Мы помним чудное мгновенье...
Saved in:
| Published in: | Культура народов Причерноморья |
|---|---|
| Date: | 1998 |
| Main Author: | |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України
1998
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/91360 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | Мы помним чудное мгновенье... / О.Г. Мормуль // Культура народов Причерноморья. — 1998. — № 5. — С. 42-46. — Бібліогр.: 17 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| id |
nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-91360 |
|---|---|
| record_format |
dspace |
| spelling |
Мормуль, О.Г. 2016-01-11T13:32:53Z 2016-01-11T13:32:53Z 1998 Мы помним чудное мгновенье... / О.Г. Мормуль // Культура народов Причерноморья. — 1998. — № 5. — С. 42-46. — Бібліогр.: 17 назв. — рос. 1562-0808 https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/91360 ru Кримський науковий центр НАН України і МОН України Культура народов Причерноморья К 200-летию со дня рождения А.С.Пушкина Мы помним чудное мгновенье... Article published earlier |
| institution |
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| collection |
DSpace DC |
| title |
Мы помним чудное мгновенье... |
| spellingShingle |
Мы помним чудное мгновенье... Мормуль, О.Г. К 200-летию со дня рождения А.С.Пушкина |
| title_short |
Мы помним чудное мгновенье... |
| title_full |
Мы помним чудное мгновенье... |
| title_fullStr |
Мы помним чудное мгновенье... |
| title_full_unstemmed |
Мы помним чудное мгновенье... |
| title_sort |
мы помним чудное мгновенье... |
| author |
Мормуль, О.Г. |
| author_facet |
Мормуль, О.Г. |
| topic |
К 200-летию со дня рождения А.С.Пушкина |
| topic_facet |
К 200-летию со дня рождения А.С.Пушкина |
| publishDate |
1998 |
| language |
Russian |
| container_title |
Культура народов Причерноморья |
| publisher |
Кримський науковий центр НАН України і МОН України |
| format |
Article |
| issn |
1562-0808 |
| url |
https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/91360 |
| citation_txt |
Мы помним чудное мгновенье... / О.Г. Мормуль // Культура народов Причерноморья. — 1998. — № 5. — С. 42-46. — Бібліогр.: 17 назв. — рос. |
| work_keys_str_mv |
AT mormulʹog mypomnimčudnoemgnovenʹe |
| first_indexed |
2025-11-25T21:40:03Z |
| last_indexed |
2025-11-25T21:40:03Z |
| _version_ |
1850559820292161536 |
| fulltext |
Мормуль О.Г.
МЫ ПОМНИМ ЧУДНОЕ МГНОВЕНЬЕ...
Но помнит море - вдоль него поэт,
роняя свет, идет, и юн и весел.
В.А. Левенко
В 1999 году мы отмечаем 200-летний юбилей со дня рождения великого русского поэта Александра
Сергеевича Пушкина и 180-летний юбилей его пребывания в Крыму и городе Керчи.
Знакомство с Крымом Пушкин начал с Керчи, приехав сюда 15 августа 1820 года. Однако первые
впечатления о городе у поэта вызвали грустные чувства. Здесь, по его мнению, он увидел сторону важную и
запущенную. Об этом свидетельствуют его письма к брату Л.С.Пушкину и к А.А.Дельвигу, где он пишет:
“...морем мы приехали в Керчь. Здесь увижу я развалины Митридатова гроба, здесь увижу я следы
Пантикапеи, думал я - на ближайшей горе посреди кладбища увидел я груду камней, утесов, грубо
высеченных, заметил несколько ступеней, дело рук человеческих. Гроб ли это, древнее ли основание башни
- не знаю. За несколько верст остановились мы на Золотом холме. Ряды камней, ров, почти сравнявшийся с
землей, - вот все, что осталось от города Пантикапея. Нет сомнения, что много драгоценного скрывается под
землей, насыпанной веками.(…) Из Азии переехали мы в Европу на корабле. Я тотчас отправился на так
называемую Митридатову гробницу (развалины какой-то башни); там сорвал цветок для памяти и на другой
день потерял без всякого сожаления. Развалины Пантикапея не сильнее подействовали на мое воображение.
Я видел следы улиц, полузаросший ров, старые кирпичи - и только”.
Разочарованье Пушкина в Керчи возникло оттого, что он желал увидеть существенные следы древней
“Пантикапеи” и “Митридатовой гробницы”, и если бы его взору открылись современные раскопки,
впечатления были бы совершенно иными.
Но город манил поэта своим романтическим прошлым. “Брега полуденной Тавриды” были восприняты
им как живое напоминание об античности. С лицейских лет он знал о борьбе царя Митридата V1 Евпатора с
могущественным Римом за преобладание в бассейне Средиземного моря, на Кавказе и Малой Азии. Он
помнил занимательные исторические рассказы римского историка Аппиана (конец 1 века - 70-е годы 11
века), читал и видел на сцене трагедию “Митридат”, написанную в 1673 году Жаном Расином.
Пушкин двояко воспринимал Митридата: как жестокого тирана и талантливого полководца,
образованного человека своего времени.
В районе современной набережной, где находится ротонда (арка), была пристань, которая называлась
Таманской. Сюда причаливали приходившие, в основном из Тамани, парусные суда. На одном из таких
судов (лансон - канонерская лодка) прибыло семейство генерала Н.Н. Раевского вместе с Пушкиным.
Сейчас на этом месте расположен памятный камень.
Существует несколько версий о том, где конкретно останавливался Пушкин на ночлег вместе с семьей
генерала Раевского. Высказываются мнения по поводу крепости. Однако если исследовать ее территорию,
то мы обнаружим лишь обветшалые казармы для солдат, подсобные помещения и домишки для младших
офицеров. Вероятно, такая крепость не подходила для почетного генерала. В связи с этим высказываются
мнения о старой прибрежной “таможне” - красивом монументальном здании в стиле классицизма 19 века,
которое, тем не менее, было снесено в 1981 году. Однако сама история этих строений отвергает версии о
пребывании Пушкина. Поэтому остается предположение, что почетные люди могли быть поселены в любом
зажиточном доме, как это было, например, с писателем Гераковым и его товарищами, когда они
остановились в доме хлебосольного грека Эммануила Феофилов Кордио. Но и эта версия не была принята за
основу. Остается единственное предположение, что остановились гости в “Генералитетском доме” для
высокопоставленных особ. Это здание находилось в районе нынешней гимназии им. Короленко и
просуществовало, видимо, до второй половины 19 века.
Сейчас на южной стороне здания гимназии им. В.Г. Короленко (у подножия Большой Митридатской
лестницы) можно увидеть мемориальную доску с барельефом А.С. Пушкина (скульптор А.И. Мельник,
литейщик Ю.Ф. Попов, по заказу Керченского историко-культурного заповедника).
Остается открытым вопрос о том, кто был гидом поэта по историческим местам города. Из “Путевых
заметок” Геракова известно, что в день прибытия в Керчь (1820) Пушкин мог увидеть группу морских
офицеров во главе с “седовласым сорокалетним молодцом и капитаном-лейтенантом Н.Ю. Патаниоти,
начальником керченской флотилии из 12 судов”. Приезд Пушкина совпал с посещением Керчи французом,
археологом, занимающимся раскопками “драгоценностей, скрытых под землей”, - Паулем Дюбрюксом
(1773-1835), который из собранных коллекций создал в Керчи в 1826 году (спустя шесть лет после
пребывания А.С. Пушкина) музей древностей. Судя по письмам поэта, тот сопровождал его “при осмотре в
Керчи” развалин Пантикапеи в августе 1820 года.
В 1828 году в Петербурге вышла книга Гавриила Васильевича Геракова (1775-1838) “Путевые заметки по
многим российским губерниям”. В этом издании приводятся дневниковые записи о его встречах с
Пушкиным в Керчи 15 августа 1820 года. Как удалось установить литературоведу Л.А. Черейскому, до
наших дней сохранился портрет керченского знакомого поэта (литография эта находится в отделе эстампов
Государственной Публичной библиотеки им. М.Е. Салтыкова-Щедрина в Санкт-Петербурге).
Окружение А.С. Пушкина, по мнению Черейского, органически входит в биографию и творчество поэта,
и наше понимание его наследия во многом зависит от того, насколько мы знаем среду, в которой жил и
работал поэт. Поэтому изучение ее, сбор документальных материалов о знакомых Пушкина продолжается и
в настоящее время.
Утром 16 августа 1820 года А.С. Пушкин и Раевские покидали древний Пантикапей и направлялись в
Феодосию. Выехав из центра города, из ворот генералитетской гостиницы, путешественники попадали на
пустынную почтовую дорогу (ул. Пирогова и Чкалова), и далее их путь лежал вдоль Южного склона
Центральной полосы холмов. С правой стороны их внимание привлек высокий холм, обложенный
циклопическими каменными глыбами. И хотя Пушкин не нашел на Золотом холме то, что искал, он
наверняка слышал из уст сопровождающего гида легенду о происхождении названия холма, который был
разграблен еще задолго до приезда поэта.
А.С. Пушкин был своеобразным пророком для Крыма и Керчи, говоря, что “много драгоценного
скрывается под землей, насыпанной веками...”. Археологические открытия мирового значения произошли
здесь столетие спустя, а пока поэт разочарованно отмечал невыразительную груду камней и грубо
высеченные в скале ступени. Основатель же старейшего в стране Керченского археологического музея
Пауль Дюбрюкс умер в нищете, не признанный своими современниками.
Для нас, крымчан, Александр Сергеевич Пушкин интересен не только как поэт, но и как человек,
имеющий родословную связь с Крымом, так как история человечества складывается из истории народов, а
история каждого народа - из истории родов, семей. Поэт говорил: “Гордиться славою своих предков не
только можно, но и должно: не уважать оной есть постыдное малодушие. Неуважение к предкам есть
первый признак дикости и безнравственности. Уважение к минувшему - вот черта, отделяющая
образованность от дикости”.
19 декабря 1836 года поэт пишет П.Я. Чаадаеву: “...ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество
или иметь другую историю, кроме истории наших предков.”
Род Пушкиных восходит к крымским грекам - А.С. Пушкин был потомком Стефана Ховры в 14-м
колене. Поэт знал, что в числе его предков был выходец из “Прусов” или из “Немец” - полулегендарный
Ратша. Он был потомком Ратши в 20-м колене, а Григорий Пушка - в седьмом колене. В стихотворении
“Моя родословная” поэт писал:
Мой предок Рача мышцей бранной.
Святому Невскому служил.
Все это оставило значительный отпечаток в наследии Пушкина (дядя поэта В.Л. Пушкин посвятил
представителю родословной фамилии стихотворение “К П.Н. Приклонскому”). Сам поэт реализовал эту
родственную связь в поэме “Езерский”, В “Истории Петра”, “Хронологическом перечне главных событий
царствования Петра 1”.
Впечатления, полученные поэтом во время поездки, нашли свое выражение в его творчестве, в частности
в романе “Евгений Онегин”:
Воображенью край священный:
С Атридом спорил там Пилад,
Там закололся Митридат.
В черновиках неоконченного стихотворения-слова: “и зрит пловец - могила Митридата...”. (Однако такой
гробницы в Пантикапее никогда не было, Митридат был похоронен на родовом кладбище в Синопе).
Представляя зрительно образ города Керчи и горы Митридат, которая запомнилась поэту во время его
пребывания на палубе парусника в далеком 1820 году, А.С. Пушкин связал этот образ с легендой о “гробе” в
“Путешествии Онегина”:
Он видит Керчь уединенный
На Митридатовом Холме.
Именно поэтому в “Путешествии Онегина” рассказ о пребывании героя в Тавриде стал поводом для
разговора о “прозаических бреднях” и “пестром соре” “флагманской школы”. Именно поэтому в ноябре
1836 года Пушкин, имея в виду Крым, напишет: “Там колыбель моего “Онегина”.
Поэт не раз упоминает о “Митридатовом гробе” в своих трудах: в письме к брату Л.С. Пушкину, в
неоконченном стихотворении “Кто видел край, где роскошью природы...” (“Могила Митридата”), в письме к
А.А. Дельвигу, позднее приложенном к поэме “Бахчисарайский фонтан” (“Митридатова Гробница”).
Поэт не был писателем-маринистом. Однако образ Черного моря в лирике неразрывно связан с образом
поэта:
В душе утихло мрачных дум
однообразное волненье!
Воскресли чувства, ясен ум.
Внутренняя жизнь моря созвучна внутренней жизни лирического героя, когда “душа кипит и замирает”.
Художественная палитра образной картины моря в дальнейшем у Пушкина обогащается, главным
образом, за счет оттенков синего цвета: “моря блеск лазурный” (“Кто видел край”), “волны голубые” (“К
морю”). В стихотворении “Нереида” цветовая гамма моря меняется: появляется зеленый цвет - “среди
лазурных волн”.
Развернутые метафоры создают живой образ моря. Олицетворенная морская картина имеет ярко
выраженный подтекст. Море - “свободная стихия” - становится у Пушкина символом свободы, мерой
высокой нравственности лирического героя, красоты:
Я помню море пред грозою,
Как я завидовал волнам,
Бегущим бурной чередою,
С любовью лечь к ее ногам!
Пребывание А.С. Пушкина в Крыму и, в частности в Керчи, явилось источником тем, образов для
современных писателей, поэтов, художников.
Керченский поэт Валерий Левенко в своем стихотворении “Один день одного дня” пишет:
Здесь Пушкин был,
Далеким летним днем
Здесь Пушкин был.
Или:
И разве кто-то мог предположить,
Что перед ним не просто соплеменник,
А будущего вечный старожил,
Отживших и неживших современник...
Художники Иван Гринчук и Анатолий Денисенко приготовили к юбилею поэта живописные
произведения.
В городе-герое Керчи существуют Пушкинские маршруты: от городской набережной по Митридатской
гряде холмов, до Золотого кургана: научными сотрудниками Керченского историко-культурного
заповедника С. Механиковым и С. Шестаковым разработана еще одна пешеходная экскурсионная 4-х
километровая Пушкинская тропа, по которой прошли сотни поклонников поэта. Издана книга “По
керченским следам А.С. Пушкина”.
Память великого русского поэта в городе Керчи увековечена в названиях улицы, школы, библиотеки,
театра, историко-археологического музея. Есть в городе старые тополя 19 века (во дворе центральной
“пожарки”), посаженные в честь 50-летия пребывания А.С. Пушкина. Была когда-то и Пушкинская площадь
в районе Афанасьевской церкви. В городской газете часто публикуются статьи на пушкинскую тему, школы
и библиотеки регулярно устраивают выставки, литературные чтения, вечера.
В свое время В.Г. Белинский писал: “Пушкин принадлежит к вечно живущим и движущимся явлениям,
не останавливающимся на той точке, на которой застала их смерть, но продолжающим развиваться в
сознании общества. Каждая эпоха произносит о них свое суждение, и как бы ни верно поняла она их, но
всегда оставит следующей за ней эпохе сказать что-нибудь новое и более верное”.
Литература
1. А.С. Пушкин в Керчи: Проспект. – Керчь, 1992.
2. Афанасьева З. При осмотре в Керчи // Керченский рабочий. – 1989. – 1 мая. – С.3.
3. Барская Т. Всяк сущий в ней язык... (Пушкин в Крыму) // Крымская газета. – 1996. – 17 февр.
4. Берестовская Д.С. Пушкин и русское искусство первой половины 19 века // Русская культура и Восток: Третьи
Крымские пушкинские чтения. – Симферополь, 1993. – С. 34.
5. Выгон М. Пушкин в Крыму. – Симферополь: Таврида, 1974.
6. Казарин В.П. К пределам дальним. – Севастополь: Ахтшер, 1994.
7. Казарин В.П., Яковенко Э.В. Пушкин и легенда о “Митридатовом кресле” // Крымский комсомолец. – 1991. – 16
февр.
8. Керченская дорога Пушкина // Керченский рабочий. – 1994. – 5 февраля.
9. Кравченко В. Потомок славных крымских греков // Крымские известия. – 1993. – 26 февр.
10. Левенко Валерий. Вечности сверстник прекрасный // Керченский рабочий. – 1992. – 26 авг.
11. По керченским следам поэта // Керченский рабочий. – 1997. – 14 окт.
12. Природа, удовлетворяющая воображение // Боспор. – 1998. – № 33. – С.8.
13. Пушкин в Тавриде: Сб. лит.-краевед. статей. – Симферополь: Таврия, 1993. – 176с.
14. Русская культура и Восток: Третьи Крымские пушкинские чтения. – Симферополь, 1993. – 86с.
15. Тарбаев В. А.С. Пушкин и М.Ю. Лермонтов на берегах Боспора Киммерийского // Керченский рабочий. – 1994. – 4
окт.
16. Тарбаев В. По керченским следам А.С.Пушкина. – Керчь, 1997.
17. Тарков А. Что произошло с Пушкиным в Тавриде? // Аргументы и факты. – 1997. – №23. – С.18.
В.А. Левенко
Литература
|