
зику. Окрім того, ризик буде тим більший, чим вища ймовірність прояву відповідної небезпеки. Тому ризик
R може бути визначений як добуток імовірності небезпеки події, або процесу P і магнітуди очікуваних нас-
лідків (збитку) Q:
�5 = �3 · �4��.
Сутнісне розуміння ризику є підґрунтям для його кількісної, формальної оцінки на основі певної ком-
плексної залежності, де ризик: 1) є ймовірністю виникнення певної негативної події, 2) містить, як наслідок,
можливий збиток, спричинений цією подією, 3) є добутком імовірності події і можливого збитку.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-7073 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1562-0808 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T15:55:48Z |
| publishDate | 2009 |
| publisher | Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Вахрушев, Б.А. Амеличев, Г.Н. Дублянский, В.Н. 2010-03-23T12:13:43Z 2010-03-23T12:13:43Z 2009 Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа / Б.А. Bахрушев, Г.Н. Амеличев, В.Н. Дублянский // Культура народов Причерноморья. — 2009. — № 164. — С. 146-155. — Бібліогр.: 68 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/7073 ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа Вітчизняна наука у вивченні карсту Криму і Кавказу The domestic science in studying of the karst of Crimea and Caucasus Article published earlier |
| spellingShingle | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа Вахрушев, Б.А. Амеличев, Г.Н. Дублянский, В.Н. Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| title | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа |
| title_alt | Вітчизняна наука у вивченні карсту Криму і Кавказу The domestic science in studying of the karst of Crimea and Caucasus |
| title_full | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа |
| title_fullStr | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа |
| title_full_unstemmed | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа |
| title_short | Отечественная наука в изучении карста Крыма и Кавказа |
| title_sort | отечественная наука в изучении карста крыма и кавказа |
| topic | Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| topic_facet | Проблемы материальной культуры – ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/7073 |
| work_keys_str_mv | AT vahruševba otečestvennaânaukavizučeniikarstakrymaikavkaza AT ameličevgn otečestvennaânaukavizučeniikarstakrymaikavkaza AT dublânskiivn otečestvennaânaukavizučeniikarstakrymaikavkaza AT vahruševba vítčiznânanaukauvivčenníkarstukrimuíkavkazu AT ameličevgn vítčiznânanaukauvivčenníkarstukrimuíkavkazu AT dublânskiivn vítčiznânanaukauvivčenníkarstukrimuíkavkazu AT vahruševba thedomesticscienceinstudyingofthekarstofcrimeaandcaucasus AT ameličevgn thedomesticscienceinstudyingofthekarstofcrimeaandcaucasus AT dublânskiivn thedomesticscienceinstudyingofthekarstofcrimeaandcaucasus |