Историография археологии: проблема структуры предметного поля

Статья посвящена современному состоянию историографических исследований в археологии, в частности, пониманию предметного поля историографии археологии. Ставится вопрос о специфике и уровнях структуры предметного поля историографии, определяются перспективы дальнейшего исследования проблемы. Статт...

Повний опис

Збережено в:

Бібліографічні деталі
Опубліковано в: :	Археологія і давня історія України
Дата:	2012
Автор:	Тесленко, Д.Л.
Формат:	Стаття
Мова:	Російська
Опубліковано:	Інститут археології НАН України 2012
Теми:	Статті
Онлайн доступ:	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/89400
Теги:	Додати тег Немає тегів, Будьте першим, хто поставить тег для цього запису!
Назва журналу:	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
Цитувати:	Историография археологии: проблема структуры предметного поля / Д.Л. Тесленко // Археологія і давня історія України: Зб. наук. пр. — К.: ІА НАН України, 2012. — Вип. 9. — С. 295-301. — рос.

Репозитарії

Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine

_version_	1859875777823113216
author	Тесленко, Д.Л.
author_facet	Тесленко, Д.Л.
citation_txt	Историография археологии: проблема структуры предметного поля / Д.Л. Тесленко // Археологія і давня історія України: Зб. наук. пр. — К.: ІА НАН України, 2012. — Вип. 9. — С. 295-301. — рос.
collection	DSpace DC
container_title	Археологія і давня історія України
description	Статья посвящена современному состоянию историографических исследований в археологии, в частности, пониманию предметного поля историографии археологии. Ставится вопрос о специфике и уровнях структуры предметного поля историографии, определяются перспективы дальнейшего исследования проблемы. Статтю присвячено проблемі розуміння предметного поля історіографії археології. Розглянуті дослідження у галузі історії археології та історії історичної науки, які містять визначення предмету історіографії. На підставі узагальнення існуючих точок зору пропонується триелементна структура предметного поля історіографії археології, яка складається з історії археології, теорії археологічної науки, проблемної історіографії. The paper is about the problem of understanding of the subject of the historiography of archaeology.
first_indexed	2025-12-07T15:51:17Z
format	Article
fulltext	295 Д. Л. Т е с л е н к о исТОРиОГРАФиЯ АРхЕОЛОГии: ПРОбЛЕМА сТРуКТуРы ПРЕДМЕТНОГО ПОЛЯ статья посвящена современному состоянию историографических исследований в археологии, в частности, пониманию предметного поля истори- ографии археологии. ставится вопрос о специфике и уровнях структуры предметного поля истори- ографии, определяются перспективы дальнейшего исследования проблемы. К л ю ч е в ы е с л о в а: историография археоло- гии, история археологии, предметное поле, струк- тура, науковедение. В течение последних двух десятилетий ис- ториография археологии уверенно позициони- рует себя в качестве самостоятельной и бурно развивающейся субдисциплины. За это время количество работ по истории археологической науки резко возросло, причем во всех составля- ющих спектра специальных исследований — от публикаций тезисов и материалов конфе- ренций до монографий и диссертаций самого высокого уровня. Повышенный интерес к ис- тории археологии иллюстрируют проводимые все чаще и чаще тематические конференции. Историографическим вопросам посвящаются отдельные секции на форумах, посвященных конкретно-научным проблемам археологии. Причины активизации историографичес- ких исследований в археологии разнообразны, имеют внутреннюю и внешнюю природу, но при этом очевидно взаимосвязаны. В первую очередь — это факторы развития современной гуманитаристики, включающие ее деидеоло- гизацию на постсоветском пространстве, пе- реход в состояние «методологического плюра- лизма», повышение внимания к субъективной составляющей научного познания, связанное с «антропологическим поворотом» в мировой гу- манитарной практике. Второй комплекс при- чин связан с возникшей острой необходимостью саморефлексии археологии как науки в связи с кардинальным пересмотром в начале 90-х гг. ХХ вв. устоявшихся в советской археологии концепций, изменениями в самой структуре науки и организации познавательного про- цесса. Но, пожалуй, главной причиной стало неудовлетворительное состояние самой истори- ографии археологии — неразработанность ее теоретической базы, неопределенность позна- вательных возможностей, отсутствие адекват- ной периодизации истории науки, недостаточ- ная изученность «дореволюционного» периода, наличие в истории отечественной археологии множества белых пятен и «забытых» имен. Одной из таких проблем остается определе- ние предметного поля историографии археоло- гии, хотя первая попытка ее решения и была предпринята А.А. Формозовым еще в 1975 г. [Формозов, 1975]. К моменту написания упомя- нутой статьи А.А. Формозов уже являлся состо- явшимся ученым, признанным специалистом в истории дореволюционной российской археоло- гии — автором соответствующей монографии, аналитических и специальных статей, а также ряда рецензий. И уж коль скоро задачи науки определяются ее предметом, постановка иссле- дователем задач историографии археологии, по сути, являлась апелляцией к ее предмету. Следуя А.А. Формозову, предметное поле ис- ториографии археологии, таким образом, объ- единяет собственно обобщающую историю ар- хеологической науки, историю развития «идей и методов», биографистику, «развитие тех или иных разделов науки» [Формозов, 1975, с. 6— 11]. Для нас представляются также важными две ремарки, содержащиеся в статье. Судя по © Д.Л. ТЕСЛЕНКО, 2012 УДК 902(091):930.1:165.5 Тесленко Д.Л. Историография археологии: проблема структуры предметного поля 296 тексту, идея статьи была подсказана А.А. Фор- мозову появлением многочисленных работ по истории исторической науки и смежных дис- циплин, что заставило автора отметить крайне неудовлетворительное состояние исследований по истории археологии [Формозов, 1975, с. 5— 6]. С другой стороны, А.А. Формозов не наста- ивал на завершенности своего исследования, которого оказалось вполне «достаточно для того, чтобы не согласиться с мнением о не- нужности разработки данной темы [истории археологии — Д.Т.]» [Формозов, 1975, с. 13]. Уточнить понимание А.А. Формозовым предметного поля историографии археологии мы можем благодаря работе О.М. Мельнико- вой, посвященной анализу научного наследия исследователя в области истории археологии [Мельникова, 2010]. Говоря о предметной сфе- ре историографии археологии, О.М. Мельнико- ва подчеркивает, что для А.А. Формозова она сводилась в первую очередь к истории науки [Мельникова, 2010, с. 529]. Показательно, что эта же мысль присутствует и в статье А.М. Дуб- ровского, представленной в том же сборнике [Дубровский, 2010, с. 545]. Следуя О.М. Мель- никовой, предметное поле историографи- ческих исследований А.А. Формозова также включает в себя биографистику в том числе и в бихевиористском и социокультурном контек- стах, исключительное внимание к источникам (как к археологическим и историческим, так и к историографическим), а также такое специ- фическое явление как «историография истори- ографии», т.е. история изучения истории архео- логии [Мельникова, 2010, с. 528—530]. Анализируя творчество А.А. Формозова, О.М. Мельникова также коснулась совре- менных проблем историографии археологии, в частности, определения предметного поля последней. По мнению исследовательницы, «объект историографического исследования и его предмет могут быть представлены в виде процесса, развивавшегося по мере развития потребностей археологии в познании прошло- го своей науки» [Мельникова, 2010, с. 530]. Ука- зывая на сравнительно позднее оформление историографии археологии в самостоятельное направление и «ее изоляцию от историогра- фии исторической науки», автор констатирует, что термины «история археологии» и «историо- графия археологии» в последнее время уже не отождествляются специалистами [Мельникова, 2010, с. 529]. Как следствие, предмет историог- рафии археологии, согласно О.М. Мельнико- вой, не сводится к истории накопления архе- ологических знаний, и может быть расширен за счет истории науки — исследования «изме- нений в организации научной деятельности, изучения социальных функций археологии, рассмотрения системы подготовки научных кадров, характеристики коммуникаций, ана- лиз влияния социальных факторов, гендерной составляющей дисциплинарного сообщества, персональных биографий» [Мельникова, 2010, с. 530]. Также в предметную сферу историогра- фии археологии исследовательница включает методологию и методику историографического исследования [Мельникова, 2010, с. 530—532]. Многие из этих вопросов были ранее под- няты О.М. Мельниковой в докторской диссер- тации [Мельникова, 2004]. Отмечалось, что определение предмета историографии архе- ологии представляет собой важнейшую ме- тодологическую проблему, поскольку именно предметная сфера историографии археологии определяет содержание ее методологических проблем. При изучении научных школ, — по мнению исследовательницы, — предмет ис- ториографии археологии должен включать процесс накопления знаний, возникновение новых идей, концепций, теорий, методов иссле- дования, изменения в организации научной де- ятельности, преобразования социальных форм деятельности ученых. Круг методологических проблем в данном контексте включает анализ структуры и уровней историографического зна- ния, изучение методов историографического исследования, взаимоотношение науки и об- щества, понятийный аппарат историографии, психологии научного творчества [Мельникова, 2004, с. 9—10]. В поисках методологического обоснования предмета историографии археологии исследо- ватели обратились к теоретическому инстру- ментарию науковедения. В данном контексте несомненно важное значение имеет статья А.И. Ганжи, как пример проблемного исто- риографического исследования в археологии [Ганжа, 1987]. Для определения специфики термина «историко-научное исследование» ав- тор использовал принятую в философии науки иерархию, выделяя фактологический, истори- ографический и науковедческий уровни [Ган- жа, 1987, с. 138]. Фиксация научных фактов, их в первую очередь хронологическая систе- матизация и обобщение представляют началь- ный, фактологический уровень исследования. На следующем, историографическом уровне происходит выработка особых концептуальных конструкций, определенных исторических мо- делей теоретического знания. На науковедчес- ком уровне разрабатываются «теоретические основы научной политики государства и го- сударственное регулирование науки как соци- ального института» (нормативное науковеде- ние), а также раскрываются «закономерности функционирования и развития науки как сложной системы» (аналитическое наукове- дение) [Ганжа, 1987, с. 138—139]. По мнению А.И. Ганжи, предметом исследований истори- ографического уровня является «имманентное развитие теоретического базиса конкретных наук», в то время как к прерогативам наукове- дения относится определение «периодов резких 297 Тесленко Д.Л. Историография археологии: проблема структуры предметного поля качественных скачков мировоззренческого по- рядка, становление новых ценностных уста- новок научной системы» [Ганжа, 1987, с. 139]. Следует также отметить достаточно пока- зательный момент — А.И. Ганжа фактически выводит археологию из разряда гуманитарных дисциплин, называя собственное исследование термином «историко-научное», вместо принято- го в гуманитаристике — «историографическое» [Ганжа, 1987, с. 138]. Научный потенциал науковедения был ис- пользован при определении предметного поля истории археологии Г.С. Лебедевым. Исследо- ватель подчеркивал, что предметом научной рефлексии или самопознания науки, и исто- рия археологии не является исключением, является «логика смены ценностных ориен- таций» [Лебедев, 1992, с. 5]. Поскольку реф- лексия науки имеет закономерный характер, является универсальным в дисциплинарном измерении процессом, то и принципы наукове- дения как особой генерализирующей отрасли знания, согласно Г.С. Лебедеву, «естественно, распространяются и на историю археологии» [Лебедев, 1992, с. 6]. Предметное поле истории археологии, таким образом, определяется при- нятыми в науковедении подходами — инфор- мационно-кибернетическим, рефлективно-ана- литическим, теоретико-познавательным, — и включает в первом случае организационную структуру науки, внутринаучные связи и от- ношения во втором, и, наконец, место и роль науки как особой формы познания в развитии общественной системы [Лебедев, 1992, с. 8]. По мнению Г.С. Лебедева, для конкретизации исследований в области истории археологии по своей внутренней логике подходит пред- ложенная П.А. Рачковым четырехуровневая структура науковедения как самостоятельной дисциплины. Последняя включает фундамен- тальные, экстранаучные, социоструктурные и инфраструктурные характеристики науки [Ле- бедев, 1992, с. 8—9]. Также с позиций науковедения обратился к проблеме предметного поля историографии археологии Ю.П. Холюшкин. В отличие от спе- циальных работ по историографии археологии статья Ю.П. Холюшкина продолжала серию работ по «построению системной классифика- ции археологической науки» [Холюшкин, 2003, с. 8]. Историография археологии вместе с так называемой «археологической критикологи- ей» понимается исследователем в качестве со- ставной части археологического науковедения. Первая, согласно автору, «исследует историю науки и представляет собой совокупность ис- следований, посвященных определенной теме или исторической эпохи», решая при этом следующие задачи: выяснение теоретико-ме- тодологических принципов, присущих каж- дому направлению археологической мысли; анализ источниковедческой базы, характера использования археологических источников, конкретных методик исследования археологи- ческих фактов; определение места археологи- ческих научных школ и направлений в уста- новлении и систематизации археологических фактов; изучение организации и форм иссле- довательской работы в области археологии, включая систему научных учреждений, вузов, музеев и архивов, систему подготовки кадров; анализ проблематики археологических иссле- дований, ее развития и расширения; исследо- вание археологических концепций, созданных различными археологическими направлени- ями и школами и выявлению моментов пре- емственности археологического знания [Хо- люшкин, 2003, с. 9]. Заслуживает внимание и формулировка предметного поля вводимого Ю.П. Холюшкиным в тесной связи с историог- рафией археологии понятия «археологическая критика» — «критическая проверка ранее ис- пользованных приемов интерпретации архе- ологических фактов, установления степени их достоверности и … нового осмысления уже накопленных археологических материалов» [Холюшкин, 2003, с. 9]. В свою очередь в качестве подразделов историографии археологии и археологичес- кой критикологии Ю.П. Холюшкин, вслед за Е.Д. Гражданниковым, выделяет: археологи- ческую наукометрию, целью которой является «статистическая обработка эмпирических археологических науковедческих данных»; ар- хеологическую критериологию как науку о критериальной оценке научных результатов на основе их сравнения посредством строго определенных статистических процедур; нако- нец, археологическое прогностическое науко- ведение, задачей которого является получение информации о будущих научных результатах [Холюшкин, 2003, с. 9—10]. Внутренняя классификация историографии археологии представлена Ю.П. Холюшкиным в виде двух опорных понятий — общей исто- риографии археологической науки и методики историографии, — имеющих собственную ие- рархическую структуру. Первое понятие раз- делено исследователем на комментарийную и теоретическую историографию. Комментарий- ная историография, согласно Ю.П. Холюшки- ну, является «наиболее распространенным видом историографического описания, осно- ванного на простой констатации известных фактов», тогда как задача теоретической исто- риографии заключается в «анализе источни- коведческой базы, характера использования археологических источников, конкретных методик исследования археологических фак- тов, определения места археологических на- учных школ и направлений в установлении и систематизации археологических фактов, изучение организации и форм исследовательс- кой работы в области археологии, включая Тесленко Д.Л. Историография археологии: проблема структуры предметного поля 298 систему научных учреждений, вузов, музеев и архивов, систему подготовки кадров, анализ проблематики археологических исследований, ее развития и расширения» [Холюшкин, 2003, с. 11—12]. На следующем структурном уров- не Ю.П. Холюшкин выделяет хроникальную историографию — «описание археологических исследований в их хронологическом порядке», источниковую историографию, которая изу- чает «историю археологического знания на основе вещественных и письменных источ- ников», а также концептуальную историогра- фию, «изучающую теоретико-методические принципы, присущие каждому направлению археологической мысли и исследованием архео- логических концепций, созданных различными археологическими направлениями и школа- ми, выявлением моментов преемственности археологического знания» [Холюшкин, 2003, с. 12]. Методика историографии, в понимании Ю.П. Холюшкина, представляет собой «пос- ледовательность конкретных процедур, реа- лизация которых обеспечивает достижение заданной цели историографического исследо- вания» [Холюшкин, 2003, с. 12]. Представленные выше многочисленные и объемные цитаты призваны продемонстриро- вать, что концептуально проблема предмет- ного поля историографии археологии остается неразработанной. Что же изменилось за деся- тилетия, отделяющие нас от статьи А.А. Фор- мозова? Многочисленные сегодня историографичес- кие исследования в археологической науке посвящены преимущественно проблемам исто- рии археологии и лишь единичные — теорети- ческим аспектам исследований в области исто- риографии археологии. Работы по проблемной историографии или точнее по историогра- фии конкретно-научных проблем археологии практически отсутствуют, а специальные ис- ториографические разделы в археологичес- ких работах, как и сорок лет назад, зачастую представляют собой в лучшем случае анно- тированные библиографии. Ю.П. Холюшкин для последних даже ввел отдельный элемент в структуру общей историографии археологи- ческой науки — «комментарийная историогра- фия» [Холюшкин, 2003, с. 12]. Явственная доминанта историко-научного над проблемно-историографическим в истории археологии в свое время была как бы закрепле- на В.Ф. Генингом. Он настаивал, что «история археологии … предусматривает не столько обзоры частных проблем, связанных с конк- ретно-историческим изучением памятников, эпох, культур или регионов, сколько исследова- ние эволюции общего стиля научного мышле- ния, развития методов, концепций, теорий, гипотез, определяющих общее направление исследовательского поиска в тот или иной период развития археологии» [Генинг, 1982, с. 4]. Таким образом, В.Ф. Генинг разделил ис- ториографию проблемы и историю археологии, причем в последней сделал акцент на теоре- тической части. В подобном творческом клю- че выполнено исследование Н.И. Платоновой, предмет которого определен как «развитие археологической мысли…, понимаемое как эволюция и трансформация комплекса общих представлений и методических подходов, при- менявшихся в данной области знания» [Пла- тонова, 2010, с. 9—10]. Появившийся благода- ря одноименной работе Б. Триггера [Trigger, 1989] термин «история археологической мыс- ли», по мнению Н.И. Платоновой, более удачен чем «история теоретических исследований в археологии», поскольку позволяет учитывать общественно-политические, общефилософс- кие, социальные и соционаучные влияния на развитие археологии даже если ее теоретичес- кие основы оставались не до конца разрабо- танными [Платонова, 2010, с. 9—10]. Заметим также, что предмет исследования Б. Триггера формулировался как история археологической интерпретации или, точнее, история интерпре- тации археологических данных [Trigger, 1989, р. 2—4]. В условиях неустоявшегося понятийного ап- парата и намечающейся терминологической путаницы вполне правомерным выглядит воп- рос о соотношении терминов «история» и «исто- риография» археологии. И хотя Г.С. Лебедев отмечал, что «история археологии» является более узким понятием, чем «историография археологии» [Лебедев, 1992, с. 9], абсолют- но справедливым представляется замечание О.М. Мельниковой, что разница между ними сегодня ощущается скорее интуитивно [Мель- никова, 2004, с. 9; 2010, с. 529]. Подобная ситуация, на мой взгляд, объяс- няется неопределенностью предметного поля историографии археологии, которое, правда, сегодня понимается сравнительно более широ- ко. Его границы устанавливаются в основном через постановку задач конкретного историко- научного исследования, либо путем использо- вания науковедческих подходов, в свою очередь направленных на решение науковедческих же задач. В первом случае четко ограничить предмет- ное поле не представляется возможным уже хотя бы потому, что предмет конкретного, в данном случае историко-научного исследова- ния, всегда будет уже дисциплинарного пред- метного поля. Безусловно, позитивной является практи- ка использования достижений науковедения. Однако, конкретные археологические истори- ографические исследования, в которых были бы реализованы науковедческие подходы, к сожалению практически отсутствуют. Возмож- но, как это часто бывает в гуманитаристике, имеет место запаздывание между появлением 299 Тесленко Д.Л. Историография археологии: проблема структуры предметного поля методологической инновации и ее практичес- ким применением в научном исследовании. Но скорее всего, модели науковедческих ис- следований применительно к историографии археологии требуют дополнительного осмысле- ния. И дело не в сомнениях по поводу их совер- шенства. Науковедение — в первую очередь фундаментальная дисциплина, занятая поис- ком общественного значения наук как опреде- ленной социально-практической силы, ее пред- мет тесно связан и переплетен с предметным полем социологии науки и философии науки. Историография археологии, принимая во вни- мание ее основную функцию научной рефлек- сии, с точки зрения коммуникации «пишется археологами и для археологов» [Christenson, 1989, p. 1], и поэтому имеет отчетливо выра- женный прикладной характер. Представляется, что для определения пред- метного поля историографии археологии сегод- ня в недостаточной степени используется по- тенциал историографии исторической науки. Отметим, что разработка историографических вопросов в истории началась в 20—30-е гг. ХІХ в., т.е. по крайней мере на сто лет ранее, чем в археологии, а в 50—80-х гг. прошлого столетия термин «историография» стал обозна- чать отдельную науку [Попова, 2000, с. 29]. В то же время историография археологии еще в начале 90-х гг. находилась на начальном этапе становления [Лебедев, 1992, с. 9]. Методологические проблемы историографии исторической науки, в том числе связанные с определением ее предметного поля, также ак- тивно разрабатываются уже несколько десяти- летий. Особого внимания здесь заслуживают работы А.М. Сахарова [Сахаров, 1977; 1984]. Основываясь на работах предшественников, исследователь проследил эволюцию представ- лений о предмете историографии в российской, а затем и в советской исторической науке. Эта эволюция имеет вид трехэтапной схемы: «от историографии, истории исторической мыс- ли, — к историографии, истории историчес- кой науки, … — к историографии, истории исторического знания». Расширение и углуб- ление проблематики историографических исследований, согласно А.М. Сахарову, сви- детельствуют о поступательном развитии исто- риографии как науки [Сахаров, 1977, с. 27]. Работы А.М. Сахарова, одни из самых ци- тируемых и сегодня, стали основой для даль- нейших исследований в данной области. Об- ращаясь к ним, Т.Н. Попова и И.И. Колесник отмечали, что в понимании А.М. Сахарова тер- мин «историография» означает анализ литера- туры по какой-либо проблеме, в то время как «историографию … в смысле истории исто- рической науки следует так именно и назы- вать «история исторической науки» [Попова, 2000, с. 28; Колесник, 2000, с. 15.]. Действи- тельно, А.М. Сахаров четко различал понятия «проблемная историография» и «история исто- рической науки», но считал их неразделимыми. История исторической науки, по его мнению, «обогащается результатами историографи- ческой разработки отдельных проблем», тогда как «успех историографического анализа обус- лавливается степенью изученности истории исторической науки в целом». Таким образом, «для успешной разработки так называемой проблемной историографии (точнее, истори- ографии отдельных проблем)… нужна ясная ориентация в общем ходе развития истори- ческой науки», а «изучение процесса разви- тия исторической науки… связано с научным обоснованием современных исследовательских проблем» [Сахаров, 1977, с. 6]. Кстати, в данной работе мы находим ответ на один из вопросов, поднятых еще А.А. Формозовым. А.М. Сахаров подчеркивал, что «историография проблемы, взятая в отрыве от истории исторической науки, нередко сбивается на аннотацию ли- тературы по исследуемой теме» [Сахаров, 1977, с. 6]. Наконец, на еще одну составляющую пред- мета историографии, от недооценки которой был весьма далек А.М. Сахаров, недавно обра- тил внимание А.Г. Болебрух. Речь идет о тео- ретических основах исторической науки. Как справедливо подчеркнул А.Г. Болебрух «самой главной задачей историографии А.М. сахаров, вслед за Л.в. черепниным и А.и. Даниловым, считал изучение процесса приращения мето- дологических представлений…» [Болебрух, 2006, с. 5]. Обратим также внимание и на то, что теоретическая компонента предмета исто- риографии, в понимании А.М. Сахарова, также неотделима от проблемной, что исчерпывающе иллюстрирует приводимая А.Г. Болебрухом цитата [Болебрух, 2006, с. 6]. Согласно А.М. Са- харову, «анализ теоретических, методологи- ческих основ научного исследования позволяет установить, почему изучаемые факты образо- вали данную взаимосвязь, предстали в данной концепции. При этом понятие «концепция» должно быть отнесено, прежде всего, к оценке содержания конкретных явлений и процессов и к теоретическому осмыслению задач исто- рии, общего хода исторического процесса, а равно приемов и методов исследования исто- рических источников» [Сахаров, 1984, с. 125]. Творческое наследие А.М. Сахарова отра- зилось во взглядах других исследователей на проблему предметного поля историографии. Так, М.А. Варшавчик выделял общую (иссле- дование исторического знания, исторической науки в целом), предметную (историография истории отдельных регионов, стран, сфер человеческой деятельности) и проблемную (изучение истории разработки определенных научных проблем) историографию [Посохов, 2004, с. 97]. В свою очередь, И.И. Колесник, не отождествляя понятия «история исторической Тесленко Д.Л. Историография археологии: проблема структуры предметного поля 300 науки» и «историография», различает проблем- ную и теоретическую историографию [Колес- ник, 2000, с. 26]. По единодушному мнению специалистов, об- щепризнанного определения дисциплинарного образа историографии сегодня не существует, что, в свою очередь, свидетельствует о продолжа- ющемся развитии данной науки. Однако, приве- денные выше взгляды исследователей в целом дают представление о понимании ее предметно- го поля и могут быть использованы при решении вынесенной в заглавие проблемы. Думается, что предметное поле историогра- фии археологии может быть представлено в виде трехэлементной структуры, основными компонентами которой являются история ар- хеологии, проблемная историография и теория археологической науки. Эти составляющие, в отличие от науковедческих практик, не могут быть представлены в виде иерархии — они равнозначны и в не менее равной степени вза- имосвязаны. В свою очередь, предметные поля каждого из компонентов частично совпадают между собой и взаимодополняют друг друга. Подобная ситуация, по моему убеждению, отражает реалии современных исследований в области историографии археологии и учи- тывает их ближайшую перспективу. Пред- ставляется, что вряд ли можно будет считать завершенным исследование в области истории археологии, проведенное без анализа теорети- ческих и методологических взглядов предста- вителей определенной эпохи, направления, школы и т.д. с одной стороны, и не приводя при- меры их реализации на конкретном археологи- ческом материале — с другой. В свою очередь, разработка теоретических вопросов археоло- гии, связанных, например, с понятиями «архе- ологической культуры» или «археологического источника», либо же разработкой методологии социологических реконструкций в археологии, невозможна без использования опыта и нара- боток предшествующих поколений, равно как и без проверки и подтверждения теоретичес- ких построений проблемными исследования- ми. Наконец, проблемно-историографическое исследование в археологии невозможно без знания основных этапов развития археологии как науки и их специфики, изменения теоре- тических и методологических подходов, смены взглядов и концепций, т.е. всего того, что опре- деляет практику интерпретации археологичес- ких данных. Структуру предметного поля историографии археологии можно представить в виде сложной системы, в которой каждая компонента так- же является системой, имеющей собственную структуру. Однако это предположение требу- ет дополнительного осмысления, поскольку тесная взаимосвязь компонентов усложняет определение внутренней структуры каждой составляющей. Вполне реальна ситуация, при которой некоторые из элементов более низкого порядка могут демонстрировать связь сразу с двумя компонентами более высокого порядка. Например, биографическая составляющая ис- ториографического исследования может рас- сматриваться в структуре как подсистемы исто- рия археологии, так и подсистемы проблемная историография. Очевидно, что список подобных примеров может быть продолжен. Предметное поле историографии археологии можно представить и как систему более низкого порядка в структуре междисциплинарных свя- зей. Естественно, историография археологии обнаруживает связь собственно с археологией, а также с историографией исторической науки, очевидно, с науковедением, историей филосо- фии и другими дисциплинами, список которых может и должен быть уточнен. Наконец, в историографии исторической науки еще А.М. Сахаровым были определены основные элементы историографического ис- следования [Сахаров, 1977, с. 39—56], позднее вошедшие в учебную и методическую литера- туру под названием основных задач, аспектов или модели историографического исследова- ния. Для определения подобных аспектов в историографии археологии необходимо специ- альное исследование, которое выходит за рам- ки настоящей статьи. Но представляется, что они должны иметь универсальный характер для всего обозначенного предметного поля. Представленные выше размышления не пре- тендуют на завершенность. Вопрос о структуре предметного поля историографии археологии мы оставляем открытым. Его решение требует дальнейших разработок, в том числе с широ- ким использованием зарубежного опыта. болебрух А.Г. Приобрела ли историография новый образ? / А.Г. Болебрух // Харківський історіографіч- ний збірник. — Вип. 8. — Харків, 2006. — С. 4—13. Ганжа А.и. Этнические реконструкции в советской археологии 40-60 гг. как историко-научная пробле- ма / А.И. Ганжа // Исследование социально-истори- ческих проблем в археологии. — К., 1987. — С. 137— 158. Генинг в.Ф. Очерки по истории советской археоло- гии (у истоков формирования марксистских теоре- тических основ советской археологии. 20-е — первая половина 30-х годов) / В.Ф. Генинг. — К., 1982. — 225 с. Дубровский А.М. К характеристике взглядов А.А. Формозова на развитие историографии отечествен- ной истории / А.М. Дубровский // Человек и древнос- ти: памяти Александра Александровича Формозова (1928-2009). — М., 2010. — С. 538—547. Колесник І.І. Українська історіографія (XvIII — по- чаток ХХ століття) / І.І. Колесник. — К., 2000. — 256 с. Лебедев Г.с. История отечественной археологии. 1700-1971 / Г.С. Лебедев. — СПб., 1992. — 464 с. Мельникова О.М. Научные школы в археологии: Ав- тореф. дисс. … д-ра ист. наук / О.М. Мельникова. — Ижевск, 2004. — 56 с. 301 Тесленко Д.Л. Историография археологии: проблема структуры предметного поля Мельникова О.М. Уроки А.А. Формозова / О.М. Мель- никова // Человек и древности: памяти Александ- ра Александровича Формозова (1928-2009). — М., 2010. — С. 527—537. Платонова Н.и. История археологической мысли в России. Вторая половина ХІХ — первая треть ХХ века / Н.И. Платонова. — СПб., 2010. — 316 с. Попова Т.Н. Историографическая наука: пробле- мы самоназвания / Т.Н. Попова // Харківський історіографічний збірник. — Вип. 4. — Харків, 2000. — С. 20—33. Посохов с.І. Історіографія / С.І. Посохов // Історіогра- фічний словник / За ред. С.І. Посохова. — Харків, 2004. — С. 97—102. сахаров А.М. Некоторые вопросы методологии ис- ториографических исследований / А.М. Сахаров // Вопросы методологии и истории исторической на- уки. — М., 1977. — С. 5—59. сахаров А.М. Методология истории и историогра- фия (Статьи и выступления) / А.М. Сахаров. — М., 1984. — 216 с. Формозов А.А. Некоторые итоги и задачи исследова- ний в области истории археологии / А.А. Формозов // СА. — 1975 — № 4. — С. 5—13. холюшкин Ю.П. Место археологической историог- рафии в системной классификации археологической науки / Ю.П. Холюшкин // Информационные техно- логии в гуманитарных исследованиях. — Вып. 6. — Новосибирск, 2003. — С. 8—13. tracing Archaeology’s Past: The Historiography of Archaeology/ ed. A.l. Christenson. — Carbondale, 1989. — 255 p. trigger B.g. A History of Archaeological Thought / B.G. Trigger. — Cambridge, 1989. — 500 p. Д. Л. Т е с л е н к о ІсТОРІОГРАФІЯ АРхЕОЛОГІї: ПРОбЛЕМА сТРуКТуРи ПРЕДМЕТНОГО ПОЛЯ Статтю присвячено проблемі розуміння пред- метного поля історіографії археології. Розглянуті дослідження у галузі історії археології та історії іс- торичної науки, які містять визначення предмету історіографії. На підставі узагальнення існуючих точок зору пропонується триелементна структура предметного поля історіографії археології, яка скла- дається з історії археології, теорії археологічної на- уки, проблемної історіографії. d. t e s l e n k o A hiStoriogrAphy of ArchAEology: thE proBlEm of StructurE of SuBjEct’S fiEld The paper is about the problem of understanding of the subject of the historiography of archaeology. Re- searches in the fields of history of archaeology and the history of historical science, which contains the defini- tion of the subject of historiography were analyzed. Ac- cording to this analyses the three-elements structure of the subject’s field of the historiography of archaeol- ogy, which consists of the history of archaeology, the
id	nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-89400
institution	Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine
issn	2227-4952
language	Russian
last_indexed	2025-12-07T15:51:17Z
publishDate	2012
publisher	Інститут археології НАН України
record_format	dspace
spelling	Тесленко, Д.Л. 2015-12-09T16:24:33Z 2015-12-09T16:24:33Z 2012 Историография археологии: проблема структуры предметного поля / Д.Л. Тесленко // Археологія і давня історія України: Зб. наук. пр. — К.: ІА НАН України, 2012. — Вип. 9. — С. 295-301. — рос. 2227-4952 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/89400 902(091):930.1:165.5 Статья посвящена современному состоянию историографических исследований в археологии, в частности, пониманию предметного поля историографии археологии. Ставится вопрос о специфике и уровнях структуры предметного поля историографии, определяются перспективы дальнейшего исследования проблемы. Статтю присвячено проблемі розуміння предметного поля історіографії археології. Розглянуті дослідження у галузі історії археології та історії історичної науки, які містять визначення предмету історіографії. На підставі узагальнення існуючих точок зору пропонується триелементна структура предметного поля історіографії археології, яка складається з історії археології, теорії археологічної науки, проблемної історіографії. The paper is about the problem of understanding of the subject of the historiography of archaeology. ru Інститут археології НАН України Археологія і давня історія України Статті Историография археологии: проблема структуры предметного поля Історіографія археології: проблема структури предметного поля A historiography of archaeology: the problem of structure of subject’s field Article published earlier
spellingShingle	Историография археологии: проблема структуры предметного поля Тесленко, Д.Л. Статті
title	Историография археологии: проблема структуры предметного поля
title_alt	Історіографія археології: проблема структури предметного поля A historiography of archaeology: the problem of structure of subject’s field
title_full	Историография археологии: проблема структуры предметного поля
title_fullStr	Историография археологии: проблема структуры предметного поля
title_full_unstemmed	Историография археологии: проблема структуры предметного поля
title_short	Историография археологии: проблема структуры предметного поля
title_sort	историография археологии: проблема структуры предметного поля
topic	Статті
topic_facet	Статті
url	https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/89400
work_keys_str_mv	AT teslenkodl istoriografiâarheologiiproblemastrukturypredmetnogopolâ AT teslenkodl ístoríografíâarheologííproblemastrukturipredmetnogopolâ AT teslenkodl ahistoriographyofarchaeologytheproblemofstructureofsubjectsfield

Историография археологии: проблема структуры предметного поля

Репозитарії

Схожі ресурси