О соотношении действительности и возможности в праве
Работа посвящена соотношению действительности и возможности в праве. В условиях реформирования правовой системы современного российского общества данная проблема приобретает особенную актуальность обосновывается необходимость четко разграничивать философское и юридическое понимание категорий «дейст...
Saved in:
| Date: | 2004 |
|---|---|
| Main Authors: | , , |
| Format: | Article |
| Language: | Russian |
| Published: |
Інститут держави і права ім. В.М. Корецького НАН України
2004
|
| Subjects: | |
| Online Access: | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/9680 |
| Tags: |
Add Tag
No Tags, Be the first to tag this record!
|
| Journal Title: | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| Cite this: | О соотношении действительности и возможности в праве / В.М. Баранов, В.Б. Першин, И.В. Першина // Проблеми філософії права. — 2004. — Т. II. — С. 181-186. — Бібліогр.: 20 назв. — рос. |
Institution
Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine| _version_ | 1859977992801878016 |
|---|---|
| author | Баранов, В.М. Першин, В.Б. Першина, И.В. |
| author_facet | Баранов, В.М. Першин, В.Б. Першина, И.В. |
| citation_txt | О соотношении действительности и возможности в праве / В.М. Баранов, В.Б. Першин, И.В. Першина // Проблеми філософії права. — 2004. — Т. II. — С. 181-186. — Бібліогр.: 20 назв. — рос. |
| collection | DSpace DC |
| description | Работа посвящена соотношению действительности и возможности в праве. В условиях реформирования правовой системы современного российского общества данная проблема приобретает
особенную актуальность обосновывается необходимость четко разграничивать философское и юридическое понимание категорий «действительность» и «возможность». Действительность и
возможность имеют свое конкретное и специфическое выражение и соотношение в различных сферах правового бытия и этапах его развития. Учет данного обстоятельства в исследовании правовой сферы будет способствовать определению и реализации возможностей связанных с основными направлениями правового процесса, формированию эффективного и стабильного законодательства.
The paper is devoted to the correlation of reality and possibility in law. In the present-day state of reforms
in the law system of modern Russian society this problem has become especially important. The necessity to establish exact distinction between the philosophical and juridical understanding of the categories of reality and possibility is defined. Reality and possibility have their own concrete and specific expression and correlation in different spheres of law existence and stages of its development. Taking into account this fact in studying the sphere of law will contribute to defining and realization of the possibilities connected with the principal directions of the legal progress and to forming an effective and
steady legislature.
|
| first_indexed | 2025-12-07T16:24:50Z |
| format | Article |
| fulltext |
ПРОБЛЕМИ ДІАЛЕКТИЧНОЇ МЕТОДОЛОГІЇ ПРАВА
Проблеми філософії права. – 2004. – Том II. 181
© 2004 В. М. Баранов, В. Б. Першин, И. В. Першина
Нижегородская академия МВД РФ
О СООТНОШЕНИИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ
И ВОЗМОЖНОСТИ В ПРАВЕ
Категории «возможность» и «действитель-
ность» широко используются в правовом мыш-
лении. Они присутствуют в содержании многих
понятий права и представлены в нормах дейст-
вующего законодательства.
Посредством категории «возможность» опре-
деляются понятия «правоспособность», «субъек-
тивное право», «правомочие», «притязание»
и ряд других. Мера свободы как сущностная
черта права может быть раскрыта только через
возможность, что нормативно закреплено уже в
Декларации прав человека и гражданина 1789
года. «Свобода, – записано в ст. 4 данной Де-
кларации, – состоит в возможности делать все,
что не вредит другому: таким образом, осущес-
твление естественных прав каждого человека
ограничено лишь теми границами, которые
обеспечивают другим членам общества пользо-
вание этими же правами». Возможность и пра-
вовая свобода используются как однопорядковые
категории в определении юридического содер-
жания диспозитивности. Диспозитивность в гра-
жданско-правовом регулировании О. А. Красав-
чиков понимает как основанную на нормах дан-
ной отрасли права юридическую свободу (воз-
можность) субъектов гражданских правоотноше-
ний осуществлять свою правосубьектность и
свои субъективные права (приобретать, реали-
зовывать или распоряжаться ими) по своему
усмотрению [8, с. 45]. Категория «возможность»
закреплена в определении понятия права указа-
нием на возможность государственного принуж-
дения, обеспечивающего охрану общео-
бязательных норм [2, с. 81-82].
Категория «действительность» также ис-
пользуется в юриспруденции. Достаточно ска-
зать, что она присутствует в определении пред-
мета учения о государстве и праве. «Предметом
общей теории государства и права являются
государственно-правовая действительность, об-
щие и специфические объективные закономер-
ности ее развития, на основе познания и испо-
льзования которых разрабатываются фундаме-
нтальные проблемы, имеющие методологичес-
кое значение для отраслевых юридических на-
ук» [6, с. 15]. Анализ докторского диссерта-
ционного исследования Г. А. Нанейшвили, про-
веденного по теме «Действительность права
и опыт обоснования нормативных фактов», по-
казывает, что многоплановость категории «дейс-
твительность» требует ее использования не толь-
ко в юридической науке но и в правотворчестве,
в правореализации [13; 3, с. 126].
Указанная логическая связь рассматриваемых
категорий с важнейшими понятиями и характе-
ристиками права свидетельствует об их фунда-
ментальном значении для юридической науки.
В понятийном аппарате правоведения, равно
как и в позитивном праве, термин «возможность»
употребляется значительно чаще, чем «дейст-
вительность». В Гражданском кодексе РФ, на-
пример, первый из них используется (включая
производные от него лексикоконцепты) 129
раз, что в несколько раз превышает число слу-
чаев использования термина «действитель-
ность». Это невольно наводит на мысль о при-
оритетной роли возможности в праве. Исследуя
возможность и действительность в праве Н. И.
Матузов приходит именно к такому выводу. Он
так формулирует свою позицию по данному
вопросу: «Вообще в правовой сфере преобла-
дают в основном юридически закрепленные во-
зможности, а не реальности…Правовые воз-
можности – это своего рода настоящее, перене-
сенное в будущее. Весь процесс реализации
права есть процесс осуществления закреплен-
ных в нем возможностей через волевую деяте-
льность людей [12, с. 19]». О. Э. Лейст исполь-
зует при характеристике диспозитивности
«право» и «возможность» как равнозначные,
взаимозаменяемые в определенном отношении
термины. «Диспозитивность, – пишет он, –
обозначается как право (возможность) посту-
пать иначе, чем указано нормой, как опреде-
ление лишь цели, которая должна быть достиг-
нута, использованием «оценочных понятий» и
др. (их содержание раскрывается в процессе
реализации права) [19, с. 377]». В свя-зи
с приведенными фактами и мнениями возникает
вопрос о том, насколько обоснованным являет-
ся тезис о преобладании в праве юридически
закреплённых возможностей и в каком именно
В. М. Баранов, В. Б. Першин, И. В. Першина
182 Проблеми філософії права. – 2004. – Том II.
аспекте анализа права этот тезис можно при-
знать достоверным.
Категории «возможность» и «действитель-
ность» используются в юридической науке
и практике как в их собственно философском
смысле, так и в значениях учитывающих специ-
фику правовой сферы. Философское их пони-
мание не позволяет в полной мере выразить
качественное своеобразие технико-юридичес-
кого закрепления правовой возможности и дейс-
твительности. Особенно наглядно это можно по-
казать на примере правовой возможности. Для
общетеоретического анализа права во многих
случаях вполне приемлемо понимание возмож-
ности как предпосылок и условий воз-
никновения нового явления, как выражение
тенденций развития заложенных в существу-
ющих явлениях или даже того, чего еще нет, но
что может наступить, проявиться в ходе ра-
звития. Специфику правового понимания воз-
можности весьма четко выразил И. А. Ильин.
Исследуя содержание права он пишет: «Право
всегда указывает человеку то, что «можно», то
чего ему «нельзя», и то, что он «обязан» делать.
При этом, говоря о «возможности» («можно»)
и «невозможности» («нельзя»), следует иметь
в виду не телесную или душевную способность
человека… Правовое «можно» следует понимать
в смысле «позволено, предоставлено», а право-
вое «нельзя» – в смысле «воспрещено» [5, с. 99]
Правовое позволение, поясняет И. А. Ильин, сос-
тоит в том, что человеку указывается, какие
внешние поступки предоставлены на его усмот-
рение, причем правовые нормы обеспечивают
ему защиту этих поступков.
Правовая возможность, истолкованная как
дозволение образует, как уже отмечалось, соде-
ржание диспозитивности. В этой связи настаи-
вать на преобладании в правовой сфере юриди-
чески закрепленных возможностей означает ума-
ление роли и значения императивности. Вполне
обоснованно говорить о превалировании до-
зволений (правовых возможностей) в частном
праве, но не в публичном. Можно привести до-
вольно примеров использования термина «воз-
можность» в публично-правовых нормах. Од-
нако никакие подобного рода примеры не по-
ставят под сомнение императивность публич-
ного права, равно как и то, что субсидиарный,
восполнительный характер частно-правовых
норм не отменяет публичность права вообще.
Вопрос о приоритете юридических возмож-
ностей относительно правовой действительно-
сти нуждается в конкретизации применительно
к праву субъективному и объективному. На это
обстоятельство обращает внимание С. С. Алек-
сеев: «Субъективное право, или право в субъек-
тивном смысле, – это юридические возможности
данного лица, субъекта, его собственная основа
для свободного поведения (опирающаяся, поня-
тно, на правопорядок данной страны, на за-
коны)». Объективное же право, под которым
понимается действующая система общеобяза-
тельных юридических норм «существует и фун-
кционирует как внешняя объективная реаль-
ность, не «привязанная» к тем или иным конкре-
тным субъектам, лицам» [1, с. 17]. Само же объе-
ктивное право, как частное, так и публичное,
возникает в силу определенных собственных и
в этом смысле правовых возможностей. Здесь о
возможности речь уже идет в смысле предпо-
сылок его возникновения, т. е. в философском
смысле термина. Мы полностью согласны с Н. И.
Матузовым в том, что возможность и действите-
льность «получают в «правовой материи» самые
разнообразные проявления, но прежде всего в
виде юридической и фактической возможности»
[12, с. 19].
«Возможность» и «действительность» яв-
ляются элементами системы категорий диале-
ктики и предназначены для исследования про-
цесса развития. Различные его аспекты выра-
жают такие парные категории как причина
и следствие, необходимость и случайность, ко-
личество и качество и другие. Специфика
и основное функциональное назначение расс-
матриваемых нами категории состоит в том,
чтобы отразить взаимосвязь сменяющих друг
друга состояний объекта, этапов его развития.
Изменение приобретает характер развития
в случае качественного преобразования объе-
кта. Данные категории обозначают в теории
развития не любые ближайшие состояния,
а лишь те, которые квалифицируются именно как
разнокачественные.
Один из самых загадочных феноменов раз-
вивающегося мироздания состоит в возникно-
вении нового. В актах творения природа выс-
тупает всемогущим волшебником. Мыслящий
человек призван такие дивные превращения,
в некотором смысле чудеса, разгадывать. В тео-
ретическом решении этой задачи исследователя
подстерегают препятствия, отчетливо выражен-
ные в концепциях креационизма и преформизма.
Креативность как способность создавать но-
вое свойственна природе. Достаточно наглядно
она проявляется у человека. Способность его
к творчеству, созиданию нового в любой сфере
О соотношении действительности и возможности в праве
Проблеми філософії права. – 2004. – Том II. 183
деятельности психология связывает с противо-
речивым единством интеллекта и интуиции, соз-
нания и бессознательного, логического и ирра-
ционального. Концептуально креационизм
представляет собой религиозное учение о сот-
ворении мира Богом из ничего. Сторонники
религиозно-идеалистической доктрины рассма-
тривают право выражением божественного ра-
зума, имеющим целью установление общест-
венного порядка по воле Бога. Эту концепцию,
основанную на возможности божественного
происхождении права разделяли теологи хрис-
тианства во все времена. Отношение науки к
ней определяется тем, что научное мировоззре-
ние отрицает творение из ничего. Наука предпо-
лагает обязательное наличие того, из чего и на
основе чего новое появляется.
Согласно концепции преформации всё буду-
щее новое есть не что иное, как развертывание
форм и моделей ранее вложенных в существую-
щие образования. «Преформизм» в буквальном
переводе с латинского означает «заранее обра-
зую», «предобразую». Впервые пре-
формистские идеи в концептуальной форме
наивно выражены Анаксагором в его учении
о гомеомериях, семенах качественно однород-
ных веществ, соединения которых образуют
все многообразие вещей. В философии Лейб-
ница эта концепция в несколько преобразо-
ванном виде приобрела методологическое зна-
чение в анализе эволюции мироздания. Прин-
ципиальный недостаток такого подхода сос-
тоит в том, что он снимает саму проблему но-
визны. Новое в сути своей таковым не является
и объяснение тайны его происхождения стано-
вится как бы излишним. Здесь происходит ре-
дукция, т. е. полное, без остатка сведение вы-
сшего к низшему.
Примером осуществления данного подхода
к праву может служить естественно-правовая
доктрина. Естественное право как первооснова
юридической действительности непосредст-
венным образом выражает природу человека
как разумного сознательного существа и опре-
деляется этой природой. Позитивное право
представляет собой систему норм исходящих
от государства, им изданных или санкциони-
рованных. Любая система позитивного права
содержит в себе естественно-правовые начала.
Однако естественно-правовая концепция именно
как самостоятельная правовая парадигма не
может ограничиться признанием данного об-
стоятельства. Ей этого недостаточно. Сторон-
ники естественно-правового подхода на вопрос
о том, что есть подлинная (а не мнимая) право-
вая действительность дают однозначный ответ
– это право, коренящееся в объективной «при-
роде вещей», в природе человека, общества или
духа. «Согласно такому подходу, собственно
право (право по его смыслу, сущности
и понятию) является именно и только естест-
венное право» [14, с. 787].
Диалектическая концепция развития источ-
ником нового рассматривает связи и взаимо-
действия. Новое не есть дар Божий и не спря-
тано в предшествующих состояниях предмета.
Оно возникает в процессе взаимодействия об-
разующих его элементов и частей, а так же
в результате взаимодействия с другими, внеш-
ними по отношению к ним предметами. Выс-
меянный К. Марксом и Ф. Энгельсом в «Неме-
цкой идеологии» святой Санчо наивно полагал,
что огонь, который мы высекаем ударом стали
из камня, хранится в возможности, в скрытом
виде в этом камне. Он и не подозревал, что ог-
ненные частички отделяются не от камня, а от
стали. Ему неведомо было, что действительная
причина огня состоит во взаимодействии камня
и стали [10, с. 423].
Наглядным примером диалектического по-
дхода к процессу правообразования, развития
права можно привести теорию Р. Иеринга. Ха-
рактеризуя его правовые воззрения Г. Ф. Ше-
ршеневич отмечает, что «для Иеринга нет раз-
двоения права на положительное и естествен-
ное, – право существует только в виде поло-
жительного. Для Иеринга нет вечного, неиз-
менного и всеобщего права, – все право исто-
рически сменяемое явление» [20, с. 102]. Со-
лидаризируясь с исторической школой в ее
противостоянии школе естественного права,
Иеринг вместе с тем выступает решительным
критиком исторической школы. Один из осно-
вных его аргументов заключается в том, что
«право развивается не из самого себя, а под
влиянием внешних сил. Этими факторами яв-
ляются интересы, двигающие человеком и за-
ставляющие его ставить цели, осуществимые
при посредстве права» [20, с. 103].
Такой подход позволяет рассматривать об-
разование и развитие права как процесс реа-
лизации возможностей, коренящихся вне сфе-
ры позитивного права, в области социальной
действительности. Правовая возможность,
понимаемая как возможность образования ка-
чественно нового явления – позитивного права,
имеет социальный характер. Исследуя данный
аспект проблемы, Д. А. Керимов подчеркивает,
В. М. Баранов, В. Б. Першин, И. В. Першина
184 Проблеми філософії права. – 2004. – Том II.
что правовая возможность является лишь поте-
нцией социальной действительности. Однако,
по его мнению, она неразрывно и органически
связана с социальной действительностью, бу-
дучи ее продуктом, свойством, стороной, мо-
ментом развития. Правовая возможность как
предпосылка права «является продуктом разви-
вающейся социальной действительности, тех ее
факторов, связей и отношений, которые потен-
циально предполагают соответствующее право-
вое регулирование» [7, с. 348].
Особый интерес в этой связи представляет
предположенная и развиваемая С. В. Полени-
ной и В. М. Барановым социально-юридическая
трактовка явлений и процессов, образующих
правотворчество вообще и законотворчество, в
частности [15, с. 4; 16, с. 26-55; 4, с. 90]. Соци-
ально-юридическая концепция пра-
вообразования рассматривает социальные фа-
кторы материальным источником, основанием
позитивного права. В основу концепции поло-
жена идея детерминации права комплексом со-
циальных факторов, обуславливающих, при
правильном их учете, надлежащие качество
применяемой нормы. Качество и эффектив-
ность закона обеспечивается адекватностью
отражения в нем посредством законотворчес-
кой деятельности совокупности социальных
факторов, воздействующих на общественные
отношения и деятельность, подлежащие урегу-
лированию при помощи права. Система факто-
ров, вовлеченных в процесс принятия законода-
тельного решения и образующих содержание
правовой возможности, предопределяет особен-
ности правовых норм, принимаемых на данной
социальной базе.
Важную роль в полном учете системного
действия социальных факторов играет прави-
льное определение генерализующего фактора,
в качестве которого могут выступить в зави-
симости от сферы правового регулирования
различные явления и процессы общественной
жизни. С. В. Поленина объясняет это обстоя-
тельство, опираясь на интерес. «Выражая спе-
цифику тех общественных отношений, для упо-
рядочения которых создается законодательный
акт, генерализующий фактор своим действием
интегрирует влияние других факторов и высту-
пает основной формой выявления, осознания
и учетов социальных интересов» [15, с. 82].
Законодатель своей деятельностью превра-
щает правовую возможность в действитель-
ность, в позитивное право. Законотворчество
есть законодательное творчество, т. е. по опре-
делению оно является интеллектуальной твор-
ческой деятельностью. Соглашаясь с тем, что
«законодатель творит законы», обратим вни-
мание на опасность буквального толкования
данного высказывания. Объективно его твор-
чество детерминировано рамками правовой во-
зможности. Перефразируя известное изречение
классиков диалектического материализма о со-
отношении идеи и интереса, можно сказать, что
любая «социально-конструкторская» идея пра-
воустановителя неизбежно посрамит себя, как
только она отделится от интереса. Представля-
ется весьма интересным и перспективным
предложение В. М. Сырых рассматривать зако-
нотворчество видом социального проектирова-
ния [18, 45-53]. Одним из условий конструкти-
вности этого предложения, основанного на упо-
доблении законодателя социальному инженеру,
естествоиспытателю, является учет обстоятельс-
тва, на которое указал К. Маркс: «Законодатель
должен… смотреть на себя как на естествоиспы-
тателя он не делает законов, он не изобретает их,
а только формулирует» [11, с. 162].
С учетом изложенного становиться понят-
ным и в принципе приемлемым внешне проти-
воречивое рассуждение И. Сабо: «Своей дея-
тельностью государство создаёт право и не со-
здаёт его, ибо по своему содержанию как об-
щественное отношение право исторически уже
«имеется» и выступает как «данное» в виде уже
сложившихся отношений собственности и по-
литических отношений. В то же время, когда
государство закрепляет эти отношения в качес-
тве правовых, пользуясь термином гражданско-
го права, осуществляет их своеобразную нова-
цию, то тем самым создает право» [17, с. 175-
176] Сложившиеся и «проросшие» во все кле-
точки социального организма правовые нормы-
реалии, структурирующие и регулирующие об-
щественные отношения и деятельность, становят-
ся в результате направленного государственного
отражения правовыми нормами-моделями.
Именно эти последние и принято обозначать
термином «правовая норма». Это как бы «руко-
творные» нормы. Нормы-реалии, как правовая
возможность, трансформированные законода-
телем в правовые нормы-модели (правила пове-
дения) и составляют социальный компонент со-
держания норм права.
Осмысливая проблему соотношения возмо-
жности и действительности в праве, необходимо
принять во внимание относительность квалифи-
кации правового явления в данных категориях,
обусловленную многоступенчатым характером
О соотношении действительности и возможности в праве
Проблеми філософії права. – 2004. – Том II. 185
развития права. В правовом бытии выделяются
сферы правотворчества и правореализации. Ка-
ждая из них имеет основание характеризо-
ваться в основных модусах бытия – действите-
льности, возможности и необходимости. Ука-
занные сферы являются вместе с тем и само-
стоятельными этапами в развитии права. На
каждом из них возможность и действитель-
ность получают свое конкретное, специфичес-
кое выражение и соотношение. Правообразу-
ющая возможность превращается деятельнос-
тью правоустановителя в позитивно-правовую
действительность. Правореализационная воз-
можность деятельностью субъектов права пре-
вращается в социально-правовую действите-
льность, характеризующуюся осуществлением
правовых целей и интересов. Процесс развития
права и его действия включает в себя множест-
во сменяющих друг друга состояний. Каждый
новый переход из одного качественного состоя-
ния в другое представляет собой превращение
возможности в действительность.
Позитивное право является промежуточным
звеном в рассмотренной цепи состояний право-
вого бытия. Акцент на коренящихся в нем воз-
можностях вполне уместен, поскольку они яв-
ляются исходным пунктом процесса ре-
ализации норм права. Однако вряд ли допус-
тимо онтологически отожествлять правовую
норму с заключенной в ней возможностью. Такое
отожествление иногда допускается. «Проил-
люстрировать переход от возможности к дейс-
твительности, – по мнению И. С. Лапшина, –
очень просто и на чисто юридическом примере,
признав, что диспозитивная норма права всего
лишь возможность, тогда как произведенная
на ее основе индивидуализация взаимных прав,
обязанностей, а в ряде случаев
и ответственности, закрепленная в конкрет-
ном договоре или соглашении –действитель-
ность» [9, с. 13]. Процесс развития права и его
действия включает в себя множество сменяю-
щих друг друга состояний. Каждый новый пе-
реход из одного качественного состояния в
другое представляет собой превращение воз-
можности в действительность. Однако любое
познавательное средство имеет ограниченные
рамки свое-го применения. Онтологически лю-
бая юридическая норма как важнейший элемент
правовой реальности есть органическое единст-
во действительности и возможности.
Рамки научной статьи не позволяют всесто-
ронне рассмотреть затронутую проблему. Ак-
туальность глубокой научной ее разработки
определяется не только связанным с ней по-
знавательным интересом, но, что гораздо важ-
нее, насущными потребностями юридической
практики. Социально значимая научно-прак-
тическая задача заключается в том, чтобы на-
йти критерии, пути и способы определения во-
зможностей связанных с основными направ-
лениями правового прогресса и сконцентриро-
вать усилия на их практическом осуществле-
нии. С сожалением приходится констатировать
что сфера правовой жизни изобилует упущен-
ными возможностями в реформировании пра-
вовой системы современного российского обще-
ства. Правильное теоретическое решение про-
блемы соотношения действительности и возмо-
жности в праве, несомненно, будет способство-
вать повышению эффективности правового ре-
гулирования общественных отношений, форми-
рованию жизнеспособного и что особенно важно
стабильного законодательства.
Список литературы
1. Алексеев С. С. Частное право: Научно-пуб-
лицистический очерк. – М., 1999.
2. Байтин М. И. Сущность права (современ-
ное правопонимание на грани двух веков ). –
Саратов, 2001.
3. Баранов В. М. Истинность норм советского
права. Проблемы теории и практики. – Саратов,
1989.
4. Баранов В. М. Система права, система и
систематизация законодательства в правовой
системе России: Учебное пособие // В. М. Ба-
ранов, С. В. Поленина. – Н. Новгород, 2002.
5. Ильин И. А. Теория государства и права. –
М., 2003.
6. Керимов Д. А. Предмет общей теории госу-
дарства и права // Общая теория государства и
права. Академический курс в 2-х т. / Отв. ред.
проф. М. Н. Марченко. Т. 1. – М., 1998.
7. Керимов Д. А. Философские проблемы
права. – М., 1972.
8. Красавчиков О. А. Диспозитивность в граж-
данско-правовом регулировании // Советское
государство и право. – 1970 – № 1.
9. Лапшин И. С. Диспозитивные нормы пра-
ва: Монография. – Н. Новгород, 2002.
10. Маркс К., Ф. Энгельс. Соч. Т. 3.
11. Маркс К., Энгельс Ф. – Соч., Т.2.
12. Матузов Н. И. Возможность и действите-
льность в правовой сфере // Правоведение. –
2000. – № 3.
В. М. Баранов, В. Б. Першин, И. В. Першина
186 Проблеми філософії права. – 2004. – Том II.
13. Нанейшвили Г. А. Действительность пра-
ва и опыт обоснования нормативных фактов. –
Тбилиси, 1987.
14. Нерсесянц В. С. Право // Юридическая
энциклопедия. – М., 2001.
15. Поленина С. В. Законотворчество в РФ. –
М., 1966.
16. Поленина С. В. Социальные факторы за-
конодательной деятельности // Законотвор-
чество в РФ. (Научное пособие). – М., 2000.
17. Сабо И. Основы теории права. – М., 1974.
18. Сырых В. М. Законотворчество как вид со-
циального проектирования // Проблемы юриди-
ческой техники: Сборник статей / Под. ред. д.ю.н.,
проф., акад. РАЕН и ПАНИ, заслуженного деятеля
науки РФ В. М. Баранова. – Н. Новгород, 2000.
19. Теория государства и права: Курс лекций
/ Под ред. М. Н. Марченко. – М., 1996.
20. Шершеневич Г. Ф. Общая теория права:
Учебное пособие. В 2 т. Т. 2. – М., 1995.
В. М. Баранов, В. Б. Першин, И. В. Першина
О СООТНОШЕНИИ ДЕЙСТВИИЕЛЬНОСТИ
И ВОЗМОЖНОСТИ В ПРАВЕ
Работа посвящена соотношению действительности и возможности в праве. В условиях рефо-
рмирования правовой системы современного российского общества данная проблема приобретает
особенную актуальность обосновывается необходимость четко разграничивать философское и
юридическое понимание категорий «действительность» и «возможность». Действительность и
возможность имеют свое конкретное и специфическое выражение и соотношение в различных
сферах правового бытия и этапах его развития. Учет данного обстоятельства в исследовании пра-
вовой сферы будет способствовать определению и реализации возможностей связанных с основ-
ными направлениями правового процесса, формированию эффективного и стабильного законода-
тельства.
V. M. Baranov, V. B. Pershin, I. V. Pershina
ON CORRELATION OF REALITY AND POSSIBILITY IN LAW
The paper is devoted to the correlation of reality and possibility in law. In the present-day state of re-
forms in the law system of modern Russian society this problem has become especially important. The
necessity to establish exact distinction between the philosophical and juridical understanding of the
categories of reality and possibility is defined. Reality and possibility have their own concrete and spe-
cific expression and correlation in different spheres of law existence and stages of its development. Tak-
ing into account this fact in studying the sphere of law will contribute to defining and realization of the
possibilities connected with the principal directions of the legal progress and to forming an effective and
steady legislature.
|
| id | nasplib_isofts_kiev_ua-123456789-9680 |
| institution | Digital Library of Periodicals of National Academy of Sciences of Ukraine |
| issn | 1818-992X |
| language | Russian |
| last_indexed | 2025-12-07T16:24:50Z |
| publishDate | 2004 |
| publisher | Інститут держави і права ім. В.М. Корецького НАН України |
| record_format | dspace |
| spelling | Баранов, В.М. Першин, В.Б. Першина, И.В. 2010-07-05T15:49:28Z 2010-07-05T15:49:28Z 2004 О соотношении действительности и возможности в праве / В.М. Баранов, В.Б. Першин, И.В. Першина // Проблеми філософії права. — 2004. — Т. II. — С. 181-186. — Бібліогр.: 20 назв. — рос. 1818-992X https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/9680 Работа посвящена соотношению действительности и возможности в праве. В условиях реформирования правовой системы современного российского общества данная проблема приобретает особенную актуальность обосновывается необходимость четко разграничивать философское и юридическое понимание категорий «действительность» и «возможность». Действительность и возможность имеют свое конкретное и специфическое выражение и соотношение в различных сферах правового бытия и этапах его развития. Учет данного обстоятельства в исследовании правовой сферы будет способствовать определению и реализации возможностей связанных с основными направлениями правового процесса, формированию эффективного и стабильного законодательства. The paper is devoted to the correlation of reality and possibility in law. In the present-day state of reforms in the law system of modern Russian society this problem has become especially important. The necessity to establish exact distinction between the philosophical and juridical understanding of the categories of reality and possibility is defined. Reality and possibility have their own concrete and specific expression and correlation in different spheres of law existence and stages of its development. Taking into account this fact in studying the sphere of law will contribute to defining and realization of the possibilities connected with the principal directions of the legal progress and to forming an effective and steady legislature. ru Інститут держави і права ім. В.М. Корецького НАН України Проблеми діалектичної методології права О соотношении действительности и возможности в праве On correlation of reality and possibility in law Article published earlier |
| spellingShingle | О соотношении действительности и возможности в праве Баранов, В.М. Першин, В.Б. Першина, И.В. Проблеми діалектичної методології права |
| title | О соотношении действительности и возможности в праве |
| title_alt | On correlation of reality and possibility in law |
| title_full | О соотношении действительности и возможности в праве |
| title_fullStr | О соотношении действительности и возможности в праве |
| title_full_unstemmed | О соотношении действительности и возможности в праве |
| title_short | О соотношении действительности и возможности в праве |
| title_sort | о соотношении действительности и возможности в праве |
| topic | Проблеми діалектичної методології права |
| topic_facet | Проблеми діалектичної методології права |
| url | https://nasplib.isofts.kiev.ua/handle/123456789/9680 |
| work_keys_str_mv | AT baranovvm osootnošeniideistvitelʹnostiivozmožnostivprave AT peršinvb osootnošeniideistvitelʹnostiivozmožnostivprave AT peršinaiv osootnošeniideistvitelʹnostiivozmožnostivprave AT baranovvm oncorrelationofrealityandpossibilityinlaw AT peršinvb oncorrelationofrealityandpossibilityinlaw AT peršinaiv oncorrelationofrealityandpossibilityinlaw |