Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг.
Gespeichert in:
| Veröffentlicht in: | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Datum: | 2001 |
| 1. Verfasser: | |
| Format: | Artikel |
| Sprache: | Russisch |
| Veröffentlicht: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
2001
|
| Schlagworte: | |
| Online Zugang: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/81089 |
| Tags: |
Tag hinzufügen
Keine Tags, Fügen Sie den ersten Tag hinzu!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Zitieren: | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. / М.Ф. Слинкин // Культура народов Причерноморья. — 2001. — № 22. — С. 125-134. — Бібліогр.: 32 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859588834008760320 |
|---|---|
| author | Слинкин, М.Ф. |
| author_facet | Слинкин, М.Ф. |
| citation_txt | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. / М.Ф. Слинкин // Культура народов Причерноморья. — 2001. — № 22. — С. 125-134. — Бібліогр.: 32 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Культура народов Причерноморья |
| first_indexed | 2025-11-27T12:35:17Z |
| format | Article |
| fulltext |
125
Слинкин М.Ф.
ЛИБЕРАЛЬНАЯ И ЛЕВОЭКСТРЕМИСТСКАЯ ОППОЗИЦИЯ В АФГАНИСТАНЕ
В 60-Х – НАЧАЛЕ 70-Х гг.
Вторая половина ХХ в. была отмечена в истории Афганистана прогрессирующим обострением соци-
альных противоречий в обществе. Это неизбежно приводило к борьбе между различными общественными
и политическими силами, пытавшимися, каждая по-своему, решить вставшие перед страной экономиче-
ские и политические проблемы.
Заметный след в этой борьбе оставили политические группировки «Виш зальмиян» («Пробудившаяся
молодежь»), «Ватан» («Родина») и «Нидайи хальк» («Голос народа»), выдвигавшие в конце 40-х – начале
50-х годов программу демократизации и реформы общественного строя страны. Хотя они и не ставили
своей задачей изменить существующие основы режима, а их программа не выходила за рамки умеренных,
классово ограниченных требований, правящая династия обрушила на их участников репрессии. Многие из
них были брошены в тюремные застенки, другие пошли на соглашательство с властями, третьи отошли от
активной политической борьбы.
С разгромом в 1952 году демократической оппозиции в Афганистане наступил период временного за-
тишья в открытой политической борьбе, продолжавшийся до начала 60-х годов. Это было связано во мно-
гом с приходом к власти в сентябре 1953 года правительства во главе с Мухаммадом Даудом и провоз-
глашением им политики так называемой «направляемой экономики», призванной облегчить и ускорить
капиталистическую эволюцию страны за счет широкого использования иностранной помощи и предос-
тавления льгот национальному капиталу, в том числе мелким и средним предпринимателям.
Эта политика получила поддержку всех слоев формировавшегося класса буржуазии. Широкие круги
афганской общественности поддержали также и внешнеполитический курс правительства М.Дауда. Одна-
ко в начале 60-х годов, несмотря на некоторые несомненные сдвиги в хозяйственном строительстве и
осуществлении ряда социально-экономических преобразований, отчетливо обнаружились ограниченность
внутренней политики М.Дауда, отвечавшей, прежде всего интересам верхушки правящих кругов, его не-
желание реформировать отжившую систему политических институтов, облегчить положение широких
трудовых слоев населения страны, в первую очередь беднейшего крестьянства и лиц наемного труда. Ост-
ро ощущались нерешенность аграрного и национального вопросов, нехватка продовольствия и рост безра-
ботицы. В связи с этим усилилось недовольство не только среди трудящихся низов, но и среди мелкой и
средней буржуазии, чья предпринимательская деятельность серьезно сдерживалась сохранением архаич-
ных, докапиталистических форм собственности и социальных отношений. Недовольство внешней полити-
кой М.Дауда выражала часть консервативных кругов афганского общества. Они критиковали правитель-
ство за ухудшение афгано-пакистанских отношений и отношений с западными странами. В этих условиях
кабинет М.Дауда в марте 1963 года ушел в отставку, уступив место новому правительству во главе с тад-
жиком Мухаммадом Юсуфом.
С этого времени характерными чертами афганской действительности стали частая смена прави-
тельств, возрастание политической активности различных общественных кругов страны и усиление внут-
риполитической напряженности.
В середине 60-х годов, наряду с леводемократическими организациями, все громче и решительнее на-
чали заявлять о себе и другие течения и группировки, идейный разброс которых оказался исключительно
широк: от крайне правых консервативно-клерикальных, либерально-буржуазных, националистических,
мелкобуржуазно-популистских до левоэкстремистских. Все они, не имея достаточно сложившейся орга-
низационной структуры, группировались, как правило, вокруг частных (независимых) печатных изданий,
появившихся в стране после принятия парламентом нового Закона о печати и утверждения его королем в
сентябре 1965 года.
В период с 1966 по 1972 год в Афганистане выходили в общей сложности 33 частные газеты и журна-
ла [1]. Одной из первых право на издание получила еженедельная газета «Вахдат» («Единство»). Ее пер-
вый номер увидел свет 7 февраля 1966 года (однако номер был датирован 21 января 1966 г. – М.С.). Изда-
телем и главным редактором газеты являлся маулави Халь Мухаммад Хаста, а ее активными авторами бы-
ли известный поэт, общественный деятель, ученый-филолог Гульпача Ульфат (в 1956-1963 годах он воз-
главлял Афганскую академию «Пашто толына»), Гулям Наби Чакнавард, Мухаммад Али Чупан, Хабибул-
ла Рафи и др. Будучи лояльной существовавшему в стране конституционно-монархическому строю, «Вах-
дат» выступала с призывами обеспечить общественное единство, спокойствие и социальную справедли-
вость на основе «классовой гармонии» и строгого соблюдения законов, которые, по идее ее авторов,
должны были играть роль и стража прав и интересов всего населения, и регулятора отношений между раз-
личными слоями общества. В принятии и совершенствовании законов газета видела путь к «утверждению
норм бытия и устойчивой идеологии», «установлению нормальных отношений между отдельными члена-
ми общества и между классами» [2].
Газета с горечью и озабоченностью писала о вопиющей отсталости страны и ее острых социальных
проблемах: нищете, бездомности и невежестве населения, коррупции и взяточничестве, бюрократизме и
беззакониях административно-государственного аппарата. Выход из тяжелого положения страны и народа
ей представлялся в поощрении развития смешанной (государственно-частной) экономики, расширении
126
национального промышленного и сельскохозяйственного производства, увеличении экспорта, упорядоче-
нии отношений между рабочими и работодателями, в решении аграрного вопроса путем «более четкого
регулирования отношений между крестьянами-производителями и землевладельцами». При этом издатели
«Вахдат» категорически отрицали использование каких-либо форм классовой борьбы и насилия, которые
могли бы нарушить социально-классовое равновесие, резко осуждали «вредные течения», «подстрека-
тельство народа против системы управления в государстве», «раздувание вражды». Они настойчиво апел-
лировали к передовой интеллигенции, призывая ее всеми силами содействовать «прогрессивному полити-
ческому процессу в Афганистане» на основе выработки «единой линии идеологической борьбы» и разви-
тия национальной идеологии, опирающейся на принципы единства и закона. В области внешней политики
Афганистана газета всецело поддерживала официальный правительственный курс [3]. Идеи и взгляды
«Вахдат» по совершенствованию в рамках закона существовавшей системы, однако, не получили в стране
широкой общественной поддержки и газета, просуществовав менее полугода, вынуждена была прекратить
свое издание из-за возникших финансовых трудностей.
Вслед за «Вахдат» в Кабуле стала издаваться на языке дари еще одна частная газета – «Пейаме эмруз»
(«Сегодняшняя весть»), первый номер которой вышел 9 февраля 1966 года (издатель – Гулям Наби Хатер,
главный редактор – сначала полковник в отставке, хазареец по национальности Абдуррауф Торкмани, а
затем Мухаммад Тахер Мохсени). В противовес идеям «умеренности» и «классовой гармонии» в подходе
к вопросам исправления и улучшения общественно-политической системы в стране, с которыми выступа-
ла газета «Вахдат», «Пейаме эмруз» высказывалась за широкое и активное участие населения во внутри-
политической жизни, обличала социальные пороки, коррупцию и злоупотребления государственных
должностных лиц, особенно из числа членов бывшего кабинета М.Юсуфа, подвергала критике правитель-
ственный курс премьер-министра М.Х.Майвандваля, выступала в защиту прав национальных меньшинств,
за осуществление на деле конституционных прав и свобод граждан. Пожалуй, самым экстраординарным в
газете были ее антиклерикальные публикации. Бросая прямой вызов богословам-ортодоксам, она на осно-
ве новейших научных данных развенчивала закоснелые религиозные догмы и подчеркивала, что религия
не должна быть препятствием на путях прогресса страны [4].
Такая направленность газеты не могла, естественно, устроить правящие и консервативно-
клерикальные круги. Вопрос о «Пейаме эмруз» был вынесен на обсуждение Вулуси джирги, которая при-
няла решение расследовать деятельность ее издателей. 25 мая 1966 года, почти одновременно с запреще-
нием газеты «Хальк», правительство приостановило издание «Пейаме эмруз», мотивируя свой шаг тем,
что, в связи с уходом в отставку главного редактора А.Р.Торкмани, газета, оказавшись без руководителя,
не может далее, согласно Закону о печати, функционировать. В действительности же это был не более,
чем предлог. Главной причиной запрещения газеты явились ее оппозиционный, антиправительственный
курс и антиклерикальные выступления. Летом 1966 года «Пейаме эмруз» возобновила свое издание, но
под другим названием – «Пейаме ведждан» («Послание совести»). Ее издателем и главным редактором
стал А.Р.Торкмани. Она, как и прежде, продолжала выражать взгляды критически настроенной демокра-
тической оппозиции. На ее страницах не раз печатались статьи Н.М.Тараки. В декабре А.Р. Торкмани и
один из сотрудников газеты были привлечены к суду за публикацию, по мнению правительства, тенден-
циозных материалов о происшедших накануне в Кабуле демонстрациях [5]. Идеи и взгляды «Пейаме эм-
руз» выражала также газета «Саба» («Завтра»), издававшаяся с 8 мая 1968 года Гулямом Наби Хатером.
Однако ни «Вахдат» и ни «Пейаме эмруз» (как и ее преемницы) не приобрели широкой популярности
среди афганской читающей аудитории. В отличие от них заметным явлением общественно-политической
жизни Афганистана 60-70-х годов стало, кроме левых газет «Хальк» и «Парчам», издание независимых га-
зет «Афган меллят», «Мосават», «Шоалеи джавид», «Караван», «Гахидз» и некоторых других. Все они,
выступая с отличными друг от друга идейно-политическими платформами и представляя интересы раз-
личных социально-классовых слоев и групп населения, активно стремились в общенациональном масшта-
бе сплотить вокруг себя своих единомышленников и заложить первые камни в фундамент формировав-
шихся политических организаций и группировок.
Еженедельная газета «Афган меллят» («Афганская нация») начала издаваться с 5 апреля 1966 года
инженером Гулямом Мухаммадом Фархадом, бывшим в то время президентом департамента энергетики, а
впоследствии мэром Кабула. Ее главными редакторами являлись Кодратулла Ходад, затем Набиулла Рафи
и снова К.Ходад. Сторонники «Афган меллят» называли себя «социал-демократами», а свою организацию
– «Джамиате сосиал демократ» («Социал-демократическое общество») или «Афган сосиал демократс»
(«Афганские социал-демократы»). Их лидером и идеологом вплоть до своей смерти являлся Г.М.Фархад
(«папа Фархад», как его называли его приверженцы). На формирование его эклектических взглядов оказа-
ла воздействие учеба в 30-х годах в фашистской Германии.
Идейно-политическое кредо «Афган меллят» было изложено в редакционной статье ее первого номе-
ра, где говорилось об «острой необходимости выявить и ликвидировать элементы упадка афганской на-
ции», возрождения и упрочения «афганского национального духа», «афганского духовного величия»,
«высоких целей и интересов афганства» [6]. «Дух афганства» объявлялся исключительным источником
социального прогресса, материального и духовного расцвета нации и государства. Выступая с крайних
националистических позиций, идеологи «Афган меллят» призывали придать языку пушту статус общена-
родного языка и более того «соединить все народы, расы и племена Афганистана в одну нацию, а тради-
ции и социально-правовые факторы, составляющие их материальную и духовную жизнь, – в одну культу-
127
ру» [7]. Проповедь афганского (пуштунского) национализма как единственного пути решения всех про-
блем страны дополнялась в «Афган меллят» геополитической идеей создания «Великого Афганистана» в
границах империи Ахмад-шаха Дуррани, существовавшей непродолжительное время во второй половине
XVIII в. С идеей «Великого Афганистана» смыкались и подходы афганмеллятовцев к решению пуштун-
ской проблемы. В противовес официальному курсу о предоставлении зарубежным пуштунам права на само-
определение «Афган меллят» требовала для них национальной независимости и создания свободного Пушту-
нистана [8]. В целом занимая антиимпериалистические позиции, газета решительно выступала против уси-
ления в стране иностранного (западного) влияния.
«Афган меллят» не обходила молчанием и острые социальные проблемы, волновавшие афганское об-
щество. Однако она не смогла выдвинуть сколько-нибудь существенную программу их решения, ограни-
чившись лишь общими декларациями, вроде искоренения в органах власти взяточничества и продажно-
сти, ликвидации нищеты, безработицы и несправедливости в обществе, предоставления земли безземель-
ным крестьянам, запрещения ввоза в страну предметов роскоши, введения прогрессивного подоходного
налога и т.п. [9]. Не вносила ясности в раскрытие социально-экономической программы «Афган меллят» и
выдвигавшаяся ею идея так называемого «националоно-демократического социализма». Суть этой идеи
фактически свелась к голой констатации того, что ее основу должны были составить конституционно-
монархический строй и создание демократического общества [10].
Одной из «проходных» тем «Афган меллят» была критика высокопоставленных должностных лиц.
Они обвинялись в коррупции, злоупотреблениях властью и других прегрешениях. Нередко доставалось на
орехи и членам кабинета М.Х.Майвандваля, а также его Партии прогрессивных демократов (ППД). Неко-
торые зарубежные историки-афганисты склонны считать, что такое повышенное «внимание» к правитель-
ству и ППД объяснялось прежде всего неприязненным отношением лично издателя «Афган меллят»
Г.М.Фархада к М.Х.Майвандвалю, которое сложилось еще тогда, когда первый занимал пост президента
департамента энергетики, а второй был премьер-министром [11]. В ряду многих публикаций на эту тему
большой резонанс в обществе вызвала статья газеты от 25 апреля 1967 года, озаглавленная «Являются ли
шпионами государственные служащие?». Поскольку в ней представители госаппарата обвинялись в связях
с ЦРУ, вопрос был вынесен на обсуждение Вулуси джирги. Хотя в парламенте обвинение не получило до-
кументального подтверждения и не было поддержано, однако М.Х.Майвандвалю и членам его кабинета,
присутствовавшим при обсуждении на заседании Вулуси джирги, пришлось пережить немало неприятных
минут. Из-за данной скандальной статьи газета «Афган меллят» решением правительства была закрыта на
девять месяцев. Ее издание возобновилось лишь 20 февраля 1968 года, то есть уже после ухода в отставку
правительства М.Х.Майвандваля. Газета вновь была закрыта 6 февраля 1972 года в связи с резкой крити-
кой правительства А.Захира по вопросу о Пуштунистане.
Примерно на таких же позициях стояла и газета «Меллят» («Нация»), выпускавшаяся с 25 сентября
1971 года по 10 января 1972 года отколовшейся от «Афган меллят» группой деятелей правого крыла пуш-
тунских националистов. Ее издателем и главным редактором был Феда Мухаммад Федаи, а активными ав-
торами – Надир Хассас, Рахмат Зафар Алькозай, Г.Джалальзай. Причиной запрещения издания газеты, как
и «Афган меллят», явились ее антиправительственные публикации по пуштунской проблеме.
Борьба идей, взглядов и платформ среди политически активной афганской общественности приняла
особенно острый и жаркий характер после выхода в свет в начале апреля 1966 года газеты «Хальк» и
опубликования ею Демократической программы Хальк. Прямым вызовом данной газете и ее программе
явилось издание с 11 мая газеты «Мардом». Ее издателем стал известный художник и литератор Сеид Мо-
каддас Негах, а главным редактором - Гулям Мохиэддин Тафвиз. Цель издателей «Мардом» – конфронти-
ровать с идеями и взглядами «Хальк» («Народ») – раскрывалась не только содержанием их программных
установок, но и такими деталями-противопоставлениями, как название газеты (в переводе с дари «Мар-
дом» означает «народ» с оттенком «все люди»), ее цветовое оформление (название газеты «Хальк» печа-
талось краской алого цвета, « Мардом» же использовала почитаемый мусульманами зеленый цветц; этим
подчеркивалась приверженность издателей исламским ценностям), подзаголовком названия газеты (у
«Хальк» в подзаголовке стояли слова «Выразитель народно-демократических взглядов», а у «Мардом» –
«Орган подлинных чаяний народа») и даже названием программных материалов (у «Хальк» – «Демокра-
тическая программа Хальк», а у «Мардом» – «Демократические чаяния народа»).
Уделяя в своих публикациях большое внимание социальным проблемам и признавая наличие в афган-
ском обществе классов и классовых различий, «Мардом» считала недопустимой и даже преступной клас-
совую борьбу и «любую мысль о революции» (так как они противоречили принципам «исламизма» и «аф-
ганизма») и призывала все слои и группы населения к сотрудничеству и союзу в рамках конституции и на
принципах национализма [12]. Путь к прогрессу и возрождению страны газета предлагала искать не «в ис-
тории социалистической революции или капиталистического развития», а в «исторической исключитель-
ности» афганского общества, «особенностях афганской нации» и решительном отказе от «слепого исполь-
зования враждебных идеологий». При этом, следует заметить, авторы «Мардом» не отрицали необходи-
мости использования опыта других стран с учетом специфики развития Афганистана для преодоления его
экономической отсталости. Идеологи газеты, ратуя за «классовую гармонию» в обществе, требовали в ду-
хе воинствующего национализма «очистить страну от внутренних вредителей», устранить расовые, пле-
менные и классовые различия», «укрепить национальный дух» и в соответствии с принципом «Афгани-
стан – для афганцев!» исключить всякое идейное влияние извне, в том числе и со стороны великих дер-
128
жав, и защитить таким образом национальные традиции, культуру и религию Афганистана. Во внешнепо-
литическом плане они выступали за полный нейтралитет страны в мировых делах [13].
Публикации «Мардом», несмотря на ее отдельные критические высказывания в адрес властей, в це-
лом, находили одобрение и поддержку в правящих кругах страны. Однако в афганском обществе ее про-
граммные установки, носившие, в основном, лозунговый характер, не получили сколько-нибудь заметной
популярности и признания, хотя и не остались без внимания со стороны радикально настроенной демо-
кратической прессы. В частности, в газетах «Хальк» и «Пейаме эмруз» появился ряд статей, в которых в
острой полемической форме рассматривались идеи и взгляды «Мардом» и подчеркивалась их утопич-
ность, неприемлемость и реакционность. «Мардом» просуществовала немногим более одного месяца и
была закрыта в связи с исчезновением причины ее появления – запретом газеты «Хальк».
Во второй половине 60-х годов, в условиях ускорившегося роста и укрепления элементов капитализма
в экономике Афганистана и появления первых признаков кризиса монархии, в движение пришли различ-
ные прослойки национальной буржуазии, либерально настроенная часть правящих кругов и представите-
ли элитарной интеллигенции. Они группировались вокруг независимых, частных газет, как-то: «Мосават»
(«Равенство»), «Караван», «Джабхайи мелли» («Национальный фронт»), «Пактика», «Эттехаде мелли»
(«Национальный союз»), «Рузгар» («Время»), «Афган», «Афкаре нау» («Новые взгляды»), отчасти «Хай-
бар», упоминавшейся выше «Афган меллят» и некоторых других. Их идейно-политические и социальные
программы, несмотря на определенные различия между ними, были в целом ориентированы на нацио-
нально-буржуазное развитие страны, в основу которого должны были быть положены принципы национа-
лизма (а у некоторых группировок – и пуштунского шовинизма), религии, социального эгалитаризма и
буржуазной демократии при сохранении существовавшего в Афганистане конституционно-
монархического строя.
Среди названных выше национально-буржуазных группировок наиболее идейно и политически за-
метной являлась Партия прогрессивных демократов, основы которой были заложены еще в 1965 году то-
гдашним премьер-министром Мухаммадом Хашимом Майвандвалем. Ее печатным органом стала газета
«Мосават», издававшаяся с января 1967 года (в литературе по Афганистану нередко ППД называют груп-
пировкой «Мосават»). Издателями газеты последовательно были Абдушакур Рашад и Мухаммад Шариф
Айюби, а главными редакторами – Мухаммад Рахим Эльхам и Абдул Гани Майванди. В газете активно
сотрудничали Модаккак М.Камель, Моманд, Абдуррауф Бенава и другие. Узловые программные установ-
ки ППД были изложены премьер-министром М.Х. Майвандвалем в августе 1966 года в его речи по случаю
празднования Дня независимости [14]. В ней он заявил о намерении бороться за «создание свободного и
прогрессивного общества», «против нищеты, болезней, неграмотности, социальной несправедливости и
остатков феодализма», «против деспотизма и реакции» в соответствии с нормами «ислама, конституцион-
но-монархического строя, национального чувства, демократии и социализма» [15]. Позднее газета «Мос-
ават», раскрывая содержание этих пяти элементов как основы идейно-политической платформы «прогрес-
сивных демократов», писала: «Ислам – это основа нашего мировоззрения; конституционная монархия –
гарантия национального суверенитета; национализм – отражение исторических реальностей; демократия –
наш путь развития; социализм – наша цель построения прогрессивного общества, живущего едиными ин-
тересами» [16].
Необходимо подчеркнуть, что намерение бороться за утверждение в афганском обществе демократи-
ческих ценностей и социальной справедливости для «трудовых обездоленных классов» составляло ключе-
вое звено в программных лозунгах «прогрессивных демократов». При этом идеологи «Мосават» исходили
из того, что в стране существуют антагонистические социальные противоречия и, в принципе, два проти-
воположных класса – «друзья» и «враги». К первому из них они относили всех тех, кто страдал от произ-
вола и эксплуатации, а ко второму, «паразитическому классу», – ханов племен, крупных землевладельцев,
ростовщиков, торговцев-компрадоров, капиталистов, коррумпированную бюрократию. «Прогрессивные
демократы», принципиально отвергая насилие как средство решения общественных проблем, считали, од-
нако, что ликвидировать классовые противоречия и эксплуатацию людей труда и «построить здание сво-
боды и подлинного равенства» следует не посредством классовой борьбы и насильственной революции, а
только мирным, законным путем или, другими словами, через «молчаливую», «законную» революцию
[17].
Декларируя программу умеренной эволюции в рамках закона и парламентской демократии как путь
универсального решения общественных проблем страны [18], ППД и ее сторонники особое значение при-
давали укреплению надстроечных структур государства: созданию парламентского режима власти, обес-
печению плодотворного сотрудничества трех ветвей власти (исполнительной, законодательной и судеб-
ной), совершенствованию административно-управленческого аппарата и очищению его от извечных поро-
ков – коррупции, взяточничества, вымогательств, злоупотреблений властью и т.п. Не оспаривая идею о
введении в стране многопартийной системы, они тем не менее ставили своей целью «ограничить действия
экстремистских элементов», подразумевая под последними прежде всего левые силы [19].
В социально-экономической области М.Х.Майвандваль и его единомышленники заявили о привер-
женности политике «руководимой смешанной экономики», провозглашенной еще М.Юсуфом, предшест-
венником М.Х.Майвандваля на посту премьер-министра. При этом лидер «прогрессивных демократов»,
излагая экономическую программу своего правительства и ППД в упомянутой выше августовской (1966
г.) речи, обещал уделить первостепенное внимание развитию легкой промышленности как основы первого
129
этапа индустриализации страны, повышению роли государственного планирования в активизации дея-
тельности госсектора и частного капитала, поощрению ремесленного производства и кооперативного
движения, расширению кредитной системы, внесению изменений в налоговую систему «в духе социаль-
ной справедливости», предоставлению таможенных льгот частному предпринимательству, увеличению
объема экспорта традиционных для Афганистана товаров (каракуля, шерсти, хлопка, ковров и др.) [20]. В
дальнейшем эта программа была дополнена требованиями национализации внешней торговли, банков,
рудников, энергетических и промышленных объектов, а также проведения в стране культурной револю-
ции [21]. В крестьянском вопросе «прогрессивные демократы» пошли заметно дальше некоторых других
национально-буржуазных группировок. Признав существование в афганской деревне пережиточных фео-
дальных форм эксплуатации крестьян со стороны землевладельцев (по выражению М.Х.Майвандваля, –
«паразитического класса») и, как следствие этого, «социальной неустойчивости в стране», они предложи-
ли провести аграрную реформу, предусматривавшую незначительное ограничение земельной собственно-
сти, пересмотр условий земельной аренды, наделение крестьян землей из государственного земельного
фонда, создание государственных ферм и крестьянских сбытовых и потребительских кооперативов, по-
мощь крестьянам семенами, сельскохозяйственным инвентарем и удобрениями. Вместе с тем ППД не вы-
двигала задачу ликвидации в Афганистане феодально-помещичьего землевладения [22].
В программных лозунгах и публикациях «Мосават» постоянно присутствовала тема социализма.
Под социализмом «прогрессивные демократы» понимали общество социальной справедливости и р а-
венства, общество подлинной, «народной», демократии. Они считали, что к нему неизбежно придут
эволюционным путем все народы, в том числе и промышленно развитых капиталистических госу-
дарств. Что касается развивающихся стран, включая и Афганистан, то они, по мнению идеологов
ППД, из феодализма «сразу шагнут в социализм», так как в них острее всего проявляются обществен-
ные противоречия из-за огромного разрыва в положении имущих и неимущих классов и сильнее всего
сказывается влияние социалистических идей [23].
М.Х.Майвандваль и его сторонники, выражая, прежде всего, взгляды либерально настроенной части
правящих кругов, стремились создать правительственную партию, которая могла бы сплотить вокруг себя
и примирить представителей различной политической ориентации. Именно этой цели должна была слу-
жить программа партии, эклектически соединившая широкий набор идей, взглядов и лозунгов – от клери-
кальных, националистических до социалистических. Организационные основы Партии прогрессивных
демократов были изложены в проекте ее Устава, опубликованном в газете «Мосават» 1 и 15 февраля 1967
года (то есть тогда, когда ее лидер М.Х. Майвандваль занимал еще пост премьер-министра Афганистана).
Следует, однако, признать, что данный замысел по созданию партии не был подкреплен со стороны ее ор-
ганизаторов кропотливой практической работой. Сказалось и то, что ее социальная база оказалась слиш-
ком узкой и притом довольно пестрой с идейной и политической точек зрения. В итоге после ухода в от-
ставку кабинета М.Х. Майвандваля 12 октября 1967 года деятельность ППД ограничивалась, в основном,
идейно-теоретическими изысканиями в ущерб ее практической деятельности. В ходе последующих бур-
ных событий афганской истории Партия прогрессивных демократов, оставаясь по-прежнему численно не-
большой группой, не сумела сохранить себя как организацию и сошла с арены общественно-политической
борьбы, а судьба ее лидера М.Х.Майвандваля оказалась весьма трагической. Печатный орган партии – га-
зета «Мосават» – просуществовал до конца 1971 года.
В марте 1968 года, вслед за газетой «Парчам», в Кабуле стала издаваться газета «Садайи авам» («Го-
лос масс») – печатный орган одноименной политической группировки. Ее издателем и главным идеоло-
гом был депутат Вулуси джирги д-р Абдул Карим Фарзан, а главным редактором – Мухаммад Ареф Ха-
нифи. Общественно-политическая позиция газеты была сформулирована в ее подзаголовке – «Орган вели-
ких идей и чаяний трудовых демократических масс». «Садайи авам», поставив своей целью «борьбу за
права угнетенного трудового народа Афганистана», подвергала критике существовавший общественный
строй, экономически и политически господствовавшие в стране классы, показывала тяжелые жизненные
условия и бесправное положение трудящихся масс города и деревни, обличала социальное неравенство и
несправедливость. Избавление от нищеты, бед, страданий и бесправия трудовых слоев населения и отста-
лости страны газета видела в «передаче политической и экономической власти народу на основе волеизъ-
явления трудящихся» и создании национально-демократического правительства, выборе некапиталисти-
ческого пути развития и проведении социально-экономических реформ, в том числе и аграрной реформы,
национализации внешней торговли, банков и страхового дела, расширении и укреплении государственно-
го сектора, создании кооперативов, отмене налогов на малоимущие слои населения города и деревни, по-
вышении жизненного уровня простого народа, расширении системы здравоохранения и образования,
обеспечении социальной защиты трудящихся через создание профсоюзов и конфедераций рабочих, кре-
стьян и других категорий граждан, борьбе за гуманистические идеалы и т.д. Раскрывая детали своей ради-
кальной программы, авторы «Садайи авам», однако, не предлагали конкретных форм, средств и методов
борьбы за ее реализацию, хотя, впрочем, и заверяли в своей приверженности законной и легальной дея-
тельности [24]. В целом, по своим идейным взглядам «Садайи авам» была близка к газетам «Хальк» и
«Парчам». Вокруг нее объединялась относительно небольшая группа представителей мелкобуржуазной,
демократически настроенной интеллигенции и государственных служащих. Несмотря на свою малочис-
ленность, на парламентских выборах 1965 года группировка провела в нижнюю палату несколько своих
членов во главе с д-ром А.К. Фарзаном и вместе с депутатами от НДПА образовала в Вулуси джирге
130
фракцию демократического меньшинства. Газета «Садайи авам» просуществовала неполных три месяца и
после выхода в свет 17 номера была закрыта в связи с уходом в отставку ее главного редактора, однако
политическая деятельность ее сторонников (особенно среди студенческой молодежи и чиновничества сто-
лицы) на этом не прекратилась.
В 60-х годах среди радикально настроенной мелкобуржуазной интеллигенции и чиновничества Афга-
нистана, и особенно среди столичной студенческой и учащейся молодежи, получили распространение ле-
воэкстремистские взгляды и идеи. Первоначально центром притяжения для этих элементов явился кружок
по изучению революционной теории, во главе которого стояли члены популярной среди радикалов-
разночинцев семьи Махмуди - д-р Абдуррахим Махмуди и д-р Абдул Хади Махмуди (соответственно брат
и племянник д-ра Абдуррахмана Махмуди). После неудавшейся попытки создания партии «Объединен-
ный национальный фронт Афганистана» и распада комитета по ее организации, в который входил в числе
других и д-р Абдуррахим Махмуди, его сторонники, студенты Кабульского университета, осенью 1965
года в разгар студенческих волнений создали «Организацию прогрессивной молодежи», получившую
позже название «Джарйане шоалеи джавид» (Движение «Вечное пламя»). Социальный состав его участ-
ников был довольно пестрым и представлен выходцами как из полупролетарских и мелкобуржуазных сло-
ев, так и из состоятельных семей. Что касается национальной принадлежности, то в их рядах преобладали
представители национальных меньшинств, прежде всего хазарейцы, ядро которых во главе с братьями Са-
деком Яри и Акрамом Яри, принадлежавшими к влиятельному семейству Чокри, составляло в Шоалеи
джавид ее наиболее экстремистскую часть [25]. Широкое представительство в организации хазарейского
элемента явилось следствием не только давно накопившегося «бунтарского» заряда среди данного этноса
на почве его глубокого недовольства своим социальным и национальным неравенством и униженностью,
но и проникновением и деятельностью в его рядах китайской агентуры, избравшей Хазараджат в качестве
полигона для подтверждения маоистской доктрины «народной войны». Здесь следует заметить, что в пер-
вое время существования упомянутой организации в ее идейных позициях и деятельности не находили ка-
кого-либо заметного проявления ультрареволюционные воззрения и лишь спустя несколько лет, под влия-
нием маоистской пропаганды и усиления советско-китайской идеологической конфронтации ее левоэкс-
тремистская, маоистская ориентация стала определяющей.
Печатным органом организации была еженедельная газета «Шоалеи джавид» («Вечное пламя»), вы-
ходившая в Кабуле на языках дари и пушту с 4 апреля по 10 июля 1968 года. В ее подзаголовке указывалось,
что она является «Органом новой демократической мысли» (в связи с этим члены данной политической
группировки называли себя «новыми демократами»). Издателем и главным редактором газеты был д-р
Абдуррахим Махмуди, а ее активными авторами - д-р Абдул Хади Махмуди, инженер Мухаммад Осман
(Ланди), Абдулла Махмуди, Васеф Бахтари, Асад и другие.
Программные установки «Шоалеи джавид» в их общих чертах были изложены в статье Абдуррахима
Махмуди «Цели нашего издания», опубликованной в первом номере газеты. Говоря о предназначении га-
зеты, ее издатель указал, что она призвана всесторонне и глубоко раскрыть причины отсталости страны и
бедственного положения ее населения, ознакомить с этими причинами народ и повести его «по пути ре-
шительного и последовательного освобождения на основе новой прогрессивной идеологии нашей эпохи»
(имелся в виду марксизм. – М.С.). В числе основных задач движения А.Р.Махмуди называл: 1) в нацио-
нальном вопросе – достижение «подлинного экономического, политического, общественного и культур-
ного равенства всех национальностей и национальных меньшинств»; 2) в международной сфере – «под-
держку национально-освободительных движений народов» и разоблачение «всех интриг, преследующих
цель представить эти движения как опасность для дела мира»; 3) в области экономики – борьбу против во-
влечения афганской экономики на путь полуколониального развития и открытие пути «к становлению
подлинной независимости национальной экономики»; 4) в области культуры – борьбу «против отжившей
феодальной культуры и влияния порочной культуры колониализма», сохранение «культурного наследия
трудового народа под сенью новой культуры современной эпохи»; 5) в идеологической области – «озна-
комление масс с передовой идеологией» и борьбу «с различными идеологическими отклонениями как на
национальном, так и международном уровнях». Касаясь проблемы Пуштунистана, автор статьи ушел от
ответа на вопрос о путях ее решения и лишь туманно констатировал, что «правящий класс, держащий в
цепях собственный народ, никогда не сможет освободить от цепей другой народ» [26].
Одним из первых вопросов, которые стали предметом анализа на страницах «Шоалеи джавид» (как,
впрочем, в это же время и в газете «Парчам»), был вопрос о классовом составе афганского общества и ха-
рактере социально-классовых отношений в стране. Наиболее полно он был раскрыт в статье М.Османа
«Взгляд на современные классовые отношения в нашем обществе», опубликованной в двух номерах газе-
ты за 4 и 11 апреля 1968 года. По его взглядам, Афганистан того времени «с экономической точки зрения
являлся полуколониальной страной», в которой, в основном, господствовал «феодальный способ произ-
водства». Отталкиваясь от этой посылки и характеризуя классовую структуру афганского общества в со-
ответствии с маоистской идеологической схемой, он делил общество на эксплуататоров (купцы-
компрадоры и помещики), производителей (рабочие и крестьяне) и так называемый «средний класс», куда
относил мелких чиновников и торговцев, интеллигенцию, средних землевладельцев, ремесленников, на-
циональную буржуазию. Купцы-компрадоры и помещики, причислявшиеся им к «внутренним врагам»,
делились на «бюрократов» (то есть тех, кто находился на службе в государственном аппарате) и «небюро-
кратов» (всех остальных). «Производительные классы» подразделялись, в свою очередь, на три группы:
131
«угнетенных» (сюда относились те, кто не владел никакими средствами производства; под ними понима-
лись, видимо, рабочие и батраки); «полуугнетенных» (те, кто владел примитивными средствами производ-
ства, как-то: ремесленники, кустари, мелкие торговцы) и крестьянство - «главный производитель бо-
гатств» [27]. Идеологи «Шоалеи джавид» рассматривали крестьянство, составлявшее большинство на-
селения страны, как главную движущую силу революционного движения, как класс -гегемон, способ-
ный сплотить вокруг себя «угнетенных» и «средний класс», повести их за собой в борьбе против им-
периализма и феодализма и «довести освободительное, демократическое движение до его конечных и
действительных целей», то есть социализма [28].
Афганские ультралевые, выдвигая задачи захвата политической власти, ликвидации существовавшего
строя и создания справедливой общественной системы, ориентировались исключительно на использова-
ние силы и насилия в политической борьбе и отвергали другие, «мирные» формы и средства борьбы, в ча-
стности участие в парламентской деятельности, называя ее «обманом трудящихся масс». Хотя они и гово-
рили о намерении бороться за создание правительства национальной демократии, однако мыслили его без
участия представителей национальной буржуазии, что на деле означало не что иное, как отказ от идеи на-
циональной демократии [29].
Идейные и политические установки группировки Шоалеи джавид не были пустыми декларациями.
Она активно включилась в политическую борьбу, провоцируя при этом столкновения с властями и ис-
пользуя нередко силу против своих идейных противников. Уже в середине июня 1968 года ее лидеры ор-
ганизовали у столичного кинотеатра «Памир» массовый митинг с участием рабочих завода «Джангалак» и
городских жителей, преимущественно хазарейцев. Митинг закончился столкновениями с полицией и жан-
дармерией, в ходе которых несколько рабочих были убиты. За провоцирование беспорядков были аресто-
ваны и приговорены судом к различным срокам тюремного заключения (от шести месяцев до 13 лет) 14
членов организации, в том числе М.Осман и А. Хади Махмуди. Вслед за этим были арестованы еще шесть
ее сторонников. В итоге группировка Шоалеи джавид была обезглавлена. Правда, часть активных деяте-
лей организации (д-р Абдулла, Сефи, Азим Махмуди, Тахер Мохсени, Наджиб и др.) уже в декабре этого
же года были выпущены из тюрьмы Димазанг. Однако ее главные руководители остались за решеткой.
Через месяц после их ареста была закрыта и газета «Шоалеи джавид».
Трагические последствия акций открытого политического авантюризма и репрессий властей против
Шоалеи джавид вызвали в рядах организации и среди ее сторонников недовольство деятельностью «семьи
Махмуди» и раздоры по поводу, главным образом, тактики и форм борьбы. Но, пожалуй, одним из весьма
показательных результатов экстремизма афганских маоистов в тот момент явилась утрата ими доверия в
среде рабочих. Как признавали сами шоалеевцы, после событий июня 1968 года «рабочие отошли от уча-
стия в политической деятельности организации». Распри среди руководства Шоалеи джавид привели к не-
скольким расколам. Вначале от организации откололась часть ее членов и образовала две самостоятель-
ные группировки – первая во главе с братьями Яри, назвавшая себя «Организацией молодых марксистов»,
и вторая («Группа критиков») под руководством М. Османа (Ланди). Затем в 1971 году из Шоалеи джавид
вышла группировка «Революционный отряд народов Афганистана». Таким образом, организация афган-
ских ультралевых распалась на ряд групп и течений. Однако в открытой деятельности они продолжали
пользоваться ее прежним названием, создавая этим видимость единства [30].
В условиях разочарования рабочих в лозунгах и призывах шоалеевцев последние активизировали ра-
боту среди мелкобуржуазной молодежи и интеллигенции. И надо сказать, в этой социальной среде, где
бунтарские настроения всегда имели довольно глубокие корни, они нашли немало своих сторонников и
последователей. Опираясь на их поддержку и нередко действуя вместе с правыми клерикалами, левоэкс-
тремистские группировки в 1968-1973 годах инспирировали многие выступления студенческой и учащей-
ся молодежи, сопровождавшиеся, как правило, нападениями на активистов НДПА и других демократиче-
ских организаций. Так это, например, случилось весной 1969 года во время выступлений студентов Ка-
бульского университета. Вслед за данным инцидентом власти арестовали около 30 членов Шаолеи джа-
вид. 24 октября 1971 года в Герате во время демонстрации по случаю годовщины событий 3 акраба ими
был убит ударом ножа юноша-халькист Абдул Кадыр, несший красный флаг, и несколько членов НДПА
ранены. Весной 1972 года в ходе первомайской демонстрации в Кабуле афганские маоисты учинили дра-
ку с другими ее участниками [31]. Следует отметить, что афганские ультралевые занимали особо непри-
миримую позицию в отношении обеих фракций НДПА и видели в них, наряду с монархическим режимом,
главную цель своей борьбы. В начале 70-х годов шоалеевцы (в частности группа М. Османа), не удовле-
творившись легальными формами борьбы, предприняли попытку создать вооруженные отряды в провин-
циях для ведения партизанской войны против властей, а летом 1975 года поддержали антиправительст-
венное вооруженное выступление в Панджшере, Бадахшане и некоторых других районах страны, органи-
зованное правыми исламскими экстремистами.
Несмотря на расколы в организации, шоалеевцы тем не менее пользовались заметным влиянием в Ка-
бульском университете, Кабульском политехническом институте и столичных лицеях. В конце 1971 года
они получили на выборах в Совет Ассоциации студентов Кабульского университета 21 место из 49, а в
Исполнительный комитет Совета – 4 из 13 мест [32]. Не менее значительное представительство маоисты
имели и в Союзе преподавателей университета (Шоалеи джавид – 8 мест, Хальк – 13 и остальные – неза-
висимые). Члены Шоалеи джавид действовали также среди афганских студентов, обучавшихся за рубе-
жом, в частности в Советском Союзе и в странах Западной Европы. В ФРГ афганские маоисты выпускали
132
свою газету «Гахр» («Гнев») с подзаголовком «Орган афганских марксистов за рубежом».
В целом деятельность промаоистских группировок в Афганистане пагубно отражалась на оппозици-
онном демократическом движении. Они вносили раскол в ряды прогрессивных сил, компрометировали их
своими экстремистскими действиями и постоянно давали повод властям для репрессий и гонений против
приверженцев левых взглядов.
Заключая все сказанное выше, следует отметить, что деятельность разношерстной афганской оппози-
ции, которой удалось в рассматриваемые годы вовлечь в свою орбиту довольно значительные, по масшта-
бам Афганистана, слои и группы населения, заметно расшатала устои власти. В сложившейся обстановке
монархическая верхушка, стремясь ослабить остроту социальной критики и восстановить политическую
стабильность в обществе, попыталась резко активизировать противодействие оппозиционным течениям и
взглядам. При этом она особые надежды возлагала на мусульманскую религию и многочисленный аппарат
духовенства.
Литература и источники
1. Зальмай, Мухаммад Вали. Известные печатные издания Кабула. - Кабул, 1989. - На языке пушту;
Dupree L. Afghanistan. - Princeton, N.J.: Princeton University Press, 1980. - P.602-607.
2. Вахдат. - 1966, 15 марта.
3. Вахдат. - 1966, 21 января, 15 марта, 2, 9 и 22 мая.
4. Пейаме эмруз. - 1966, 6 марта.
5. Афган меллят. - 1966, 13 и 21 декабря; см. об этом тж: Ахрамович Р.Т. Афганистан в 1961-1966 гг. -
Политическое положение. Конституционная реформа. - М.: Наука, 1967. - С.121.
6. Афган меллят. - 1966, 5 апреля.
7. Афган меллят. - 1966, 26 апреля.
8. Афган меллят. - 1966, 27 декабря.
9. Там же.
10. Там же.
11. Dupree L. Afghanistan. - P.612-613.
12. Демократические чаяния народа // Мардом. - 1966, 11 мая.
13. Там же.
14. Речь премьер-министра Мухаммада Хашима Майвандваля по случаю наступления 48 года независимо-
сти Родины. - Кабул, 1966. - На языке пушту.
15. Там же.
16. Мосават. - 1969, 21 мая.
17. Речь премьер-министра М.Х. Майвандваля по случаю наступления 48 года независимости Родины;
Мосават. - 1967, 18 января, 19 апреля, 21 и 24 мая; 1968, 26 июня и 2 июля.
18. Ахрамович Р.Т. Афганистан в 1961-1966 гг. - С.122.
19. Речь премьер-министра М.Х. Майвандваля по случаю наступления 48 года независимости Родины.
20. Там же.
21. Мосават. - 1968, 2 мая.
22. Речь премьер-министра М.Х. Майвандваля по случаю наступления 48 года независимости Родины;
Мосават. - 1968, 29 мая; 1969, 11 июня; История Афганистана. - М.: Мысль, 1982. - С.292.
23. Мосават. - 1968, 2 июля; см. об этом подробнее: Коргун В.Г. Интеллигенция в политической жизни
Афганистана. - М.: Наука, 1983. - С.126-128.
24. Садайи авам. - 1968, 27 марта и 17 апреля; см. об этом же: Коргун В.Г. Интеллигенция в политической
жизни Афганистана. - С.136-140; История Афганистана. - С.296-298.
25. Актуальные проблемы афганской революции. - М.: Наука, 1984. - С.264.
26. Шоалеи джавид. - 1968, 4 апреля.
27. Осман М. Взгляд на современные классовые отношения в нашем обществе // Шоалеи джавид. - 1968, 4
и 11 апреля.
28. Там же; Шоалеи джавид. - 1968, 25 апреля, 9 мая.
29. Шоалеи джавид. - 1968, 24 апреля, 9, 23 и 30 мая.
30. Актуальные проблемы афганской революции. - С.266-268.
31. О Народно-демократической партии Афганистана (авангарде рабочего класса страны). - Кабул, 1976
(перев. с дари; машинописный текст). - С.22-23.
32. Караван. - 1971, 11 ноября.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-81089 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1562-0808 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-11-27T12:35:17Z |
| publishDate | 2001 |
| publisher | Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Слинкин, М.Ф. 2015-05-05T11:11:24Z 2015-05-05T11:11:24Z 2001 Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. / М.Ф. Слинкин // Культура народов Причерноморья. — 2001. — № 22. — С. 125-134. — Бібліогр.: 32 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/81089 ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Вопросы духовной культуры – ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. Article published earlier |
| spellingShingle | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. Слинкин, М.Ф. Вопросы духовной культуры – ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| title | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. |
| title_full | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. |
| title_fullStr | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. |
| title_full_unstemmed | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. |
| title_short | Либеральная и левоэкстремистская оппозиция в Афганистане в 60-х - начале 70-х гг. |
| title_sort | либеральная и левоэкстремистская оппозиция в афганистане в 60-х - начале 70-х гг. |
| topic | Вопросы духовной культуры – ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| topic_facet | Вопросы духовной культуры – ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/81089 |
| work_keys_str_mv | AT slinkinmf liberalʹnaâilevoékstremistskaâoppoziciâvafganistanev60hnačale70hgg |