Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта
В научный оборот вводятся неизвестные ранее материалы к биографии археолога Николая Эрнста – выдающегося деятеля отечественного музееведения, организатора памятникоохранительной работы в Крыму. Исследование является ценным источником по истории науки в Крыму в 20-х годах ХХ века, в частности – «го...
Saved in:
| Published in: | Праці Центру пам’яткознавства |
|---|---|
| Date: | 2011 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Центр пам’яткознавства НАН України і Українського товариства охорони пам’яток історії та культури
2011
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/80192 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта / А.А. Непомнящий // Праці Центру пам’яткознавства: Зб. наук. пр. — 2011. — Вип. 19. — С. 143-159. — Бібліогр.: 49 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859471094587588608 |
|---|---|
| author | Непомнящий, А.А. |
| author_facet | Непомнящий, А.А. |
| citation_txt | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта / А.А. Непомнящий // Праці Центру пам’яткознавства: Зб. наук. пр. — 2011. — Вип. 19. — С. 143-159. — Бібліогр.: 49 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Праці Центру пам’яткознавства |
| description | В научный оборот вводятся неизвестные ранее материалы
к биографии археолога Николая Эрнста – выдающегося деятеля отечественного музееведения, организатора памятникоохранительной работы в Крыму. Исследование является ценным источником по истории науки в Крыму в 20-х годах ХХ века, в
частности – «готской проблемы».
До наукового обігу вводяться невідомі раніше матеріали щодо археолога Миколи Ернста – визначного музеєзнавця, організатора пам’яткоохоронної справи в Криму. Розвідка є цікавим джерелом для вивченні науки на території Кримського півострову в 20-х роках
ХХ ст., зокрема – т.зв. готської проблеми.
The earlier unknown collection of letters written by the archeologist and the prominent expert
on the Crimean studies Nikolay Ernst, who was a person of note in the musicology and also
the organizer of the archeological sites’ protective campaign, came into use of scientists.
|
| first_indexed | 2025-11-24T09:52:25Z |
| format | Article |
| fulltext |
Ðîçä³ë V ²ÑÒÎÐÈ×Ͳ ÏÎÑÒÀÒ²
УДК [001:930] (477.75) – 057.4
А. А. НЕПОМНЯЩИЙ
Николай Эрнст и Николай Репников:
к истории одного конфликта
В научный оборот вводятся неизвестные ранее материалы
к биографии археолога Николая Эрнста – выдающегося деяте-
ля отечественного музееведения, организатора памятникоох-
ранительной работы в Крыму. Исследование является ценным
источником по истории науки в Крыму в 20-х годах ХХ века, в
частности – «готской проблемы».
Ключевые слова: Николай Эрнст, «готская проблема», Ни-
колай Репников.
С началом жизни и научных исследований в Крыму,
где Н.Л. Эрнст оказался в конце 1918 г., мир его уче-
ных контактов значительно расширился. От педантичной
службы библиотекаря-книговеда, так импонировавшей в
свое время молодому немцу, он довольно скоро отошел,
ввязавшись в работу Ученого Совещания и комиссии
по реквизициям культурных ценностей. Открывшиеся
просторы для изучения памятников истории и культу-
ры развернули интересы первого директора библиотеки
Таврического университета от книжных полок к археоло-
гическим исследованиям. Этому способствовали и проч-
но вошедшие в жизнь Н.Л. Эрнста пешеходные экскурсии
по неизведанному краю. В свою очередь, интерес к архео-
логическим памятникам принес с собой многочисленные
знакомства в новом мире – историков-крымоведов.
Научное бытие любого ученого невозможно только
внутри самого себя. Контакты с коллегами, которые тру-
дятся на том же проблемном поле, совместные исследова-
ния, консультации, презентации своих трудов, рецензиро-
вание, научная полемика – все это непременные составля-
ющие научного труда. Состояние и динамика жизни любо-
го научного работника, как и академического объедине-
ния, в значительной степени определяются «интертексту-
альностью» бытования норм интеллектуального труда.
Сам круг профессионального общения является опреде-
144 ISSN 2078-0133
ленным индикатором признания и авторитета того
или иного деятеля науки. Эпистолярное наследие
Н.Л. Эрнста, к сожалению, не так хорошо дошло
до нас, как письма Арсения Ивановича Маркевича
к коллегам-крымоведам по всей стране. Хотя, судя
по восстановленным нами линиям межличност-
ных коммуникаций Николая Львовича, на протя-
жении 20-х – 30-х годов ХХ века его эпистолярное
общение с коллегами было никак не менее, а гораз-
до обширнее, чем переписка его современников –
крымских ученых. Новые контакты, прежде всего,
работа в Ученом Совещании, позволили Николаю
Львовичу быстро войти в круг крымоведов как
местного, так и из академических центров, которые
активно проводили полевые исследования на полуострове. Так у Н.Л. Эрнста начал
формироваться круг единомышленников, близких друзей на научном поприще.
Уже в 1919 г. он познакомился с крупным музейным деятелем, археологом
Константином Эдуардовичем Гриневичем (1891–1970), работавшим тогда дирек-
тором Керченского музея древностей (1919–1921). Служебное общение доволь-
но быстро переросло в дружеское и продолжалось во время директорства К.Э.
Гриневича в Херсонесском музее (1924–1927), и после его перевода в Москву,
где он работал заместителем заведующего Музейным отделом Наркомпроса
РСФСР, заведующим отделом скульптуры Музея изобразительных искусств, уче-
ным секретарем Всесоюзного общества культурной связи с заграницей, доцентом
Московского государственного университета [1]. Николай Львович неоднократно
приезжал к нему в Москву, а К.Э. Гриневич, в свою очередь, при каждой поездке
в Крым обязательно навещал Н.Л. Эрнста.
В 1924 г. Н. Л. Эрнст начал сотрудничать с бывшими тогда неразлучными
друзьями археологами Алексеем Степановичем Башкировым (1885–1963) [2] и
Ильей Николаевичем Бороздиным (1865–1938) [3], которые приехали в Крым в
составе совместной экспедиции Всесоюзной научной ассоциации востоковеде-
ния и Совета Народных Комиссаров Крымской АССР. Научные контакты и друж-
ба ученых с этого времени стали постоянными. Уже в 1926 г. они проводили
совместные раскопки в Кырк-Азислере у Бахчисарая [4].
Перечень научных и личных контактов Н.Л. Эрнста можно было бы продол-
жать еще долго. Однако, как и у любого крупного специалиста, на ученом пути
у Николая Львовича встречались не только похожие на него самого, высокоин-
теллигентные представители академических кругов или же выходцы из мест-
ных краеведческих обществ. Приходилось сталкиваться с непониманием, иногда
– высокомерием некоторых столичных «авторитетов», а порой и открытым хам-
А.И. Маркевич
145Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
ством. В этой связи показателен его научный кон-
фликт с крупным археологом, крымоведом Н.И.
Репниковым (1882–1940).
Николай Иванович Репников родился в Санкт-
Петербурге 9 апреля 1882 г. в крестьянской семье.
Его отец работал бурлаком на лесных сплавах
Громовых, а мать вела хозяйство и занималась вос-
питанием сына. После окончания в 1901 г. коммер-
ческого училища, в следующем году Н.И. Репников
поступил в Археологический институт. С этого же
времени началась его трудовая деятельность в каче-
стве сотрудника Археологической комиссии. Уже в
двадцатилетнем возрасте он начал самостоятельные
полевые исследования в Тверской и Новгородской
губерниях. В 1904 г., после успешного завершения курса в Археологическом инсти-
туте (был выпущен со званием члена-сотрудника), Николай Иванович провел поле-
вой сезон в Крыму, а после возвращения в столицу поступил вольнослушателем
на историко-филологический факультет Санкт-Петербургского университета, где
учился до 1908 г. В это время происходит его становление как археолога-полевика.
Особую роль в этом процессе сыграл надсмотрщик над археологическими работами
Керченского музея древностей − С.П. Петренко. О нем Н.И. Репников вспоминал:
Семен Петрович вводил меня в самую сокровенную своих знаний и опыта, вы-
работанного долгим и пристальным наблюдением, смею утверждать, − недоступ-
ного большинству наших археологов.
Заболев в 1908 г. в Херсонесе малярией и крупозным воспалением легких, Н.И.
Репников остался жив лишь благодаря заботам С.П. Петренко, который «выно-
сил его на руках как нянька». В 1910 г. началось сотрудничество Н.И. Репникова с
Этнографическим отделом Русского музея, где он являлся хранителем археологиче-
ской коллекции, насчитывавшей к тому времени более 5 тыс. единиц учета. В этот
период Николай Иванович развернул значительные археологические исследования
в Старой Ладоге, занимался исследованием древнерусского искусства.
Раскопки Н.И. Репникова в Крыму начались с 1903 г. и продолжались с некото-
рыми перерывами до самой смерти. В год смерти ученого (†1940) приходится его
последняя экспедиционная поездка в Крым. Систематические разведки и раскоп-
ки Николая Ивановича охватили широкий круг памятников Крымского нагорья (от
каменных ящиков (дольменов) первобытных эпох до остатков эпохи Крымского хан-
ства). Основные его научные интересы тут были сосредоточены на памятниках ранне-
го средневековья: Византийский Херсон, готский могильник Суук-Су, Партенитская
базилика VIII века, «пещерные города». С 1926 г. Н.И. Репников проводил ежегодные
раскопки в Эски-Кермене и изучал одновременные памятники Нагорья. Выявленный
Н.И. Репников
146 ISSN 2078-0133
им обильный разнообразный
материал, дал археологу воз-
можность сделать предполо-
жения о социальном строе
Крымской Готии, развитии
Эски-Кермена и Мангупа
[5].
Научные интересы Н.Л.
Эрнста и Н.И. Репникова стол-
кнулись в Эски-Кермене.
Николай Львович начал
эпизодические исследования
на плато Эски-Кермена еще
в 1921 г. В 1923–1926 годах
работы на памятнике прово-
дил Севастопольский музей
краеведения [6]. С 1927
года Центральные государ-
ственные реставрационные
мастерские [7] совместно
с Главнаукой Наркомпроса
РСФСР организовали спе-
циальную Эски-Керменскую
экспедицию, во главе кото-
рой был поставлен Н.И.
Репников. При этом иссле-
дования Севастопольских краеведов под руководством П.П. Бобенчикова также
продолжались. На обвинения Н.Л. Эрнста о том, что Н.И. Репников захватил
«чужой» памятник, в АН СССР в 1929 г. была направлена коллективная резолю-
ция Севастопольского музея краеведения, сотрудники которого постановили «счи-
тать первым углубленно-научным изучением этого памятника <…> раскопки 1926 г.,
которые велись <…> Репниковым и были поставлены безукоризненно широко <…>
в тесном <…> контакте с <…> Севастопольским музеем краеведения» [8].
В феврале 1929 г. в Москве было проведено совместное заседание Центральных
государственных реставрационных мастерских и Московского отделения Общества
по изучению Крыма [9]. По вопросу «изучения пребывания готов в Крыму». С докла-
дами выступили А.И. Анисимов, Ю.В. Готье, Н.И. Репников. К заседанию была откры-
та выставка из материалов экспедиций Н.И. Репникова. Историк отождествлял Эски-
Кермен с Доросом – столицей Крымской Готии. В то время как Н.Л. Эрнст считал эту
версию ошибочной и связывал Дорос с Мангупом. В марте 1929 г. Комиссия по исто-
Письмо А.И. Mаркевича в Государственную академию
истории материальной культуры
147Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
рии знаний, Византийская и
Археографическая комиссии
АН СССР провели совмест-
ное заседание по «вопросу
об открытии в Эски-Кермен
(Крыму) готского города».
Были заслушаны доклады
А.И. Анисимова «Росписи
Эски-Кермена», В.А. Брима
«Изучение готской культу-
ры в русской историогра-
фии», Б.Н. Вишневского
«Антропологический мате-
риал Эски-Кермена», Н.А.
Репникова «Эски-Кермен в
свете археологических работ
1928 года» [10].
12 апреля 1929 г. в пись-
ме к академику Сергею
Федоровичу Платонову
[11] Арсений Иванович
Маркевич тогда предста-
вил свое видение конфлик-
та, развернувшегося между
ними. Николая Львовича
А.И. Маркевич знал, конеч-
но, лучше, чем Н.И. Репникова. Каждый из них просил Академию наук о разреше-
нии на организацию собственной экспедиции, чего Арсений Иванович не рекомен-
довал делать: «Вдвоем они сразу переругаются» [12]. При этом А.И. Маркевич оха-
рактеризовал для С.Ф. Платонова Н.Л. Эрнста: «Н.Л. Эрнст высокообразованный
человек, работающий вполне научно, с немецкой выдержкой, осторожно, аккурат-
но, но копал только курганы и пещеры, да городище в Симферополе» [13]. При
всей сложности, даже антагонизме, отношений Н.И. Репникова и Н.Л. Эрнста А.И.
Маркевич советовал С.Ф. Платонову использовать в деле изучения Эски-Кермена
опыт обоих археологов. «Оба они дополняют друг друга», – заключал он [14].
С.Ф. Платонов в последующем постоянно интересовался ходом исследований
на Эски-Кермене, а Арсений Иванович подробно информировал его о положении
дел. Так, 24 мая 1929 г. он сообщал в Ленинград:
Как председателя Таврического общества истории, археологии и этнографии
меня, конечно, сильно смущали и волновали нелады Н.И. Репникова с Н.Л. Эрн-
Письмо А.И. Mаркевича в Государственную академию
истории материальной культуры
148 ISSN 2078-0133
стом, я очень желал бы, чтобы они прекратились, и самолюбие и того и другого
лица было принесено в жертву науки. Но отношение между ними осложнялись, за-
хватили широкие научные сферы, целые учреждения, причем ни Москва, ни Ле-
нинград не проявили, как будто, желания помирить двух научных работников, хотя
бы путем третейского суда, на что, насколько я осведомлен, Н.Л. Эрнст охотно бы
согласился. Оба эти лица искренне преданы науке, оба они связаны своей работой
с Эски-Керменом, – по-моему, Эрнст больше, но это все равно, – и участие обоих в
Эски-Керменских раскопках не может не вызывать сочувствия, равно как и устра-
нение того и другого должно вызывать только сожаление [15].
В связи с описываемыми событиями интересно письмо Н.Л. Эрнста, адре-
сованное В.И. Вернадскому. Не зная, где в данный момент находится Владимир
Иванович, Николай Львович написал два экземпляра письма с одинаковым тек-
стом. Один он отправил в Москву (оно выявлено нами в личном архивном фонде
В.И. Вернадского, автограф) [16], другой – в Ленинград, в Комиссию по исто-
рии знаний [17] (сохранилось в архивном фонде Комиссии, автограф). Поводом
для поспешного написания письма стала телеграмма В.И. Вернадского, в кото-
рой Н.Л. Эрнст приглашался на заседание Академии наук в связи с обсуждением
там вопроса об Эски-Кермене. Николай Львович находился в это время в Киеве, в
гостях у брата и сестер. Оттуда он и писал 21 марта 1929 г.:
Глубокоуважаемый Владимир Иванович!
Мне переслали сюда в Киев Вашу телеграмму с сообщением о предстоящем 24
марта заседании в Академии наук об Эски-Кермене и с приглашением мне принять
в нем участие. Спешу выразить Вам глубокую благодарность за Ваше внимание и
очень сожалею, что не повидался с Вами в Ленинграде.
Я знал, будучи в Ленинграде, об этом заседании, но, несмотря на мою чрезвы-
чайную личную заинтересованность в его теме, не остался для участия в нем; в Мо-
скве я присутствовал в конце февраля на таком же докладе Н.И. Репникова и также
воздержался от всякого выступления на нем.
Дело в том, что я занимался изучением Эски-Кермена вплотную давно, с 1921
г., делал доклады о результатах этого изучения на Керченской Археологической
Конференции в 1926 г., в Москве и Ленинграде (в ГАИМКе) в 1927 г., написал боль-
шую работу об Эски-Кермене и проблеме пещерных городов в Крыму, с чертежами
и фотографиями, и предполагал в 1927 и 1928 гг. раскопки Эски-Кермена как про-
должение своего изучения надземных памятников этого городища. Однако в это
же время Эски-Кермен пожелал изучать и раскапывать Н.И. Репников, причем от-
теснил меня от этой работы при помощи способов и приемов, которые сделали для
меня невозможной совместную с ним работу. Ввиду того, что подобные склоки в
научной работе производят всегда крайне угнетающее впечатление и только вредят
делу, ввиду того, что я, живя в Симферополе, совершенно бессилен в отстаивании
себя, а Н.И. Репников имеет гораздо большую возможность добывать ассигнования
на раскопки, ввиду того, наконец, что я человек миролюбивый и всяких свар избе-
гаю, я отстранился от дальнейшей работы на Эски-Кермене.
К сожалению, я сейчас не могу представить Вам свою работу об Эски-Кермене,
так как рукопись ее лежит (уже почти два года) в Москве в ожидании напечатания.
149Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
Я бы очень хотел принять дальнейшее посильное участие в работе по исследованию
Эски-Кермена, если только это не будет связано с какими-либо натянутыми или кон-
фликтными взаимоотношениями с Н.И. Репниковым. С.Ф. Платонов говорил мне,
что Эски-Керменом чрезвычайно интересуются в Германии и что даже возможна ор-
ганизация изучения его германскими учеными. Я считал бы это чрезвычайно жела-
тельным и, конечно, принял бы самое горячее участие и оказал бы всевозможное
содействие, тем более что сам имею близкую связь с германской наукой (я член Бер-
линского университета). Однако я считаю необходимой величайшую осторожность в
связывании Эски-Кермена с готами. Эта связь, конечно, имелась, но она не так про-
ста и не так легко дастся, как кажется. Приурочение к Эски-Кермену готской столицы
Дороса я считаю совершенно неосновательным: Дорос – все-таки Мангуп. Добытые
на Эски-Кермене черепа, наверное, греческие по своим свойствам, а не готские.
Мои основные мысли об Эски-Кермене и пещерных городах следующие.
1. В литературе до сих пор пещерные города считались или сооружениями дои-
сторическими, или связанными с иконоборческой эпохой. Я считаю то и другое не-
верным. Все данные из Эски-Кермена и других пещерных городов (без раскопок)
указывали на позднее средневековье.
2. На Эски-Кермене пещерные сооружения были лишь хозяйственным, слу-
жебным придатком к обширному надземному городу, расположенному на его пла-
не, где сохранились многочисленные развалины, подлежащие раскопке, особенно
обширная базилика.
3. Эски-Кермен был укрепленным пунктом, но подчиненного значения по срав-
нению с Мангупом-Доросом.
4. Живопись в пещерных церквах Эски-Кермена (всех церквей – 7, с живопи-
сью на Эски-Кермене – 2 и над древней Черкес-Кермен – 1) чрезвычайно интерес-
на и подлежит изучению (особенно в последней церкви). Она относится к XIV–
XV вв.
5. Пещерные города как-то связаны с готским княжеством, однако традиция
создания таких сооружений попала в Крым через греков из Каппадокии.
6. Эски-Кермен прекратил свое существование в конце XV в. с турецким заво-
еванием.
Выражая еще раз, многоуважаемый Владимир Иванович, благодарность за
Ваше ко мне внимание, остаюсь готовый к услугам.
Ваш Н. Эрнст [18].
В июле 1929 г. А.И. Маркевич занимался организацией поездки С.Ф.
Платонова в Крым. 19 июля он сообщал академику, что, если тот откажется от
ночевки в его доме и захочет поселиться в гостиницу, лучшими в Симферополе
являются «Ленинградская» и «Дом крестьянина» [19]. Сергей Федорович пла-
нировал отдохнуть в Гаспре, а затем на Эски-Кермене встретиться с немецкими
учеными Зауером и Финдейзеном. Готовясь к этой встрече, С.Ф. Платонов, при
содействии А.И. Маркевича, внимательно ознакомился с результатами исследо-
ваний Н.И. Репникова на Эски-Кермене и даже опубликовал в «Вестнике знания»
небольшое сообщение о ходе работ [20].
150 ISSN 2078-0133
К середине 1929 г. противостояние Н.И. Репникова
и Н.Л. Эрнста достигло своего апогея. Об этом
Арсений Иванович информировал С.Ф. Платонова
как академика-секретаря Отделения гуманитар-
ных наук АН СССР. Николай Иванович Репников,
организовавший крупномасштабное исследование
Эски-Кермена, все силы отдавал этому делу. Об
этом красноречиво свидетельствует его переписка с
искусствоведом, руководителем Комиссии по сохра-
нению и раскрытию памятников древней живопи-
си в России Центральных государственных рестав-
рационных мастерских Александром Ивановичем
Анисимовым (1877–1937), отложившаяся в личном
архивном фонде последнего в Отделе рукописей
Государственной Третьяковской галереи [21]. Подробную информацию по этому
же вопросу содержит переписка Н.И. Репникова с заведующим Реставрационным
подотделом Центральных государственных реставрационных мастерских Игорем
Эммануиловичем Грабарем (1871–1960), которая не так давно была опубликова-
на на страницах «Исторического наследия Крыма» [22]. Документы, касающие-
ся этого конфликта, выявленные в различных архивах, свидетельствуют о желании
Н.И. Репникова замкнуть исключительно на себе изучение Эски-Кермена. При этом,
увы, как это нередко бывает в научном сообществе, для доказательства собствен-
ной правоты Н.И. Репников и поддерживавший его В.И. Равдоникас [23], не брез-
говали никакими средствами. На заседаниях Крымской комиссии Государственной
академии истории материальной культуры 28 марта и 9 мая 1929 г. в сторону Н.Л.
Эрнста сыпались обвинения не только в неумелом, а, следовательно и некачествен-
ном, проведении археологических раскопок, но и в плагиате. Ученому инкримини-
ровали использование без указания авторства трудов, присвоение себе чертежей и
рисунков, выполненных еще Александром Львовичем Бертье-Делагардом [24]. В.И.
Равдоникас и Н.И. Репников безапелляционно утверждали, что Н.Л. Эрнст исполь-
зовал для своих научных интересов материалы архива бывшей Таврической ученой
архивной комиссии, в частности, хранившиеся там бумаги (описания археологиче-
ских работ, чертежи и планы раскопов) основателя Московского археологического
общества Алексея Сергеевича Уварова (1824 –1884) [25].
Интересный источник, связанный с этим вопросом, нам удалось обнаружить в
рукописном отделе Научного архива Института истории материальной культуры РАН.
Это письмо А.И. Маркевича в Крымскую комиссию Государственной академии исто-
рии материальной культуры от 15 июля 1929 года. Приводим его текст полностью.
Ознакомившись с протоколами (в копиях) заседаний Крымской Комиссии Акаде-
мии Истории Материальной Культуры 28 марта и 9 мая этого года, я по званию свое-
А.И. Маркевич
151Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
му председателя Таврического Общества Истории, Археологии и Этнографии, считаю
обязанностью защитить доброе имя и нравственное достоинство его члена – секрета-
ря Н.Л. Эрнста от тех обидных подозрений, которые были высказаны по его адресу не-
которыми лицами в дискуссии по докладам тов. Репникова и Раудоникаса [Равдони-
кас – авт.] в этих заседаниях именно о том, что он использовал и выдал за свои чужие
(пок[ойного] А.Л. Бертье-Делагарда) научные материалы: рисунки, чертежи и т.п.
Имея с Н.Л. Эрнстом почти ежедневное общение в течение десяти лет, я знаю
хорошо его, как добросовестного научного работника и благородного человека, не-
способного к плагиату ни в малейшей степени. Я хорошо знаю и то, с каким глубо-
ким интересом занимается он древностями Крыма, между прочим пещерными го-
родами и, в частности, Эски Керменом, на изучение которого посвятил много труда
в последние годы, и кабинетного и полевого, на месте. Глубоко скорблю, что ему не
привелось принять участие в раскопках Эски Кермена.
Не могу не остановиться и на странном заявлении Н.И. Репникова в заседании
Крымской Комиссии 9 мая о том, [что] будто бы, «материалы [подчеркнуто в доку-
менте – авт.] графа Уварова, относящиеся к пещерным городам Крыма, хранились
в одном экземпляре в Архиве б[ывшей] Таврической Архивной Комиссии и при-
надлежали ранее Султану Крым Гирею Хану». Заявляю, что никогда ни малейших
материалов Уварова в этой Комиссии не было и нет их в библиотеке ее преемника
Таврич[еского] Общества Ист[ории], Арх[еологии] и Этн[ографии]. Были в ней и
находятся в настоящее время только сочинения Уварова и хорошо известный Атлас
к его «Исследованию о древностях Южной России», подаренный Тавр[ической]
Уч[еной] Арх[ивной] Комиссии ее покойным членом Н.А. Султан-Крым Гиреем.
Какое отношение имело заявление Н.И. Репникова к вопросу, о котором шла речь,
не могу понять. Очевидно, имя Уварова понадобилось в такой же мере, в какой упо-
миналось и имя пок[ойного] А.Л. Бертье-Делагарда.
Председатель Таврического Общества Истории, Археологии и Этнографии А.
Маркевич [26].
Во второй половине 20-х годов ХХ века наблюдался всплеск активности
советско-германских отношений. Это выразилось в обмене специалистами и орга-
низации научных контактов. В июле 1928 года в Германии прошла неделя совет-
ских историков, где СССР представлял академик С.Ф. Платонов, а в сентябре того
же года в Советский Союз с ответным визитом прибыл президент Объединения
для содействия немецкой науки государственного министра Ф. Шмидт-Отт и
секретарь Общества по изучению Восточной Европы Г. Йонас, которые посетили
различные советские научные учреждения [27].
Узнав от археолога Александра Андреевича Спицына об открытиях Н.И.
Репникова в 1928 г. на Эски-Кермене крупного поселения с остатками крепостной
стены, С.Ф. Платонов поделился этой информацией со своим другом Федором
Александровичем Брауном (1862–1942), который до своей эмиграции в Германию
активно разрабатывал крымоведческие сюжеты [28]. Это было вполне логично с
учетом давних научных связей двух ученых. Заметим, что именно С.Ф. Платонов
рекомендовал Ф.А. Брауна к избранию в члены-корреспонденты АН СССР [29].
152 ISSN 2078-0133
Ф.А. Браун, в свою очередь, проинформировал об успехах советских археологов
своих немецких коллег, которые выступили инициаторами организации совмест-
ной советско-германской экспедиции в Крым для решения «готской проблемы».
С.Ф. Платонов поддержал эту идею и 11 апреля 1929 г. обратился с письмом к
заведующему отделом научных учреждений Совета Народных Комиссаров СССР
Е.В. Воронову [30]. Получив согласие этого чиновника, С.Ф. Платонов 24 апреля
1929 г. провел через Общее собрание АН СССР решение о необходимости орга-
низации археологических исследований в Крыму совместно с германскими уче-
ными [31]. Вот почему академик так пристально интересовался у А.И. Маркевича
положением дел на Эски-Кермене, взаимоотношениями Н.И. Репникова и Н.Л.
Эрнста [32]. Именно поэтому, приехав в Крым на отдых в августе 1929 г., он пла-
нировал посетить Эски-Кермен и лично сопровождать немецких ученых. Но
обстоятельства распорядились иначе…
Отдохнув в Гаспре, С.Ф. Платонов так и не дождался немецких археологов,
которых он намеревался лично встретить в Симферополе. В начале сентября он
вынужден был вернуться в Ленинград. Причиной этому было не окончание срока
отпуска, а начавшаяся в это время «чистка» Академии наук – работа Комиссии по
проверке аппарата учреждений Академии наук СССР [33].
Представители Германского археологического общества профессор христи-
анской археологии и истории искусств теологического факультета Университета
Альберта Людвига в Фрейбурге И. Зауер, по описанию Н.Л. Эрнста «старик, неу-
клюжий, видимо, католический священник, археолог, очень знающий» [34] и док-
тор Г. Финдейзен – «молодой, шустрый, этнограф из берлинского Музея народо-
ведения, специалист по этнографии России» [35] («женатый на русской») – при-
ехали в Крым в контексте совместной программы советской и германской ака-
демии наук по организации совместных раскопок готских древностей в Крыму
[36]. Пока немцы должны были только ознакомиться с объектами будущих раско-
пок и определить объемы дальнейших совместных исследований, согласно чему
германской стороной выделялось финансирование. Проехав пункт назначения,
немецкие археологи по ошибке вышли в Севастополе, откуда их сразу же автомо-
билем вернули в Симферополь [37].
Уезжая из Крыма, С.Ф. Платонов перепоручил все организационные забо-
ты о И. Зауере и Г. Финдейзене Арсению Ивановичу Маркевичу. 9 сентября 1929
г. последний писал в Ленинград о том, как проходила подготовка к встрече нем-
цев, их прибытии и времяпрепровождении [38]. 13 сентября 1929 г. он сообщал
в Ленинград об исследованиях на Эски-Кермене Зауера: «Я принял все старания,
чтобы в должной мере заинтересовать немцев Эски-Керменом в интересах осу-
ществления проблемы снаряжения целой экспедиции немецких ученых в Крым
для раскопок в этом пункте в следующем году» [39]. Уже 23 сентября 1929 г. он
подытоживал: «Самое важное – немцы в высшей степени довольны всем виден-
153Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
ным в Крыму, в частности в Э[ски]-К[ермене] и проблема крупных раскопок в
будущем году, упрочилась» [40].
23 сентября 1929 г., сообщая С. Ф. Платонову нюансы визита немецких архео-
логов на Эски-Кермен, А.И. Маркевич заметил, что «Эрнст и Репников вели себя
корректно в кругу гостей-немцев». Он добавил: «Это было нелегко». При этом
рассказал о своей роли в увещевании обоих не выносить конфликт на суд ино-
странцев «ради достоинства науки» [41].
По заданию Наркомпроса Крымской АССР Николай Львович занимался
финансовыми расходами по приему делегации совместно с А.И. Маркевичем.
Он и ученый хранитель Музея антропологии и этнографии АН СССР Александр
Михайлович Мерварт (1884–1932) были переводчиками и постоянно сопровожда-
ли немецких гостей во время поездки в деревню Черкесс-Кермен (Бахчисарайский
район) совместно с наркомом просвещения Крымской АССР Мамутом Недимом,
по другим местам горного Крыма. Профессор И. Зауер вскоре вернулся в Германию,
а Г. Финдейзен остался в Бахчисарае, где самостоятельно занимался подбором и
скупкой предметов для крымскотатарской коллекции своего музея [42].
Из идеи организации совместных советско-германских исследований так
ничего и не вышло, практически все вдохновители и участники этих событий с
советской стороны вскоре были репрессированы. На допросах Николай Львович
так вспоминал об этих событиях:
Я с Платоновым встречался дважды в строго научной обстановке: в 1926 г. на
Керченской археологической конференции и в 1927 г. на Археологической конфе-
ренции в Херсонесе в Севастополе. Он человек очень хитрый и умный и большой
дипломат. Ольденбург Сергей Федорович известный исследователь Индии был дол-
гие годы непременным секретарем Академии наук СССР и ее членом. Так же, как
Платонов, он имел обширные заграничные научные связи и содействовал всяким
научным сношениям и был к тому обязан по должности секретаря Академии. Так-
же человек большого ума, выдержки и дипломатичности. О какой-либо его связи с
германской разведкой я ничего не знаю. Встречал я его раза два на краеведческих
конференциях в Москве. Они оба, Платонов и Ольденбург, организовывали и про-
водили в Академии наук […] этой экспедиции Зауэра–Финдейзина. Были ли у них
при этом какие-либо преступные намерения, я не знаю. Так как оба они меня зна-
ли, и нужен был компетентный археолог для сопровождения экспедиции по марш-
руту в Крыму, то Академия наук поручила это мне, тем более, что делу содейство-
вало также Таврическое Общество Истории и Археологии [Таврическое общество
истории, археологии и этнографии – авт.] в лице его председателя проф. Маркеви-
ча А.И., бывшего в тесных дружеских отношениях с Платоновым. Считая эту деле-
гацию гостьей Академии наук и беря на счет Академии все расходы по ее проведе-
нию, Академия поручила оплачивать все эти расходы и перевела для этого на мое
имя под отчет деньги (сумму я не помню) через бухгалтерию Крымнаркомпроса, в
которых я потом и отчитался. Профессор Зауэр был здесь во время экспедиции, ко-
нечно, в штатском платье, но по его некоторым мелким характерным особенностям,
по манере говорить он производил на меня впечатление католического священника,
154 ISSN 2078-0133
каковых я встречал когда-то в Германии и каковые часто состоят в числе профессо-
ров университетов католических частей Германии. Поэтому я про себя и заключил,
что он, видимо, католический патер, но его самого не спрашивал. Финдэйзен по ма-
нерам, движениям, осанке произвел на меня впечатление человека, прошедшего во-
енную школу, вернее всего – офицера запаса, но и его я об этом не спрашивал и сде-
лал лишь такое заключение про себя [43].
В дальнейшем Н.Л. Эрнст был полностью устранен от исследований на Эски-
Кермене. Государственная академия истории материальной культуры, стремясь воз-
главить изучение «готского вопроса», по протекции В.И. Равдоникаса пригласила
с 1 декабря 1929 г. Н.И. Репникова занять должность научного сотрудника 1 разря-
да в составе разряда средневековых культур Европы и Передней Азии. Сам В.И.
Равдоникас с конца 1930 г. возглавил отдельную Готскую группу в составе сектора
Архаической формации ГАИМК. Здесь же работали Н.И. Репников, А.А. Спицын,
Ф.И. Шмит при участии «сотрудников-добровольцев» (Н.И. Артомонов, А.Н.
Бернштам, Е.В. Вейрман, П.П. Ефименко, Н.В. Малицкий, Л.А. Мацулевич) [44].
Н.И. Репников также не избежал ареста – в марте 1931 г. Однако в заключении
он находился недолго (освобожден в мае 1931 г.) [45]. Начиная с 1932 г. в докумен-
тах ГАИМК упоминания о Готской группе отсутствуют, что связано с арестами уче-
ных по «Академическому» делу и «Делу славистов» и обвинениями в шпионаже в
пользу Германии. Так, в январе 1930 г. был арестован А.М. Мерварт [46], а в ноябре
1933 г. как немецкие шпионы были арестованы Н.В. Малицкий и Ф.И. Шмит [47].
Раскопки в Эски-Кермене в 1927–1939 гг. проводились совместно ГАИМК и
Центральными государственными реставрационными мастерскими. В 1928–1930
гг. так также работала группа из Музея антропологии и этнографии АН СССР
Эски-Керменская экспедиция Севастопольського музея краеведения (в центре – Н.И. Репников)
155Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
и экспедиция Главнауки Наркомпроса РСФСР. В 1932 и 1933 г. экспедиции на
Эски-Кермен организовал Государственный Исторический музей. В 1936 и 1937
г. экспедиции проводило Севастопольское музейное объединение, которым руко-
водил Н.И. Репников. Постоянно работали и отдельные экспедиции ГАИМК под
руководством Ф.И. Шмита (1930, 1932 и 1933 г.), Н.И. Репникова (1931 г.), В.И.
Равдоникаса (1934 г.) [48].
Сборник материалов Эски-Керменской экспедиции ГАИМК, подготовленный к
печати в 1934 г., увидел свет в следующем году. В его формировании приняли участие
основные фигуранты изучения крымского указанного памятника: В.П. Бабенчиков (2
статьи), А.Н. Бернштам, В.Е. Вейрман (3 статьи), Г.И. Петров, Н.И. Репников (4 ста-
тьи). Конечно, материалы Н.Л. Эрнста не были приняты к рассмотрению.
Грустные они – черновые страницы крымоведения – пример противостояния
крупных ученых, каждый из которых был по-своему и прав, и не прав одновре-
менно. Сколько энергии нервных ресурсов уходило на эту многолетнюю науч-
ную тяжбу, поиски союзников, бесконечные взаимные обвинения и оправдания,
обсуждения в научных коллективах, обществах, организациях… Личностный
фактор в науке, умение находить общий язык с коллегами или, наоборот, антаго-
низм в отношениях, всегда играли свою роль в истории науки. Не исключение, к
сожалению, и наши дни…
Джерела та література
1. О К.Э. Гриневиче см.: Латышева В.А. К.Э. Гриневич как археолог / В.А. Латышева // Древности,
2004: Харьковский историко-археологический ежегодник.– Х., 2004.– С. 284–294.
2. Алексей Степанович Башкиров (1885–1963) − историк-крымовед, доктор исторических наук, профес-
сор. После окончания Санкт-Петербургского университета и столичного Археологического инсти-
тута работал в Русском археологическом институте в Константинополе, позже − Петроградском
университете. В дальнейшем преподавал в Московском, Самарском университетах, Калининском,
Московском имени В.П. Потемкина, Ярославском имени К.Д. Ушинского педагогических инсти-
тутах. В последнем − заведовал кафедрой всеобщей истории. С 1924 по 1933 год являлся сотруд-
ником Государственного Исторического музея. С 1924 по 1934 годы − действительный сотрудник
Института археологии и искусствознания и Института народов Востока РАН.
3. Илья Николаевич Бороздин (1883–1959) – историк-антиковед, востоковед, археолог, исто-
риограф. С 1909 г. – член-корреспондент, с 1911 г. – действительный член Русского археоло-
гического общества, секретарь Археографической комиссии Московского археологического
общества. Родился в Ярославле в дворянской семье. Окончил 3-ю московскую гимназию и
историко-филологический факультет Московского университета (1907). Редактор и состави-
тель «Биографического словаря» членов Московского археологического общества. До 1917 г.
преподавал историю в гимназии и в Народном университете Шанявского в Москве, активно
сотрудничал с журналом «Гермес». После октябрьских событий 1917 г. – профессор Военно-
хозяйственной академии РККА, один из руководителей советского востоковедения – заведую-
щий историко-этнологическим отделом и член Президиума Научной ассоциации востоковедов
(с 1921 г.). Сотрудничал с Институтом народоведения, заведующий отделом Советского Востока
Музея восточных культур. Преподаватель, затем заведующий кафедрой Московского государ-
ственного педагогического института им. А.С. Бубнова. Один из организаторов Общества куль-
турных связей с заграницей (1930). В 1924 г. совместно с А.С. Башкировым посетил Крым, где
156 ISSN 2078-0133
изучал древности Гераклейского полуострова. С 1925 г. возглавил экспедицию Центрального
Исполнительного Комитета и Совета Народный Комиссаров Крымской АССР, проводимую
совместно с Научной ассоциацией востоковедения в Старый Крым по изучению архитектур-
ных памятников крымских татар. В 1935 г. был арестован и выслан в Алма-Ату. В 1937 г. был
вновь арестован и осужден на 10 лет лагерей, но через 5 лет был освобожден. Преподавал в
Ашхабадском педагогическом институте и Алма-Ате. С 1947 г. – профессор, в 1949–1959 гг.
заведующий кафедрой всеобщей истории Воронежского государственного университета.
4. Архив Главного управления Службы безопасности Украины в Автономной Республике Крым
(далее – Архив ГУ СБУ АРК), ф. 8, оп. 1, д. 010598, т. 1, л. 147.
5. Новые публикации о Н.И. Репникове см.: Герцен А.Г. Неизвестный документ из наследия
Репникова / А.Г. Герцен // In situ: К 85-летию профессора А.Д. Столяра / СПб. гос. ун-т.– СПб.,
2006.– С. 386–401; Герцен А.Г. Н.И. Репников о Мангупе / А.Г. Герцен // Историческое наследие
Крыма.– Симферополь, 2007.– № 17.– С. 30–38; Королькова Л.В. Н.И. Репников − исследо-
ватель Северо-Запада России / Л.В. Королькова // Невский археолого-историографический
сборник: К 75-летию кандидата исторических наук А.А. Формозова.− СПб.: Издат. дом Санкт-
Петербургского ун-та, 2004.− С. 188–119; Непомнящий А.А. «Поки оберігаємо та рятуємо, де
можна, але це дуже важко...»: Невідомі матеріали з історії пам’яткоохоронної роботи в Криму
за матеріалами листування А.І. Маркевича та С.Ф. Платонова / А.А. Непомнящий // Праці
Центру пам’яткознавства: Зб. наук. праць / Центр пам’яткознавства НАН України і УТОПІК. –
К., 2008.– Вип. 13.– С. 201–226; Вип. 14.– С. 133–156.
6. О деятельности Севастопольского музея краеведения см.: Акимченков В. Севастопольский музей
краеведения в изучении тюркских памятников средневекового Крыма / В. Акимченков // Нові
дослідження пам’яток козацької доби в Україні: Зб. наук. праць / Центр пам’яткознавства НАН
України і УТОПІК.– К., 2010.– Вип. 19.– С. 484–487; Акимченков В.В. Севастопольский музей
краеведения и крымоведческие исследования / В.В. Акимченков // Сіверщина в історії України:
Зб. наук. праць / Нац. заповідник «Глухів»; Центр пам’яткознавства НАН України і УТОПІК.
– К.; Глухів, 2010.– Вип. 3.– С. 332–336; Акімченков В.В. Невідомі сторінки з історії кримоз-
навчих студій 20-х – 30-х рр. ХХ ст. / В. Акімченков // Матеріали 9-ї Всеукраїнської наукової
конференції «Актуальні питання історії науки і техніки». 7–9 жовтня 2010 року. м. Житомир /
Центр пам’яткознавства НАН України і УТОПІК. – К., 2010.– С. 95–97; Он же. Сторінки історії
кримського краєзнавства у 20–30-ті роки ХХ сторіччя / В.В. Акімченков // Конотопські читання
/ Конотопський міський краєзнавчий музей. – Конотоп, 2010.– Вип. 1.– С. 4–10.
7. О деятельности Центральных государственных реставрационных мастерских в Крыму см.:
Охрана и изучение памятников истории и культуры в Крымской АССР: Исследования и
документы / Авт-сост. А.В. Хливнюк; Под ред., вступ. ст. А.А. Непомнящего.– Симферополь:
СГТ, 2008.– 240 с.– (Биобиблиография крымоведения; Вып. 11).
8. Цит. по: Тункина И.В. К истории изучения «готской проблемы» в советской археологии в 1920-х
– начале 1930-х гг. / И.В. Тункина // Труды II (XVIII) Всесоюзного Археологического съезда в
Суздале / Ин-т археологии РАН; Отв. ред. А.П. Деревянко, Н.А. Макаров: В 3-х т.– М., 2008.– Т.
3.– С. 250.
9. О деятельности Российского общества по изучению Крыма – Общества по изучению Крыма см.:
Севастьянов А.В. «...Работа Российского общества по изучению Крыма является в интересах
Крыма крайне желательной…»: Документы архивов свидетельствуют / А.В. Севастьянов
// Историческое наследие Крыма.– Симферополь, 2006.– № 12/13.– С. 128–152; Севастьянов
О.В. Журнал «Крым» як джерело з питань організації наукового кримознавства в 20-ті рр.
ХХ ст. / О.В. Севастьянов // Українська періодика: історія і сучасність: Доповіді та повідо-
млення Десятої Всеукраїнської науково-теоретичної конференції, Львів, 30–31 жовтня 2008
р. / Львівська наукова б-ка ім. В. Стефаника. – Львів, 2008.– С. 328–336; Он же. Десять
років на службі краєзнавству: Російське товариство з вивчення Криму (1922–1932 рр.) / О.В.
Севастьянов // Краєзнавство. – 2009.– № 3/4.– С. 96–102.
10. Тункина И В. Указ. соч. – С. 249–250.
157Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
11. Имя одного из крупнейших российских историков − академика АН СССР Сергея Федоровича
Платонова (1860–1933) только в последнее время заняло свое достойное место в истории
крымоведения. Выпускник Историко-филологического факультета Санкт-Петербургского
университета (1882), он довольно быстро, уже в 1899 г., стал профессором этого вуза. В
течение многих лет в досоветский период С.Ф. Платонов выполнял обязанности декана
историко-филологического факультета. Одновременно он являлся директором столичного
Женского педагогического института, сотрудничал с Академией Генерального штаба и
Военно-юридической академии, преподавал членам императорской фамилии.
12. Основы «школы» С.Ф. Платонова были заложены в 90-х годах XIX века. Возглавив кафедру
русской истории столичного университета, ученый воспитал крепкое научное направление,
получившую название «Петербургской школы русских историков», или «Школы Платонова».
Ее отличительной особенностью были ярко выраженный объективизм и ориентация иссле-
дователей преимущественно на источниковедческие разыскания, изучение исторического
материала. С.Ф. Платонов являлся одним из наиболее читаемых русских историков. Этому
способствовало издание гимназического учебника по русской истории, который в досоветское
время выдержал десять тиражей (последний − в 1917 г.). О С.Ф. Платонове см.: Брачев В.С.
Крестный путь русского историка: Академик С.Ф. Платонов и его «дело» / Б.С. Брачев.– СПб.:
Стомма, 2005.– 450 с.; Непомнящий А.А. Новые материалы по крымоведению: К переписке
А.И. Маркевича и академика С. Ф. Платонова / А.А. Непомнящий // Сучасні проблеми дослі-
дження, реставрації та збереження культурної спадщини: Зб. наук. праць з мистецтвознавства,
архітектурознавства і культурології / Ін-т проблем сучасного мистецтва Академії мистецтв
України. – К., 2007.– Вип. 4.– С. 98–144.
13. Российская национальная библиотека, отдел рукописей (далее – РНБ ОР), ф. 585, оп. 1, д. 3486,
л. 28.
14. Там же, л. 29.
15. Непомнящий А.А. До біографії Миколи Ернста: Нові документи з архівів Санкт-Петербурга та
Києва / А.А. Непомнящий // Краєзнавство. – 2009.– № 3/4.– С. 118–126.
16. РНБ ОР, ф. 585, оп. 1, д. 3487, л. 3–4.
17. Архив Российской академии наук, ф. 518, оп. 3, д. 1909, л. 1–1 об.
18. Об этом см.: Комиссия по истории знаний, 1921–1932 гг.: Из истории организации историко-
научных исследований в Академии наук: Сборник документов / Сост. В.М. Орел, Г.И.
Смагина.– СПб.: Наука, 2003.– С. 6, 10–11; также см.: Тункина И.В. К истории сборника
«Русская наука» // Там же.– С. 637–659.
19. Комиссия по истории знаний… – С. 258–260.
20. РНБ ОР, ф. 585, оп. 1, д. 3487, л. 7.
21. Платонов С.Ф. [Об археологических исследованиях Н.И. Репникова в Крыму: Предисловие к
статье В.И. Равдоникаса] / С.Ф. Платонов // Вестник знания.− Л., 1929.− № 7.− С. 290.
22. Государственная Третьяковская галерея, отдел рукописей, ф. 68, оп. 1, д. 322, л. 1, д. 323, л. 1–2;
д. 324, л. 1–3.
23. Подробнее см.: «Не закрываю глаз на сложность, трудность и ответственность предстоящей
работы в области охраны и изучения памятников Крыма…»: Письма Н.И. Репникова к И.Э.
Грабарю / Подг., предисл., комм. Е.А. Теркель // Историческое наследие Крыма.− Симферополь,
2006.− № 14.− С. 212–223.
24. Владислав Иосифович Равдоникас (1894–1976) – археолог, историк первобытного общества, док-
тор исторических наук (1935 г., без защиты), член-корреспондент АН СССР (1946). Выпускник
Петроградского университета (1923) ученик Н.Я Марра и А.А. Спицына; организатор, препо-
даватель и заведующий Тихвинским педагогическим техникумом (1921–1927), председатель
Комиссии по изучению Тихвинского края (1923–1928) и директор Тихвинского краеведчес-
кого музея. С 1927 г. проживал в Ленинграде. В 1927–1930 гг. – аспирант Института языка и
мышления АН СССР. Доцент (1929–1931), профессор (1931–1945), заведующий кафедрой архе-
ологии (1936–1948) Ленинградского государственного университета. Одновременно в 1931–1937
158 ISSN 2078-0133
гг. – научный сотрудник Музея антропологии и этнографии АН СССР, заведующий Отделом
доклассового общества (1932–1935) и сектором (1931–1936) Государственного Эрмитажа, заве-
дующий сектором (1937–1947), заместитель директора (1944, 1946–1952) Института истории
материальной культуры АН СССР, основатель и редактор сборника «Советская археология». В
конце 20-х – начале 30-х годов ХХ в. В.И. Равдоникас, несмотря на то, что он в то время не являл-
ся членом партии, стал лидером «новой» марксистской историко-материалистической археоло-
гии. 22 июля 1929 г. В. И. Равдоникас был специально командирован Государственной академий
истории материальной культуры в Крым для участия в Эски-Керменской экспедиции.
25. Институт истории материальной культуры Российской академии наук, научный архив,
рукописный отдел (далее – ИИМК РАН НА РО), ф. 2, оп. 1 (1929 г.), д. 40, л. 45–57.
26. Там же.
27. Там же, л. 58–58 об.
28. Тункина И.В. К истории изучения… – С. 249.
29. См.: Непомнящий А.А. История и этнография народов Крыма: Библиография и архивы (конец
XVIII − начало ХХ века) / А.А. Непомнящий.− Симферополь: Доля, 2001.− С. 118, 666.
30. Платонов С. Записка об ученых трудах проф. Ф.А. Брауна / С. Платонов, И. Крачковский, С.
Ольденбург // Известия Академии наук СССР. Сер. 6.− Л., 1927.− № 18.− С. 1517–1520.
31. Санкт-Петербургский филиал Архива Российской академии наук, ф. 2, оп. 1 (1929 г.), д. 28, л. 66.
32. Там же, ф. 2, оп. 1 (1929 г.), д. 251, л. 15 об.
33. Непомнящий А.А. Новые архивные документы к истории изучения Эски-Кермена / А.А.
Непомнящий // Проблемы континуитета в византийской и поствизантийской истории: Тезисы
докладов XIII Международных Сюзюмовских чтений. Екатеринбург 18–20 ноября 2010 года /
Уральский гос. ун-т им. А.М. Горького.– Екатеринбург, 2010.– С. 75–78.
34. Подробнее см.: Брачев В.С. Крестный путь русского историка… – С. 307.
35. Архив ГУ СБУ в АРК, ф. 8, оп. 1, д. 010598, т. 1, л. 121.
36. Там же.
37. И.В. Тункина называет и третьего ученого из Германии, который прибыл в сентябре 1929 г.
в Крым для осмотра Эски-Кермена – это основатель и руководитель Восточноевропейского
семинара на философском факультете Гамбургского университета, профессор Р. Саломан (см.:
Тункина И.В. К истории изучения… – С. 250).
38. Архив ГУ СБУ в АРК, ф. 8, оп. 1, д. 010598, т. 1, л. 121–121 об.
39. РНБ ОР, ф. 585, оп. 1, д. 3487, л. 13–14.
40. Там же, л. 17.
41. Там же, л. 18.
42. Там же, ф. 585, оп. 1, д. 3487, л. 21 об. Подробнее см.: Непомнящий А.А. «Пока оберегаем и спаса-
ем…»: Неизвестные материалы по истории крымоведения в переписке А.И. Маркевича и ака-
демика С.Ф. Платонова / А.А. Непомнящий // Историческое наследие Крыма.– Симферополь,
2006.– № 16.– С. 138–165.
43. Архив ГУ СБУ в АРК, ф. 8, оп. 1, д. 010598, т. 1, л. 121 об.
44. Там же, л. 148–148 об.
45. Тункина И.В. К истории изучения… – С. 250; Она же. А.А. Спицын и Готская группа ГАИМК / И.В.
Тункина // История и практика археологических исследований: Материалы Международной нау-
чной конференции, посвященной 150-летию со дня рождения члена-корреспондента АН СССР,
профессора Александра Андреевича Спицына. Санкт-Петербург, 26–30 ноября 2008 г. / Под ред.
Е.Н. Носова, И.Л. Тихонова; СПб. ун-т.– СПб.: Издат. дом СПб. ун-та, 2008.– С. 199–203.
46. ИИМК РАН НА, РО, ф. 2, оп. 1 (1930 г.), д. 10, л. 160.
47. Люди и судьбы: Биобиблиографический словарь востоковедов – жертв политического террора в
Советский период (1917–1991) / Сост. Я.В. Васильков, М.Ю. Сорокина. – СПб.: Петербургское
востоковедение, 2003.– С. 265–266.
48. Тункина И.В. А.А. Спицын и Готская группа… – С. 202–203.
49. Там же.– С. 203.
159Праці Центру пам'яткознавста, вип. 19, К., 2011
Непомнящий А.А. Микола Ернст і Микола Рєпніков: до історії одного конфлікту
До наукового обігу вводяться невідомі раніше матеріали щодо археолога Миколи Ерн-
ста – визначного музеєзнавця, організатора пам’яткоохоронної справи в Криму. Розвідка
є цікавим джерелом для вивченні науки на території Кримського півострову в 20-х роках
ХХ ст., зокрема – т.зв. готської проблеми.
Ключові слова: Микола Ернст, «готська проблема», Микола Рєпніков.
Nepomnyashchiy A.A. For Nikolay Ernst’s and Nikolay Repnikov’s Confl ict
The earlier unknown collection of letters written by the archeologist and the prominent ex-
pert on the Crimean studies Nikolay Ernst, who was a person of note in the musicology and also
the organizer of the archeological sites’ protective campaign, came into use of scientists.
Key words: Nikolay Ernst, protection of the monuments, Eski-Kermen, Nikolay Repnikov.
УДК 94(477-25)
В.М. ПОГОРІЛИЙ
М.В. Закревський – автор першої енциклопедії
пам’яток історії Києва
У статті розповідається про складний життєвий і науковий шлях видатного україн-
ського історика й етнографа М.В. Закревського, що ы 1868 р. видав книгу «Описание
Киева», яка представляє собою енциклопедію пам’яток історії Києва. М.В. Закревський
був не тільки учнем Київської гімназії, в якій викладав «перший історик і археолог Ки-
єва» М.Ф. Берлінський, але і продовжувачем його наукового дослідження історії Києва.
М.В. Закревський також займався збиранням українських пісень, дум, прислів’їв.
Ключові слова: М.В. Закревський, М.Ф. Берлінський, пам’ятки історії, топографія, Ки-
ївська вища гімназія, учень, учитель, дослідник, книга, Київ, Москва, Санкт-Петербург.
У 2011 р. минає 175 років від часу виходу першої значної наукової праці
українського видатного дослідника пам’яток історії Києва М.В. Закревського (1805–
1871) «Очерк истории Киева» [1]. Але найбільш значним і
неперевершеним до цього часу його науковим дослідженням є
двохтомне «Описание Киева» [2]. Над ним М.В. Закревський
працював біля 35 років й воно стало надовго настільною кни-
гою багатьох поколінь дослідників пам’яток історії Києва, не
втративши наукової цінності й дотепер. Його неперевершені
мапи історичної реконструкції топографії Києва, починаючи
з Х ст. до 1800 р., в якості ілюстрацій неодноразово публіку-
валися у виданнях ХХ та ХХІ ст. [3].
Незважаючи на згадані його капітальні наукові праці
М.В.Закревського, незвичайна біографія дослідника-
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-80192 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 2078-0133 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-11-24T09:52:25Z |
| publishDate | 2011 |
| publisher | Центр пам’яткознавства НАН України і Українського товариства охорони пам’яток історії та культури |
| record_format | dspace |
| spelling | Непомнящий, А.А. 2015-04-13T16:39:24Z 2015-04-13T16:39:24Z 2011 Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта / А.А. Непомнящий // Праці Центру пам’яткознавства: Зб. наук. пр. — 2011. — Вип. 19. — С. 143-159. — Бібліогр.: 49 назв. — рос. 2078-0133 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/80192 [001:930] (477.75) – 057.4 В научный оборот вводятся неизвестные ранее материалы к биографии археолога Николая Эрнста – выдающегося деятеля отечественного музееведения, организатора памятникоохранительной работы в Крыму. Исследование является ценным источником по истории науки в Крыму в 20-х годах ХХ века, в частности – «готской проблемы». До наукового обігу вводяться невідомі раніше матеріали щодо археолога Миколи Ернста – визначного музеєзнавця, організатора пам’яткоохоронної справи в Криму. Розвідка є цікавим джерелом для вивченні науки на території Кримського півострову в 20-х роках ХХ ст., зокрема – т.зв. готської проблеми. The earlier unknown collection of letters written by the archeologist and the prominent expert on the Crimean studies Nikolay Ernst, who was a person of note in the musicology and also the organizer of the archeological sites’ protective campaign, came into use of scientists. ru Центр пам’яткознавства НАН України і Українського товариства охорони пам’яток історії та культури Праці Центру пам’яткознавства Історичні постаті Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта Микола Ернст і Микола Рєпніков: до історії одного конфлікту For Nikolay Ernst’s and Nikolay Repnikov’s Conflict Article published earlier |
| spellingShingle | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта Непомнящий, А.А. Історичні постаті |
| title | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта |
| title_alt | Микола Ернст і Микола Рєпніков: до історії одного конфлікту For Nikolay Ernst’s and Nikolay Repnikov’s Conflict |
| title_full | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта |
| title_fullStr | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта |
| title_full_unstemmed | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта |
| title_short | Николай Эрнст и Николай Репников: к истории одного конфликта |
| title_sort | николай эрнст и николай репников: к истории одного конфликта |
| topic | Історичні постаті |
| topic_facet | Історичні постаті |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/80192 |
| work_keys_str_mv | AT nepomnâŝiiaa nikolaiérnstinikolairepnikovkistoriiodnogokonflikta AT nepomnâŝiiaa mikolaernstímikolarêpníkovdoístorííodnogokonflíktu AT nepomnâŝiiaa fornikolayernstsandnikolayrepnikovsconflict |