Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г.
Gespeichert in:
| Veröffentlicht in: | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Datum: | 1998 |
| 1. Verfasser: | |
| Format: | Artikel |
| Sprache: | Russisch |
| Veröffentlicht: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
1998
|
| Schlagworte: | |
| Online Zugang: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/91359 |
| Tags: |
Tag hinzufügen
Keine Tags, Fügen Sie den ersten Tag hinzu!
|
| Назва журналу: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Zitieren: | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. / С.В. Бородин // Культура народов Причерноморья. — 1998. — № 5. — С. 180-184. — Бібліогр.: 34 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1860258588378791936 |
|---|---|
| author | Бородин, С.В. |
| author_facet | Бородин, С.В. |
| citation_txt | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. / С.В. Бородин // Культура народов Причерноморья. — 1998. — № 5. — С. 180-184. — Бібліогр.: 34 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| container_title | Культура народов Причерноморья |
| first_indexed | 2025-12-07T18:52:13Z |
| format | Article |
| fulltext |
Бородин С.В.
АГРАРНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В КРЫМУ ДО ОКТЯБРЯ 1917 г.
Еще в середине Х1Х в. ведущей отраслью сельского хозяйства полуострова было скотоводство. С постройкой
железной дороги до Севастополя и приобщением Крыма к общероссийскому рынку усилилось развитие произво-
дительных сил сельского хозяйства, возросла в нем роль товарно-денежных отношений.
Высокие цены на хлеб, увеличение экспорта хлеба через южнорусские порты стимулировали развитие посевов
зерновых культур в степных районах. Если в 1881 г. пашня занимала менее четверти всех земель в Крыму, то в
1917 г. - около половины.i В 1917 г. в степи под пашней было занято 60% территории, в предгорье - 30% и на Юж-
ном берегу - 3%.ii
Увеличение посевных площадей привело к уменьшению удельного веса скотоводства и его ведущей отрасли -
овцеводства в сельскохозяйственном производстве. Скотоводство продолжало преобладать только на неудобных
для полеводства землях. С каждым годом увеличивалось количество распаханных земель.
В северной части полуострова главной отраслью сельского хозяйства стало полеводство. Ведущей культурой
была озимая пшеница. Высевались также овес и ячмень. Имелись посевы льна и сахарной свеклы. Овцеводство и
молочное хозяйство носили большей частью потребительский характер.
Производство хлеба здесь связывалось в основном с экспортом. Накануне первой мировой войны производи-
лось 6-7 млн. пудов товарного хлеба в год.
В другом направлении развивалось сельское хозяйство предгорных и горных районов. Посевов зерновых здесь
было немного. Мягкий климат и плодородные долинные земли создавали благоприятные условия для развития
спецкультур - садоводства, виноградарства, табаководства и поливного огородничества. Предгорный район был по
преимуществу садоводческим и огородным, а в горных районах и на Южном берегу сельское население специали-
зировалось на возделывании табака и винограда.
Крымские вина, фрукты и табаки пользовались большим спросом на всероссийском рынке, что вело к развитию
виноградарства, садоводства и табаководства. В Симферопольском уезде, где была сосредоточена большая часть
всех садов полуострова, в 1903 г. под садами было занято 4 648,4 дес., а в 1917 г. - 8160 дес., т.е. за 14 лет площадь
под садами увеличилась почти в два раза.iii
Особой популярностью пользовались крымские вина, производимые из местных сортов винограда, крымские
табаки. Это способствовало расширению занятых ими площадей. В 1916 г. на полуострове под виноградниками
было 7 469 дес., под табаком - 3 267 дес.iv
Накануне первой мировой войны наметился некоторый упадок крымского виноградарства, виноделия и табако-
водства. Виноградарство и виноделие, сосредоточенные в основном на Южном берегу, становились невыгодными
из-за усилившейся конкуренции со стороны плодово-ягодного виноделия и роста цен на землю в связи с развер-
нувшимся курортным строительством.
Значительно сократились площади, занятые табаком. Импорт дешевых турецких и македонских табаков и рост
цен на землю отрицательно сказались на развитии табаководства в Крыму, но все же в 1909 - 1913 гг. в Крыму в
среднем ежегодно производилось около 239 тыс. пудов табака.v
Трудно было найти в России такой многонациональный район, как Крым. После присоединения полуострова к
империи в нем поселилось много выходцев из центральных губерний России и из Украины, началось переселение в
Крым иностранных колонистов. В конце ХУ111 в. в Таврической губернии была создана 161 иностранная коло-
ния.vi
Согласно царскому указу от 19 марта 1764 г., колонисты наделялись участками лучших земель, денежным по-
собием и пользовались многочисленными льготами, в частности налоговыми, что ставило их в привилегированное
положение и создавало благоприятные условия для развития их хозяйства.
Каждая семья колониста, независимо от своего состава, получала по 30 дес., в том числе - 15 дес. пашенной, 5
дес. сенокосной, 5 дес. усадебной, огородной и выгонной земли. В царском указе от 19 марта 1764 г. местным вла-
стям предлагалось рядом с выделяемыми участками иметь свободные земли, “некоторую часть, как из пашенной,
так и из прочих угодий, оставлять впусте для будущих детей, дабы оныя, пришедши в возраст и женясь, сами хозя-
евами быть могли”.vii В конце Х1Х в. во владении иностранных колонистов в Таврической губернии было 921 648
дес.viii
Среди иностранных колонистов преобладали немецкие хозяйства. Немцы составляли 6,4% всего сельского
населения губернии. Особенно велик был процент немецкого населения в некоторых степных частях полуострова.
По данным всероссийской переписи 1897 г., немцы в Перекопском уезде составляли 22,8% населения, в Евпато-
рийском - 12%, в Феодосийском - 4,2%.ix
Среди колонистов других национальностей надо выделить болгар, эстонцев, чехов и греков. Болгары составля-
ли 2,8% всего населения губернии. В Крыму больше всего их было в Феодосийском уезде, где они составляли 5%
населения. Греки составляли 1,3% населения губернии. В Крыму они располагались в основном в горных и пред-
горных районах и около Керчи. В Ялтинском уезде греки составляли 5,4% населения, в Севастопольском градона-
чальстве - 5%, в Керчь-Еникальском градоначальстве - 4,6%, в Феодосийском уезде - 4% .x
Довольно значительный процент среди населения составляли евреи: в Симферопольском уезде - 6,5%, в Фео-
досийском - 2,5%, в Евпаторийском и Перекопском - 2%. Армяне в Симферопольском уезде составляли 2,1%, в
Феодосийском - 2,1%, в Перекопском - 1,2%. В степных районах полуострова имелись чешские и эстонские посе-
ления.xi
Но основную массу сельского населения составляли украинцы, русские и татары. Украинское и русское насе-
ление преобладало в степных районах, татарское - в горных и в предгорных.
После присоединения Крыма к России помещикам, чиновникам и колонистам были предоставлены огромные
массивы лучших земель. Только за десятилетие, с 1784 по 1794 г., царским правительством им было выделено бо-
лее 350 тыс. дес.xii Значительная часть земель, взятая непосредственно казной в свое распоряжение, расхищалась.
Большое количество государственной земли за бесценок было приобретено царскими чиновниками, дворянами и
колонистами, а земельные интересы коренного населения нарушались. Оно оттеснялось на неудобные и малопло-
дородные земли.
Сосредоточившие в своих руках крупные земельные массивы дворяне и чиновники переселяли в Крым своих
крепостных из русских и украинских губерний. На свободных государственных землях селились отставные солда-
ты, государственные крестьяне.
Развитие товарно-денежных отношений, рост вывоза сельскохозяйственной продукции на экспорт способство-
вали развитию сельскохозяйственного производства. Стремясь увеличить свои доходы, часть крупных землевла-
дельцев принимала меры к расширению сельскохозяйственного производства и к его интенсификации.
Пользуясь неурегулированностью земельных отношений, многие помещики захватывали свободные земли и
земли, находившиеся в пользовании крестьянства, которое часто не могло документально доказать свое право на
тот или иной земельный участок. Во многих случаях помещики принуждали крестьян за пользование своей же
землей платить аренду и выполнять различные натуральные повинности.
В 1907 г., по данным губернской земской управы, в Таврической губернии всего было 2 524 758 дес. пригодной
для обработки земли. По характеру землевладения она распределялась так: помещичья - 1 621 768 дес. /64,23%/;
крестьянская - 763 582 дес. /30,24%/, в том числе надельная - 173 009 дес. /6,85%/; государственная - 51 383 дес.
/2,03%/; вакуфная - 88 025 дес. /3,5%/.xiii
В пользовании помещиков, государства и вакуфов находилось 69,76% всей земли. По некоторым другим дан-
ным, в их пользовании в это время был 71% земли.xiv
Помещичьи хозяйства, составлявшие 6,8% всех земледельческих хозяйств /4 777/, имели в своем пользовании
почти две трети всех земель, а 64 848 крестьянских хозяйств - меньше одной трети, в том числе 590 573 дес. на
правах личной собственности.
О характере распределения частновладельческих земель можно судить по следующей таблице: xv
Размер земле-
владения
/ в дес./
Число вла-
дельцев:
/в проц./
У них
земли
/в проц./
До 10 дес 77,9 2,2
10 - 50 дес. 6,5 2,5
50 - 100 4,2 4,4
100-200 4,0 8,1
200-500 4,0 17,3
500-1000 1,5 15,5
1000-10 000 1,9 50,0
Всего в Таврической губернии в частновладельческом пользовании было 2 112 341 дес., причем половина ее
была сосредоточена в крупных помещичьих хозяйствах, имевших в своем пользовании свыше 1 000 дес. Это гово-
рит о колоссальной концентрации частновладельческих земель в огромных помещичьих латифундиях. В то же
время мелкие землевладельцы, составлявшие подавляющую массу владельцев земли /крестьяне/, имели в своем
пользовании только 2,2% частновладельческих земель.
Собственные земли находились в руках сравнительно небольшой группы помещиков и экономически мощных
крестьянских хозяйств: 15,6% владельцев земли имели в своем распоряжении 95% всех частновладельческих зе-
мель.
После столыпинской аграрной реформы усилилась социальная дифференциация крестьянства. Быстро увеличи-
валось число экономически мощных крестьянских хозяйств на отрубах, развивались товарно-денежные отношения
в сельском хозяйстве. Часть крестьянских хозяйств богатела, превращалась в высокотоварные хозяйства, а основ-
ная масса крестьян теряла последнюю землю и становилась батраками и арендаторами.
Больше всего безземельных крестьян было в степных районах полуострова. В 1907 г. в Симферопольском уезде
40% крестьянских хозяйств были совершенно безземельными, в Перекопском - 61%, в Евпаторийском - 72,1% .xvi
По данным переписи 1917 г., 40% крестьянских хозяйств в Крыму не имели земли.xvii
Из 1 336 населенных пунктов сельского типа Крыма в 493 проживало исключительно безземельное население
на арендованной, а главным образом взятой в скопщину земле. А в 309 населенных пунктах сельского типа беззе-
мельные крестьяне составляли большинство жителей.xviii
Так, в д. Сарайлы-Кият Симферопольского уезда из 49 крестьянских хозяйств 45 были безземельными, а в д.
Теренаир этого же уезда из 22 дворов 20 не имели земли.xix Только в 402 населенных пунктах преобладало насе-
ление, имевшее землю.xx Большинство их располагалось в горных районах, а земельные участки основной части
крестьян были незначительными по своим размерам.
Исключительное обезземеливание крымского крестьянства привело к широкому развитию арендных отноше-
ний. В 1917 г. в арендном пользовании в Крыму находилась почти шестая часть всей удобной земли.xxi Среди кре-
стьян-арендаторов преобладали натуральные формы аренды. В Перекопском уезде натуральная аренда составляла
58,2%, а денежная - 41,8%.xxii
В 1917 г. крестьяне арендовали на полуострове 266 499 дес. частновладельческих земель, из которых 67% - на
условиях внесения арендной платы натурой /скопщики и десятинщики/, а 33% - за денежную плату. Кроме того,
татарской бедноте на условиях скопщины сдавалось более 80 тыс. дес. вакуфной земли.xxiii
Положение безземельных арендаторов было тяжелым. Зафиксированных арендных договоров между землевла-
дельцами и арендаторами в большинстве случаев не было. Землевладелец мог в любое время прогнать арендатора,
которому ежегодно отводился земельный участок соответственно наличию у него сельскохозяйственного инвента-
ря, рабочего скота и прихоти землевладельца.
Этот участок скопщик обрабатывал своими орудиями и своим скотом, засевал своими семенами, сам убирал и
обмолачивал урожай. Из собранного урожая около половины зерном, соломой и другой сельскохозяйственной
продукцией скопщик отдавал землевладельцу.
Устные договоры между скопщиками и владельцами земли чаще всего заключались на один посев. Строился
арендатор с таким расчетом, чтобы после ухода забрать с собой деревянные и железные части строений.
Развитие товарно-денежных отношений в сельском хозяйстве усилило социальные процессы в крымской де-
ревне. Часть помещиков, изгоняя скопщиков с арендуемых ими земель, организовывала с помощью наемного труда
и новой сельскохозяйственной техники высокотоварные хозяйства. Часть помещиков продавала свои земли зажи-
точным крестьянами и предпринимателям.
Новые экономически крепкие крестьянские и капиталистического типа помещичьи хозяйства возникали на раз-
валинах деревень скопщиков, превращавшихся в батраков или уходивших в города на заработки. По переписи 1917
г. только половина безземельных крестьян в Крыму имела самостоятельное хозяйство, а другая часть безземельно-
го населения поставляла дешевую рабочую силу для помещичьих и зажиточных крестьянских хозяйств.xxiv В Кры-
му до революции батрачество составляло около 30% сельского населения.xxv
Зажиточные крестьяне были основными покупателями помещичьей земли. Таврическим отделением Крестьян-
ского поземельного банка в 1907 - 1913 гг. было продано крестьянам 70 679, 29 дес. помещичьей земли, в том чис-
ле в хуторное пользование 6 895, 63 дес. и в отрубное - 51 852, 73 дес.xxvi
В Таврической губернии к многосеющим крестьянским хозяйствам относилось около 20% крестьянских хо-
зяйств, к среднесеющим - 40% и к малосеющим и несеющим - 40%. Первые имели 45% всех крестьянских посевов,
а последние - 12%.
О социальной дифференциации крестьянства в Таврической губернии и о производственных возможностях
крестьянских хозяйств говорит и то, что собственную тягловую силу имело только 40% крестьянских хозяйств.
Зажиточные крестьяне стремились увеличить свое землепользование и за счет аренды помещичьих, государ-
ственных и вакуфных земель. В Симферопольском уезде, где в 1906 г. было 10 203 крестьянских хозяйств, 5 645 из
них арендовали 91 488 дес. земли. Среди арендаторов уезда 2 345 были безземельными, а 3 300 имели значитель-
ные участки собственных земель.
3 987 хозяйств /безземельные и малоземельные/ арендовали из доли урожая 49 280 дес. Это были бедняцкие и
частично середняцкие хозяйства. Остальные арендаторы уезда, среди которых преобладали экономически сильные
крестьянские хозяйства, вносили арендные платежи деньгами.xxvii
В степных районах полуострова часто случались неурожаи, что способствовало еще большей социальной диф-
ференциации среди крымского крестьянства, увеличивало задолженность значительной его части помещикам, бо-
гатым крестьянам, банкам, способствовало вымыванию середняцких хозяйств. После неурожаев количество бед-
няцких хозяйств увеличивалось.
Бедняцкие и середняцкие хозяйства в большей степени, чем помещичьи и хозяйства богатых крестьян, страдали
от засухи из-за недостатка в них рабочего скота и сельскохозяйственного инвентаря для высококачественной об-
работки пашни, недостатка средств для орошения и обводнения, засухоустойчивых семян.
Большую часть рабочего скота и сельскохозяйственного инвентаря неимущие и малоимущие крестьянские хо-
зяйства вынуждены были на кабальных условиях арендовать в помещичьих и экономически сильных крестьянских
хозяйствах. В 1917 г. 25% крестьянских хозяйств вообще не имели никакого скота, 53% - сельскохозяйственного
инвентаря, 54% - посева.xxviii Недостаток в крестьянских хозяйствах средств производства способствовал широкому
распространению среди них супряги.
В горных и в предгорных районах полуострова, т.е. в Ялтинском и в южных частях Феодосийского и Симферо-
польского уездов, количество безземельных крестьян было меньше, чем в степных уездах. По переписи 1917 г.
безземельные крестьяне в Ялтинском уезде составляли 17,4%.xxix Но земельные участки большей части крестьян
здесь были незначительными по размеру. Земельным обществам здесь принадлежали значительные земельные
площади, но большинство их составляли непригодные для обработки скалистые и лесистые места.
В тоже время в горных и предгорных районах в руках помещиков, предпринимателей и зажиточных крестьян
были сосредоточены крупные площади садов, виноградников и табачных плантаций, пахотных земель. Лучшие
земельные участки Южного берега находились в пользовании царской земли, придворной знати, крупнейших по-
мещиков и промышленников, а крестьянская беднота испытывала проблемы от малоземелья.
Крупные земельные участки на Южном берегу принадлежали наследникам М. Воронцова, скупившего в начале
Х1Х в. земли в Ялте, Гурзуфе, Алупке; Голицыным, Мордвиновым, Юсуповым, Долгоруковым, Нарышкиным, Ря-
бушинским, Гундобиным, Третьяковым и другим семьям аристократов и крупнейших русских промышленников.
В конце Х1Х в. Южный берег стал превращаться в крупнейший курортный центр России. Из-за курортного
строительства цены на землю здесь неимоверно выросли. Приобретение их стало совсем не под силу местному
крестьянству.
В районах спецкультур, так же как и в степных, шло развитие товарно-денежных отношений. Виноградарство,
садоводство и табаководство – все в большей степени приобретало промышленный характер. Основными произ-
водителями крымских вин были южнобережные поместья крупных магнатов и царской семьи.
Крупные промышленные сады располагались в горных долинах и в предгорье. Часть их принадлежала магнатам
/например, Юсуповы владели большей частью садов, расположенных в Коккозской долине/ и крупным высокото-
варным хозяйствам, которые постоянно расширяли свои сады, улучшали их за счет подбора более высокопродук-
тивных сортов, увеличивали их товарную продукцию.
Этого не могли позволить себе владельцы мелких садов, виноградников и табачных плантаций. Пользуясь тя-
желым положением неимущих, экономически крепкие хозяйства скупали у них урожай на корню, выдавая в кредит
за это в большинстве случаев не деньги, а товары и продукты.
Рынки крупных промышленных центров и столиц для крестьянских хозяйств районов спецкультур были недо-
ступны. Не было в их распоряжении и плодосушилок, винных подвалов и табачных сараев, где можно было бы
произвести переработку фруктов, винограда и табака.
Небольшие крестьянские участки спецкультур отличались обычно многосортностью и низким качеством то-
варной продукции. Это способствовало тому, что их продукция сбывалась по более низким ценам, чем продукция
крупных хозяйств, и не могла с ними конкурировать.
Очень выгодным было возделывание на Южном берегу табака. Благоприятные климатические условия давали
возможность производить здесь высококачественное табачное сырье. Но культура табака была очень трудоемкой и
требовала больших капиталовложений, что было не под силу бедняцким хозяйствам. Поэтому производство табака
было сосредоточено большей частью в крупных хозяйствах, применявших в широких масштабах наемный труд.
Льготы, предоставлявшиеся иностранным колонистам, привели к тому, что среди них был наиболее высокий
процент экономически крепких хозяйств. Во многих из них применялись усовершенствованный сельскохозяй-
ственный инвентарь, минеральные удобрения, агрономические приемы, наемный труд. Особенно это было харак-
терно для колонистов немецкого, эстонского и чешского происхождения. Меньше богатых хозяйств было среди
украинских, русских, болгарских, греческих, еврейских и армянских хозяйств.
Неравномерным было развитие татарских хозяйств. Большая их часть была бедняцкой. Имелись и зажиточные
хозяйства. Многие татарские мурзы владели крупными земельными участками, в большинстве случаев сдававши-
мися ими в аренду татарской бедноте. На вакуфных землях сидели татары-скопщики, эксплуатировавшиеся му-
сульманским духовенством. Среди татар в значительной степени сохранялись еще феодальные формы эксплуата-
ции. Пользуясь темнотой и забитостью татарской бедноты, мусульманское духовенство и многочисленные секты
других религий разжигали религиозный фанатизм и национальную рознь.
Широкое распространение в крымской деревне натуральной аренды безземельными и малоземельными кресть-
янами помещичьей и вакуфной земли в значительной степени тормозило развитие производительных сил сельского
хозяйства.
Часть помещиков, получая высокие доходы от платежей скопщиков, не была заинтересована в интенсификации
сельскохозяйственного производства. Краткосрочность аренды и ее натуральная форма приводили к тому, что
арендаторы, не уверенные в завтрашнем дне, старались максимально использовать арендованную землю, не думали
о восстановлении ее плодородия.
Положение крымской бедноты было весьма незавидным. Вот как характеризовали свое положение крестьяне
Емельяновского сельского общества Феодосийского уезда в резолюции, принятой на сходе в 1907 г.: “Имеющийся
у нас надел земли очень недостаточен, получаемого с него хлеба не хватает для того, чтобы мы могли прокормить-
ся, не голодая; соседние владельцы земли, пользуясь нашей темнотой и нуждой в земле, сдают ее нам на очень тя-
желых условиях, да и, чтобы получить ее, нужно низко кланяться, долго просить, а некоторые и после поклонов не
получают ее. Помещики, ничего не делая, получают громадные доходы, а мы, надрываясь от работы, должны жить
впроголодь; налоги берутся с нас в несколько раз больше, чем с богачей помещиков”.xxx
Всколыхнула крымскую деревню революция 1905-1907 гг. Участились случаи самовольного захвата крестья-
нами помещичьих земель. Имели место поджоги поместий. Осенью 1905 г. крестьяне д. Копюрликой Феодосий-
ского уезда самовольно произвели порубку помещичьего леса. Урядника, станового пристава, земского начальни-
ка, исправника, приехавших их усмирять, они выгнали. Скопщики д. Копюрликой, которых мурзак Челебиев в 1902
г. лишил земли, захватили его поместье, а его земли разделили между собой. Крестьянский бунт в этой деревне был
подавлен только весной 1907 г., когда помещик вернулся в свое поместье с отрядом конной стражи.xxxi
В 1906 г. во многих деревнях полуострова проводились собрания крестьян, на которых обсуждались наказы де-
путатам Государственной думы. На них выдвигались требования о немедленной передаче крестьянству без выкупа
всех земель нетрудового пользования. Так, 25 июня 1906 г. состоялся крестьянский сход дд.Чурбаш и Эльтиген
Феодосийского уезда. На нем присутствовало около 500 крестьян. Собравшиеся приняли такой наказ депутату:
“Требуйте, а не просите, немедленно, чтобы вся земля: казенная, удельная, кабинетская, монастырская, церковная и
частновладельческая была передана в пользование всех трудящихся без выкупа”.xxxii
Особенно обострились социальные противоречия в крымской деревне после Февральской революции. Беззе-
мельные и малоземельные крестьяне все в большей степени предъявляли свои права на помещичьи, государствен-
ные и вакуфные земли.
Задыхавшееся от малоземелья и безземелья крымское крестьянство, невзирая на репрессии властей, самовольно
захватывало и распахивало помещичьи и церковные земли. Крестьяне дд. Мазанки и Петровой Симферопольского
уезда самовольно запахали около 100 дес. земли, принадлежавшей помещику Осмоловскому,xxxiii
xxxiv
а беднота д. Но-
водмитриевки Евпаторийского уезда распахала земли помещика Шлее.
Аграрный вопрос в Крыму до 1917 г. стоял весьма остро. Большая часть земель относилась к разряду нетрудо-
вого пользования и находилась в руках помещиков, государства и церкви. Социальная дифференциация среди кре-
стьянства была весьма значительной. Основная масса крестьянских хозяйств относилась к разряду неимущих и
малоимущих, арендовала землю на кабальных условиях. Социальные отношения в деревне осложнялись нацио-
нальными.
i Ден Н.В.Крым. -М. -Л.; 1930. - С.30.
ii Там же.
iii Бененсон М.Е. Экономические очерки Крыма. - Симферополь, 1919. -С.35.
iv Народное хозяйство Крыма за 1925/26 год. Конъюнктурный обзор. -Симферополь, 1927. - С.9.
v Бененсон М.Е. Указ. соч. - С.47.
vi Велицын А.А. Немцы в России. - С.-Петербург; 1893. - С.46-55.
vii Там же. - С.44.
viii Там же. - С.138.
ix Статистический справочник Таврической губернии. - Симферополь: 1915.- Сс.21, 22.
x Там же. - С.23.
xi Статистический справочник Таврической губернии. - Симферополь, 1915. -Сс.23-25.
xii Щербаков С., Рагацкин С. Крымская АССР. - Симферополь, 1939. - С.13.
xiii Очерк поземельных отношений в Таврической губернии. - Симферополь, 1907.- Сс.24, 25.
xiv Государственный архив Российской Федерации. - Ф. 1235, оп. 30,д. 68, л.27.
xv Надинский П.Н. Очерки по истории Крыма. - Симферополь: Крымиздат, 1951- Сс.201-202.
xvi Очерк поземельных отношений в Таврической губернии. - Симферополь, 1907.- С.22.
xvii Бененсон М.Е. - Указ. соч. -С.14.
xviii Там же. - С.16.
xix Сборник по основной статистике. Подворная перепись. - Симферопольский уезд. - Симферополь, 1906.- Сс. 8,9.
xx Бененсон М.Е. Указ. соч. -С.16.
xxi Десять лет советского Крыма. - Симферополь: Крымгосиздат, 1930. - с.189.
xxii Очерк поземельных отношений в Таврической губернии. - Симферополь, 1907.- С.210.
xxiii Бененсон М.Е. Указ. соч. - С.16.
xxiv Там же. - С.18.
xxv Красный Крым. - 1921. - 20 мая.
xxvi Обзор Таврической губернии за 1913 год. -Симферополь, 1914. - С.17.
xxvii Сборник по основной статистике. Подворная перепись. Симферопольский уезд.- Симферополь; 1906.-Сс.122,123.
xxviii Борьба за советскую власть в Крыму. - Документы и материалы. - В 2-х томах. - Симферополь: Крымиздат, 1957.- Т.1. - С.6.
xxix Бененсон М.Е. Указ. соч. - С.14.
xxx Государственный архив Автономной Республики Крым. - Ф. 706,оп.1,д.281, л.45.
xxxi Советскому Крыму двадцать лет. - Симферополь: Крымгосиздат,1940. - С.129.
xxxii Государственный архив Автономной Республики Крым. -Ф.483,оп.6, д.500, л.2.
xxxiii Там же. -Ф.Р - 1694, оп.1, д.46,л.185.
xxxiv Там же. - Ф.Р -1831,оп.1, д.2,л 60.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-91359 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1562-0808 |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T18:52:13Z |
| publishDate | 1998 |
| publisher | Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Бородин, С.В. 2016-01-11T13:32:23Z 2016-01-11T13:32:23Z 1998 Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. / С.В. Бородин // Культура народов Причерноморья. — 1998. — № 5. — С. 180-184. — Бібліогр.: 34 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/91359 ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья Вопросы духовной культуры Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. Article published earlier |
| spellingShingle | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. Бородин, С.В. Вопросы духовной культуры |
| title | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. |
| title_full | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. |
| title_fullStr | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. |
| title_full_unstemmed | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. |
| title_short | Аграрные отношения в Крыму до октября 1917 г. |
| title_sort | аграрные отношения в крыму до октября 1917 г. |
| topic | Вопросы духовной культуры |
| topic_facet | Вопросы духовной культуры |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/91359 |
| work_keys_str_mv | AT borodinsv agrarnyeotnošeniâvkrymudooktâbrâ1917g |