"Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности)
В статье исследуются некоторые аспекты феномена городского двора как особой территориально-пространственной и социальной общности, его роль в культурной жизни горожан. Затрагиваются особенности мифосимволической интерпретации феномена в разных исторических системах. Городской двор рассматривается в...
Saved in:
| Published in: | Наука. Релігія. Суспільство |
|---|---|
| Date: | 2013 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Інститут проблем штучного інтелекту МОН України та НАН України
2013
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/86896 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) / А.А. Агаркова // Наука. Релігія. Суспільство. — 2013. — № 1. — С. 102-108. — Бібліогр.: 12 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1860038508396150784 |
|---|---|
| author | Агаркова, А.А. |
| author_facet | Агаркова, А.А. |
| citation_txt | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) / А.А. Агаркова // Наука. Релігія. Суспільство. — 2013. — № 1. — С. 102-108. — Бібліогр.: 12 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Наука. Релігія. Суспільство |
| description | В статье исследуются некоторые аспекты феномена городского двора как особой территориально-пространственной и социальной общности, его роль в культурной жизни горожан. Затрагиваются особенности мифосимволической интерпретации феномена в разных исторических системах. Городской двор рассматривается в контексте кризиса и трансформации культурной идентичности на современном этапе.
У роботі досліджуються певні аспекти феномену міського двора як особливої територіально-просторової і соціальної спільноти, його роль у культурному житті вітчизняних городян. Міський двір розглядається в контексті кризи та трансформації культурної ідентичності на сучасному історичному етапі.
Some aspects of the phenomenon of town court, territorial and spatial integrity, its role in cultural life of modern domestic city dwellers are examined in the article. The value of town court in the context of crisis and transformation of cultural identity on the current cultural and historical stage is marked.
|
| first_indexed | 2025-12-07T16:54:33Z |
| format | Article |
| fulltext |
ISSN 1728-3671 «Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 102
ССООЦЦІІААЛЛЬЬННАА ФФІІЛЛООССООФФІІЯЯ
УДК 351.85 (477)
А.А. Агаркова
Макеевский экономико-гуманитарный институт, Украина
«ГОРОДСКОЙ ДВОР»: СОЦИОКУЛЬТУРНАЯ ПОЭТИКА ЛОКУСА
(К ИЗУЧЕНИЮ ГРАНЕЙ КУЛЬТУРНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ)
В статье исследуются некоторые аспекты феномена городского двора как особой территориально-
пространственной и социальной общности, его роль в культурной жизни горожан. Затрагиваются особенности
мифосимволической интерпретации феномена в разных исторических системах. Городской двор рассматривается
в контексте кризиса и трансформации культурной идентичности на современном этапе.
Ключевые слова: локус, культурная идентичность, социокультурное значение, пространство.
Мой маленький дворик,
Ты очень мне дорог,
Я по тебе буду скучать…
(Из популярной советской песни)
Проблема поиска и осмысления культурной аутентичности, важной частью которой
выступает и городская, неизменно сохраняет свою актуальность в отечественной и зару-
бежной научной мысли [1-4], будучи обусловленной современными глобалистскими
тенденциями и усиливающейся интенсификацией социокультурных контактов.
Неслучайно поэтому образ города как сложный пространственно-символический
и историко-культурный феномен остается в кругу разнопланового анализа (социологи-
ческого, психологического, культурологического и пр.), лишь высвечивая со временем
все новые свои исследовательские грани [5-10].
Изучение «телосложения» и микротопики города в контексте индивидуального и
коллективного восприятия делает существенно значимым и показательным каждый его
внутренний сегмент. В конечном счете, это позволяет увидеть исторические, поколен-
ческие и культурно-идеологические особенности и метаморфозы восприятия человеком
своего бытия. С изменением роли этих привычных жизненных констант городской жизни
все более проблемным оказывается самоощущение человеком своей укорененности в
мире («дух места»). Это тем более важно, что в современной урбанистической, инфор-
мационно-глобализируемой технокультурной среде города претерпевают существенные
изменения многие важные звенья городского пространства (в контексте утверждения
формализованных, опосредованно-поверхностных, обезличенных форм коммуникации).
Среди этих сегментов и констант отечественного городского пространства и бытия
давно отвоевал свое особое место такой небольшой, незаметный жизненный мирок, как
городской двор. Интерес к этой малозаметной стороне городского социокультурного
пространства стал активно проявляться в последнее время [11-12], особенно актуализируя
социологические аспекты. И все же данная тема, на наш взгляд, нуждается в дальнейшей
разработке, особенно культурологических граней исследования феномена.
Поэтому цель данной статьи – рассмотрение социокультурной и символической
роли городского двора в едином городском пространстве в контексте осмысления граней
и уровней культурной идентичности. В фокусе предпринимаемых культурологических
наблюдений – семантика двора в разных исторических системах.
«Городской двор»: социокультурная поэтика локуса...
«Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 103
Наверное, трудно найти столь полисемантическое явление, как двор, присутству-
ющий во всех гранях жизненного бытия человека (двор аристократический и мужицкий,
столичный и провинциальный, городской и сельский, школьный и храмовый и пр.),
фиксируя и обозначая определенную, устойчивую, компактную социально-территори-
альную общность. Двор, подворотня, задворки… – наверное, ни в одном другом этно-
культурном контексте нет такого языкового богатства.
Казалось бы, вовсе не городские дворы с их «изнаночной» стороной жизни создают
особый, неповторимый образ, культурный профиль и духовно-пространственный силуэт
города, традиционно образуемый системой улиц, площадей, проспектов, исторических
памятников и учреждений культуры. Пространственно-территориальная среда городского
двора только кажется чем-то неочевидным и незначительным. Действительно, тотальный
«евроремонт» отечественных городов на современном этапе с традиционным набором
архитектурных элементов серийного «хай-тэка», подобно «пластической хирургии»
обезличивающий их индивидуальные образы, сочетается с уже привычной непрезента-
бельностью городских двориков, не предназначенных для сторонних глаз.
В известной работе Д. Линча «Образ города» [5], среди выделенных им важнейших
элементов городского пространственного ландшафта («пути», «границы», «узлы», «ори-
ентиры», «районы»), двора, конечно нет. Городской двор, вообще прежде всего особый
социокультурный феномен именно отечественной культуры.
Изучение поэтики городского двора позволяет лучше понять бытие повседневного,
срединного слоя городской среды. Образы городского двора не в последнюю очередь
вплетают свои узоры в единую ткань городской культурной идентичности. Городской
двор ассоциируется со стабильностью и преемственностью жизни («все, как раньше»).
Но он же становится и своеобразным мерилом происходящих перемен («уже все не так»).
Для разных поколений и возрастных групп образ своего двора связан или с проекцией в
собственное (часто идеализируемое) прошлое, или в моделируемое будущее. Однако
его восприятие местными обитателями вряд ли могло быть нейтральным, скорее эмо-
ционально нагруженным.
Образ двора, как и города, – единство субъективного и объективного, он многолик,
способен меняться в восприятии горожанина с возрастом, опытом, глубоко зависим и
от историко-культурной среды, и от индивидуальной культуры человека. Создается
удивительное многозвучие взаимодействующих городских социокультурных контекстов,
придающих неповторимое лицо каждой городской культуре. Образ малой Родины всегда
многослоен (регион, край, город, поселок) как воплощение обжитого, укорененного
жизненного пространства. Наверное, самым малым звеном в этой концентрической
системе родных локусов оказывается именно городской двор как отправная и итоговая
веха в жизненном пути горожанина. Пространство городского двора образует внутренне
замкнутую, локальную среду, особый жизненный микромир, невольно соединяющий
очень разные судьбы («наш двор», «родной двор» и пр.).
Занимая свое особое место в ряду знаковых пространственных элементов в образе
города (дом, улица, сквер, бульвар и т.п.), образ городского двора (дворика) исторически
создавал свою любопытную главу художественного градоречия, своей особой поэтики.
Образ двора (равно как и знаковая, колоритная фигура местного дворника) активно
присутствует в отечественной классике, нередко «играет» свою самостоятельную роль.
Двор становился объектом художественной интерпретации как в изобразительном искус-
стве (вроде знаменитого поленовского «Дворика»), так и в кругу литературных рефлексий.
В последнем случае порой возникает какая-то особая метафизика этого образа, нередко
интонируемого едва ли не как «живое существо». Как отражение бытовой жизненной
сферы весьма показательно доминирование в его интерпретации скорее снисходительно-
насмешливого, добродушного модуса, лишенного всякого пафоса.
А.А. Агаркова
«Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 104
Не секрет, что жизнь горожанина протекает в пространственных перемещениях от
малого к большому локусу и наоборот (квартира, дом, двор, улица, район, город). Как
уже не раз отмечалось, городскому сознанию свойственна постоянная перестройка в
меняющемся мире, дифференциация и усложнение пространства. Наш глаз вообще от
природы ищет работы, а не скольжения. В. Коган отмечал, что «для города важно под-
держивать более четкую структурную дифференциацию и индивидуальную обособлен-
ность внутренних пространств», делать их «соразмерными человеку и его реальным
потребностям» [6, с. 152].
Двор – древнейший пространственно-культурный топоним в кругу жизненного
существования человека, формирующийся и трансформирующийся вместе со становле-
нием этносов и этнических культур. Образ и роль двора как особого придомового про-
странства в каждой этнокультуре складывается в соответствии с местными традициями,
образом жизни, менталитетом как своеобразная форма освоения (окультуривания) дан-
ного жизненного пространства. Кроме того, каждый исторически новый тип культуры
выдвигал его определенную модель (со своими функциональными, социальными и эсте-
тическими задачами). Среди последних – античный перистильный двор, изящный мав-
ританский дворик, открытый, просторный двор эпохи Ренессанса. В каждой этнокультуре
при всех неизбежных переменах исторически воссоздаются свои сложившиеся архитек-
турно-ландшафтные особенности пространственной архитектоники двора как отражение
специфической социальной микросистемы, а в известной мере и общепринятого и уза-
коненного силой многолетней привычки жизненного стиля.
В советском (конструктивистском) городском ландшафте, когда дома строились
однообразными крупными кварталами, в основном в периферийных районах, решались
свои прагматические утилитарные задачи. «Здоровая рационалистичность» и обезли-
ченная «демократичность» в планировке жилых кварталов приобретала геометрический
характер. Жилые дома (повышенной этажности), появляясь вместо прежних традици-
онных улочек и тупичков, застроенных низкими домишками, чаще всего располагались
параллельными рядами, что позволяло упростить и механизировать строительство.
Семантика городского двора проявлялась в новом идеологическом контексте. Внутри-
квартальное пространство должно было реализовывать «рожденную революцией» кол-
лективистскую идею «агитплощадок» (для общих собраний жильцов). Между тем реаль-
ное бытие включало свою логику жизненного обустройства, которое происходило как
бы вопреки задаваемому обезличиванию городского ландшафта.
Вместе с изменением форм бытия человека изменялась роль и социокультурная
семантика двора как особого пространственного локуса: от предельной одомашненности
сельско-патриархальных жизненных реалий до более сложных, полифункциональных
форм в городских условиях.
Понятно, что в контексте городской или сельской пространственно-культурной
среды семантика двора существенно различна. Так, в славянской мифопоэтике она изна-
чально была связана с пограничной ситуацией «своего-чужого» мира. Эта архетипическая
семантика отчасти сохраняется и в городском контексте. В образе городского двора
заложена своеобразная семантическая двойственность. Как своеобразная смена тональ-
ности в нем периодически актуализировались то мотивы надежности и безопасности
привычного места (днем), то внешней опасности пространственного перехода-возвра-
щения, непредсказуемости и тревожных ожиданий (ночью). «Чужой» же двор редко
воспринимался как простое пространственное перемещение и переживался более-менее
эмоционально, невольно напрягая «пришельца», чужака.
В городе символическими значениями наделяются все составляющие пространст-
венного целого: улица ли это как воплощение открытой соединительной артерии или
перекресток как знак выбора и опасности. Городской двор в этой связи должен был стать
«Городской двор»: социокультурная поэтика локуса...
«Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 105
местом достаточно размеренного (обытовленного) существования, своеобразный «оазис»
покоя, привычного, в контексте которого меняется ритм (темп) жизни, эмоциональная
палитра, становясь более естественной и раскрепощенной. В современном нам значении
общественный двор – порождение именно города. Его внутренняя социальная жизнь
предстает как своеобразная борьба человека с «адищем города» (В. Маяковский), с неиз-
менно атомизирующимся существованием людей. Городской двор образует какую-то
особую переходную форму между сельским и городским бытом (особенно у соотечест-
венников с их сохраняющимся принципиально сельским менталитетом).
Известно, что горожане в своем стиле жизни психологически несут отпечаток той
пространственной среды, которая их окружает: «мы создаем города, а потом города
создают нас». Наверное, в известной мере это может быть отнесено и к мифопоэтике
городского двора.
В отличие от принципиально открытых городских пространств (вроде городской
площади как места аккумуляции колоссальной социальной энергии и формирования
чувства сопричастности с важнейшими, нередко драматическими историческими собы-
тиями), где человек – элемент единого людского потока, двор естественным образом
принципиально скругляет нарочито правильную геометризованность городского прост-
ранства. Городской двор в отечественной культуре как малый внутригородской топос-
место по-своему решает задачу «квадратуры круга», создавая иллюзию закрытого, своего
«окруженного пространства».
В отечественной культуре городской двор – ближайший территориально-прост-
ранственный жизненный круг человеческого бытия, более-менее значимая точка опоры.
В отличие от отечественной, в традиционной западной культуре двор, дворик – это всегда
отражение сугубо частного, приватного существования (с достаточно официальными
визитами к соседям). Жизнь городского двора как-то естественно, стихийно и буднично
становится особой формой консервации культурных традиций, их временной проверки
на прочность.
В традиционном понимании жизнь городского двора выстраивается как опреде-
ленное звено в устойчивом временном цикле (рабочее время – свободное время), вкли-
ниваясь своеобразным переходом между областью сугубо личного, домашнего (квар-
тирного) бытия и общественно-служебного, профессионально-делового. В контексте
городского двора складывались свои формы коллективного времяпрепровождения («суб-
ботники», «акции протеста», социально-знаковые жизненные ритуалы и обряды, «где
встречают и провожают всем двором…»). Местные культурные обычаи формируются
здесь стихийно, как оказавшиеся наиболее приемлемыми и взаимополезными для дво-
рового социума.
В сознании «городских дворян» создается и эстетический образ своего двора, в
котором сочетаются местные природно-ландшафтные и техногенные объекты. Вместе с
тем периодически переформатируется соотношение привычного, традиционного и нового
(гармония: «согласное несогласного»), неизбежно вторгающегося в его устоявшийся
мир. Всякие неожиданные вторжения чужих извне, всякие попытки посягательств на
свой обжитой дворовой мирок (с намерением что-то встроить, убрать и т.п.) чаще вызы-
вали лишь негативную ответную реакцию.
Городской двор также создает свою собственную историю, мифологию, свое прош-
лое и настоящее, свои временные, межпоколенческие «годичные кольца» – напластования.
Исторически складывается и свой хронотоп бытия городского двора, локальная мифо-
поэтика, символика (старая скамейка, детская карусель, деревья-старожилы и пр.). Образ
двора – это в известной мере проекция образа города в целом (вспомнить хотя бы мрач-
новато-торжественные питерские дворы-«колодцы» или шумные одесские дворы и пр.).
А.А. Агаркова
«Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 106
Двор стягивает на себя, локализует, обустраивает внешний мир. Нередко в нем
(так же, как и в традиционном доме) центрирует общий стол, фонарь. Общую целостность
дополняют гаражные и прочие (нередко – самодельные) хозпостройки, детская площадка,
цветочные клумбы и т.п. Оформляется свой излюбленный «пятачок» и свои «задворки».
В микротопике городского двора структурируются внутренние границы, оформляются
свои места «молодежных зон» и «стариковских посиделок». Как особое жизненное про-
странство городской двор отражает принципиально низовой, бытовой план культуры и
связан с удовлетворением по преимуществу досугово-рекреативных потребностей.
Городской двор хорошо иллюстрирует постоянную смену (и конфликты) поколений,
устойчивое и преходящее в городской бытовой культуре. Изменение исторического
образа культуры отражалось на изменении роли и образа городского дворика. Так, наив-
ная романтизация советской, особенно послевоенной поры с ее культом дружбы и соли-
дарности сменится деромантизацией постсоветского этапа, когда городской дворовой
быт несет уже все приметы социально-имущественного расслоения и обособленного
статусно-«престижного» существования, столь свойственного современному «обществу
потребления». Образ городского двора исторически вбирает разновременные культурно-
информационные напластования и способность иных смысловых интерпретаций.
Исследователями уже не раз отмечались особенности городского двора как соци-
альной общности, как определенной «модели общества» [12, с. 577]. Действительно,
дворовой микромир образует особую социокультурную среду со своими знаковыми
персонажами местного значения, своим «пантеоном героев» (и антигероев), «старожилов»
и «новичков», местных своих «дурачков», своими локальными традициями и ритуалами.
Дворовой социум неизбежно структурирует свою местную «элиту», интеллигенцию,
рабочий класс и пр. Здесь невольно сосуществуют, взаимодействуют и борются разные
городские общности со своими культурными мирами. Городской двор в значительной
степени делает явленной частную жизнь своих обитателей (к кому-то приехала скорая,
у кого-то побывала милиция и пр.).
Итак, городской двор всегда по большей мере обнажает характерный срез соци-
альной стратификации данного городского социума. Двор неизбежно воссоздает опре-
деленную социальную микросреду с многоразличием возрастных, профессиональных,
конфессиональных семейно-бытовых традиций. Как значимая городская социально-
территориальная ячейка двор также формирует свое местное устойчивое «ядро», от
имени которого выносится солидарная оценка, озвучиваются коллективные вкусы,
оформляются нормы, стереотипы и представления. В контексте отечественной культурной
идентичности (с ее традиционным сельским, общинно-коллективным сознанием) роль
городского двора была особо значима. Город (и двор как его важная составляющая)
порождает чрезвычайно насыщенное и напряженное поле пересечения социальных отно-
шений и социокультурных (субкультурных) дифференциаций.
Именно в рамках городского двора естественно-стихийно, буднично происходит
возрастная смена уровней социализации, когда постоянно скрещиваются разные жиз-
ненные судьбы, разный жизненный опыт. Включение в социальный мир городского
двора предполагает известную (опосредованную) инициацию (посвящение), что означает
«быть принятым в свою среду» или остаться в ней «чужаком». Возникающая порой
нарочитая дистанцированность отдельных его обитателей, попытки принципиальной
закрытости своего личного существования от общего течения дворовой жизни (в тради-
ционном значении) никогда особенно не приветствовались.
Дворовая социализация – вообще значимый уровень социальной адаптации горожан,
благодаря чему происходит естественно-житейское включение своего, лично (семейно)
биографического жизненного хронотопа в общегородское целое. Городской социум
«Городской двор»: социокультурная поэтика локуса...
«Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 107
особо нуждается в наличии малых территориально-пространственных ойкумен, где естес-
твенно и органично присутствуют и взаимодействуют разные социокультурные диалекты
(субдиалекты).
В советский период городской двор подвергался активной мифопоэтизации в кон-
тексте господствовавших идеологем коллективизма, социалистического общежития и
нравственно-политического воспитания (образы «дружной семьи народов» в системе
разных граней Родины: страна – регион – город – двор). Таковы многие песни («А у нас
во дворе…», «Мальчишки с нашего двора…» и пр.), стихи, анекдоты, мизансцены лите-
ратурно-поэтических, театральных и кинематографических художественных действий.
Городской низовой фольклор в значительной степени представлен именно дворовым
репертуаром (былички, «телеги», молодежный «дворовой» песенный фонд, гитарный
лирический репертуар и пр.).
Советский двор – естественный носитель городской мультикультурности, зачастую –
первый рубеж, уровень городской культурной адаптации, в отличие от западных город-
ских этнокультурных анклавов. Монокультура, моностилистика официального советского
бытия в социокультурном контексте дворового городского быта существенно снижала
свой идеологический градус, оказываясь в регистрах народно-смеховой городской куль-
туры, анекдотов и баек. Двор своеобразно адаптировал сигналы «внешнего мира», выпол-
няя роль социокультурного ретранслятора (эмоционально приглушая одну информацию
и усиливая другую). Роль двора была особо значима именно как своеобразной «артерии»
между официальным и низовым планом в городской культуре.
Не секрет, что в настоящее время двор как внутригородская пространственно-тер-
риториальная единица утрачивает свое прежнее значение, иллюстрируя усиливающийся
вакуум живого коллективного общения, все более обретающего опосредованный, функ-
ционально-ролевой смысл. «Городских дворян» объединяют (и то лишь ситуативно)
скорее общие коммунальные неурядицы. Социальное расслоение поляризует и сами
образы городских дворов от «элитных» («премиум-класса») до «простых» («совковых»).
Все более «обуржуазивающийся» быт современного горожанина становится в формате
ценностных приоритетов «потребительского общества» приватным, закрытым, порождая
дальнейшее одомашнивание досуга и глубокую индифферентность к происходящему за
собственной квартирной дверью.
В условиях же происходящего в отечественной культуре кризиса («перезагрузки»)
идентичности двор, формально сохраняясь в топике и бытовой повседневности городской
ойкумены, все же уже оказывается не способным нести прежнюю смысловую нагрузку
как ментально значимый феномен.
ЛИТЕРАТУРА
1. Шеманов А.Ю. Самоидентификация человека и культура / Шеманов А.Ю. – М .: Академический про-
ект, 2007.
2. Giddens A. Modernity and Self-Identity / Giddens A. – Stanford (Саl), 1991.
3. Малехов В.С. Неудобства с идентичностью / В.С. Малехов // Вопросы философии. – 1994. – № 2.
4. Хёсле В. Кризисы индивидуальной и коллективной идентичности / В. Хёсле // Вопросы философии. –
1994. – № 10.
5. Линч К. Образ города / Линч К. – М., 1982.
6. Коган Л.Б. Быть горожанами / Коган Л.Б. – М. : Мысль, 1990.
7. Карпов А.Е. Различения. Пространство в городе / А.Е. Карпов // Социологическое обозрение. – 2001. –
№ 2.
8. Матяш С. Человек в городе: социологические очерки / Матяш С. – Киев, 1990.
9. Стародубцева Л. Город как метафора урбанизируемого сознания / Л. Стародубцева // Урбанизация в
формировании социокультурного пространства. – М., 1999.
А.А. Агаркова
«Наука. Релігія. Суспільство» 2013 № 1 108
10. Амин Э. Внятность повседневного города / Э. Амин, Н. Трифт ; [пер. С.П. Баньковской] // Логос. –
2002. – № 3-4.
11. Тиняева Н.В. Двор как феномен городской среды / Н. Тиняева // Архитектура и современные инфор-
мационные технологии. – 2012. – 32. – С. 1-15.
12. Петренко-Лисак А.О. Простір двору і вулиці в соціальному просторі міста як об’єкти соціології /
А. Петренко-Лисак // Сучасні суспільні проблеми у вимірі соціології управління. – Д., 2013. – Т. ХІV. –
Серія «Соціологія». – Вип. 258.
Г.О. Агаркова
«Міський двір»: соціокультурна поетика локусу (до вивчення граней культурної ідентичності)
У роботі досліджуються певні аспекти феномену міського двора як особливої територіально-просторової
і соціальної спільноти, його роль у культурному житті вітчизняних городян. Міський двір розглядається
в контексті кризи та трансформації культурної ідентичності на сучасному історичному етапі.
Ключові слова: локус, культурна ідентичність, соціокультурне значення, простір.
A. A.Agarkova
«Town court»: the social-cultural poetic of the locus (for learning of the Problem the Cultural Identity)
Some aspects of the phenomenon of town court, territorial and spatial integrity, its role in cultural life of modern
domestic city dwellers are examined in the article. The value of town court in the context of crisis and transformation
of cultural identity on the current cultural and historical stage is marked.
Статья поступила в редакцию 14.02.2013.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-86896 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1728-3671 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T16:54:33Z |
| publishDate | 2013 |
| publisher | Інститут проблем штучного інтелекту МОН України та НАН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Агаркова, А.А. 2015-10-04T15:17:32Z 2015-10-04T15:17:32Z 2013 "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) / А.А. Агаркова // Наука. Релігія. Суспільство. — 2013. — № 1. — С. 102-108. — Бібліогр.: 12 назв. — рос. 1728-3671 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/86896 351.85 (477) В статье исследуются некоторые аспекты феномена городского двора как особой территориально-пространственной и социальной общности, его роль в культурной жизни горожан. Затрагиваются особенности мифосимволической интерпретации феномена в разных исторических системах. Городской двор рассматривается в контексте кризиса и трансформации культурной идентичности на современном этапе. У роботі досліджуються певні аспекти феномену міського двора як особливої територіально-просторової і соціальної спільноти, його роль у культурному житті вітчизняних городян. Міський двір розглядається в контексті кризи та трансформації культурної ідентичності на сучасному історичному етапі. Some aspects of the phenomenon of town court, territorial and spatial integrity, its role in cultural life of modern domestic city dwellers are examined in the article. The value of town court in the context of crisis and transformation of cultural identity on the current cultural and historical stage is marked. ru Інститут проблем штучного інтелекту МОН України та НАН України Наука. Релігія. Суспільство Соціальна філософія "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) «Міський двір»: соціокультурна поетика локусу (до вивчення граней культурної ідентичності) «Town court»: the social-cultural poetic of the locus (for learning of the Problem the Cultural Identity) Article published earlier |
| spellingShingle | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) Агаркова, А.А. Соціальна філософія |
| title | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) |
| title_alt | «Міський двір»: соціокультурна поетика локусу (до вивчення граней культурної ідентичності) «Town court»: the social-cultural poetic of the locus (for learning of the Problem the Cultural Identity) |
| title_full | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) |
| title_fullStr | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) |
| title_full_unstemmed | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) |
| title_short | "Городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) |
| title_sort | "городской двор": социокультурная политика локуса (к изучению граней культурной идентичности) |
| topic | Соціальна філософія |
| topic_facet | Соціальна філософія |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/86896 |
| work_keys_str_mv | AT agarkovaaa gorodskoidvorsociokulʹturnaâpolitikalokusakizučeniûgraneikulʹturnoiidentičnosti AT agarkovaaa mísʹkiidvírsocíokulʹturnapoetikalokusudovivčennâgraneikulʹturnoíídentičností AT agarkovaaa towncourtthesocialculturalpoeticofthelocusforlearningoftheproblemtheculturalidentity |